Ловля налима на острогу

Содержание

Помощь адвокатов Москвы в ходе разбирательства по громкому делу о грабеже и причинении вреда здоровья

В адвокатскую контору обратилась жительница Москвы М. О. Толстых с просьбой отстоять интересы в суде ее супруга, обвиняемого в грабеже и причинении тяжкого вреда здоровью. В ходе разбирательств участвовали лучшие адвокаты Москвы Е. И. Зенина и В. О. Бытенский.

Чтобы купить безопасный и надежный автомобиль рекомендуем воспользоваться автоподбором в Киеве

Если у вас есть много денег, то конечно же, вы можете приобрести транспортное средство прямо из автосалона, но множество людей не имеют достаточно финансовых средств для того чтобы купить автомобиль, именно поэтому решаются приобрести б/у автомобиль посещая авторынки, автомобильные ресурсы.

Конечно же в этом случае всегда есть вероятность того, что вы можете приобрести неисправное и небезопасное транспортное средство. Покупая такое средство передвижения любой, продавец может скрыть правду о том, как экспортировать автомобиль был ли он в аварии, возможно скроет скрытые технические проблемы, и машина со временем выйдет вовсе из строя. Вы не сможете всё это проверить визуально, необходимо использовать современное техническое оборудование и инструменты.

Если вы решили купить б/у машину с рук, то рекомендуем обратиться в организацию, которая занимается подбором машин. Здесь работают компетентные сотрудники, которые смогут выслушать все ваши пожелания о том какую модель автомобиля вы хотите купить, после чего мы займемся поиском и сможем отыскать для вас несколько вариантов, которые непременно вам понравятся.

Уверенный рост продаж обеспечит квалифицированное создание интернет магазина

В наше время существует масса способов рассказать о своей деятельности большому количеству заинтересованных людей, но максимально действенным и эффективным является потенциал сети интернет.

Именно собственная информационная площадка сможет презентовать вашу продукцию и товары на самом достойном уровне, открывая все тонкости и нюансы взаимовыгодного сотрудничества.

В особенной степени это касается торговых организаций, заинтересованных в стабильном росте показателя продаж и получения высокой прибыли. Виртуальная площадка способна предоставить каждому посетителю максимально содержательную информацию о всех характеристиках товара, его внешнем виде и эксплуатационных качествах.

Собственный интернет-магазин – это удачный маркетинговый ход, позволяющий привлечь покупателей, и реализовывать товарные позиции на взаимовыгодных условиях.

Здесь очень важно своевременно найти квалифицированных исполнителей, работа которых приносит требуемый результат. Конечно, можно пойти самым простым путем, и озадачить любого знакомого программиста.

Почта России — отслеживание посылок в процессе доставки

Шопинг — любимое занятие не только женщин, но и мужчин. И если первые абсолютно беззастенчиво в этом признаются, то вторые пытаются скрыть свою слабость, но при этом не отказывают себе в удовольствии пройтись по магазинам. Возможность делать покупки в формате онлайн позволила не только существенно экономить время, но и очень расширила границы выбора. Сегодня без труда можно делать заказы на зарубежных торговых площадках, добавляя в корзину абсолютно все, что способна генерировать человеческая фантазия: от электроники до предметов антиквариата. Поскольку доставка из-за рубежа занимает продолжительное время, то отслеживание Почты России удобно делать с помощью специализированных сервисов. В список любимчиков российских покупателей входит и сайт GdePosylka.

Несколько причин, по которым вам стоит заказать раскрутку сайтов в нашей студии

Если у вас есть желание сделать свой сайт более активным в плане привлечения пользователей и роста продаж, необходимо обратиться к специалистам, которые занимаются продвижением электронных площадок в ТОП поисковиков.

Некоторые недооценивают данное направление в силу того, что многого не знают о роли целевого трафика в вопросе развития портала. А ведь данный показатель имеет прямое отношение к росту продаж.

Однако, как бы ни был хорош ваш сайт, сколько бы сил и денежных средств вы не вложили в его создание и разработку, без полноценной и грамотной раскрутки говорить об успехе невозможно.

И дело здесь не столько в том, что вам необходимо поддерживать имидж компании, хотя и этот фактор является важным. Обратите внимание на рост целевого трафика, относительно позиции сайта в ТОП поисковиков.

Они связаны напрямую! Точно также, как трафик прогнозирует увеличение заказов. Грамотное продвижение никогда не навредит вашему порталу, так как оно основано на «белой» методике.

Источник: www.lynix.biz

Ловля налима ночью

Самой интересной рыбалкой я считаю ночную осеннюю и весеннюю ловлю налима. Почему не зимнюю и не летнюю? Зимой у этой рыбы нерест, летом она пассивна и попадается разве что в приловах. Зато сколько удовольствия испытываешь, когда выводишь из темной холодной пучины упругую, свернувшуюся полукольцом рыбину.

Осенью можно начинать рыбачить сразу с похолоданием воды (это, как правило, вторая половина сентября) и до самого ледостава (у нас он происходит с начала октября до второй половины ноября -смотря какой год). Весенняя налимья ловля начинается со вскрытия рек (вторая половина апреля — начало мая) и заканчивается со спадом весенней воды (конец мая).

Осенью налима следует искать рядом с перекатами около берега или на песчаных отмелях. Место лучше заметить заранее, посветлу, чтобы не рыскать потом впотьмах по берегу. Весной в апреле я ищу налима в заливах, образовавшихся в результате паводка. По реке еще плывут льдины, а в заливах вода уже от них освободилась. Рыбе не нравится шум, происходящий от хода весенней шуги, поэтому она старается спрятаться в заливах или в затопленных кустах. Но если ловить мирную рыбу после зимы бывает проблематично — она, что называется, «болеет», -то поклевка налима при хорошей подготовке к его ловле — вполне обычное дело.

На поиск мест, где он держится и ловится, случается, уходит не одна рыбалка: найти налимьи «тропы», по которым он перемещается в поисках пищи, бывает непросто. И здесь есть два пути: во-первых, можно пользоваться несколькими снастями, забрасывая их на разные расстояния от берега и на разную глубину; во-вторых, использовать приваду.

На что ловить? Налим довольно всеяден, но для себя я сделал вывод, что лучшей наживки для него, чем хороший жирный червь, не найти. Разумеется, и у ночного хищника бывают перепады настроения, не зря же его называют «поперечная натура» — то он не желает брать червя, а подавай ему лягушонка, то он согласен только на живую рыбку, но в большинстве случаев налим предпочитает именно червя.

Живая рыбка — тоже хорошая наживка, и лучшим живцом для налима я, как и многие другие рыболовы, считаю ерша. Но, кстати сказать, не обязательно эта приманка должна быть живой — бывает полезно раздавить снулого живца и тем самым привлечь рыбу к приманке. В принципе можно использовать в качестве насадки кусочки любой рыбы, мясо ракушек и т.п. Но в наших вятских местах, как показал опыт моей ловли, хорошего червя налим обычно предпочитает любой другой наживке и приманке.

Как и многие другие рыбы, налим при поиске пропитания полагается на свое обоняние, поэтому ему могут подойти определенные «прикормки». В рыболовном магазине вы их не найдете, но можете сделать сами.

Из-за того, что налим не обходит стороной различного рода падаль, некоторые рыболовы считают его «нечистой» рыбой. Хотя та же стерлядь подбирает со дна все точно так же, но вот ее не считают «грязной» рыбой. Учитывая эту особенность рыбы в качестве привады можно использовать нечто похожее, например, сложенные в сетку из-под лука куриные потроха.

Хорошо использовать обожженную над костром, коровью кость и желательно с остатками мякоти на ней. Подобным образом мы несколько лет назад собирали в одном месте налимчиков. Закинули в воду кость, привязав к ней груз, чтобы не всплывала на поверхность. Единственно что было тогда неудобно — это ночью, в темноте закинуть собственную снасть как можно близко к кости-приваде.

Какие понадобятся снасти? Налим — рыба донная, поэтому и снасти для ее ловли нужны донные. Сначала мы ловили простейшими закидушками, потом на их место пришли спининги-донки, позволяющие закинуть снасть подальше от берега, но в оснастку все так же входили грузило и пара поводков с крючками.

Потом мы стали использовать в качестве грузила конусную кормушку, покупную или сделанную самостоятельно. В кормушку загружается привада — те же провяленные на солнце потроха курицы или внутренности выловленной накануне рыбы. Это можно делать, практически не пачкая руки: в закрытой таре на рыбалку доставляются потроха или внутренности рыбы; кормушка открывается, в нее эта привада вываливается, кормушка закрывается. После ловли кормушка открывается и споласкивается водой из реки, в крайнем случае протирается песком из этой же реки. Ни грязи, ни запаха. Налим чует привлекательный запах и стремится к нему, зачастую уходя со своих привычных «троп».

В оснастке два поводка. Верхний делается такой длины, чтобы при забросе максимально близко ложился к кормушке, но при этом не цеплялся за нее. Нижний поводок крепится к основной леске через вертлюжок, чтобы при ловле на течении не крутился и не запутывался. Его длина 20-30 см. Крючки я использую с длинным цевьем. Налим, как правило, жадно заглатывает приманку (бывает, что до желудка), а такие крючки вытащить легче.

В конструкции кормушки есть свинцовая пластина, которая является еще и грузилом, но не всегда единственным. На сильной струе кормушка не может удержать снасть на одном месте, поэтому перед ней на основную леску я нанизываю несколько скользящих грузил.

Сама ловля очень проста. Единственный нюанс — когда именно надо подсекать. И спешить нельзя, иначе выдернешь крючок с наживкой у налима изо рта, но и волынить не стоит: потом можно долго провозиться, извлекая крючок из желудка налима; кроме того, вполне возможно, что, заглотив приманку, рыба спрячется в ближайшем укрытии.

Я поступаю так: после звонка колокольчика, оповещающего о поклевке, жду секунд десять и подсекаю. Отдельно надо сказать о сигнализаторе поклевки. У меня были рыбалки, когда я забывал брать с собой колокольчики, и приходилось либо подвешивать на натянутую леску веточки и постоянно, напрягая зрение, следить за поклевками, либо подходить к удочкам время от времени для проверки. Но такая рыбалка ничем не отличается от обычной ловли на «закидушки» и теряет свою неповторимую прелесть. А со звуковым сигнализатором поклевки можно и у костра посидеть, зная, что момент поклевки не пропустишь.

К колокольчику я привязываю толстую леску. На ней, примерно в 20 см от сигнализатора, ставлю обычную бельевую прищепку, а на конце свободного 30-40-сантиметрового отрезка делаю петлю. На водоеме петлю креплю к подставке для удочки, прищепку цепляю к натянутой основной леске. После подсечки леска выскальзывает из прищепки, и ничто не мешает вываживать рыбу. Колокольчик же находится на привязи возле подставки, его можно легко потом найти.

Иногда некрупные налимы столь деликатно заглатывают наживку, что молчат даже самые чувствительные сигнализаторы, поэтому через какое-то время надо перезакидывать даже молчащие снасти. Поскольку речь идет о ночной ловле налима, да еще в прохладные месяцы года, экипироваться надо серьезно. Помимо удобной, не сковывающей движения, но в то же время теплой одежды обязательно понадобятся спички, нож, топор для заготовки дров, налобный фонарик, складной стульчик, экстрактор, термос с чаем. Это минимум, все остальное — то желанию самого рыболова.

Налим -интересная, своеобразная рыба — оживляется с похолоданием в противоположность другим рыбам. Но, как и любого др го обитателя подводного царства, его с успехом можно ловить, изучив его повадки, места обитания, особенности поведения. Научился, нашел подход |к этой рыбе — получишь результат.

Источник: ryblib.ru

Ловля налима на острогу

г. Выкса Нижегородская область

Л овля налима на поставушки и кружки.

Собственно, сам процесс ловли этого ночного хищника я не очень ценю за его малоподвижность, несозерцательность и отсутствие ощутимой борьбы добычи при вываживании. Последнее обстоятельство могут подтвердить многие рыбаки, хоть слегка знакомые с настоящим уженьем. Утверждают, что такая слабость сопротивления является следствием чрезвычайной чувствительности налима к болевым ощущениям. Возможно. Подобное, правда, в значительно меньшей степени встречается, если вы помните, у судака. Однако попадавшиеся мне ранее налимчики не превышали килограммового веса, поэтому я склонен отчасти приписать их слабость просто небольшой величине. Нет никакого сомнения в том, что где-нибудь в северных областях России при подтягивании ко льду налима весом 5—6 кг рыболову придется изрядно понервничать и попотеть.

Короче говоря, должен сознаться своим читателям, почему я все-таки нет-нет да и раскину поставушки на описываемую сейчас рыбу. Только, пожалуйста, не улыбайтесь. Из гастрономических соображений. Да, не скрою, мне нравится вкус его нежного мяса, а уж про жирную деликатесную печенку лучше и не вспоминать. Но давайте все же я буду излагать последовательно, чаще останавливаясь на повадках хищника и способах его добычи, нежели на кулинарных советах и вкусовых осязаниях.

В Московской области, где я в основном рыбачил, поскольку никогда из Москвы и ее окрестностей на длительные сроки (кроме службы в армии) не выезжал, налим с четверть века тому назад, то есть в начале 60-х годов, являлся вполне обычной добычей, не заслуживающей такого вожделенного внимания, как сейчас. Я сам помню, как мы, тогдашние пацаны, лазали с большими ивовыми корзинами под обрывистыми, заросшими трестой бережками нашей прозрачной Радомли, вытаскивая вперемежку с толстыми гольцами сонных налимчиков. Или, запустив по самое плечо в рачью нору руку, в глубине подводного тоннеля нащупывали вместо рака скользкую лягушачью кожу рыбы. Много раз можно было видеть днем сквозь пронзенную солнечными лучами родниковую воду уткнувшегося в крутой берег или в затонувший древесный обломок дремавшего налима. Однажды — это уже относится к самым ранним воспоминаниям детства — отец, прогуливаясь со мной вдоль речки, вдруг завороженно застыл, вгляделся в неглубокое дно и выдохнул: «Рыба!» Люди в те времена были проще, запретов меньше, и потому отец мой, недолго думая, срезал длинный, но сравнительно ровный и тонкий ствол молодой ольхи, густо разросшейся по благодатной почве берегов, зачистил верхний конец импровизированной остроги, неслышно подошел к воде и, наклонясь вперед всем корпусом, стал выцеливать добычу.

Наверное, в такой же позе миллион лет тому назад стоял над ручьем какой-нибудь неандерталец, так же, как и мой отец, прищурившись для удара. В те времена (я имею ввиду, конечно, вторую половину 50-х, но никак не миллион лет) я мало смыслил в рыбе и тем более в ее ловле, однако испытал доселе незнакомое чувство. Видимо, тот день и стал днем рождения очередного рыболова. Недолго примерялся отец, ударил с силой вниз, будто Георгий Победоносец пронзил своей пикой поверженного наземь дракона; острога спружинила, выдержав, не подломившись, всю тяжесть отцова тела, а по дну расползалось облако мути. Налим ушел. Несколькими годами позже, гостя у двоюродной бабушки в селе Кривцово, что находится на берегу Истры, я был очевидцем пойманного в сеть местными рыбаками очень крупного налима. Не могу наверняка сказать, каков был в то время мой рост — уж во всяком случае не менее метра — так вот та рыбина была почти с меня ростом. Безусловно, для наших мест он и по тем временам считался гигантом. Первый же налим, попавшийся на мою живцовую донку в речушке Радомле, порадовал меня в десятилетнем отрочестве, когда мои родители, скрепя сердце, отпускали меня одного к воде, и я, воспользовавшись такой свободой, целые дни в одиночку или с приятелями проводил за уже крепко запавшим в мою душу любимым занятием.

Этот налим схватил моего карасика темной ненастной июньской ночью в довольно глубокой, затененной густыми зарослями ольхи и дикого хмеля бочаге. Удача подхлестнула мое и без того бурное рвение к рыбной ловле. Редкий день проходил без моего присутствия у воды, и почти каждую ночь стояли живцовые донки в укромных речных уголках. Дважды в то лето мне попадались килограммовые стандартные щучки, один раз я вытащил снасть с отсеченным поводком, но налимы больше не клевали. Лишь несколько позднее, перечитав массу рыболовной и специальной литературы и набравшись кое-какого практического опыта в этой области, я обнаружил причину отсутствия тогда клева ночных бродяг, а также почерпнул ряд сведений из жизни налимов, о чем и собираюсь сейчас поведать.

Я не стану описывать характерные особенности строения тела налима, его анатомию и родственные связи с морскими рыбами — это сейчас не столь существенно. Поэтому я остановлюсь только на тех пунктах, которые, надо полагать, тесно увязаны с производством ловли налима. Все же остальные биологические замечания и вопросы для пополнения своих знаний читатели могут в значительном объеме обнаружить в «Рыбах России» Л. П. Сабанеева или в «Жизни животных» А. Брема.

Перво-наперво следует сейчас отметить зависимость нормальной жизнеспособности налима от природных качеств среды его обитания. Я не случайно в начале главы подчеркнул, что эта рыба четверть века тому назад считалась во многих местностях Средней России довольно обычной, ибо в те годы сеть советской индустрии не была так часто раскидана по стране, да и удельный вес ее был не столь велик, как сейчас. Нет надобности объяснять даже ученику первого класса, что с ростом промышленности резко возрастает количество промышленных отходов, значительная часть которых или непосредственно оседает в атмосфере, водной среде и на почве или же выпадает на поверхность земли в виде кислотных дождей. Большинство обитателей планеты приспосабливается к новым условиям без особого для себя ущерба, но отдельные виды живых организмов как бы в знак протеста и укора властелинам земли постепенно исчезают из дикой природы, все более и более увеличивая объем Красной книги. К счастью, надо полагать, что в ближайшем будущем нашему герою это все же не грозит, но факт его нынешней малочисленности ввиду загрязнения вод, особенно в центральных областях, отмечался многими специалистами. А факты, как известно, вещь упрямая.

Вторая исключительная и характерная особенность налима — это тяготение его к прохладным, а еще лучше — к родниковым водам. Данная особенность как раз обусловливает его неравномерное расселение. Чем выше по карте расположен водоем, тем численность налимьего населения и размеры особей увеличиваются. Вода, стылая большую часть года в северных районах, а также отсутствие многочисленных крупных промышленных предприятий создали там идеальные условия для процветания налимов. И наоборот, чем ближе к южным широтам, тем реже и мельче встречается эта порода, пока наконец совсем не исчезает, уступая место схожему по форме тела, однако ни в коем случае не сородичу, как считают некоторые рыбачки, многопудовому сому.

Неверно было бы полагать, что во всех северных реках и озерах можно найти равных по максимальным размерам налимов. Я, как ежегодный, хотя и кратковременный, посетитель северных районов Вологодской области с их многочисленными большими и малыми озерами, во главе которых находится озеро Белое, подметил эту несправедливость природы в отношении расселения усатых хищников. Действительно, в одном водоеме местные рыболовы в период жора налимов становятся иногда счастливыми обладателями полупудовых трофеев, в других же, со сходными естественными условиями, даже старожилы не припомнят на своей памяти поимку таких рыб. Редко, но случается, что в сети промысловых артелей в иные годы запутываются экземпляры весом в три четверти пуда, а то и в пуд! Должно быть, очень эффектно и любопытно выглядят подобные чудища, как, впрочем, и любая, достигшая огромного роста рыба. Того же пойманного пескаря весом, скажем, в 200 г будут долго щупать руками и фотографировать на память сбежавшиеся невесть откуда, позабывшие про свои занятия, рыболовы. Так что же тогда говорить о здоровущих налимах, печень которых не уместится даже на хорошей семейной сковородке?! Но я опять невольно уклонился в сторону гастрономии; постараюсь без особой на то нужды больше о ней не вспоминать.

Разумеется, плотность и вес налимов, обитающих в равных внешне водоемах русского Севера, будут зависеть от кормовой базы, газообмена воды, ее качества, структуры и состояния донного грунта. По первым трем зависимостям читателю, без сомнения, все ясно, а вот к последней мы еще вернемся.

Однако, несмотря на благоприятные условия северных вод, бурного процветания поголовья налимов и там не наблюдается. Его доля по отношению к численности других, обитающих в данном озере крупных хищников, как то судака, щуки, весьма незначительна. Этот нехитрый вывод можно сделать, если несколько раз побывать в местных магазинах, торгующих туземной речной рыбой. Налимов или включают в специальные продовольственные заказы, или продают с прилавков только заслуженным труженикам и участникам былых сражений. Это обстоятельство еще раз наглядно доказывает ценность налима.

Нельзя не отметить довольно брезгливое отношение к налиму целых поселков и народностей, живущих у побережья Северного океана. Там эту замечательную рыбу при поимке в сети немедленно выбрасывают за борт или оставляют на берегу в большом количестве с целью приваживания к этому месту песцов, лис, куниц и прочих пушных зверьков. К налиму питают отвращение из-за поедания последним падали, осевшей на дно, а также за его гладкую, скользкую кожу, ассоциирующуюся с лягушачьей. Но я думаю, что причина здесь кроется не столько в субъективных оценках, сколько в обилии в северных водах красной рыбы, поэтому естественно предположить изощренный, даже изысканный вкус северян.

Третья характерная особенность поведения налима заключается в его активности во время осеннего похолодания воды, в ненастное, темное время суток и наконец самое замечательное — в наступлении нереста, когда нарастающий с каждым часом лед ухает и гремит от трескучего рождественского мороза.

Подобным хладолюбием не обладает, пожалуй, ни одно семейство пресноводных обитателей, населяющих евроазиатские воды, за исключением разве что горной форели. Более того, когда отдельные карповые виды, зарывшись в мягкий ил, пребывают в состоянии анабиоза, а остальные, бодрствующие, уходят в самые недра подводной стихии, спасаясь от леденящего кровь холода, налим ухитряется выметывать икру на затопленных каменистых грядах и других неровностях хрящеватого грунта. Видимо, при распределении живым существам условий, привычек, образа жизни природа за какую-то провинность или по недосмотру перевернула всю дальнейшую налимью судьбу с ног на голову.

Учитывая особенности жизни и поведения налима, даже неискушенный рыболов поймет, что ловля его в летние теплые месяцы бессмысленна. Вышеприведенный случай поимки налима в июне наверняка можно записать в мой актив как исключительный, которому отчасти способствовали родниковая вода Радомли и темная ненастная ночь. Сразу следует отметить тяготение налима именно к бурной погоде, и чем ночь хуже, тем отраднее становится у него на душе, тем активнее он рыщет в поисках добычи по дну.

В качестве убежищ на световой день налим выбирает затопленные коряги на глубоком дне, пустые рачьи норы, стоит он в тени круто уходящих в воду обрывистых берегов; мелкие налимчики порой забираются под широкие листья кувшинок, не успевших оторваться от дна. На речке Чернушке, впадающей в Истринское водохранилище, однажды летом мне довелось наблюдать любопытную картину, как некий рыболов, любитель донного уженья подлещика, залез в неглубокую прибрежную воду, чтобы отцепить крючок, и вместе с крючком поднял со дна большой использованный огнетушитель марки ОХП. Выбросив его на песок подальше от уреза воды, рыболов вдруг к своему радостному изумлению отметил, что из баллона вместе с водой, извиваясь, выскользнул фунтовый налим. Короче говоря, наш герой прячется везде, где только есть хоть какое-то укрытие, твердое дно и холодная вода.

Наличие твердого донного грунта — одно из условий местопребывания налима, как, впрочем, и других хищников. Особым его расположением пользуются каменистые гряды: в них он находит убежище от возможных своих врагов и в первую очередь — от неводов промысловых артелей. Тайком передвигаясь ночной порой между отдельными валунами, он легко подбирается к беспечно дремлющей добыче.

В реке каменистые гряды легко обнаруживаются по многочисленным бурунам на поверхности воды; в озере, тем более обширном, дело обстоит сложнее — тут не будет никаких ориентиров, указывающих на добычливое место, хотя в некоторых водоемах (например, на Вологодчине) каменистые гряды из глубин подходят к самому берегу, так что их можно обнаружить ногами, идя по мелководью, или даже выползают на землю, образуя иногда значительные скопления обросших густым низкорослым мхом и лишайником глыб. В противном случае следует прибегнуть к опросу какого-нибудь местного словоохотливого мужичка, применив в разговоре весь дипломатический и нравственный такт: сначала, угостив куревом, побеседовать о небывалой нынешним летом засушливой погоде или, наоборот, об обложных дождях, которым конца не видно, о видах на урожай, потом — о других житейских делах, похвалить природу края и уж только затем можно подойти к интересующей вас теме. Получив исчерпывающую информацию, не забудьте сердечно поблагодарить и пожелать доброго здоровья самому хозяину и всей его семье, а коли у него нужда в рыболовных крючках, грузилах и прочих принадлежностях возникнет, щедро одарить всем, что имеете в запасе. Чванство, высокомерие, нахрапистость — — вообще порочны в каком бы то ни было общении с людьми, а тем более с сельскими тружениками.

В искусственных водоемах типа водохранилищ налимы, безусловно, существуют, но доля их здесь значительно меньше, чем в естественных водах. Видимо, сказывается заиливание донного грунта, отсутствие течения, температурный режим и закисание воды от затопленных прибрежных болот и других гнилых мест. Из всех подмосковных водохранилищ, где еще обитает налим, наиболее стабильным по уловам этого хищника можно выделить Иваньковское, расположенное, правда, за пределами области, хотя москвичи считают его своим родным и даже любовно прозвали Московским морем, а также Рузское. Так вот, в водохранилищах налимы выбирают для своего места жительства устьевые участки притоков с едва заметным, но все же течением, прирусловые зоны и зоны донных ключей. Убежища этих рыб находятся в укромных подводных уголках, порой на значительной глубине; жировать же они, как правило, выходят к песчаным отмелям, где всегда снует мелкая рыбешка. Если рыболову известен подводный стол — резко ограниченное по площади возвышение дна, то почти наверняка ночью он обнаружит там искомую добычу. То же самое происходит и в небольших бочажистых речках. В самом омуте налим только днюет, но с наступлением часа охоты продвигается к ближайшему перекату с застывшими на песке в чуткой дремоте пескариками. Поэтому рыболовы при уженьи по открытой воде основную часть своих снастей устанавливают именно на подходе к жировоч-ным площадкам, а в сам омут забрасывают лишь пару-тройку контрольных крючков. Иное дело — зимой, когда даже мелкие места речушек окажутся в ледяном плену и стылая вода заставит все рыбье население уйти в глубокие места омутов, где температура придонных слоев на полтора-два градуса выше, чем у поверхности. Тут уж налим далеко от своих коряг не уйдет — вся пища под боком.

Питается налим разнообразной живностью — червями, улитками, моллюсками, лягушатами, мелкой рыбой, а также различной падалью, осевшей на дно. Он ведет скрытный, ночной образ жизни, в поисках поживы передвигается только по дну и не бросается вслед за убегающей добычей на поверхность, подобно другим хищникам, поэтому можно вне всякого сомнения утверждать, что никому из любителей ночной ловли налима не доводилось наблюдать его охоту. Ассортимент наживок для данного уженья весьма широк: от червей до потрохов птиц и обрезков сырого ‘ мяса. По сей день у некоторых рыбаков бытует мнение, что лакомым кусочком является снулый, раздавленный сапогом ерш, ибо, ориентируясь в ночной мгле чувственным осязанием, заключенным в единственном усике на нижней челюсти, налим быстро отыскивает излучающее острый запах месиво рыбешки. Трудно что-либо возразить по этому поводу. Возможно, в отдельных местностях этот нехитрый способ подготовки приманки и находит своих защитников, опирающихся на какие-то свои факты, но, по моим наблюдениям, для налима более привлекательной и наиболее быстро отыскиваемой является именно живая рыбка, которая, быстро стремясь освободиться от крючка, создает ощутимые колебания водной среды. В феврале 1986 года на Корчеве из-за жгучего мороза я поленился специально наловить ершей, поэтому нацепил на крючки поставушек коляных адмиралов, во множестве валявшихся возле старых лещевых лунок, и только одна снасть была заряжена живой рыбкой. Случайно или нет, однако полуметровый налим засекся именно на этот крюк. К следующей ночи я уже подготовил нужное количество живца и утром снял пару налимов. Если бы у меня была возможность продолжить рыбалку еще дня два, то я бы, презрев будущий улов, обязательно поэкспериментировал бы живцами в сочетании со снулой наживкой, чтобы выявить определенный вкус местного налима.

В журнале «Рыболов» № 1 за 1987 год Н. Васильев советует на каждый крюк тройника надевать по песка-рику. Таким образом, получается живая гроздь, не позволяющая засекаться мелкому хищнику, зато шумной возней привлекающая крупных рыб, уже способных отправить столь жирный кусок в свой желудок(?). Что я могу сказать? Ровно ничего, лишь пожму плечами и разведу руками. Каждый в корне новый рецепт требует пристрастной проверки. В Подмосковье такие налимы, что попадаются в Воронежской области уважаемому тов. Васильеву, — несбыточная мечта.

При ловле на снулую рыбу донной снастью в речках по открытой воде существует еще один недостаток: до того как налим успеет найти и заглотить ее, вездесущие ночные бродяги раки быстренько обчистят насадку, оставив на крючке лишь лоскуток из спинки. Подобные разбои мне приходилось наблюдать в верховьях Клязьмы, протекающей неподалеку от села Дурыкино, куда я в юношеском возрасте ездил рыбачить. То же самое будет и с лягушонком, ибо, прижатый ко дну грузилом, он лишен возможности время от времени схватывать атмосферный воздух и через какое-то время погибает, становясь легкой добычей клешнястого разбойника.

Короче говоря, по моим наблюдениям, лучшим живцом для уженья налима являются его постоянные спутники жизни, обитающие также на дне, — пескарь и ерш. Они всегда очень активны и долго не засыпают на крючке, более того, не исключена счастливая возможность при ловле на больших водоемах поимки ночной порой красавца судака.

Увлекшись воспоминаниями, я несколько опередил события: начав рассказ о наживках и способах ее применения, напрочь забыл сказать пару слов о снастях, используемых для ловли налима. Собственно, снасть — это слишком громко сказано, поскольку более примитивного в основе своей орудия трудно и вообразить. В дальнейшем будем ее условно называть поставушкой. Итак, в конструкции поставушки (рис. 15) отсутствует какой бы то ни было удильник — его заменяет фанерное или из какого-нибудь иного прочного материала (стеклотекстолита, например) мотовильце длиной до 30 см, шириной до 5 и толщиной до 3 мм. Сразу оговорюсь: описываемая сейчас снасть может одинаково хорошо служить как для ловли по открытой воде, так и со льда. На мотовильце наматывают леску обычно сечением 0,4 мм такой длины, чтобы при осеннем уженьи в речках можно было закидывать насадку в любую точку избранного вами широкого омута. Я полагаю, 30 м будет более чем достаточно. В любых случаях, когда поставушки остаются на ночь без надзора со стороны хозяина, нужно стремиться к возможно максимальному ограничению свободного хода предполагаемого самозасечения хищника, ибо при большой рабочей длине лески и малом весе свинцового груза налим беспрепятственно уходит в ближайшую крепь и там пропадает. В ранней литературе рекомендовали применять леску 0,6 и более десятых миллиметра и даже капроновый шнур, но, спрашивается, зачем? Отечественная леска сечением 0,4 мм выдерживает на разрыв свыше 5 кг нагрузки, а при заходе добычи в коряжник или в камни и миллиметровая не поможет. Любой настоящий рыбак никогда не станет применять грубую снасть даже при ловле такой невзыскательной рыбы, каковой является налим.

Осенней порой для уженья с берега на леску с помощью карабина ставят свинцовый груз весом не менее 100 г. Зимой же груз можно ставить значительно меньше, лишь бы он удерживал на дне живца и не сдвигался течением. К грузу на застежке крепится полуметровый жилковый поводок сечением 0,3 мм с привязанным на конце одинарником № 10—12 или двойником № 8. Опасения, что пойманный налим перетрет своей зубной щеткой поводок, исключаются — таких проделок за ним не водится. Леска может перетереться о нижнюю кромку лунки, но только в том случае, когда очень крупный налим не пролезет в нее, а будет ходить кругами подо льдом. Во всех остальных случаях он становится добычей рыболова.

Налим, почуяв и, наконец, схватив добычу, прочь не уплывает, как это наблюдается у щуки или судака, но всегда стоит на месте без движения, неспешно, все глубже и глубже засасывая несчастную жертву в свою утробу. Лишь затем он также неторопливо отправляется дальше по своим делам, постепенно все сильнее заглатывая леску, пока крючок не вопьется в стенки желудка. Ловить налима живцовой снастью в расчете на своевременную подсечку почти невозможно, ибо, как было оговорено, некрупный налим в момент хватки практически не подает никаких сигналов, а в момент обнаружения рыболовом потяжки лески крючок находится уже в чреве хищника. Поэтому данная ловля рассчитана в основном на самозасекание. Хозяину снастей остается лишь, если он бодрствует, не упустить добычу в крепь, ну а если он сладко почивает, уповать на то, чтобы этого не случилось. При выважи-вании налим упирается чрезвычайно слабо, и порой создается впечатление, будто на крючке находится вовсе не рыба, а какая-то палка или тряпка. Сходов пойманной рыбы не наблюдается.

На больших, но относительно спокойных водоемах с октября и до самого ледостава иногда практикуется ночная, бесконтрольная со стороны рыбака ловля налима на кружки и плавучие поставушки. Запас шнура на диске во избежание ухода самозасеченного налима в крепь необходимо зафиксировать путем перехлестывания одного свободного витка вокруг желобка. Груз настороженной снасти должен находиться на дне, ограничивая тем самым свободу передвижения живца, ибо налим подбирает корм, лежащий исключительно на грунте. Поводковое кольцо буйка пропускается на отрезок мачты между его головкой и диском.

С той же целью применяются плавучие поставушки (рис. 16), расставляемые с лодки. К свободному концу лески сечением 0,5 мм привязывается груз весом не менее 200 г (можно камень), а на саму жилку свободно надевается короткое коленце жерличного стального поводка, до сих пор еще встречающегося на прилавках рыболовных магазинов. К стальному поводку привязывается отрезок лески сечением 0,3—0,4 мм длиной около полуметра и затем крючок с наживкой. Верхняя часть лески наматывается на пенопластовый ярко окрашенный буек размером чуть больше сигаретной пачки.

Как видим, конструкция совершенно примитивная, но позволявшая отдельным рыбакам брать неплохие уловы не только налима, но и речного угря, в свое время густо населявшего воды подмосковного Можайского моря.

Ввиду малочисленности налимьего поголовья в Московской области вряд ли найдутся рыбаки, специализирующиеся именно на одном этом уженьи. Обычно ловля налимов производится в совокупности с ловлей других рыб. Например, осенним днем рыболов ходит по речке с проводочной удочкой или спиннингом, а на ночь при условии следующего свободного дня раскидывает по известным местам поставушки и идет спать в окрестную деревушку к знакомым или родственникам. Утром он безо всякого трепета в душе вытаскивает ночную добычу. Так что активного процесса здесь не получается. Сугубо специфическая осенняя ловля налимов может устраивать романтиков-любителей ночных бдений у костра, людей, не склонных к активному поиску, — как правило, пожилых людей, но в тех местах, где плотность налимьего племени достаточно высока, его уженье будет иметь несомненный интерес. Тут уж найдутся специалисты высокого класса, предпочитающие живцовым снастям отвесное блесненье с лодки или сходное с ним уженье на крупную мормышку.

С установлением на водах первого прочного льда жор налимов достигает своего апогея. Темными длинными ночами рыщут они по отмелям, каменистым грядам и затопленным на малой глубине бровкам в поисках корма. В первую очередь ловля начинается с озер и водохранилищ, а по мере застывания спокойных рек перемещается в большие заливы и проточные речные старицы.

В качестве живцовых снастей можно использовать знакомые нам зимние жерлицы или поставушки. Зачастую предпочтение отдается первым ввиду их универсальности. Скажем, жерличник, проводящий на водоеме несколько суток, в светлое время ловит щуку, а с наступлением темноты опускает живца на дно в техже лунках, жестко фиксирует запас лески и заряжает флажок. Если посчастливится, то, придя утром, он с радостью увидит два-три вскинутых флажка, означа-щих, что два-три налима уже сидят на крючках, дожидаясь горькой своей участи. Но встречаются отдельные места, где щука и налим жируют в различных, хотя и неподалеку расположенных районах. Тогда нет смысла переставлять жерлицы, проще в облюбованном месте раскидать поставушки, устанавливая прочное мотовильце поперек лунки и не забыв все это замести пушистым снегом.

Как я уже говорил, специально ловлей налимов занимаются очень немногие рыболовы. Особенно резко сократилось число любителей ночного уженья и блесненья налимов после введенного в конце 70-х годов повсеместного запрета на ночную ловлю рыбы. Пользуясь случаем, позволю себе навести частичную критику на законодательные органы Мосрыбво-да. Не слишком ли много, дорогие товарищи, стало возникать у нас разного рода запретов и ограничений? Ограничивают количество применяемых крючков, снастей, запрещают ловлю рыбы в излюбленных местах и в определенный период суток. Не лучше ли для обеспечения сохранности рыб навести самый жесткий контроль за расположенными вблизи водоемов предприятиями и совхозными фермами, следя за тем, чтобы те не сбрасывали, минуя очистные сооружения, ядовитые отходы в живую воду? Не проще ли ввести запрет рыболовецким бригадам бассейна Волги, например, чтобы те не перегораживали ставными сетями путь нерестующей рыбе, как это случается на Рыбинке или на Угличском водохранилище? Вот и было б у нас с вами куда больше рыбы и на какие миллионы народных рублей. А то ведь дело дошло до парадоксов. Например, на Истринском водохранилище, изобилующем тугорослым подлещиком, — фанерой, вылов этой, по существу, ставшей сорной, рыбы не ограничен. Дескать, лови сколько угодно. Но стоп! Оказывается, крючков-то можно использовать только шесть. Ежели учесть, что на донную снасть, применяемую в большинстве случаев именно для ловли подлещика, ставят по два крючка, то арифметика очень просто выводит общее количество донных удилищ: 6:2=3 (удилища). Хороший лещатник и в период жора управится с пятью-шестью лесками, а уж с тремя — и разговаривать нечего. Значит, получается так: с одной стороны — лови сколько выловишь, а с другой — но только на шесть крючков! Какая мудрая голова сочиняла эти правила?

Помнится, вскоре после опубликования запрета на ночную ловлю мне попалась на глаза заметка в одной из центральных газет, автор которой (не помню, кем он назвался по профессии, но по духу явно не рыболов, да и писал скорее всего по чьей-то указке) хныкал насчет ночных бдений на льду. Дескать, чего рыбаки ищут в этом? Романтики? Нет, они сидят всю ночь напролет в своих закоптелых палатках, отказываясь от сладкого сна в постели, только лишь затем, чтобы побольше нахапать рыбы.

Но мне хочется спросить, а знает ли он, что такое звездная мартовская ночь посреди водоема, когда сидишь, предавшись своим легким и спокойным мыслям, в небольшой прозрачной полиэтиленовой палатке, освещенной изнутри чуть дрожащим золотистым язычком толстой стеариновой свечи? Отдыхает душа и тело. Вокруг тишина, чуть стылый воздух да маленькое пространство льда, ограниченное твоим шатром, из которого время от времени выбираешься наружу, чтобы вдохнуть глубоко некрепкого морозца, и не спеша, разминая затекшие спину и плечи, пройтись до соседнего колпака приятеля. Выманив его на воздух, побалакаешь о том о сем, попьешь с ним из термоса горячего чайку, неторопливо покуришь и опять восвояси — ждать терпеливо первой Лещевой поклевки. А когда она ночью будет, да и будет ли вообще — неизвестно. Многие мои друзья по увлечению, знакомые с ночной ловлей рыбы зимой, прочитав эти строки, наверняка представят себе сейчас удивительные по своей романтичности давние далекие поездки на Волгу.

Что же касается фантастических уловов ночью, то это, я вам скажу, в большинстве своем — мечтания, мистика. Да, по теории, крупная рыба выходит из своих дневных убежищ на кормежку, когда на льду стихает шум от множества снующих взад-вперед рыболовов. Вот поэтому-то, придерживаясь устаревшей логики, и сидели наиболее горячие натуры по ночам возле своих лунок. Однако очень редкие из них могли наутро похвалиться даже несколькими полновесными лаптями. Но все же тогда зачем вновь и вновь ехали они из теплых углов в снежную темноту? — спросит неискушенный читатель. Да потому, что рыбаки ли, охотники ли — все они в основной массе своей романтики и мечтатели, любители тишины и природы. Вот потому-то и толкает их на ночной лед неподдающийся описанию заманчивый зов надежды.

И наконец, чтобы не утомлять читателей и не возбуждать против себя немилость со стороны определенных должностных лиц, последнее по этому поводу.

Отчасти запрет на ночную ловлю рыбы зимой — со льда, а летом — с лодок был введен из соображений обеспечения режима максимальной безопасности на водах. В свое время среди рыбаков ходила даже такая побасенка. Пришли утром на лед рыбаки, смотрят — стоит посреди белого поля брезентовая палатка. Ну, подошли полюбопытствовать, как клев. «Эй, командир, есть чего?» Молчок. «Спишь, что ли?» Снова тишина. Заглядывают в палатку, а внутри ее полынья уже корочкой льда подернулась. Выходит, значит так: сидел в палатке, примус, наверное, жег, сам надышал тепла, лед-то под ним и растаял.

Подобных небылиц можно привести множество. Разумеется, бывали несчастные случаи среди палаточ-ников: один — выживший из ума — лезет на ночную тропу первого или самого что ни на есть последнего льда, другой — — догадается для освещения лунок зажечь в палатке какую-нибудь химию и, надышавшись ею, падает замертво, третий — полночи прикладывается к рюмке, а потом, повалясь в снег, засыпает, и уж наутро будит его не коллега по увлечению, а черт на том свете. Может быть, среди тех, кто читает сейчас эти строки, найдутся рыбаки, присутствовавшие декабрьской ночью 1977 года на льду Тишковского залива Пестовского водохранилища при возгорании брезентовой палатки одного чудака, догадавшегося разжигать бензиновый примус внутри шатра. Хорошо еще, что сам успел выскочить. Ну, а палатка, вспыхнув огромным ярким пламенем, в считанные секунды сгорела дотла.

Безусловно, никто этого не оспаривает, что соблюдение правил и норм техники безопасности где бы то ни было является первейшим условием доживания человека до глубокой старости. Но нельзя же при малейшем подозрении или даже в случае прямого нарушения отдельными лицами указанных норм вводить полный запрет на тот или иной вид человеческой деятельности. Варвары по отношению к своему здоровью и благополучию всегда были, есть и будут существовать, невзирая ни на какие запреты, однако из-за них будут ущемляться интересы нормальных людей.

У волгарей существует поговорка: Волга зимой до тех пор не встанет, пока пятнадцать человек не утопятся. А что если запретить Волге-матушке становиться на зиму, как тогда? Утопятся или не утопятся те пятнадцать? Обязательно, отвечу я, непременно. В пруду ли, в канаве ли, в болоте, но обязательно, ибо они сами себе того желают.

Послушайте, а может, еще дальше пойдем, может, запретим людям рождаться? Ведь уже при рождении ребенок подвергает себя доли риска быть удавленным корявыми руками неумелой акушерки. Да и вся последующая жизнь — сплошной риск. Риск попасть под машину, риск свернуть себе шею, неосторожно оступившись на крутой лестнице, риск быть убитым молнией или упавшей с крыши сосулькой. Кругом один риск. Так как вы считаете, уважаемые законодатели, не пора запретить? Над этим стоит подумать.

Да, ну и занесло меня в дебри! Пора выбираться. Не то и впрямь вместо рыболовных записок фельетон выйдет на социальную тему. Однако возвращаюсь к нашему доброму знакомому.

По сути дела, ловля налима живцовыми снастями довольно бесхитростна, если соблюдаются в благоприятном сочетании три условия, а именно: определенное время года, бурная ненастная темень и правильно выбранное место. Первые два условия терпеливый и наблюдательный рыболов всегда может соблюсти, а вот третий фактор носит подчас загадочный (для новичков) характер. И действительно, разве угадаешь на большом пространстве воды именно то место, где периодически жируют ночные хищники. Не год и не два пройдет, прежде чем самостоятельными поисками обнаружатся желанные пятачки. А так разве что случайно. Но уж коли наткнулся рыбак на удачу, стоит только получше зафиксировать ориентиры, и можно в последующем, отправляясь за налимом, заранее заказывать супруге своей ставить пресное тесто для рыбного пирога.

До начала нерестового хода, который обычно в Средней России начинается с зимнего Николы и лишь изредка на святки (8 января), жерлицы на налима можно ставить в оговоренных выше местах, то есть на песчано-каменистых косах, длинным языком уходящих от берега к материку водоема; на склонах затопленных островов, особенно в устьях полноводных речек, подпертых широкими плесами; на мелководных площадках вблизи крутых свалов в глубину — короче, где есть твердое дно и обилие снующей мелкой рыбешки. Великолепными местами являются участки рек ниже плотин с подходящими к основному руслу старицами, заливами и затопленными оврагами. Правда, в большинстве случаев подобные участки на протяжении 100 м от плотины вниз являются зонами покоя, но и ниже этих зон можно найти уловистые пятачки.

С наступлением настоящей зимы и до конца января все налимьи снасти должны быть выбраны из воды на непродолжительную передышку, ибо, как я уже говорил, с Николина дня налимы забывают про аппетит и трогаются с насиженных мест в сторону различных чистых притоков, чтобы, дойдя до их верховий, дать жизнь потомству. По окончании нереста часть налимов разбредается по окрестным омутам и в случае достаточного количества корма остается в них до теплых дней, часть же скатывается к себе домой. Таким образом, с февраля — времени кривых дорог и больших метелей — наступает посленерестовый жор. Должен, однако, заметить, что жор этот случается лишь в водоемах, не страдающих дефицитом растворенного кислорода, то есть в реках и в водохранилищах, интенсивно сбрасывающих свой уровень. В глухих озерах и больших карьерах, соединенных какими-либо протоками с руслами реки, налимы могут клевать только при наличии достаточного количества донных ключевых струй, возле которых скапливается различная рыба, в том числе и наш герой. В противном же случае при любой возможности уйти в русло он не преминет это сделать.

Поставушки на налима я раскидываю в совокупности с поплавочными удочками на подлещика на широких просторах Корчевы. Собственно, основным объектом ловли в это время является как раз белая рыба, ибо меня привлекает больше всего количество волнующих душу резких подъемов поплавка, нежели один-два небольших налимчика. Хотя не скрою — очень приятно бывает удивить своих домашних редкой добычей. Чтобы специально половить налимов, причем крупных, надо выезжать из Москвы куда-нибудь в Вологодскую область на большие и богатые этой рыбой проточные озера. И уж давно бы съездил, однако останавливает досадная причина: в ту глухую и снежную пору, кроме охоты за налимом, нечем будет больше заняться, а столь пылких энтузиастов этой ловли, которые могли бы меня совратить на поездку в далекий край, среди моих знакомых нет.

Надо полагать, что в посленерестовый жор более удачная ловля налимов будет происходить в коротких, но свежих и чистых притоках крупного водоема. Следует только учесть, где сейчас под глубоким снегом находится береговая кромка, чтобы не врезаться шне-ковыми ножами в мерзлую землю. По неопытности такое случается, когда неширокие речушки в особо снежные зимы заметаются заподлицо с берегами. Мне рассказывал один товарищ, как некие рыбачки, приехав затемно на место, в предрассветном сумраке начали буравить вместо льда футбольное поле. Нисколько не сомневаясь в истинности того случая, я склонен, однако, предположить, что воздействовали на головы тех бедолаг не столь факторы ночной темноты и высоких сугробов, сколь факторы, заставляющие иных припозднившихся домой горожан упорно звонить в дверь точно такой же квартиры, но только этажом выше или ниже.

Для возможности уженья налима зимой в указанных местах нужно непременно посетить их летом и зарисовать в свой блокнот береговые деревья, кусты, чтобы потом, пройдя по снежной целине на широких охотничьих лыжах к предполагаемому руслу, не гадать, где тут бочаг, где перекат, а где излучина.

Наиболее отчаянные приверженцы ловли налима зимой, застолбив избранный участок своими жерлицами, на ночь никуда не уходят (если это дозволяют органы рыбинспекции), а продолжают оставаться на льду или откочевывают к ближайшему лесистому берегу, разжигают небольшой, но особенно в ту пору уютный костерок, кипятят из натопленного снега традиционный чаек, закусывают и вполуха слушают под шум разгулявшейся непогоды ночные передачи маленького транзистора, время от времени прерывая спокойный свой отдых ради проверки снастей.

Пусть я сам подобным образом никогда не принимал участия в ночной зимней ловле налима, но очень хорошо понимаю тех людей, и с совершенной ясностью представляю себе всю идиллию столь романтичной обстановки. Мне случалось много раз в одиночку коротать ночь возле костра на берегу осеннего водоема или под пологом могучего леса. И всегда в глухую полночь мной овладевало торжественно-таинственное чувство величия и сказочности дикой природы. Нет, услышав зловещий хохот филина или тягуче-плаксивый крик большой серой неясыти, я, конечно, не приписывал эти звуки нечистой силе, каким-нибудь там лешим или кикиморам болотным, я отнюдь не испытывал суеверного страха, но всегда невольная дрожь пробегала по телу и в голову неотступно лезла мысль о том, что никакой ты не властелин природы, а всего лишь навсего такой же сын Земли, Воды и Воздуха, как и все эти живущие рядом с тобой бесчисленные существа. Да и, честно говоря, неразумно как-то говорить о властвовании людей над природой, ибо не они ее породили, а она их. Человек в безумном своем ослеплении может уничтожить ее, но покорить -никогда!

Источник: okafish.ru

Использование закидушек для ловли налима

Многие рыболовы согласятся с утверждением, что налим – это самая вкусная рыба из тех, что могут быть выловлены в водоемах средней полосы, что и не удивительно, ведь налим является представителем семейства тресковых. Ловят его самыми разными способами, подходит и спиннинг, можно ловить донками, фидером, а также разнообразными зимними снастями. Наиболее результативной же рыбалка бывает по холодной воде, когда активность налима возрастает. Ловля налима на закидушку – может по праву считаться самым популярным способом его добычи. Использование донок или фидера требует точного знания расположения излюбленных налимьих мест, а несколько десятков закидушек, расставленных в наиболее перспективных точках реки, вполне могут помочь найти любимые маршруты и места стоянки этой рыбы. Положительным моментом для многих рыбаков является и низкая стоимость такой снасти, ведь для закидушек даже простенькое удилище не используется.

Конструкция снасти

Закидушка является одной из самых простых снастей, предназначенных для ловли со дна. Она представляет собой достаточно толстую леску, к концу которой прикреплено грузило, а также один или несколько поводков с крючками (некоторые рыболовы вяжут и более десятка, однако далеко не всегда это оправдано, не говоря уж о не спортивности такой снасти). Вся эта конструкция в лучшем случае наматывается на мотовило, в худшем – просто на деревянную палочку. Простота конструкции выгодно отражается на стоимости – леска и крючки стоят сравнительно немного, а грузила многие рыболовы для донок и закидушек изготавливают самостоятельно. Многие рыболовы также используют разнообразные сигнализаторы поклевки, чаще всего это колокольчики различной конструкции. Закидушка на налима благодаря своей низкой стоимости, а значит и возможности использовать одновременно большое количество снастей позволяет быстро найти рыбу даже на незнакомом водоеме.

Самостоятельное изготовление закидушек

Для закидушки необходимо самостоятельно изготовить лишь три вещи – мотовило, груз и сигнализатор поклевки. Мотовило обычно делают либо из дощечки сравнительно небольшой толщины, фанеры, либо же куска пенопласта.

Фото 1. Заготовки для закидушки.

На заготовке вырезают углубления под намотку лески, один из концов при этом можно сделать острым и несколько более длинным, что позволит закреплять снасть, воткнув ее в грунт на берегу.

Есть два наиболее популярных способа изготовления грузил, и отличаются они формой, которая будет заливаться свинцом. Сначала в подходящей для этого емкости необходимо расплавить металл.

Далее металл выливают в форму. Двумя наиболее популярными вариантами являются обыкновенная ложка и кирпич с углублениями. При этом форма грузил получается разной – отлитые в ложках больше подходят для участков с течением, а вот конические грузы лучше держаться либо на участках с каменистым дном, либо же на слабом течении.

Фото 2. Можно оснастить закидушку покупным грузилом.

Вариантов самостоятельно изготовленных колокольчиков довольно много. В качестве корпуса могут использоваться цоколи лампочек, металлические гильзы и прочее. Язычок же делают из тонкой проволоки и небольшой гайки. Ну и разумеется, всегда можно купить готовый сигнализатор поклевки в рыболовном магазине.

Требования к крючкам и леске

Диаметр основной лески и поводков напрямую зависит от размеров предполагаемого улова. При скромных размерах рыбы в водоеме будет достаточно и основной лески диаметром в 0,3 миллиметра, и чуть более тонких поводков, но если предполагается, что налим на донку может клюнуть и трофейных размеров, то уместным будет и диаметр 0,4-0,6 миллиметров.

Фото 3. Закидушка в сборе.

С размерами крючков мелочиться не стоит. Как и сом, налим заглатывает наживку достаточно глубоко, и порой освободить рыбу бывает непросто, особенно при отсутствии соответствующих инструментов. Крючки стоит использовать крупные, с длинным цевьем – они позволят не только быстро освобождать снасть, но и использовать больше наживки.

Используемые наживки

Эта рыба – хищник, а значит ловля налима на закидушку ведется в основном на наживки животного происхождения. Неплохо себя зарекомендовали красные навозные черви, еще лучше ловится эта рыба на пучок так называемых выползков. Нередко используют также живого лягушонка и живца, в качестве которого больше всего подходят небольшие карасики, ерш или пескарь. В качестве наживки используют и кусочки рыбы. Это может быть любая рыба, как пресноводная, так и морская. Прикормку при ловле налима обычно не используют.

Подходящая погода и тактика ловли

Особенности поведения этой рыбы таковы, что ее активность максимально возрастает с наступлением осеннего похолодания. Многие рыболовы утверждают, что наиболее удачные рыбалки обычно происходят за несколько недель до ледостава. При этом замечено, что чем хуже погода с точки зрения человека, тем лучше она для налима. Холодная, дождливая ночь с сильным ветром многими считается наиболее удачным временем для ловли налима осенью на закидушку. Учитывая это, на такую рыбалку следует отправляться только в достаточно теплой и водостойкой одежде. Если есть возможность, на берегу можно развести костер – налима огонь все равно не отпугивает (некоторые рыболовы даже считают, что свет его привлекает), а возможность немного согреться важна на такой рыбалке.

Искать же эту рыбу опытные рыболовы советуют на участках реки со спокойным течением и каменистым, либо же песчаным дном. Ил, а также густую донную растительность налим не любит. Удачными местами для ловли этой рыбы считаются и крутые берега, особенно если на них растут деревья, а их корни уходят под воду – если этот представитель семейства тресковых встречается в конкретной реке, то вероятность его поймать в подобном месте очень высока.

Фото 4. Установленная закидушка с колокольчиком.

Определившись с перспективными точками, переходят к забросу закидушек. Сперва необходимо сложить леску с мотовила на чистом участке берега широкими кольцами, немного раскрутить грузило, и забросить оснастку.

После чего нужно зафиксировать закидушку на берегу и закрепить сигнализатор клева. Следующую стоит забрасывать не ближе 5-6 метров. Не стоит слишком растягивать длину участка берега с закидушками, так как в противном случае (особенно при клеве не только налима, но и других рыб) придется за ночь пробежать по берегу несколько десятков километров.

Источник: fishelovka.com

Ловля налима на острогу

До сих пор помню своего первого, в детстве пойманного налима: жаркий июльский полдень, журчащие струи приятно холодят босые ноги, напряженные пальцы осторожно шарят под обросшими синевато-зеленой тиной камнями, внезапное ощущение живой затрепетавшей плоти под руками там, в крохотной подводной пещере… Выхваченный под жабры трофей невелик, чуть больше столовой ложки, но стоящий на берегу отец внимательно разглядывает усатого пленника, свернувшегося кольцом на дне бидончика, и уважительно говорит: «Ну-у, ты добытчик…»

Да и мне улов был в диковинку – отчего-то ни разу не попадались налимы среди плотвичек, окуньков, уклеек и других рыбешек, которых я немало наудил в нашей речке. Отец объяснил, почему: нрав у налима особый, скрытный и привычки странные, совсем не похожие на нравы других подводных обитателей. Спит, когда другие бодрствуют, а ночью выходит на охоту; в теплое время года сонный и апатичный, зато зимой без устали охотится, нагуливает жир на год вперед, и даже нерестится в самую лютую стужу… В общем, мало шансов у юного рыболова случайно поймать налима…

Вдохновившись отцовскими рассказами, к осени я смастерил несколько донок-закидушек и небольшой, на десяток крючков, переметик. И в первую же выбранную для налимьей рыбалки ночь без улова эти снасти не остались… А того, первого налима, я отпустил, рассмотрев хорошенько, – пусть подрастает. Жаль, никак не пометил – вполне может быть, потом еще встречались…

Много воды утекло с тех пор в налимьих реках, многих других рыб доводилось ловить в самых разных водоемах, а особое отношение к налиму осталось. Глубокой осенью, холодной, дождливой, когда все нормальные рыболовы сидят дома и перебирают зимние снасти в нетерпеливом ожидании ледостава – я еду за налимом.

За рыбой из детства.

Немного ихтиологии

Итак, для начала слово классику – Альфреду Брему:

Из тресковых рыб только одна водится в пресных водах – это обыкновенный налим (Lota lota), характерными признаками которого служат: удлиненное, покрытое весьма мелкими чешуйками тело, маленькая голова, два плавника на спине, из которых второй весьма длинен, умеренной длины заднепроходный плавник, закругленный или заостренный хвостовой плавник, усы на подбородке и, наконец, зубы на обеих челюстях, расположенные простым рядом. Спина, бока и плавники налима окрашены в оливково-зеленый цвет, то светлее, то темнее; они при этом украшены волнистым мраморным рисунком; горло и брюшные плавники беловатые. Длина рыбы может достигать 60 см, вес – 8 кг; однако столь крупные экземпляры водятся только в глубоких озерах.

Рис. 1. Налим (из книги Л.П. Сабанеева «Рыбы России»)

Мало пресноводных рыб так широко распространены, как налимы. Рыбы эти нередко встречаются даже в море, например в Северном, однако Гюнтер решительно отрицает эти данные и говорит, что налим никогда не посещает мест с соленой водой. Рыба эта живет в текучих и стоячих водах всей средней Европы и Северной Америки, а равно и в несоленых водах Средней Азии, встречается, говорят, даже в Индии, хотя у Дэя на это указаний нет. Любимое местопребывание налима – глубокие воды, поэтому в более мелких речках он обыкновенно живет только тогда, когда русла их заключают в себе много глубоких мест; в озерах он охотно уходит на самую глубину, туда, где дно лежит на 40, 60 и более метров от поверхности. Вторым необходимым условием для пребывания налима является чистота воды, поэтому в гористых областях он водится в большем количестве, нежели в равнинных.

Днем налим прячется под камни и другие лежащие в воде предметы. Если камень быстро поднять вверх, рыба еще некоторое время остается покойной, но затем с быстротой молнии уплывает и прячется под другой камень или в ил. Старые рыбы держатся на глубине, молодые же близко от берега и поверхности воды. Ночью налим оставляет место своего отдыха и плавает повсюду. Это один из самых ревностных водяных хищников, наводящий ужас на более мелких рыб, не исключая и маленьких налимов. В садках пойманные налимы в случае недостатка корма поедают друг друга, и самые сильнейшие из них уничтожают всех других, которых только могут одолеть.

Налимы мечут икру от ноября до марта; таким образом, размножение этих рыб, вероятно, совершается в различное время года в зависимости от местности и климата. Как ни необщительны обычно налимы, но ко времени метания икры они собираются в стаи, штук по сто, причем, угревидно свившись друг с другом, образуют один общий клубок, как это делают спаривающиеся змеи.

Хотя в икряной самке насчитывают около 130 тысяч яиц, не менее размножение налимов не очень значительно, так большая часть вылупившейся молоди бывает съедена старыми налимами или другими хищными рыбами. Рост налимов, по-имому, происходит очень медленно, половозрелость же наступает только на четвертом году.

Наиболее удачный лов налимов происходит в пору метания ими икры; ловят налимов сетями, на лесу со дна и в вершники, для наживки употребляют мелких рыбешек и мясо раков.

А. Брем «Жизнь животных», т. 4 «Рыбы и амфибии»

Современные ихтиологи и рыболовы-практики считают, что классик Брем изрядно приуменьшил максимальные размеры налимов. Вернее, приводимые им цифры относятся к Европе с ее относительно теплым климатом, и к южным и центральным областям России, – там, действительно, усатый хищник, активно кормящийся лишь в холодной воде, редко вырастает длиннее полуметра и тяжелее килограмма.

В наших же северных и сибирских реках и озерах экземпляры в несколько килограммов уже вполне заурядное явление, а порой встречаются и гиганты, чей вес выражается в двухзначных цифрах.

Е. А. Веселов в «Определителе пресноводных рыб фауны СССР» указывает, что налим достигает длины тела свыше 1 м и массы до 24 кг. Знаток рыбной ловли В. Б. Сабунаев заявлял, что в Оби попадались экземпляры налимов в человеческий рост длиной и в два пуда весом, а знающий все на свете Интернет утверждает, что крупнейший официально зарегестрированный в СССР налим попался в 1967 году В. Копылову (г. Краснодар) на таймырской реке Норилке, и та рыбина не дотянула всего несколько граммов до полновесных тридцати килограммов. [1] Но рекордные трофеи попадаются редко, и в местах чаще всего безлюдных, – и рыбаки густонаселенных областей европейской части России считают налима весом в 2–3 килограмма вполне завидной добычей.

Тем более что поймать налима случайно – например, выудить среди плотвы, окуней и подлещиков – удается крайне редко, и виной тому его весьма оригинальный образ жизни.

Налим – ночной хищник, питающийся мелкой рыбой, червями, моллюсками, ракообразными и личинками насекомых, не брезгует он и падалью. Активно кормиться налим начинает с осенним похолоданием, наибольший жор наблюдается в декабре – начале января. Следующий за жором нерест происходит во второй половине января – феврале, тогда эту рыбу можно встретить на мелководье с каменисто-галечным или песчаным дном. В марте – апреле налим вновь начинает активно питаться.

Еще одна налимья особенность, отмеченная еще Сабанеевым, состоит в том, что наиболее активный клев наблюдается, как правило, в плохую погоду, ненастными ночами, а при ясной и полной луне он ослабевает либо совсем прекращается.

Надо сказать, что классик рыбной ловли привел этот факт как ничем не подтвержденное сообщение рыбаков, и я в первую осень своего знакомства с налимами оставил предупреждение без внимания. А зря – в первое же полнолуние на крючки двух десятков выставленных донок попались лишь два щуренка, которые тоже порой не прочь полакомиться червями, предназначенными для налимов. Ни один налим не клюнул, хотя до той ночи каждое утро доводилось снимать со снастей 5–7 рыбин. После этого несколько лет я попросту не отправлялся на ночную налимью рыбалку в ночи полнолуния, – до тех пор, пока не поймал подъемником налима, явно только что схватившего крупную плотву, хвост ее еще торчал из налимьей пасти. И произошло все как раз при полной луне… В общем, вопрос: клюет ли налим в полнолуние? – для меня до сих пор остается спорным.

Общий обзор способов ловли

В ставные сети налим попадается редко, гораздо реже, чем другие виды рыб. Хотя мне доводилось вылавливать (иными снастями) налимов, на теле которых были видны следы от врезавшихся ячей. Вполне возможно, что мягкое и способное как бы сжиматься тело налима позволяет ему, при наличии некоторого времени, покидать сеть, проскальзывая сквозь ячеи, – и в руки рыболова попадаются лишь недавно запутавшиеся рыбины. К тому же рыбаки избегают ставить сети в коряжнике – излюбленном месте обитания налима, а натянутый течением грузовой шнур сети позволяет буквально ползающей по дну рыбине проскальзывать под снастью, используя любые неровности подводного рельефа.

При ловле отцеживающими орудиями – неводами и бреднями – налим встречается в уловах уже гораздо чаще, особенно если ловля происходит ночью. Впрочем, при ловле бреднем в омутках узких речушек и днем велика вероятность встречи с усатым хищником, – если ловцы переворачивают все попавшиеся на пути подводные камни и шумно выгоняют рыбу из-под подмытых берегов, из свисающих в воду корней деревьев и из прочих убежищ.

Очень хорошо ловятся налимы в ловушковые снасти – в мережи, вентери и т. п., особенно зимой, во время своего массового хода в места нереста. Но и летом случается извлечь из верши или морды налима, привлеченного туда рыбьей мелочью, – чаще всего в августе, когда вода уже достаточно охладится.

Не менее успешна ловля налимов саками и подъемниками, особенно активная ходовая ловля, подробно описанная в соответствующих статьях книги «Подъемники, ловушки, кастинговые сети». Кстати, в накидную кастинговую сеть поймать налима мне не удалось ни разу, хотя отрицать вероятность такой поимки нельзя.

Однако, пожалуй, большая часть пойманных любителями налимов попадается на крючковые снасти: на переметы, донки, подпуски, зимние «тычки». Ловля на летнюю поплавочную удочку почти не практикуется; хотя А. Орехов в журнале «Спортивное рыболовство» № 12/2005 и описал случай удачной ловли налимов поплавовочной удочкой (весной, в мелководном и быстром водоотводящем канале плотины), но это, конечно, исключение из правила. Зато зимние удочки, оснащенные особым образом, вполне успешно применяются для подледной рыбалки. Случаи поимки налима при блеснении на спиннинг еще более уникальны.

В местах, где налим изобилует, его активно ловят на всевозможные искуственные приманки, использующие любопытство этой рыбы и ее манеру подплывать к источнику непонятных звуков. Некоторые из этих крючковых снастей («бряцалки», «стукалки» и т. д.) отдаленно напоминают блесны, другие же явно ведут свое происхождение от описанных Сабанеевым якорьков и дощечек с крючками.

В сабанеевские времена, кстати, была весьма распространена ловля налимов на самоловы, отчасти напоминавшие стерляжьи, и ночная охота на них с острогой (лучение). Ныне оба эти вида ловли на территории России повсеместно запрещены, и практикующие их рыболовы рискуют солидными штрафами.

Ну и напоследок стоит упомянуть о двух старинных способах добывания налима, редко употребляемых в наши дни. Это летняя ловля руками (щупание) и глушение колотушкой по первому льду. Вроде бы простейшая, даже примитивная рыбалка, – но до чего же увлекательная!

Однако прежде чем перейти к подробному описанию отдельных видов ловли, стоит сказать несколько слов о выборе места – далеко не везде имеется шанс повстречаться с усатым донным отшельником.

Где искать налима?

Если вы впервые решили половить налима и не знаете уловистых мест, то для начала стоит не просто опредилиться с наиболее пригодными для того участками водоема, но и правильно выбрать сам водоем.

Дело в том, что налим весьма чувствителен к температуре воды и кислородному режиму (в медленно текущих теплых речках водится не всегда, а если и встречается, то лишь в отдельных местах – в местах впадения холодных родниковых ручьев и в омутах, изобилующих бьющими со дна ключами). Не менее важно и отсутствие в воде всевозможных химических примесей, – налим не выдерживает даже те их концентрации, что не мешают жить и размножаться окуню, плотве и щуке.

Чтобы заставить налима частью погибнуть, частью уйти из ранее облюбованных мест, не нужны даже химические предприятия с их постоянными «очищенными» стоками и редкими, но меткими залповыми сбросами при авариях очистных сооружений. Достаточно обычного по нынешним временам воздействия человека на окружающую среду: в нижнем течении речки, протекающих через десяток-другой деревень, налима уже не встретишь. Стоки из деревенских уборных и банек (которые по традиции принято ставить у самого уреза воды: из парной, да в ледяную воду, – дух захватывает!); излишки удобрений и пестицидов, смываемые дождями в ручейки и канавы, а из них стекающие в реки, и прочее, и прочее…

Конечно, полноводные северные реки и глубокие обширные озера деревенскими баньками изгадить трудно, они даже стоки целлюлозно-бумажных и прочих комбинатов до поры выдерживают… Но если вы живете и рыбачите в густонаселенной средней полосе, то послушайте совета и ищите налима в самых верховьях, там, где зарождающиеся речки более напоминают ручьи – зачастую именно туда удаляются налимы, покинувшие исконные ареалы обитания.

Если верховья чересчур узки и мелки, то налимы там вырождаются, образуют карликовую форму: редко превышают вес в 400–500 граммов. Связано это лишь со скудной кормовой базой, и в проточных прудах, образованных плотинами на тех же самых ручьях, уже встречаются достаточно крупные экземпляры. Прудовый налим, коли уж о нем зашла речь, любит держаться у места впадения речки или ручья, образующего пруд, но еще большем числе водится ямах под водосбросами. [2]

Впрочем, в поисках поживы он способен зайти куда угодно: однажды мне довелось выловить усатого хищника в совершенно «неналимьем» месте – в мелководном, очень сильно заросшем водорослями и тиной пруду, хоть и образованном довольно быстрой и чистой речушкой. Водились там, как мне поначалу казалось, лишь караси и верховки, да еще щуки, активно поедавшие тех и других, – однако на жерлице, выставленной в одном из немногочисленных «окошек» чистой воды, по какой-то причине размоталась леска, живец оказался на дне, – а утром на тройнике сидел черный как смоль полукилограммовый налимчик. Позже в том же пруду мне приходилось видеть всплывших дохлых налимов – летом, в июльскую жару. Все-таки тинистое, заросшее мелководье не самое подходящее место для холоднолюбивой рыбы.

Косвенным признаком того, что речка интересна для налимьей рыбалки, служит наличие в ней раков, а также двух видов небольших рыбешек: гольяна и подкаменщика. Эти водные обитатели не менее налимов чувствительны к загрязнениям, а то и поболее.

В общем-то, налиму все равно, есть в водоеме течение или нет – водится он не только в прудах, озерах и водохранилищах, но и в опресненных заливах Балтийского моря. Однако для нереста непременно идет в проточную воду, необходимую для развития икры, – и рыболовы всегда нетерпеливо ожидают этого зимнего хода в реки, речки и ручьи.

Выбор места на водоеме обусловлен образом жизни налима. Держится налим исключительно у дна. В светлое время он обычно скрывается под корягами, среди подмытых корней деревьев, прячется между камней и затонувших бревен, держится в родниковых омутах и в ямах под водосбросами плотин и других гидротехнических сооружений. Ночью же налим странствует везде – везде, где держится рыбья мелочь, главная его пища. Мелководьем не смущается: иногда добывает гольцов и подкаменщиков на быстрине, где каменистой дно покрыто слоем воды менее 20 см глубиной; зимой, подо льдом, случалось интереса ради ставить донки и «тычки» в случайно пробитых на мели лунках, где поклевка казалась вовсе уж невероятной: нижний край льда почти касался грунта, – но налим попадался и там. Впрочем, последний факт не так уж удивителен: добыча в такой тесноте может спасаться от хищника лишь в двух измерениях, и шансы успешной охоты растут.

Поэтому заранее просчитать вероятные пути ночных блужданий налима – дело трудное, надо ставить снасти в разных местах, запоминая самые уловистые.

Вышесказанное относится к ловле на крючковые снасти, а при зимней ловле мережами и иными ловушками принимают во внимание другую привычку налимов: днем они отдыхают от ночных переходов на более глубоких и спокойных местах, а ночью идут против течения, придерживаясь быстрых и относительно мелких мест, – там и устанавливают на их пути мережи, морды и им подобные снаряды. При этом следует помнить, что рыболовные правила (даже в тех регионах, где допускается ловля налима подледными ловушками) разрешают перегораживать крыльями снасти (на больших реках – совокупности снастей) не более 2/3 ширины русла, и относится этот пункт даже к самым маленьким ручьям.

Осенняя ловля подпусками

Казалось бы, ловля крючковыми снастями налима – хищника более чем апатичного и флегматичного – ничего заманчивого из себя не представляет. Клюет он вяло, порой совсем незаметно, сопротивления при вытаскивании почти не оказывает, да еще и ловится лучше всего в самую мерзкую погоду, холодными и дождливыми осенними ночами.

Однако очень многие любители нетерпеливо поджидают холодов, перебирая налимьи донки, переметы и подпуски, и готовясь отправиться на новую встречу с усатым отшельником.

И не только в деликатесном мясе налима тут дело, хотя и в ух , и в пирогах мало какая из рыб сможет составить ему конкуренцию. В самой ловле налима есть нечто завораживающее: тихая ночь, костер, посылающий искры к звездному небу, неспешные разговоры с коллегами-рыбаками за стаканом… хм… крепкого чая… Люблю налимью рыбалку.

Наиболее оптимальной снастью для осенней ночной ловли налимов мне представляются подпуски, и вот почему: перемет, конечно, может оказаться более уловистым, хотя бы в силу своих больших размеров. Но, как сказано выше, налим – рыба очень чувствительная к качеству воды, и в достаточно населенных районах водится в основном в узких верховьях рек. На извилистых закоряженных лесных речушках длинный перемет толком не растянуть, да и лодку, с которой его обычно ставят, применять неудобно.

Донки с 2–3 крючками неудобны по другой причине. Налим, двигаясь к местам кормежки, передвигается по одним и тем же подводным «тропам», достаточно узким, – например, придерживаясь борозд на дне. И имеет гораздо больше шансов разминуться с донкой, чем с подпуском.

Конструкция налимьего подпуска несколько отличается от обычной. На конец лески диаметром 0,7–1 мм ставится грузило, вес которого зависит от силы течения, – необходимо, чтобы заброшенный перпендикулярно берегу подпуск вода не сносила. Некоторые рыболовы, пользующиеся большим количеством подпусков, концевые грузила с собой не возят, а используют подобранные на берегу камни-голыши, закрепляя их на леске 2–3 витками изоленты.

Рис. 2. Налимий подпуск

Поводки (10–12 шт., на очень узких речках – меньше) крепятся на основную леску достаточно часто, на расстоянии не более метра друг от друга, и делаются короткими – 30–40 см (давать слишком большую свободу налиму, заглотавшему насадку, чревато, – живо захлестнет поводок за какую-нибудь корягу). Крепятся поводки «петля в петлю», причем размер петли на поводке должен быть такой, чтобы в нее пролезала предполагаемая добыча. Длина рабочей части подпуска зависит от ширины водоема и обычно не превышает 8-10 м, но на мотовило зачастую наматывают втрое больший запас лески, на тот случай, если ловить придется на более широком разливе.

Толщина лески, из которой приготовляются поводки, произвольная, – налим и грубых снастей не пугается, и, ввиду своей апатичности, тонкую леску не обрывает. Какие обрезки лески есть под рукой, те и идут в дело. Естественно, там, где встречаются крупные, в несколько килограммов, налимы, снасть должна отличаться надежностью.

При ловле на узких речках с крутыми берегами используется дополнительное грузило весом около 30 гр. (так называемый «бегунок»), свободно скользящее по леске. После заброса подпуска «бегунок» спускают к рабочей части, до стопорного узла, завязанного в метре от ближнего к берегу крючка, – в результате все крючки снасти, а не только соседствующие с концевым грузилом, лежат на дне. Главная леска при клеве налима скользит через «бегунок», не мешающий заметить поклевку. Но иногда налим клюет так вяло, что сторожок-колокольчик никаких звуков не издает, лишь слегка подергивается. Впрочем, никакой беды в пропущенной поклевке нет – заглатывает насадку налим исключительно надежно, и редкие срывы случаются как раз из-за торопливой, преждевременной подсечки.

Две главных насадки при ловле налимов на подпуски – черви (выползки или кучки навозных) и резка. Целых живцов использовать имеет смысл только если существует большая вероятность поклевки щуки, в таком случае необходим металлический или кевларовый поводок.

Многие авторы рыболовных книг упоминают лягушат и лягушек в качестве отличной осенней насадки для ловли налима. Ни в малейшей мере не оспаривая их мнение, лишь скажу: три или четыре попытки поймать усатого хищника на лягушонка не принесли успеха. Дольше эксперементировать не стал, наловить в сезон открытой воды мелочи на насадку легче и быстрее, чем разыскивать лягушек.

Размер крючков должен быть не маленьким, не менее № 10 по отечественной нумерации для ловли на резку, № 8 для червей. На реках, где в достаточном количестве водятся налим больше килограмма, стоит употреблять более крупные крючки, чтобы не изводить понапрасну налимью мелочь. Снять без повреждений глубоко заглотавшего крючок налима практически невозможно, поэтому, для лучшей сохранности улова, на рыбалку запасают достаточное количество сменных поводков, а крючки из пойманной рыбы вынимают дома, при чистке.

Иногда на подпуски (на ту их часть, что находится ближе к берегу) привязываются т. н. «пасынки», тоненькие поводки с крючками № 3–4, насаженными маленьким червем, – попадающаяся на них мелкая рыба тут же используется для насадки.

Ловить налима на червя в тех речках, где водятся ерши, – занятие неблагодарное и нервирующее, спасти от мелких колючих мародеров может только применение резки. Не меньшие неприятности доставляют и небольшие щурята. Встречаются небольшие лесные речки, где подавляющую часть рыбьего населения составляют две породы хищников: налимы и щуки, а прочие рыбы попадаются крайне редко. Щучки там невелики, тощи и чрезвычайно голодны, в желудках у них можно найти лягушат, пиявок, жуков-плавунцов и собственных мелких собратьев, – на червя такие «костылики» бросаются тут же, и, в отличие от флегматичного налима, ведут себя на подпуске буйно, путая снасть и зацепляя за коряги; к тому же перекусывают тонкие поводки, стоит лишь зазеваться. Спасение тут то же – резка, но и на нее порой попадаются прожорливые щурята.

Об осенней ловле налимов переметами, применяемой на озерах, водохранилищах и широких реках, долго рассказывать не стоит, описана она подробно в главе «Переметы».

Весенняя ловля на донки

Весной все обстоит наоборот – употреблять донки гораздо удобнее, чем подпуски. Казалось бы: та же речка, та же рыба, – в чем, собственно, разница? Разница есть, и немалая.

Во-первых, весной налим начинает клевать очень рано, почти сразу после ледохода, когда на тех же местах совсем другие условия ловли, чем осенью: уровень речек поднимается за счет талых вод, течение усиливается, к тому же несется по нему всевозможный смытый с берегов мусор. Длинная снасть с большим количеством крючков в таких условиях куда больше «парусит» и сносится течением: даже если поначалу подпуск стоит как положено, поперек реки, со временем на главную леску и особенно на поводки налипают плывущие мимо стебли растений, прошлогодняя листва, прочий подводный мусор, – «парусность» снасти растет и грузило начинает ползти по дну.

Во-вторых, налим бороться с быстрым весенним течением не любит и чаще держится у берегов или на относительно спокойных местах между двух разнонаправленных струй, – там, где крутой изгиб берега образует встречное водоворотное течение. Спокойные «пятачки» на бурной весенней реке обычно невелики по размерам, и лишние крючки на снасти попросту не нужны.

В-третьих, при весенней ловле рыбаки гораздо реже остаются на водоеме на всю ночь, чем осенью: темнеет значительно позже, все вокруг сырое, потенциальные дрова пропитаны водой, да и предутренние морозцы кажутся отчего-то холоднее, чем осенние. Большинство рыболовов оставляют снасти на ночь, причем многие, кому предстоит рабочий день, проверяют их не утром, но лишь следующим вечером. А оставленный без присмотра подпуск обнаружить куда легче, чем донку, – например, зацепить крючком при ловле поплавочной удочкой, – и он может попасть в руки любителей снимать добычу с чужих снастей, встречаются и такие.

Донка (она же закидушка, поставушка) упрощена до предела, чтобы не слишком горевать о пропаже снасти: основная леска диаметром 0,7 мм обычно не превышает длиной 10–15 метров, к ней крепится свинцовое грузило произвольной формы и пара поводков длиной 30–35 см и толщиной 0,5 мм. (Вообще-то и основную леску, и поводки можно ставить вдвое тоньше, налим не оборвет. Но толстая леска меньше путается ночью, к тому же чем крепче снасть, тем меньшее число зацепов заканчивается ее обрывом.) Крючки привязываются одинарные № 7 – № 10, в зависимости от насадки. Мотовило произвольного размера и формы изготавливается из самых разных материалов: вырезается из дерева, выпиливается из фанеры или пластмассы. Некоторые рыболовы приклеивают вдоль мотовила полоску пенопропилена для втыкания в нее крючков, другие втыкают крючки (их на налимьей закидушке от одного до трех) в отдельный кусочек пенопласта.

Рис. 3. Донка-закидушка для весенней ловли налима. 1 – колышек; 2 – колокольчик-сторожок; 3 – основная леска; поводки с крючками; 5 – концевое грузило.

Иногда из дощечки (обычно липовой, наиболее легко поддающейся обработке) вырезают мотовило с заостренным концом-колышком, тогда на водоеме не приходитсь искать, к чему надежно прикрепить закидушку. Эту конструкцию порой упрощают, вбивая в колышек два гвоздя или вкручивая два шурупа, на которые и наматывают леску. Такое конструкторское решение удачным признать нельзя: леска в местах контакта с коррозирующим металлом гвоздей или шурупов быстро теряет прочность; если же изолировать металл (например кусочками кембрика), то смотанная леска, сокращаясь при высыхании, зачастую сгибает гвозди и вырывает шурупы из гнезд.

Поскольку закидушки выставляются обычно в немалом количестве, стоит задача минимизировать их суммарный вес и объем. Некоторые рыболовы, как и случае с подпусками, грузила для донок изготовляют на месте, из камней-голышей. Естественно, так ловить можно лишь на хорошо знакомых водоемах, а при выезде в новые места все-таки ставить традиционные свинцовые грузила.

Другой метод минимизировать объем и вес снастей – использование многоячеистых мотовил (см. рис 4): на одно наматывают от 10 до 15 донок, обычно одной и той же длины. Поскольку при установке снасти, хранящейся таким способом, мотовило остается не на водоеме, а в рюкзаке рыболова, то леска при забросе используется вся, и лишний запас ее не нужен (слишком длинные лески налимы чаще запутывают в корягах). На узких лесных речках глубиной не более 2 м вполне достаточна пятиметровая основная леска; однако не лишне иметь в запасе моток толстой лески, чтобы при нужде быстро удлиннить снасть.

Рис. 4. Мотовило для налимьих донок

Удобно иметь с собой несколько таких больших мотовил, с намотанными на каждое закидушками определенной длины, – тогда для любого приглянувшегося на речке местечка можно подобрать снасть соответствующего размера. При этом на мотовилах стоит обозначать цифрами длину намотанных донок, во избежании путаницы.

Однако даже короткая, минимально необходимая леска не страхует полностью от зацепов в коряжнике – ничего с этим не поделать, такие уж места предпочитают налимы. Поэтому, отправляясь на налимью ловлю, весьма полезно брать с собой багор (лишь металлическую его рабочую часть, а древко вырезать из подходящей жердинки на месте) и стараться отцепить каждую зацепившуюся донку – весьма велика вероятность, что на ее крючке сидит неплохой налим. Некоторые авторы даже советуют использовать для перепиливания слишком толстых коряг пилу на длинной ручке (наподобие тех, которыми садоводы срезают высоко распорложенные сучья с веток).

Насадки те же, что и при осенней ловле подпусками; однако замечено, что весной налимы несколько чаще попадаются на червя, чем на живца или резку. На некоторых реках Ленинградской области, впадающих в Неву и Ладогу, с большим успехом наживляют донки личинками миног (они же пискавы, пескавы и слепые вьюнчики). Причем попадаются не только налимы, окуни и щуки, но и карповые рыбы: язь, сырть, лещ. Иногда на слепого вьюнчика удается поймать крупного, на килограмм-полтора, хариуса, идущего на нерест из Ладоги. Насаживают вьюнчика, протыкая за губу одним крючком небольшого тройника (№ 6-№ 7), тогда личинке не удастся зарыться в илистый либо песчаный грунт; на случай щучьей поклевки желательно использовать кевларовый поводок.

Возможно применение резки из мороженой мойвы, купленной в магазине. Однако клюет на нее налим хуже, чем на резку из парной, только что пойманной рыбешки. Иногда – если за налимами удается выбраться только к вечеру и для ловли живцов времени не оставалось – я покупаю ершей на рыбных лотках (в Санкт-Петербурге они попадаются промысловикам в качестве прилова при ловле корюшки, затем отсортировываются и продаются по символической цене: 5 рублей за килограмм по ценам 2000-х годов).

Устанавливают донки скрытно, привязывая к колышкам, воткнутым в дно у самого берега так, чтобы верхние концы не выступали над водой; мотовило с излишками лески маскируют рядом. Рыболовы, не боящиеся холодных весенних ночей и остающиеся ночевать на водоеме, рядом с донками, вырезают для них шестики из толстых прутьев и привязывают к леске сторожки-колокольчики.

Если ловить приходится на слишком широких водоемах и требуется дальний заброс, то налимьими донками оснащают спиннинговые удилища. В таком случае леска используется более тонкая: основная 0,4 мм, поводки 0,25 мм, и, естественно, на ночь спиннинги без присмотра не оставляют.

Ловля по первому льду

Межсезонья для налима не существует, и ловля по открытой воде переходит в зимнюю практически без паузы: в речках с течением еще продолжают ловить по-осеннему, донками и подпусками, а озера и тихие заводи рек уже покрываются первым ледком, выдерживающим человека – и можно переходить к подледной ловле.

В юности я любил бродить по первому льду, потрескивающему и прозрачному, расставляя там и тут налимьи донки. Ни пешней, ни коловоротом не пользовался – тоненький лед очень быстро и удобно пробивается топором: четыре удара, и готова крадратная лунка. А утром, шагая затемно по льду осматривать снасти, светил фонарем под ноги и внимательно присматривался: нет ли где стоящей подо льдом щуки или налима? Иногда такие встречи случались, и сильный удар обухом топора по льду помогал добыть перевернувшегося кверху брюхом хищника. Ловля эта старинная, и ныне мало где употребляющаяся. Вот что писал о ней в конце девятнадцатого века великий знаток рыб и рыбалки Сабанеев:

Гораздо чаще лучения употребляется глушение налима по перволедью, тоже с огнем, но с колотушкой, а не острогой. Глушением и открывается зимний сезон рыболовной охоты, но оно имеет много неудобств и даже опасно, почему, несмотря на свою завлекательность для охотника, составляет достояние промышленника. Оно основано, как известно, на том еше не совсем объясненном факте, что рыба, как только вода покроется ледяной корой, поднимается на поверхность и некоторое время плавает на очень небольшом расстоянии от нижней поверхности льда, иногда даже прикасаясь к ней спинными плавниками. Замечательно, что рыба весьма охотно держится подо льдом – в заводях, замерзаюших ранее русла, хотя бы могла уйти в последнее, так что нельзя сказать безусловно, что вся рыба в это время чувствует себя не совсем хорошо, тем более что многие породы по первому льду очень хорошо берут на удочку, в особенности окунь. Не поднимаются по перволедью только подверженные зимней спячке лини, караси, сазаны, сомы, все осетровые, которые становятся на зимовку еще в середине осени, а также ерши (вероятно, и бирючки) и, кажется, пескари. Налим же приблизительно в течение двух недель, начиная с замерзания и до тех пор, пока лед не достигнет толщины 10 или даже 15 см, совершенно изменяет своему обычаю пресмыкаться на дне – и на озерах, в прудах и в медленно текуших реках стоит подо льдом; по-видимому, это необычайное для него положение влияет на его безмерный осенний аппетит, так как жор его прекращается.

Сущность глушения состоит в том, что высматривают рыбу, стоящую под прозрачным и тонким льдом, и, осторожно подкравшись к ней, оглушают ударом дубины над ее головой; затем проворно разрубают лед и выхватывают сачком или багром перевернувшуюся вверх брюхом рыбу. Глушат и днем, но больше ночью, с огнем; во-первых, потому что ночью рыба вообще смирнее, а затем потому, что огонь, ослепляя рыбу, по-видимому, приводит ее в состояние, близкое к каталепсии или столбняку. Самый сподручный снаряд для глушения – топор на длинной рукоятке в 1,5–2 м, но лучше и удобнее употреблять особую деревянную колотушку, в виде молотка, или же дубинку; иногда в эту дубинку или колотушку ввертываются толстые закаленные крючья в виде зубцов остроги 12–15 см длиною; если лед тонок и рыба стоит непосредственно под ним, то зубцы, пробив лед, могут вонзиться в рыбу и удержать ее на месте. Как видно, это приспособление редко достигает своей цели и не особенно практично, тем более что рыбе наносятся крючками большие раны. Делаются также и железные дубинки овальной формы, с такими же крючками, насаженные на деревянную рукоятку, но такие еше хуже. Чтобы не испугать рыбу, к ней подкрадываются в валенках или, что еще лучше, а главное по тонкому льду безопаснее, на широких лыжах, подбитых войлоком. Всего лучше глушить рыбу вдвоем, обвязывая себя у пояса длинною веревкой, конец которой или волочится по льду, или держится товарищем. Один обыкновенно светит и высматривает рыбу, другой заходит с противоположной стороны, глушит рыбу и достает ее из-подо льда. Высматривают рыбу при помощи фонаря, но лучше смоляной факел или железный ковш на рукоятке, в котором зажигают смолу. Понятное дело, если на льду лежит хотя бы небольшой слой снега, то под ним ничего не увидишь, а потому глушение производится только на чистых местах, вообще до выпадения большого или мокрого снега, не сдуваемого ветрами. Можно, конечно, заблаговременно днем расчистить облюбованное место. Как сказано, удар должен приходиться прямо над головой рыбы, иначе она уходит или может опомниться раньше, чем успеют разрубить лед и ее вытащить. Некоторые породы, напр. щука, очень слабы к удару и перевертываются вверх брюхом даже при довольно толстом льде и когда стоят в 25–30 см от его поверхности; налим же оказывается самым крепким в этом отношении и шалеет, только когда стоит непосредственно подо льдом толщиной не более 10 см.

Глушение рыбы, тем более налима, продолжается очень недолгое время – неделю, редко две; затем, когда лед достигнет толщины примерно 15 см, почти вся рыба уже держится на дне, свыкнувшись с изменениями своей среды.

Л. П. Сабанеев «Рыбы России. Жизнь и ловля наших пресноводных рыб»

Остается лишь добавить, что все-таки не каждый налим обязательно поднимается по ледоставу к поверхности, некоторые продолжают ползать по дну, разыскивая пищу, – налимьи поклевки на донках в ту пору тому свидетельство. В другом классик прав абсолютно: спорт это весьма опасный, и незапланированные купания случаются нередко. Но охота пуще неволи, особенно в пятнадцать лет, и до сих пор вспоминается азартное чувство, когда фонарь высвечивал темный силуэт застывшей подо льдом рыбины…

Зимняя ловля донками и «тычками»

Зимние донки устроены очень просто. На мотовило наматывается несколько метров лески – из расчета глубины на месте ловли, к которому стоит добавить свободный запас лески в 3–4 м. Диаметр основной лески не менее 0,3–0,4 мм, можно более. Грузило при ловле на течении ставится такое, чтобы поток воды не сносил его (вернее, не приподнимал над донным грунтом). В спокойных местах достаточно небольшой «оливки». Чуть выше грузила привязывается поводок не более 25 см длиной, из лески, уступающей прочностью основной в 1,5–2 раза. Некоторые авторы рыболовных книг и статей советуют ставить более длинные поводки, порядка 500 мм. Ни к чему: налим, схватив приманку, не плывет в сторону, подобно щуке, а спокойно стоит на месте и заглатывает ее. Зато потом, заглотив, вполне может захлестнуть поводок за близлежащую корягу, если имеется хоть какой-то избыток лески.

Размеры крючков те же, что при осенней ловле донками: № 7-10 по отечественной нумерации. (Да и донки часто применяют те же, что и осенью, оставив один поводок с крючком – первый от грузила).

В качестве наживки используют либо мелкую рыбку (например, верховку), в том числе и снулую, либо резку – куски более крупных рыбешек: ершей, окуньков, плотвичек. На Ладожском озере и Финском заливе налимы неплохо попадаются на куски корюшки. В рыболовной литературе есть упоминания о таких зимних насадках для ловли налима, как мясо, сало и даже птичьи потроха. Не знаю, не пробовал. Для мяса и сала в хозяйстве всегда найдется более полезное применение, а потроха – слишком уж неэстетичная насадка.

Есть сторонники ловли налимов исключительно на живца, причем зачастую такие любители насаживают на поддевы двойника или тройника сразу двух или трех пескариков, реже ершиков. Дескать, нацепленные на один крючок два-три живца не по зубам налимьей мелочи, и в то же время пугаются друг друга, трепыхаются и шумят, чем и привлекают более крупного налима, который и глотает всю компанию. Шум налима действительно привлекает, но если учесть, что на одинарный крючок достаточно насадить 1/3 того же пескаря, то получается, что расход живцов вырастает при ловле «на гроздь пескарей» в 6–9 раз. Кроме того, живая насадка легко может привлечь щуку – но ее поклевки на налимью донку крайне редко завершаются извлечением из лунки зубастой хищницы. Сделать же некую универсальную снасть, пригодную и для щуки, и для налима, затруднительно: металлический или кевларовый поводок налима не испугает, но щуке нужен приличный запас свободной лески, чтобы отплыть с живцом в зубах и спокойно его проглотить, – а ее усатый коллега немедленно использует этот запас, чтобы забиться в камни или коряги.

Некоторые любители ставят на свои зимние донки два крючка, объясняя это возможностью поймать сразу двух налимов, и тем, что можно использовать на одной снасти сразу две насадки: червя и кусочек рыбки, например.

Но здесь не тот случай, когда число крючков на снасти пропорционально количеству добычи. «Дубли» на зимних донках случаются очень редко. Можно предположить, что два налима попадаются лишь тогда, когда подходят к донке и глотают приманки практически одновременно, а в остальных случаях пойманная рыба распугивает других. И половина насадки мокнет в воде впустую, а добывать зимой и червей, и живца гораздо труднее, чем летом, весной или осенью. К тому же рыболовные правила регулируют количество не донок, а крючков на них, – и лучше не полениться и просверлить вдвое больше лунок, добыча окупит труды.

Наживленные донки опускают в водоем так, чтобы груз лежат на дне, а леска имела небольшой провис – уровень воды даже зимой изменяется, и туго натянутая снасть при подъеме ледяного поля может повиснуть, не касаясь дна. (В водохранилищах гидроэлектростанций эти перепады уровня бывают очень велики, до нескольких метров, что создает массу неудобств для рыболовов: мало радости прийти утром к донкам и обнаружить, что воды в месте ловли нет, а снасти прижаты к дну опустившимися льдинами.)

Затем лески привязывают к палочкам, помещенным поперек лунок. Донки устанавливаются во второй половине дня и проверяются на следующий день утром, а при ловле на червя желательно устанавливать снасти попозже, затемно, во избежание покушений на насадку со стороны мелких рыб.

Если в водоеме водятся раки (продолжающие и зимой достаточно активный образ жизни), то они приносят много неудобств при ловле: и черви, и резка часто страдают от их клешней. В таком случае имеет смысл пробить пешней несколько в стороне большую майну и установить в ней вершу или рачню-самоловку с приманкой – куском испорченного мяса. Более ароматная для раков приманка отвлечет их в сторону от налимьих снастей, да и в улов будет внесено приятное разнообразие.

В людных местах и снасти, и лунки маскируются слоем рыхлого снега, который к тому же служит неплохим теплоизолятором, не давая лункам промерзнуть. Желательно помечать каждую донку какими-то опознавательными знаками, чтобы не лишиться после снегопада и рыбы, и снастей.

В сильные морозы вода в лунках глубоко промерзает, даже под слоем снега, и проверять снасти лучше идти с пешней, а не с ледобуром. Прозрачную леску, кстати, очень легко незначай перерубить пешней, поэтому некоторые любители зимней налимьей ловли привязывают метровый отрезок толстой медной проволоки к палочке, лежащей поперек лунки. А уже к нижнему концу проволоки – основную леску донки. Вмерзшая в лед проволока лучше видна, и выдержит, если ее все же случайно зацепит лезвие пешни.

Есть и другой способ проверки донок, основательно вмерзших в лед. Почти вплотную с замершей лункой сверлится еще одна, и леска достается из новой лунки Г-образным проволочным крючком или, при его отсутствии, подручным приспособлением, сделанным их двух связанных под углом прутьев и самого большого из имеющихся рыболовных крючков. При достаточной глубине на месте ловли длина снасти позволяет вытащить налима или крючок с объеденной насадкой на лед. Но если место мелкое, а лед толстый, то приходится сбрасывать запас лески с мотовила и протягивать через первую, замерзшую лунку. Леску на соответствующем участке надо заранее смазать вазелином, тогда она не примерзнет ко льду и будет свободно скользить сквозь него. Если после нескольких проверок улова нет, то леску отвязывают от мотовила и протягивают во вторую лунку наскозь, затем снова сматывают донку и выставляют на новом месте.

Рис. 5. Проверка налимьих донок при помощи подручного Г-образного приспособления

В тех местах, где мне доводилось ловить зимой налимов, морозные зимы в последние два десятилетия большая редкость, и прибегать к подобным ухищрениям нужды нет, достаточно получше теплоизолировать лунку. Некоторые рыболовы советуют применять для этого дисковидные лючки из твердого пенопласта, по диаметру равные лунке. Способ надежный, но достаточно трудоемкий. Я в таких случаях пользуюсь мягким упаковочным пенопластом, растертым в гранулы. Лунка, засыпанная слоем пенопластовых гранул, выдерживает мороз в несколько градусов по двое суток и легко прочищается простым черпаком.

Так называемые «тЫчки» – еще более упрощенный вариант зимней донки: леску и грузило заменяет жердь, воткнутая в дно вертикально либо (при наличии течения) под небольшим наклоном. На нижнем конце жерди топориком делается глубокая зарубка, за нее захлестывается петля поводка, – такого же, как на зимней донке. И в остальном рыбалка при помощи «тычек» ничем не отличается от ловли донками.

Так ловить удобно на неглубоких лесных речках, где за материалом для «тычек» далеко ходить не надо. Преимущества у этой примитивной снасти следующие: практически нет риска зацепов; лунку можно спокойно расчищать пешней, не опасаясь обрубить леску; не надо как-то дополнительно обозначать снасть, верхний конец жерди виден даже после изрядного снегопада (последнее актуально для безлюдных мест, но в верховьях лесных речушек праздношатающаяся публика встречается не часто).

Рис. 6. Налимья «тычка»

Часто налимьи снасти, расставленные недалеко от дома, проверяют раз в сутки – вечером, после работы. И чтобы не тратить время на ужение живцов, неподалеку опускают под лед 2–3 «косынки» с мелкой ячеей – попавшиеся в них окуньки и плотвички тут же режутся на насадку.

Зимняя ловля переметами и подледниками

Перемет – это многокрючковая снасть, состоящая из длинного шнура, растянутого между двумя якорями или кольями, и оснащенного большим количеством поводков с крючками, насаженными той или иной приманкой. Применяются переметы как в реках (причем не обязательно натягиваются поперек течения), так и в озерах, водохранилищах и опресненных заливах морей.

Однако в наше время с термином «перемет» существует определенная путаница. В некоторых регионах РФ переметом именуют самоловные, не насаживаемые многокрючковые снасти, принцип ловли которыми основан на том, что рыба не хватает насаженную на крючок приманку, а зацепляется (багрится) за голые крючки. Очень часто переметами именуют подпуски – снасти, больше напоминающие донки с увеличенным числом крючков, которые не растягивают между якорями или кольями, но забрасывают с берега или опускают (вытравливают) с лодки. В республиках и областях европейского севера России для переметов общеупотребительное название – продольник. Подледниками называют как переметы, так и подпуски, протягиваемые зимой подо льдом, – в основном для ловли именно налима.

В общем, если с кем-то из рыбаков зайдет разговор о переметах, не мешает для начала уточнить: а что, собственно, имеется в виду под этим термином?

Переметы подразделяются на донные и находящиеся в толще воды. Естественно, что для ловли налимов, как зимой, так и в сезон открытой воды, применяют лишь донные переметы.

Конструкция перемета проста на редкость, и изготовление никакой сложности не представляет.

Шнур делают из… Проще сказать, из чего его не делают: из слишком слабой на разрыв бечевы, или размокающей и теряющей прочность в воде. А в остальном фантазия рыбаков мало чем ограничена: используют толстую леску, веревки всех видов (нейлоновые и из других полимерным материалов, хлопчатобумажные, льняные и т. д.), провода, как в изоляции, так и без нее.

Шнур в разных регионах называют по-разному: хребтина, встёжка, длинник.

Для поводков, называемых иногда поводцами, чаще всего применяется леска, но кое-где пользуются тонким капроновым шнурком (для ловли рыб, не боящихся грубых снастей, в том числе и налима).

Крепятся к шнуру (прививаются, встегиваются) поводки разными способами. На шнурах из толстой лески зачастую делают петли на необходимом расстоянии, и крепят поводки «петля в петлю» либо пристегивают карабинами с застежками. Такой способ позволяет хранить поводки отдельно и пристегивать их к натянутому на водоеме шнуру, одновременно наживляя крючки. Те разновидности переметов, на которых поводки наглухо присоединены к шнуру, для ловли налимов применять неудобно: снимать с крючка рыбу, практически всегда глубоко заглатывающую наживку, очень трудно, проще отрезать поводок и привязать новый, – но когда приходится проделывать эту операцию в десятый раз, на двадцатиградусном морозе, негнущимися пальцами… Такую ловлю можно назвать как угодно, но только не отдыхом и удовольствием.

Чтобы донный перемет не повисал над бровками, ямами, перепадами глубин и т. д., его ставят, не натягивая шнур, и подвязывают несколько дополнительных грузил, равномерно распределенных вдоль шнура. На участках с хорошо известным ровным дном можно обойтись без дополнительных грузил.

Более подробно о конструкции перемета рассказывать смысла нет – длина, количество крючков, длина поводков и расстояние между ними определяются и конкретными условиями ловли, и рыболовными традициями, существующими в том или ином регионе. Например, на реках Сибири для лова налима применяют переметы с шнурами по 15–20 м. Количество крючков на длиннике колеблется от 10 до 25, а расстояние между поводками от 60 до 150 см.

Примерно так же, с большими или меньшими отличиями, устроены переметы и у рыбаков, живущих в иных краях. Но следует учитывать, что количество крючков на переметах у любителей (и, соответственно, длина снасти) далеко не всегда определяется удобством ловли. Рыболовам, не желающим расстаться с переметом, конфискованным рыбоохраной, приходится учитывать ограничения, установленные правилами.

В разных регионах они весьма разнятся: в центральных густонаселенных областях, где реки и озера испытывают большую рыболовную нагрузку, зачастую нельзя ставить на перемет более 10 крючков. Такая усеченная снасть малоэффективна, и успешно ловить ей могут лишь рыбаки, хорошо изучившие водоем и «подводные тропинки» его обитателей.

Но в северных регионах, богатых налимом, правила более либеральные, и позволяют ставить на переметы по 50, по 100, порой по 200 крючков. Рекорд принадлежит, кажется, Архангельской области: любителям разрешается иметь на переметах до 100 крючков (причем без какого-либо разрешения или лицензии), а в отдельных водоемах – до 500! (Насколько ловля пятисоткрючковой снастью может считаться любительской, – вопрос отдельный.)

Установка перемета. Переметы протягиваются подо льдом точно так же, как и ставные сети. Во льду рубится пешней майна, от нее в линию бурятся лунки на расстоянии 2–3 м одна от другой. Затем в майну опускается шест с привязанной к его концу веревкой (длина шеста на 0,5–0,8 м превышает расстояние между лунками) и продергивается при помощи багра от одной лунки к другой. Затем протянутую подо льдом веревку привязывают к перемету, и постепенно затягивают его под лед, по одному наживляя крючки.

На водоемах, где ловля производится постоянно, можно заранее, по открытой воде, проложить по дну в удобных местах несколько шнуров с грузилами на концах, отметив их буйками. В таком случае первый выезд на водоем после ледостава не следует затягивать, чтобы не заниматься долгими розысками буйков под сугробами.

На нешироких налимьих реках подледники применяют чаще всего небольшие, от 10 до 20 крючков, и установить их описанными выше способами нетрудно. Но на больших озерах севера и северо-запада, где налимы рассеяны на большой площади (за исключением времени их нерестовой концентрации), применяют переметы длинные, с числом крючков, исчисляющимся уже сотнями. Гонять подо льдом жердь на расстояние до километра долго и хлопотно, да и отыскать на огромном водоеме буйки, отмечающие проложенный с осени шнур, практически невозможно.

Поэтому для протягивания подо льдом длинных переметов лучше применять те же современные способы, что используются для зимней установки сетей. Более подробно они описаны в моей книге «Рыболовные сети и экраны», а для тех, кто ее не читал, еще раз опишу наиболее удобное, на мой взгляд, из истройств, позволяющих быстро и без проблем протянуть сеть или перемет подо льдом.

По моему опыту, оптимально сочетаются простота, надежность и удобство в работе в подледной лебедке финского производства, которой российские рыболовы успели дать прозвище «каракатица».

Рис. 7. Подледная лебедка («каракатица»).

Как видно из рис. 7, главная деталь лебедки – большой барабан с запасом тонкого и прочного шнура. Внутри барабан полый и заполнен пенопластом, а большинство деталей лебедки выполнено из пластика. В результате она имеет большую положительную плавучесть, которая прижимает к нижней кромке льда опущенную в майну лебедку. Через систему шестеренок вращение барабана передается на крайние шестерни, оснащенные острыми шипами, цепляющиеся за лед. Металлический «рог» позволяет придавать опущенной под лед лебедке нужное положение, и к нему же крепится второй шнур, рабочий, за которым впоследствии протягивается сеть или перемет.


Рис. 8. Протягивание шнура при помощи лебедки

Установка перемета происходит следующим образом: во льду пробивается (выпиливается) майна такого размера, чтобы в нее проходила лебедка. Затем лебедку опускают под воду так, чтобы шипы были направлены вверх, в сторону нижней поверхности льда.

При помощи металлического «рога» лебедку направляют в ту сторону, где будет находиться вторая лунка, и туда же начинает движение рыболов, держа в руке конец шнура. Шнур сматывается, вращая барабан, он, в свою очередь, заставляет вращаться шестерни с шипами, – и лебедка ползет подо льдом следом за своим владельцем (рис. 8А).

На лебедке установлена громкая трещотка, позволяющая контролировать ее движение по звуку (щелчкам). К тому же и лебедка, и шнур окрашены в ярко-оранжевый цвет, позволяющий разглядеть их сквозь не слишком толстый лед, если он не покрыт снегом. Опыт показал, что лед толщиной 80 см, покрытый полуметровым слоем снега, услышать треск «каракатицы» не мешает, однако чем толще слой снега, тем труднее определить по звуку точное положение лебедки, – звуковые волны распространяются в четырех граничащих средах: вода-лед-снег-воздух, – по каким-то не совсем понятным законам, и иногда на слух кажется, что лебедка примерно в метре от ее истинного положения.

Отойдя на необходимое расстояние (до 70 метров) и обнаружив лебедку, пробивают вторую майну и достают «каракатицу» (рис. 8Б). Обычно она слегка отстает от рыболова за счет проскальзывания шипов по льду, и приходится еще подтягивать ее за шнур.

Затем тяговый шнур сматывают обратно на лебедку, а рабочим протягивают сеть или перемет подо льдом.

Шнур, которым комплектует лебедку производитель, имеет длину 150 м и, соответственно, позволяет протягивать подо льдом перемет длиной 75 метров. Если требуется выставить снасть большей длины, можно оснастить лебедку нештатным, более тонким и длинным шнуром. Либо, что проще, повторить процесс протягивания шнура несколько раз.

Обычно лебедка поставляется в комплекте с ручной ледовой пилой – с помощью этого приспособления майны нужного размера выпиливаются легко и просто, к тому же края у них получаются ровные и гладкие, не перетирающие шнур как лебедки, так и перемета, и не цепляющиеся за крючки.

Рис. 9. Ледовая пила (в сложенном виде).

Стоит пила финского производства достаточно дорого, но дешевых китайских следует остерегаться: внешне похожие, они имеют неправильные углы заточки зубьев и их разводку, – и лед фактически не пилят.

Очень может пригодиться ледовая пила и при других видах зимней ловли налима. Например, для ловли ловушками на небольших реках, особенно если места для такой ловли не были подготовлены с осени.

Если лед не толстый, то ледовая пила может пилить по кругу, и для изготовления майны необходимого размера требуется лишь одна лунка. Но достаточно мощный лед (70–80 см) зажимает рабочую часть пилы, и она пилит лишь по прямой. В таких случаях необходимо сверлить две лунки и делать от них три прямых пересекающихся пропила (для треугольной майны) или четыре (для прямоугольной либо квадратной).

Если лед толстый, то выпиленная ледяная призма слишком тяжела, чтобы вытаскивать ее наружу, – гораздо проще затопить ее, подпихнув подальше под лед (естественно, выбрав для этого край майны, противоположный тому, от которого начнет свое движение лебедка). Случается, что призма при попытке ее затопить может заклиниться, застрять, – поэтому лучше пилить лед под углом, слегка наклонив рукоять пилы к центру майны (так, чтобы нижняя грань призмы получилась по площади несколько больше верхней).

По самому последнему, разрушающемуся весеннему льду применять «каракатицу» невозможно – нижняя поверхность льда слишком рыхлая, шипы лебедки по ней проскальзывают и она трещит у самой майны, не сдвигаясь с места.

На небольших налимьих реках, особенно лесных, «каракатицу» лучше не применять. Иначе лебедка с большой вероятностью может запутаться в затопленном дереве или кусте, забуксовать на неожиданном повышении дна и т. п.

Устанавливая подледники на таких речках (особенно не на всю зиму, а на однодневную рыбалку), зачастую не сверлят цепочку лунок, а используют силу течения для протягивания подо льдом снасти, привязав вместо концевого грузила буек (большой кусок пенопласта, пустую пластиковую бутылку и т. д.). Особенно удобен этот способ по перволедью, в местах с тонким и достаточно прозрачным льдом, сквозь который хорошо виден буек. Затем лед над буйком разбивается, и вместо него привязывается концевое грузило, опускающее снасть на дно.

Говорить отдельно о крючках и насадках для налимьих подледников не стоит – к тому, что сказано в главе о зимних донках и «тычках», добавить нечего.

Протягивать переметы и подпуски подо льдом достаточно трудоемкое дело, к тому же проверять их приходится вдвоем: один рыболов вытягивает на лед снасть, а второй стравливает в лунку шнур, привязанный к противоположному концу снасти, затем, сняв добычу и насадив новую наживку, приступают к обратному процессу.

Резиновый амортизатор позволяет легко управляться зимой с подпусками и небольшими переметами в одиночку. В первый раз снасть заводится под лед так, же как описано в разделе «Подледники». Длина амортизатора должна быть в 3 раза короче длины привязанной к нему снасти.

Зимой, в холодной воде, резина менее повержена порче и заброшенный один раз подледник с амортизатором может прослужить весь зимний сезон. При сильных морозах вынутая из воды резина теряет эластичность, становится ломкой, – чтобы не рисковать обрывом снасти, первый поводок и точку крепления шнура к амортизатору должно разделять расстояние, вдвое превышающее максимальную толщину льда.

Однако в последние годы любителей зимней ловли налимов донимают не морозы, а наоборот, слишком теплые зимы. Только-только рыбаки обоснуются на заветной речке, рассчитывая половить долго, ежедневно проверяя снасти: насверлят лунок, выставят донки и «тычки», протянут подо льдом подпуски, – а тут как грянет затяжная оттепель, и вот уже по льду катит поток верховой воды, иногда даже снасти собрать не удается…

Для ловли в долгие оттепели, когда на разрушающийся речной лед не выйти, но забросам с берегов он мешает, придумана простая снасть, отчасти напоминающая перемет. Поперек прибрежных промоин и закраин (на узеньких речушках – от берега до берега) кладется жердь длиной в несколько метров, с которой свисают длинные поводки, оснащенные грузилами, удерживающими насадку на дне. Иногда и этой примитивной снастью удается неплохо половить, если промоина удачно расположена на пути зимнего хода налимов. Но все-таки глобальное потепление климата преизрядно испортило зимнюю налимью рыбалку в средней полосе.

Налимьи самоловы (историческая справка)

По своему устройству крючковая самоловная снасть весьма похожа на перемет. Она также состоит из длинного шнура с большим количеством поводков с крючками. Но на ее остро отточенные крючки не надевают наживки, и лов ею основан на том, что эти острые крючья зацепляют за бока случайно к ним прикоснувшуюся рыбу.

Применялись самоловные орудия для ловли рыб с мягкой, не защищенной чешуей кожей – в основном осетровых пород, реже налима. В 1951 году самоловы были запрещены как для любителей, так и для промысловиков, так что вдаваться в подробности ловли смысла нет, – те, кто продолжает незаконно использовать самоловы, и без того свое дело знают.

Но, теоретически, лишь самоловные орудия для налимьего лова могут еще вернуться в обойму снастей, разрешенных для рыболовов-любителей: налимов, особенно в северных регионах, еще вполне достаточно, – вопрос выживания вида, как для осетровых рыб, не стоит. Проколотые крючком, никакой резвости налимы не выказывают, а живучестью не уступают стерляди (пойманные самоловами стерлядки по несколько месяцев жили в рыбоводных садках без видимых принаков каких-либо болезней).

Налимы попадались на самоловы либо в качестве прилова при ловле стерляди, (причем в давние годы многими ловцами почитались за сорную рыбу и выбрасывались), либо ловились на специальные налимьи самоловы (на севере) во время зимнего нерестового хода, начинавшегося вскоре после ледостава. В реках налим стаями идет против течения, в озерах – к местам, изобилующим подводными ключами либо к устьям впадающих речек.

Снасть для налима отличалась более тесным, чем у стерляжьей, расположением поводков (расстояние между крючками не более 15 см) и выставлялась по возможности так, чтобы крючки находились как можно ближе к дну.

Понятно, что такая снасть наиболее уловиста будет на местах с чистым и ровным дном, в то время как налим для своего хода зачастую выбирает участки с дном каменистым, неровным. Если учесть, что во время движения к местам нереста налим не прекращает питаться и с успехом ловится на наживляемые многокрючковые снасти – на переметы, подпуски и подледники, – то становится очевидно, что добыча его самоловами была связана не с большой уловистостью этой снасти, а с трудностью добывания зимой наживки (червя, живца и т. д.) в количествах, необходимых для переметов.

Зимнее ужение и ловля на блесну

Зимнее ужение налимов – занятие для людей, отличающихся крепким здоровьем и склонностью к экстремальному отдыху. Просидеть всю длинную зимнюю ночь над лункой, в крепчающий час от часу мороз… б-р-р…

Однако добыча может окупить все неудобства, если, конечно, пресловутая лунка пробита над «подводной тропинкой» налимов. К тому же никто не мешает при этом расставить в других местах водоема донки или «тычки», либо же протянуть пару подледников.

Зимние поплавочные удочки для ужения налимов применяют редко, и по сути это та же донка, у которой притопленный в лунке поплавок сигнализирует о поклевке, – но донка, так сказать, многоразовая, с которой можно снять за ночь не одну и не две рыбы.

Чтобы увидеть движение поплавка, лунку приходится освещать, либо электрическим фонарем, либо (при ловле в палатке) свечкой. [3] Иногда вершину поплавка покрывают люминисцентной, светящейся в темноте краской, и по мере того, как свечение ослабевает, достают из воды поплавок и минуту-другую держат в луче фонарика.

После поклевки налима – обычно это плавная потяжка – выжидают несколько секунд, затем подсекают. Вытаскивание добычи затруднений не доставляет. Хотя, конечно, среди ловцов налимов бродят легенды о рыбах чудовищных размеров, не пролезших в лунку и оборвавших снасть, и не всегда эти легенды – вымысел. Но обычный, среднестатистический налим всегда сопротивляется гораздо слабее, чем другие рыбы одного с ним размера и веса.

Зимние удочки с мормышкой применяются для ловли налимов чаще, чем поплавочные, но конструкция их отличается от обычной: мормышка одна, большая и увесистая. Очень часто используется самодельная мормышка «конус», причем размеры «конуса» для налима увеличиваются: тело мормышки изготавливается длиной 40, иногда даже 50 мм. На Дону и других реках юга России такая тяжелая мормышка именуется «пулькой», существуют и другие ее местные названия.

На крючок насаживается все тот же червь, или кусочек рыбки, или целая верховка. Игра мормышкой состоит в периодическом постукивании ею по дну, с большими или меньшими паузами, во время этих пауз обычно и происходит хватка налима.

Рис. 10. «Пулька» для ловли налима

Поскольку налим практически не пользуется зрением, разыскивая добычу, очевидно, что в отличие от дневных рыб привлекают его не легкие облачка мути, возникающие при подобном способе игры, но именно звук от ударов мормышки о дно. Как будет показано далее, на этой особенности налимов основаны и другие способы его зимней ловли.

Прикормка при зимнем ужении налимов практически не применяется. Вообще при ловле хищников прикормка воздействует не на них, а на рыбью мелочь, скопление которой привлекает крупного окуня или щуку. Но налим тем и отличается, что охотится на местах ночевки, а не кормежки мелкой рыбы.

Некоторые рыболовы пытаются привлечь налима не только звуком, но и светом, и привязывают к своим удочкам вторую мормышку, – пластиковую светящуюся, как при ловле корюшки. Поклевки на такие мормышки случаются, если они привязаны не очень высоко, в 7-10 см от дна. Но привлек в таком случае налима свет или все-таки стук – вопрос спорный.

Кивки для ловли налима применяются большие и жесткие, с крупным шариком или цилиндром на кончике, и этот шарик либо цилиндр тоже покрывают светящейся краской. Иногда обходятся вообще без кивка, определяя поклевку осязанием.

По окончании нереста, в конце зимы и самом начале весны, налим активно отъедается после своего нерестового путешествия, и питается круглые сутки. И в местах скопления можно удить его со льда и днем, хотя лучший клев и тогда бывает все же по ночам. Иногда в эту пору налим попадается днем на снасти, вовсе не для него предназначенные: например при ужении на мотыля плотвы или при блеснении окуня.

Ловля налимов на зимние блесны распространена мало. Главное условие: блесна не должна подниматься выше чем на несколько сантиметров над дном, и регулярно о него ударяться. Как и в случае с мормышками, рыбу привлекает шум. Однако подобные способы хороши, если дно в водоеме галечное или плитняковое. На мягком грунте и блесна, и мормышка станут звучать в разы хуже. Поэтому для ловли усатого хищника придуманы приспособления, способные издавать достаточно громкие звуки сами, без удара о поверхность дна. К их описанию мы и переходим.

Зимняя ловля «на шум»

Вот что написал о шумящих приманках классик рыболовной литературы Л. П. Сабанеев:

Налима можно с большим успехом ловить на звенящие блесны, вроде употребляемых для ловли сигов; это две широкие блесны на одном поводке, которые при опускании расходятся, а при поднимании сближаются и, ударяя друг о друга, звенят. Во время хода налимов их также багрят или особыми багорчиками, или крупными крючками, привязанными к 1,5-метровой рукоятке, как судаков, причем также высматривают идущую рыбу, лежа над обрывом, закрывши голову, или ловят на двойчатку (или на две из двух смежных прорубей) с привязанными к ней якорьками, делая ею более или менее частые подсечки – уже наобум. Впрочем, последним способом налимы ловятся реже других рыб, не ползающих по дну, и большей частью во время нереста.

Местами с большим успехом применяются видоизмененные способы ловли налимов на голые крючки или, вернее, на якоря. Первый, основанный как на потребности большинства рыб тереться во время нереста о твердые предметы, так и на необъяснимой любви налима к звукам, употребляется в Псковской, губернии. На месте нереста в прорубь спускают вертикально пятилапый якорек, высотой 15 см, так, чтобы он стоял на дне торчком. Якорек оканчивается, как и все якоря, ушком с кольцом, за которое и привязывается бечевка. Время от времени ловец слегка подергивает последнюю, и кольцо, опускаясь, издает звон. Этот звон и привлекает ползающих по дну налимов, и чем кольцо звонче, тем ловля удачнее, т. е. налимы охотнее переползают через якорь, что слышно по руке, держашей бечевку.

Налимы, по мнению моложских рыбаков, трутся всегда на белой гальке и потому, принимая липовую дошечку за камень, охотно трутся и переползают через нее, что слышно по руке. Рыбак поэтому, при известном навыке и сноровке, подсекает всегда вовремя и нередко вытаскивает сразу пару налимов, иногда свившихся хвостами, как сказано выше. Вообще ловля налимов голыми якорьками во время нереста имеет довольно обширное распространение и употребляется как в Новгородской губернии, так и в Западной Сибири. В первой местности якорьки не более 4 см высотой.

Л. П. Сабанеев, «Рыбы России. Жизнь и ловля наших пресноводных рыб»

В наше время ловля налимов на шумящие приманки изменилась мало. Для сравнения вот еще пара цитат, уже из вполне современного издания – из журнала «Спортивное рыболовство» (статья А. Орехова о ловле налима в № 12/2004):

Широко известен способ ловли налима на так называемую «стукалку» или на «кольцо». Разновидностей этой снасти много. В одном из рыболовных журналов 2 или 3 года назад В. Перваковым была описана «стукалка», внешне похожая на балансир – пожалуй, одна из самых простых конструкций. Основываясь на той публикации, я изготавливаю приманку так. Из листа отожженной меди, латуни или никеля толщиной 0,5–1 мм вырезаю прямоугольную заготовку длиной 60–80 мм и шириной 30–40 мм. Затем сгибаю ее посередине – чтобы получилась фигура, похожая на двухскатную крышу. Если, скажем, заготовка имела ширину 40 мм, то в поперечном сечении должен получиться равнобедренный треугольник с боковыми сторонами по 20 мм, и основанием порядка 20–25 мм. Посередине заготовки делается отверстие для крепления проушины из тонкой проволоки, как у балансира, к ней будет привязываться леса. К проволочным усикам проушины крепятся два одинарных, достаточно больших крючка – так, что бы колечки и большая часть цевья оказались «под коньком» этой самой «двухскатной крыши». Затем конструкция переворачивается и заливается свинцом. После обработки напильником и полировки (проще всего «бархоткой» с полировальной пастой) получается изделие, которое можно описать так: балансир-трехгранка без хвостового оперения и нижнего тройника (рис. 11).

Рис. 11 «Стукалка».

Пользуются этой снастью, как правило, перед нерестом налима. Техника ловли на нее незатейлива: «стукалку» опускают на дно, резко поднимают на 10–20 см, а затем «бросают» вниз. Ударяясь о дно, «стукалка» издает звук, привлекающий налима, а для соблазнения его еще и запахом, на крючки подсаживают кусочки рыбы. Хотя есть и другое предположение: звук «стукалки» не просто привлекает, а раздражает налима, заставляя его атаковать «агрессора».

Иногда к проушине крепится стальное колечко (проще всего – при помощи заводного кольца). Смысл этого усовершенствования в том, что, ударяясь о боковую поверхность «стукалки», колечко дополнительно издает звуки, тоже притягивающие налима. Тогда эта снасть называется «кольцо».

Форма тела «стукалки» не должна быть непременно треугольной – может, допустим, и овальной, отлитой в форме. И крючков – не обязательно два, а три или даже четыре. Здесь полет фантазии не ограничен, а правильное конструктивное решение определяется экспериментальным образом. Главное – создать под водой побольше шума, и не просто шума, а такого, чтобы он провоцировал налима на поклевку.

Происхождение от «якорька с кольцом», описанного Сабанеевым, несомненно. Единственное принципиальное отличие – подсаживание на крючки «стукалки» кусочков рыбы, совершенно не обязательное для ловли, но необходимое по иным причинам, о которых будет упомянуто позже. Надо сказать, пятилапый якорек в его первозданном виде до сих пор употребляется питерскими рыболовами, ловящими на Ладожском озере (см. рис. 12).

Рис. 12. Современный «якорек» ладожских рыбаков.

Снасть изготавливается из остро заточенных самодельных крючков, соответствующих как минимум № 14—№ 15 по отечественной нумерации, иногда из более крупных. Вставляются они в охотничью гильзу небольшого калибра (32-го, 28-го или в крайнем случае 20-го) и там закрепляются расплавленным свинцом. Выше слоя свинца находится полость, отделенная водонепроницаемой пробкой. В эту полость помещают несколько небольших шариков от подшипника – и получившаяся погремушка позволяет обходиться без кольца.

Вот еще один отрывок из той же статьи А. Орехова:

Есть еще приманка, принцип действия которой аналогичен «стукалке». Изготавливается она из двух тяжелых колеблющихся блесен – например, типа «Норич». Обе блесны крепятся за общее заводное кольцо, к нему присоединяется карабин, к которому привязывается леса. Хитрость тут одна: блесны надо закрепить так, чтобы они соприкасались выпуклыми частями (рис 13).

Рис. 13 Сдвоенная блесна, она же «бряцалка».

Получившуюся «погремушку» опускают на дно, затем приподнимают на несколько сантиметров – и либо бросают вниз, как «стукалку», либо потряхивают у самого дна, опять же создавая звуки, привлекающие налима. Еще одна тонкость: если на обеих блеснах оставить тройники, то они очень часто будут цепляться друг за друга и нарушать «игру» этой снасти. Бороться с этим явлением можно несколькими способами, самый простой из которых, – снять один из тройников. Можно также ставить маленькие тройники, такие, чтобы они «не дотягивались» друг до друга, или ставить вместо тройников одинарные крючки.

Как говорится, найдите десять отличий от «звенящих блесен» Сабанеева… А липовая дощечка моложских рыболовов XIX века превратилась в наши дни в нечто более современное, в конструкцию, именуемую некоторыми рыболовами «лапой». Снасть и в самом деле отдаленно напоминает лапу не то медведя, не то еще какого-то зверя. Основание «лапы» выгибается из трапецевидной заготовки с закругленными краями (материал – листовая нержавеющая сталь толщиной 2 мм, иногда дюраль несколько большей толщины). К широкому концу припаиваются «когти» – большие крючки в количестве от 3 до 5 штук. «Лапа» не просто имитирует белую гальку, о которую якобы любит тереться брюхом налим, но и привлекает рыбу достаточно громким звуком. Достигается это в различных модификациях «лапы» по-разному. Иногда к нижней, вогнутой стороне основания лапы, возле крепежного отверстия, припаивается или приклепывается одним концом отрезок плоской пружины от заводной игрушки 10–12 см длиной, на другой конец пружины крепится звонкий бубенчик. При малейшем подергивании лески гибкая пружина колеблется, и бубенчик звенит, ударяясь об основание «лапы». Второй способ: леска привязывается к крепежному отверстию не напрямую, а через цепочку около 20 см длиной. Цепочка своеобразная: собрана из рыболовных карабинов и заводных колец, причем на каждое кольцо прицеплена еще и просверленная у края монета (обычно старая, вышедшая из употребления). При подергивании и отпускании лески цепочка шумно побрякивает, привлекая налима.

Иногда подошедшая рыба докладывает о себе несильным толчком, но вообще полезно подсекать «вслепую», – периодически, после чередования нескольких «бряков» и пауз.

Любопытно, что эта снасть, приносящая неплохие уловы на Ладоге и других больших озерах Ленинградской области, никак не проявила себя на маленьких лесных речках. Правда, там и опыты ее применения были не слишком многочисленными.

Ничем принципиально не отличаются от «лапы» и шумовые блесны, применяемые для ловли налимов соседями-финнами. Правда, если питерским рыбакам приходится пользоваться самоделками, то в Финляндии «шумелки» выпускают вполне респектабельные фирмы, производящие рыболовную продукцию. Вот, к примеру, «шумелка» известной фирмы «Куусамо», изображенная на рис. 14. Производитель в своем каталоге пишет о ней так:

«Сезон ловли налима начинается в конце января и длится до марта – это лучшее время для использования такой блесны. Ее следует опустить на дно и покачивать таким образом, чтобы задняя ее часть все время касалась дна. Налим прощупывает своими щупальцами (усами) блесну, и это, в виде легких движений, ощущается на наконечнике удилища. В этот момент сделайте резкий рывок и засеките рыбу. Прикрепленное к блесне грузила издают дополнительный звук, благодаря чему блесна привлекает рыбу с большого расстояния».

Рис. 14. Финская «шумящая» налимья блесна, т. н. Madepikki.

Если попытаться изготовить подобную блесну собственноручно из подходящей летней «колебалки» (что не так уж трудно, владея соответствующими инструментами и минимальными слесарными навыками), то необходимо добиться, чтобы оба крючка – и двойник, и большой одинарный, – двигались относительно блесны свободно, но лишь в одной плоскости. Можно увеличить громкость издаваемых такой «шумелкой» звуков, если отлить крепящиеся к крючкам грузила не из любого подвернувшегося под руку свинца, а из расплавленной охотничьей дроби (в состав свинцового сплава, используемого для дроби, входят добавки, обеспечивающие необходимую твердость, – чистый свинец звучит при соударении с другим металлом достаточно глухо).

И напоследок о подсаживании кусочков рыбы на крючки. Если этого не делать, все описанные в этом разделе снасти автоматически попадают в раздел багрящих, то есть безусловно запрещенных рыболовными правилами.

Зимняя ловля ловушками

Этот способ добывания налимов разрешен не везде, с основном в северных регионах России, в бассейнах Северной Двины, Онеги, Вычегды и некоторых других рек, да и то по разовым именным разрешениям.

Оно и правильно: в средней полосе, как уже говорилось, налим отнюдь не изобилует, ютится в самых верховьях рек, – и перекрыв такую речушку крыльями мережи или вентеря, не трудно подчистую истребить нерестовое стадо налима, что невозможно сделать ни ставной сетью, ни бреднем, не говоря уж о крючковых снастях.

Однако там, где налим водится в больших количествах, ловля эта весьма добычлива и не лишена своеобразного азарта. Вот какое поэтичное ее описание оставил другой патриарх рыболовной литературы, С. Т. Аксаков:

Уха из одних налимов (даже без бульона из ершей), живых непременно, особенно если положить побольше печенок и молок, до того хороша, что, по моему мнению, может соперничать с знаменитой стерляжьей ухой. Из уважения к такому высокому качеству я допускаю и даже люблю ловлю их мордами, по-заволжски, или неротами, по-московски. Она производится следующим образом:

На перекатах реки, в которой водятся налимы, загораживаются язы, то есть вся ширина реки или только та сторона, которая поглубже, перебивается нетолстыми сплошными кольями, четверти на две торчащими выше водяной поверхности, сквозь которые может свободно течь вода, но не может пройти порядочная рыба; в этой перегородке оставляются ворота или пустое место, в которое вставляется морда [4] (или нерот), крепко привязанная посредине к длинной палке: если отверстая ее сторона четыреугольная, то ее можно вставить между кольями очень плотно; если же круглая (что, по-моему, очень дурно), то дыры надобно заткнуть ветками сосны или ели, а за неименьем их – какими-нибудь прутьями. Всего необходимее, чтоб морда лежала плотно на дне.

Зимой, особенно в сильные морозы, преимущественно около святок, выходят налимы из глубоких омутов, в которых держатся целый год, и идут вверх по реке по самому дну, приискивая жесткое, хрящеватое или даже каменистое дно, о которое они трутся для выкидывания из себя икры и молок; таким образом, встретив перегородку, сквозь которую пролезть не могут, и отыскивая отверстие для свободного прохода, они неминуемо попадут в горло морды. Иногда вваливаются такие огромные налимы, что даже непонятно, как они могли пролезть в узкое отверстие, будучи почти вдвое его объемистее. Это объясняется тем, что вся толщина налима состоит в брюхе, которое, по мягкости своей, удобно сжимается, и тем, что налим покрыт необыкновенною слизью.

Всего выгоднее загораживать язы на устьях речек, впадающих в главную реку. Налимы идут всегда по ночам и днем никогда в морды не попадаются. В наши долгие, жестокие зимы очень приятно после снежной вьюги, свирепствовавшей иногда несколько дней, особенно иногда после оренбургского бурана, когда утихнет метель и взрытые ею снежные равнины представят вид моря, внезапно оцепеневшего посреди волнения, – очень весело при блеске яркого солнца пробраться по занесенной тропинке к занесенным также язам, которые иногда не вдруг найдешь под сугробами снега, разгресть их лопатами, разрубить лед пешнями и топорами, выкидать его плоским саком или лопатой и вытащить морду, иногда до половины набитую налимами.

Изредка, особенно к великому посту, попадаются окуни, плотва и раки.

С.Т. Аксаков, «Записки об ужении рыбы»

Со времени Аксакова принципиально ничего в этой ловле не изменилось, кроме материалов, из которых изготавливаются снасти: плетеные из ивовых прутьев ловушки уже мало где употребляются. Для изготовления жестких бескаркасных ловушек сейчас гораздо чаще используют металлическую сетку, причем наиболее удобна сетка, сплетенная из проволоки, изолированной пластмассой. Подобные жесткие неразборные снасти имеют ряд преимуществ перед сетными ловушками, но главный их недостаток – отсутствие компактности, ловить можно только рядом с домом. Поэтому для ловли налима «на выезде» подо льдом растягивают обычные вентери и мережи (более подробно описанные в моей книге «Подъемники, ловушки, кастинговые сети»). Чтобы не рубить лишние проруби, удобно в тех же целях использовать верши с пружинным каркасом (часто продающиеся в магазинах под торговым названием «садок-ловушка»). В воду такая верша опускается с сложенном виде и уже подо льдом расправляется в рабочее положение.

В местах удаленных, где исключен доступ чужаков к выставленным на реке снастям, весьма удачно используются катиски – стационарные ловушки, открытые сверху, – выставленные в местах налимьего хода.

Формой центральная камера катиски отчасти напоминает вершу, с горловиной, позволяющей рыбе легко войти внутрь снасти и с трудом выйти наружу. Однако изготавливаются катиски не из сети, а из колышков или дранок, – заранее, с осени, вбитых в дно с небольшими промежутками, не позволяющими протиснуться в них налиму. К центральной камере примыкают направляющие крылья (тоже из вбитых в дно колышков) раскрытые почти под прямым углом навстречу поднимающимся против течения налимам.

Рис. 15. Центральная камера катиски (вид сверху)

Выставляются катиски на узких и неглубоких местах небольших рек, и добычу извлекают из них при помощи сачка, предварительно сколов лед, намерзший за ночь в центральной камере.

О зимней ловле налима другими сетными снастями долго рассказывать не стоит. В ставные сети, растянутые подо льдом, налимы при удачном выборе места ловли попадаются гораздо чаще, чем в сезон открытой воды. Связано это с тем, что рыбины, рассеянные в другое время по водоему, собираются зимой в более или менее густые стаи, следующие к местам нереста.

На реках севера и Сибири, изобильных налимами, такая концентрация бывает баснословной, прямо-таки фантастической. Приведу для примера один случай, описанный в 1985 году в газете «Красноярский рабочий» (позже заметка перепечатывалась в центральной прессе). Дело было так: два рыболова из Туруханского района отправились на Енисей порыбачить. На льду заметили лису, чем-то занимавшуюся у полыньи. При виде людей рыжая кинулась наутек, выронив крупного налима. Полынья буквально кишела усатыми хищниками: хоть ведром черпай, хоть лисьей лапой. Бравые рыбачки не растерялись, расширили полынью и за четыре дня наловили сетью несколько тысяч налимов общим весом свыше двадцати тонн, – добычу вывозили на вертолете Ми-8, четырьмя рейсами. Причем рыбацкой байкой, лапшой, навешанной на уши доверчивому корреспонденту, историю признать нельзя, – улов принимали в рыбном хозяйстве, по спешно заключенному договору, и, конечно же, взвешивали при этом.

Между прочим, один момент в истории этого рыбацкого рекорда стоит взять на заметку. А именно – полынья на Енисее. Морозы в Красноярском крае зимой не слабые, и полынья свидетельствуюет однозначно: в том месте били со дна сильные родники. Именно в таких местах надлежит устанавливать сети на налима в озерах и больших реках, либо неподалеку от устьев впадающих ручьев и речушек.

В рыболовные экраны – «косынки» и «телевизоры» – налим попадает редко и случайно, в качестве прилова. То же относится и к ловле «парашютами» на быстрых реках, не замерзающих зимой.

В озерах с ровным дном неплохо ловят налимов подо льдом неводами, но эта снасть в зимней любительской ловле практически не используется.

Летняя ловля налима

Авторитеты, пишущие на рыболовные темы, в большинстве своем утверждают: летней ловли налима не существует. А редкие отдельные случаи поимки, дескать, лишь подтверждают данное правило.

Это не совсем так. Даже совсем не так. Вялость налима, его апатия и отказ от пищи связаны отнюдь не со временем года, но всего лишь с температурой воды. Например, в верховьях родниковых речек, где и в июле температура воды не превышает 8-10 градусов, налим круглый год активно питается и движется, – и доступен для ловли и сетными, и крючковыми снастями. В больших и глубоких озерах (например в Байкале и Ладоге), где придонные слои не прогреваются, налимы летом вполне регулярно попадаются на переметы и заходят в верши. Да и на речках средней полосы очень часто можно отыскать богатый ключами омут с холодной водой, в котором налимы ведут летом вполне активный образ жизни. В общем, заядлые налимятники ловят любимую рыбу круглый год, без межсезоний.

К тому же у нас, на северо-западе Росси, лето не слишком длинное, – и постепенно ослабевающий клев налимов продолжается до середины июня, в холодное лето порой и до конца этого месяца. А уже к середине августа налим в тех местах, где впадал в летнюю «спячку», выходит из нее и начинает разыскивать по ночам пищу.

Летняя ловля крючковыми снастями мало отличается от весенней и летней, разве что сидеть у костерка на берегу в августовскую ночь куда приятнее, чем в ноябрьское ненастье.

Активно ловят налима летом и бреднями, хотя и не в таких количествах, как осенью, в холодной воде, когда ловцам приходится пользоваться резиновыми костюмами. Много налимов попадается в бредень в августе, при ловле ночью или на рассвете: ранним утром, идя с клячей бредня вдоль берега, нередко можно встретить налимов, не успевших спрятаться в свои дневные логова – они стоят, уткнувшись мордой в неглубокие ямки и вымоинки крутых берегов и вытянув хвосты к середине речки. Вспугнутые, эти усачи чаще всего оказываются в мотне бредня.

Чтобы поймать бреднем много налимов в июльскую жару, надлежит как можно активнее выгонять их из всевозможных убежищ: переворачивать подводные камни (иногда по несколько раз один и тот же, выгнанный из-под одного камня налим норовит тут же юркнуть под другой), нижними концами клячей плескать под подмытыми снизу берегами, среди свисающих в воду корней прибрежных деревьев.

Но если в речке водятся или когда-то водились раки, то налимов, очень любящих прятаться в их норы, выгнать оттуда затруднительно: от любого шума и плеска усатые забиваются еще глубже. Выход тут один: отложить бредень и воспользоваться старинным русским способом ловли, именуемым «щупанье».

Вот что писал про эту ловлю Л. П. Сабанеев:

Летом налима можно добыть даже руками, вытаскивая из нор, из-под корней прибрежных деревьев и кустов, а также из-под камней. Этот способ ловли, называемый щупаньем, или щуреньем, употребляется повсеместно, особенно на небольших крутоберегих реках, и имеет много любителей. Заключается он в том, что ловеи в жаркий день входит в воду, не глубже, чем по грудь, и осторожно, не производя шума, ощупывает руками все углубления берега, рачьи норы, корни, также камни; услышав осязанием стоящую над берегом или забившуюся в нору рыбу, он проворно выхватывает ее из норы и выбрасывает на берег. Щупанье производится всегда в затененных местах, под нависшими деревьями, в крутобережье, также близ родников и ключей. Ловят этим способом чуть не всякую рыбу – плотву, язей, шук, карпа, но чаще всего наиболее чувствительных к жаре налимов, хотя для этого требуется большая сноровка, из-за того, что налим очень скользкий. Налимы совершенно индифферентно относятся к дотрагиванию и при некотором навыке нетрудно даже заставить их принять более удобное положение.

Л. П. Сабанеев, «Рыбы России. Жизнь и ловля наших пресноводных рыб»

С карпами, о которых упоминает классик, при этом способе ловле мне сталкиваться не доводилось, но попытки поймать руками щуку обычно заканчивались неудачно. Чаще всего хищница обнаруживалась не под камнями или в рачьих норах, но неподвижно стоящей на мелководье, так что из водорослей торчал лишь щучий хвост. И крайне редко удавалось схватить ее вслепую так, чтобы пальцы угодили под жабры.

Язи и голавли удачно ловятся руками лишь там, где живут раки: в их норы рыбы активно протискиваются, надеясь поживиться линяющими хозяевами подводной квартиры, сбросившими свой жесткий панцирь. Однажды мне довелось увидеть под водой какое-то бултыхание, служившее источником разносимой течением мути. Оказалось, что алчный голавлик около полукилограмма весом втиснулся в узкую рачью нору, вырытую в глинистом грунте: застрял, как пробка в бутылке, и, не способный к заднему ходу, отчаянно пытался освободиться, – из норы он, в результате выбрался, но лишь затем, чтобы угодить в коптильню, никого жадность до добра не доводит…

Еще чаще, чем голавли и язи, при щупаньи налима попадаются окуни, причем не только там, где водятся раки, и не только в рачьих норах, – под камнями тоже нередко случается ухватить полосатого. Можно предположить, что более крупные экземпляры преследуют там гольцов и подкаменщиков, но иногда попадаются и крохотные окуньки, хищничать ввиду своих размеров не способные. Не исключено, что их привлекают рачки-бокоплавы и личинки ручейника, прилепляющиеся к нижней поверхности подводных камней. Удержать окуня в руках легче, чем любую другую рыбу, его шершавая чешуя практически не скользит в пальцах.

А вот гольца ухватить без большой сноровки невозможно – усатая рыбешка не менее скользкая, чем налим, но засунуть пальцы под маленькие жабры не удается. Если кому-то и зачем-то нужны гольцы (на корм кошке или на насадку), то необходимо слегка прижать голову гольца пальцем к поверхности камня и спокойно достать оглушенную рыбку. Если не переборщить с нажатием, то живучий голец, помещенный в садок или в ведро с водой, спустя некоторое время приходит в себя и вполне способен поработать живцом.

Ту же процедуру проделывают и с небольшими, граммов по двести-триста, налимами, если по каким-то причинам взять их за жабры невозможно. Иногда в подводной тесноте удается коснуться кончиками пальцев лишь морды налима, и создается патовая ситуация: рыбе не уйти, а ловцу не просунуть дальше руку. В таком случае можно рискнуть возможностью неглубоких ссадинок и засунуть один или два пальца в пасть налиму – жесткая щетка мельчайших зубов налима обеспечивает отличное сцепление и позволяет быстро вытянуть рыбу. Самые крупные экземпляры с мощными челюстями, вполне возможно, способны в такой ситуации серьезно повредить пальцы, но они при ловле щупаньем попадаются редко.

Удобно ловить вдвоем, особенно если у одного из ловцов имеется подсачек с укороченной рукоятью, висящий на шнурке за спиной. Иногда у подводных убежищ налимов (особенно под большими валунами) имеется не один, а два выхода, слишком широких, чтобы перекрыть их руками. Тогда один из рыбаков, взмутив воду, устанавливает сачок напротив одного выхода, маскируя снасть в мутной воде, а второй вспугивает рыбу.

Если на мелкой, до дна прозрачной речке обнаруженный налим сумел ускользнуть, можно попытаться поймать его снова: необходимо сделать в ловле перерыв и дождаться, пока течение снесет муть (ловля всегда производится против течения). Затем внимательно и последовательно осмотреть весь близлежащий участок дна. Если налим обнаружится на открытом месте, можно осторожно вспугнуть его и заставить уйти в укрытие, либо постараться поймать сачком, при его наличии. Если же рыбы не видно, то надлежит еще раз ощупать все окрестные убежища – скорее всего, налим затаился в одном из них.

Кроме сачка, весьма желательного, необходимой принадлежностью ловли является мини-аптечка: лейкопластырь, йод, бинт. При щупанье очень легко порезать руки об осколки стекла, забитые течением под камни.

В речках, протекающих через населенную местность, налимы охотно используют в качестве укрытий всевозможные предметы, выброшеные людьми в воду. Откуда только не доводилось извлекать усатых хищников: из металлических бидонов и ведер, из груд выброшенной парниковой пленки, из-под проржавевших автомобильных крыльев. Один налим-милитарист даже устроился в древней гильзе от трехдюймового снаряда.

Такая налимья неразборчивость в квартирном вопросе позволяет любителям этой ловли предлагать налимам искуственные убежища, поймать рыбу в которых гораздо легче, чем в естественных. Обычно это недлинные (70–80 см) обрезки труб большого диаметра (водосточных, дренажных и т. д.), затянутые с одного конца куском сетки. За недостатком подходящих труб можно сколотить рыбью «гостиницу» из четырех обрезков доски, прибив с боков заостренные колышки, втыкаемые в дно и не позволяющие деревянному коробу всплыть (в местах каменистых вместо колышков приходится привязывать грузы соответствующего веса). Однако эту ловлю щупаньем уже не назвать, скорее это некая разновидность ловушкового лова.

Простая, без лишних приспособлений, ловля налимов руками, при всей своей примитивности, чрезвычайно азартна. К тому же присуща ей некая исконная справедливость: все по-честному, один на один, человек против рыбы, с тем лишь, что дала обоим матушка-природа. И победа в такой схватке стоит, на мой взгляд, куда дороже, чем одержанная с помощью суперсовременных снастей, изготовленных с использованием космических технологий.

Охота с острогой

Этот способ добывания налимов я намеренно оставил напоследок, дабы избежать до срока обвинений в пропаганде злостного браконьерства. Ведь если сетями и бреднями, ловушками и переметами налимов добывать можно – по лицензиям, с теми или иными ограничениями – то острога на территории России запрещена безусловно, и считается орудием хищническим и истребительным.

А ведь когда-то все было с точностью до наоборот… Вот что писал про охоту с острогой Л. П. Сабанеев в девятнадцатом веке:

В числе других способов ловли рыбы для рыбака-охотника охота с лучом и острогой, бесспорно, занимает первое место! Не говоря о том, что эта ловля одна из самых трудных и требует много силы, ловкости, сметки и необыкновенно верного глаза, она имеет еще то значение, что таким образом добывается самая крупная, отборная рыба. Охота в лучом имеет даже в себе много поэзии, и всякий, кто хоть раз был участником, даже свидетелем этой ловли, непременно согласится, что вид этого чуждого подводного мира составляет самое любопытное, самое великолепное зрелище: в черте огненного круга ясно видны все неровности дна, все растения и спящие обитатели озера; далее во все стороны, – непроницаемая тьма и безграничное пространство воды; медленно, бесшумно плывет лодка, точно предводимая пламенем, быстро сменяются впечатления, и в больших прудах, имеющих столь богатую флору водяных растений и много разных пород рыб, – трудно представить себе большее разнообразие.

Главный снаряд для лучения – острога – весьма нехитрое орудие. Оно имеет 7-10, но иногда 12 зубцов, около 18 см длиной, четырехгранной, реже цилиндрической формы; зубцы имеют несколько зазубрин вроде рыболовного крючка, но с обеих сторон, и наверху соединяются в трубку, которая прикрепляется неподвижно к сухому и тонкому шесту около 2 м длиной, редко более, а впрочем смотря по глубине, на которой производится лучение.

Рис. 16. Острога (из книги Л. П. Сабанеева «Рыбы России»)

Второстепенное значение имеет устройство луча. Для этого существует особое, весьма целесообразное приспособление, т. н. коза. Она состоит из железной изогнутой 70-сантиметровой рукоятки, к ней с боков привариваются более тонкие железные прутья, которые на конце тоже согнуты, но под прямым углом, так что весь снаряд имеет вид продолговатой жаровни длиной около 45 см. Коней рукоятки прикрепляется к носу лодки таким образом, что коза находится несколько выше последнего, по крайней мере на 70 см от воды, что необходимо для освещения возможно большего пространства. Вообще при ловле острогой употребляются очень легкие лодки, управляемые одним веслом. Гребец сидит здесь уже не в носовой части ее лицом к корме, как на гребных лодках, а на корме лицом к носу, где помещается, обыкновенно стоя, главный рыбак с острогой. Самый лучший осветительный материал для луча – т. н. смолье. Это небольшие поленья или шепки, наколотые из смолистых сосновых пней и даюшие самое яркое и продолжительное пламя. Смолье всегда заготавляется заранее и высушивается как можно лучше, иначе оно горит гораздо темнее и притом с треском, пугаюшим чуткую рыбу.

Трудно описать ощущение, когда темной осенней ночью едешь в лодке: кругом мертвая тишина, изредка нарушаемая лаем собак и кряканьем уток; ярко горит смолье, освешая путь; на одну минуту мелькнут все мельчайшие подробности разнохарактерного дна озера, малейшие его углубления, каждая ничтожная травинка – и немедленно сменяются новыми: здесь, точно подводное чудовише, лежит огромная коряга, растопырив свои ослизлые и обросшие ветви; здесь желтеет песок, тут чернеет глубокая «няша», там опять зеленеет водяной мох, виднеются длинные стебли лопуха и его огромные ползучие корни; вот и целая чаша остролистной горошницы, пожелтевшей от осенних морозов. Всюду неподвижно стоят мелкие окуньки, пестрея полосатыми спинками, мелькают неугомонная плотва и бойкие ельиы; тоненькими сучочками лежат на дне мелкие щурята; медленно, словно нехотя, плывет широкий желтый линь. Тихо и бесшумно двигается лодка; ни единая капелька не скатывается с весла, не вынимаемого из воды: то осторожно подворачивается оно к корме, то снова выносится вперед вразрез воды, почти касаясь краев лодки. Неподвижно, черной тенью рисуясь на огненном кругу, стоит рыбак посередине лодки, ближе к лучу, и держит наготове острогу. Проворно, но без малейшего шума опускает он ее в воду, вдруг с силой нажимает и вытаскивает пойманную рыбу, ударом другой руки снимает ее с остроги, ловко подкидывает на жаровню свежего смолья и подправляет его зубцами. Трешит огонь, искры и обгоревшие головешки с треском и шипением падают в воду, и снова вспыхивает еше более яркое пламя. Вот и еще новая добыча, другая, третья – чем дальше, тем больше, но чаще становятся и промахи: нередко рыба убегает в то самое мгновение, когда острога готовится пронзить ее. Самое главное в этой ловле угадать расстояние, на котором медленное движение остроги должно мгновенно перейти в быстрый удар; притом всегда следует бить рыбу не вертикально, а несколько наискось и сначала опускать острогу как бы мимо рыбы, а расстоянии 35 см или менее осторожно переносить ее на цель, т. е. спину рыбы, впереди спинного плавника.

Главный недостаток ловли острогой состоит в том, что довольно много рыбы срывается и уходит с более или менее тяжелыми ранами, почему пропадает без всякой пользы. По этой причине в Западной Европе ловля с лучом и острогой в большинстве случаев запрещена и употребляется сравнительно редко. В последнее время, впрочем, в Англии изобретены особые пружинные остроги (стоктоновские), с которых рыбе почти невозможно сорваться. Рыба ударяется распоркою-насторожкою, которая распирает два стержня с зубьями на концах и сбивается даже от легкого удара, а обе зубчатые половины снаряда, т. е. оба настроженных стержня, с силою вонзаются в бока рыбы под действием пружины. Электрическая острога по своей сложности вряд ли может иметь практическое значение.

Ловля острогой имеет любителей и среди спортсменов и производится ими с большими удобствами и комфортом. Вместо смолья ими употребляются смоляные факелы, нефть или же особые лампы.

Л. П. Сабанеев, «Рыбы России. Жизнь и ловля наших пресноводных рыб»

Любопытно, правда? Леонид Павлович Сабанеев к хищническим методам ловли относился резко отрицательно, и на страницах своего монументального двухтомного труда никогда этого не скрывал, так прямо и писал: неплохо бы запретить ту или иную ловлю, слишком вредна для рыбьего поголовья… И уж никак бы не стал Сабанеев оставлять столь поэтическое описание браконьерства, и утверждать про варварский метод лова: «для рыбака-охотника охота с лучом и острогой, бесспорно, занимает первое место!»

Однако в наши дни все изменилось разительно: человек с острогой – браконьер. Всегда. Везде. Почти без исключений: если на сети и бредень, на перемет с большим количеством крючков или на мережу можно взять разрешение (лицензию) и ловить без конфликтов с законом, то бумажку с печатью, разрешаюшую охоту с острогой, нигде на территории Российской Федерации вы не получите.

Лишь представители малых вымирающих народов Сибири и Крайнего Севера могут заниматься традиционным, от дедов унаследованным промыслом. Здесь логика законодателей понятна: рыбы больше, чем сами съедят, аборигены все равно не добудут, сбывать некуда, и гораздо дешевле разрешить местным жителям острогу, чем завозить для них Северным морским путем скумбрию в банках, золотой та скумбрия получится…

Второе исключение – подводные охотники, коих береговые рыболовы, исконно их недолюбливающие, называют «водоплавающими» или «подохами». Им, «подохам», кроме подводных ружей и пистолетов, можно пользоваться и острогой. Правда, Правила подводной охоты стыдливо именуют острогу «ручным гарпуном», но разницы особой нет: длинная палка с пятью зазубренными остриями… Здесь логика закона просматривается смутно: сорвавшихся подранков (а большое их количество – один из главных аргументов против остроги) у «подоха» будет еще больше: дело происходит в жидкой среде и для сильного удара нет надлежащей точки опоры.

Когда же именно в истории остроги произошел крутой поворот: от увлекательной и спортивной ловли к злостному браконьерству?

Вот почерпнутое в Интернете мнение юридически подкованного человека, изучившего законодательную историю вопроса:

«…Впервые (из найденных мной документов) острога была запрещена постановлением Совета Министров СССР от 15 сентября 1958 года № 1045 «О воспроизводстве и об охране рыбных запасов во внутренних водоемах СССР».

При этом подпункт «и» пункта 11 запрещал одновременно применять при добыче рыбы и огнестрельное оружие, и острогу. Вот с тех пор и идет запрет на острогу а отечественной нормативной базе. (…) Кстати, сейчас с острогой, как я понял, стало полиберальнее. Да, острога, как и капкан, полностью запрещены для Дальневосточного и Западного рыбохозяйственных бассейнов, пунктами 73 и 23.3.1. Правил рыболовства для соответствующих рыбохозяйственных бассейнов.

В то же время, в Северном рыбохозяйственном бассейне острогу запрещено применять, если следовать буквальному толкованию пункта 80 Правил, только в водоемах, в которых обитают семга, озерная форель, кумжа, палия, судак. Соответственно, в прочих водоемах острогу применять можно. Капканы же и вовсе разрешены везде, кроме Вологодской области.

Есть тут правда еще один момент – в пункте 82 Правил, где указаны разрешенные орудия лова, острога также не поименована. Так что есть определенный пробел в нормативном акте… Однако с учетом того, что прямой запрет на острогу установлен только для ряда водоемов, есть основания говорить, что в иных водоемах применение ее будет правомерным».

С последним утверждением согласиться трудно – известно, как трактуют инспектора рыбохраны любые пробелы и умолчания в правилах, и вообще любые спорные моменты. Примерно как гаишники на дорогах – в пользу своего кармана.

Дата запрещения остроги – 1958 год – объясняет многое. Председателем правительства СССР, подписавшим запретительный указ, был Никита Сергеевич Хрущев, великий реформатор и великий волюнтарист. И за первые пять лет своего правления, к 1958-му, он в результате своих реформ и своего волюнтаризма довел страну до голода. Черт знает почему, но в нашей стране реформы и голод – неразлучные спутники, как молния и гром. Сверкнуло небесное электричество – все знают: вскоре громыхнет. При культе личности, едва миновало военное лихолетье, – в магазинах «сталинское изобилие», и цены на продукты каждый год снижаются, и севрюги с осетрами в рыбных витринах распластались, и баночки с черной да с красной икрой пирамидками, – в простых, для народа, магазинах, не в спецраспределителях… И знаменитый рекламный слоган: «Всем попробовать пора бы, как вкусны и нежны крабы!»

Попробовали. Кто успел. Долго потом вспоминали, облизовались. Потому что главный штурвал страны оказался у Никиты Сергеевича, обещавшего, как известно, показать кузькину мать проклятым империалистам. Но для начала показавшего ее собственному народу – бей своих, чужие бояться будут.

И исчезли куда-то баночки с икрой и крабами, и уплыли куда-то из рыбных витрин осетры с севрюгами… Впрочем, что значит: куда-то? К ним и уплыли, к проклятым империалистам. И слитки из золотого запаса – туда же. А обратно – пшеница, выращенная оклахомскими фермерами… Свое зерно у Хрущева отчего-то вырастить в нужных количествах никак не получалось.

Нет, он старался – в меру своего разумения. Целину, например, распахал, – гигантский урожай в первый год собрали, рекордный, хоть в книгу Гиннеса заноси. Жаль, сгнил тот урожай. Хранить негде, вывозить нечем, – он и сгнил. А повторить успех на следующий год не удалось – дунул ветер и полетел целинный чернозем большими черными тучами… Ветровая эрозия почвы, говоря по-научному. Была степь – стала пустыня.

Я ведь к чему про Никиту Сергеевича так долго? К тому лишь, что постановления под его руководством Совмин принимал… как бы помягче сказать… не самые мудрые постановления. И не самые дальновидные.

Вот и с острогой то же самое… Спору нет, острогой, как и любой почти рыболовной снастью, при определенных условиях можно хищничать и истреблять рыбу в огромных количествах. Например, во время нерестового хода лососевых в реки Дальнего Востока, Камчатки, Сахалина. Если уж там медведи лапой столько кеты да горбуши добывают, что только мозг у рыбин выгрызают, а тушу выбрасывают – то уж острогой… Или на юге, в низовьях великих русских рек, во время нереста сазана… Да и в средней полосе на щучьем нерестилище можно неплохо поживиться, – хотя уже эта охота и более трудна, и менее добычлива.

Ну так и запретите острогу в нерест, как запретили почти всё – лишь с удочкой с одним крючком весной можно к водоему приближаться… Осеннее лучение-то тут при чем? Рыба давно отнерестилась, и взять ее не просто, мастерски острогой надо владеть, и добыча не запредельная, центнерами и тоннами не исчисляется…

Подранки, говорите? Срывающиеся с зубьев остроги и бесцельно гибнущие?

Хорошо, сейчас разберемся с подранками.

В последние выходные августа огромная армия людей с зачехленным оружием устремляется из города к рекам, озерам и болотам. Начинается осенняя охота, и главная дичь для массового охотника – утки. Так вот, однажды пятеро охотников поставили смелый эксперимент – отправились на охоту… без ружей! Лишь с собаками, хорошо обученными находить подранков. Они и находили, причем вдалеке от тех мест, где стояли в своих засадах охотники, ружей взять не позабывшие, – в километре, в двух, а то и подалее. Вечером сошлись на базе, подсчитали добычу и изумились: у «собачников» в среднем на человека уток в полтора раза больше, чем у стрелков!

История эта – не байка, напечатана в свое время в альманахе «Наша охота», эксперимент проходил с ведома и под контролем охотничьего общества. Вывод из него прост: при ружейной охоте подранков в разы больше, чем чисто битой птицы. Утка с дробинкой, засевшей в брюшной полости, не километр и не два отмахать сможет – два десятка пролетит, а потом все равно погибнет – кто ж ее от перитонита лечить-то будет?

Однако никто по этим причинам ружейную охоту запретить не спешит.

А если вернуться от птиц к рыбам, то стоит присмотреться повнимательнее к Ихтиандрам нашим, к подводным охотникам. Как у них дело с подранками обстоит?

Под воду для расследования лезть не стоит – достаточно почитать статьи, которые «подохи», вынырнув, пишут и публикуют в охотничье-рыболовной периодике.

Чтобы избежать соблазна подбирать лишь статьи, подтверждающие мою мысль, коротко проанализирую все статьи о подводной охоте, числом пять штук, опубликованные в одном рыболовном журнале за один год.

Итак, журнал «Рыболов» № 5/99, статья «Моя протока». Автор, В. Гадалов из города Шуи, далеко не выезжал, охотился на протекающей мимо города речке, и результат скромный: три выстрела за погружение. Первый – по «огромной щучине», поначалу принятой автором за бревно. Результат: раненая рыба сорвалась с гарпуна и ушла. После чего автор «добыл щуку и подъязка, общим весом не потянувших и на килограмм». Если считать по хвостам, коэффициент подранков – 33 процента. А если по весу?

Еще одна статья в том же журнале, № 3. Автор, Ю. Шевченко, охотится тоже неподалеку от дома, в реке Оскол. И первым же выстрелом пробивает хвост десятикилограммовому сому, и даже удачно доставляет добычу на берег. Ограничения на количество добычи Правила устанавливают для «подохов» те же, что и для рыболовов. И на этом охота должна бы завершиться – норма вылова выполнена, пора домой. Но неугомоннный Ю. Шевченко снова отправляется под воду, посадив сома на прочный шнур, пропущенный сквозь пробитый хвост. Новая добыча – «четыре приличных голавля, несколько рыб поменьше». Однако сом, разорвав простреленный хвост, уплывает… Вновь самая крупная рыба уходит подранком.

В той же статье описан еще один эпизод, вновь с неплохим сомом. И вновь сом уходит подранком, сломав стрелу. Дословно: «Одинарный наконечник с концом стрелы был обломан на месте захвата стрелы спусковым механизмом». Справедливости ради отметим, что смертельно раненый сом не пропал безвозвратно – всплыл в конце концов на поверхность. Но мог и не всплыть, испустив дух где-нибудь в густом коряжнике.

А вот Ю. Гладков (статья «Щуки на деревьях» в № 6/99) таких оплошностей не допускает. Он прямо-таки ворошиловский подводный стрелок – одним выстрелом, одной стрелой пронзил сразу двух сомов! И рыбины, доставляемые к поверхности, даже не шелохнулись! Дело в том, что охотился Ю. Гладков зимой, на незамерзающей реке Ингул, – и стрелял неподвижных сомов, находящихся в состоянии зимней спячки. Тут подранков оставить мудрено, согласен. Но заслуживает ли такое занятие название спорта или охоты? Есть для него, по-моему, более точные определения.

Две последних статьи – «Лицо подводной охоты» (№ 1/99) и «Подводные охотники: права и обязанности» (№ 4/99) анализировать не будем. Автор у них один, В. Виноградов, и о подводных подвигах своих и коллег он не рассказывает, больше рассуждая об общих вещах – о правовой базе подводной охоты, о проблемах «подохов», да о том, какой это увлекательный спорт. В общем, тема подранков не затронута.

Общий вывод прост: подранки на любой охоте – с острогой ли, с подводным ли ружьем, или с ружьем обычным – неизбежны. У мастеров-охотников их значительно меньше, у неумех – больше, но охотится совсем без подранков невозможно.

Так что все доводы противников остроги, касающиеся подранков, малоубедительны…

И вот еще о подранках, напоследок.

Спустя неполных четыре года после того, как подпись Никиты Сергеевича Хрущова украсила документ, запретивший острогу, Хрущеву пришлось отдать другой приказ. Весьма жесткий приказ.

Забастовал Новочеркасск. С голода забастовал. Осетры и крабы в магазины так и не вернулись, – сей факт новочеркасцы пережили бы, не впервой, привычные. Спасенная от остроги щука тоже почему-то на прилавках не громоздилась, – однако и это не фатально…

Но стал исчезать хлеб. И без того подорожавший, на четверть состоящий из отрубей, – почти исчез из продажи. Километровые очереди у булочных выстраивались затемно, и лишь немногим счастливцам доставалась сырая, плохо пропеченная буханка, одна в руки…

Вот тогда терпение лопнуло. Рабочие забастовали. Рабочие вышли на демонстрацию, многие горожане к ним примкнули. Хрущев отдал приказ стрелять…

Подранков в тот день случилось множество.

Да и убитых наповал немало.

Но как бы ни был плох закон, он все-таки закон. Соблюдать надо… По счастью, у нас, рыболовов Питера и Северо-запада, рядом – два часа по трассе «Скандинавия» – расположена Финляндия, где охота с острогой – одна из самых популярных разновидностей рыболовного спорта. Именно спорта – даже национальные соревнования по охоте с острогой проводятся, и широко освещаются в прессе, и по телевидению транслируются.

Причем, что характерно, финские реки и озера гниющими подранками не завалены, да и общего оскудения рыбных запасов не наблюдается.

Охотиться с острогой могут не только местные жители – финны охотно предоставляют такое право и рыболовным туристам из других стран. Плата достаточно символическая: разрешение на разовую охоту стоит шесть евро, но те рыболовы, кто постоянно навещает Финляндию и пристрастился к остроге, предпочитают покупать за двадцать евро годовую лицензию (фискекурт), экономия существенная.

Купить острогу тоже не проблема – продаются почти во всех рыболовных магазинах, стоят дешевле спиннингов, 10–15 евро (лишь металлическая часть, древко к ней приходиться приделывать самостоятельно). А можно и не приделывать, заплатить подороже и купить современную острогу с алюминиевой телескопической рукоятью, легкую и удобную.

Тем, кто никогда не занимался этой охотой, лучше для начала потренироваться под руководством инструктора – есть на финнов и такая услуга – и поехать бить рыбу с опытным специалистом. Он и рыбные места покажет, и правильный удар поставит, и про правила безопасности все расскажет.

А теперь пора вернуться к главному герою этой книги – к налиму.

И рассказать, какими способами его добывают при помощи остроги. В Финляндии добывают, естественно… Хотя всегда хочется надеяться на лучшее: что здравый смысл возьмет верх, и старинная русская увлекательная охота вернется из вынужденной эмиграции.

Итак, способ первый – летний и дневной, применяемый исключительно для налима.

Летом налима на небольших реках с каменистым дном добывают острогой из-под камней, часто совмещая эту охоту с описанным выше «щупаньем».

Ловля осуществляется вдвоем, ловцы идут по реке, непременно вверх по течению, выбирая небольшие глубины, не более чем по пояс, а зачастую гораздо меньше. Если попадается слишком большой камень, лежащий в воде, и длины рук не хватает, чтобы исследовать пространство под ним, то один из рыбаков приподнимает валун при помощи лома или ваги, изготовленной из толстой прочной жерди.

Налим – если он таился под камнем – внезанно оказывается вместо уютной темной пещерки на открытом и ярко освещенном месте. И, ошарашенный, оцепеневает, – ненадолго, всего на несколько секунд.

В эти секунды и должен последовать меткий удар острогой. Легко сказать, но выполнить несколько труднее… Дело в том, что отрыв камня ото дна чаще всего сопровождается небольшим облачком мути, и рыбак видит сквозь него рыбу смутно, или частично – голову, хвост, причем пятнистая окраска налима сливается с донными камнями… Иногда следуют удары по пустому месту, по чему-то, принятому за налима, иногда рыбина успевает уплыть, прежде чем ее успеют рассмотреть. В общем, игра идет с равными шансами.

Зато подранков при правильных действиях рыбака практически не остается. Дело в том, что слишком сильные удары острогой не нужны при малой глубине и каменистом дне – иначе прошедшие насквозь зубья будут тупиться и ломаться о камни. Поэтому загарпуненного налима не надо стремиться поднять вверх на остроге, наоборот, необходимо одной рукой продолжать нажимать на острогу, а другой нащупать налима, схватить под жабры и поместить в садок.

Кажется, что при охоте с острогой на мелководье промахнуться трудно, но у неопытных рыбаков нередко случаются промахи, если они не учитывают эффект преломления лучей в воде. Более того, при лучении ночью, на глубине, в рыбу попасть легче – поскольку охотник подводит острогу к добыче в воде и может корректировать направление движения. При охоте на налима из-под камней наносить удар приходится из другой среды, из воздуха, причем очень быстро, не давая рыбе опомнится.

Рис. 17. Истинное и видимое (показано штриховкой) положение предметов в воде

Как видно из рисунка 17, цель всегда будет представляться находящейся несколько дальше своего истинного положения, поэтому удар надо наносить с определенной коррекцией – как бы перед рыбой, лежащей на дне, подобно налиму (по находящейся в толще воды – целиться под брюхо рыбы).

Чтобы избежать ошибок и довести коррекцию удара до автоматизма, лучше заранее потренироваться в ударах по неподвижным предметам, лежащим на дне. Естественно, мишенью для тренировок надо выбирать не камни, а что-нибудь более мягкое: жестянки, пластиковые лимонадные бутылки и т. д.

Острога для такой ловли годится в общем-то любая, но наиболее удобна с короткой, не более полутора метров, рукоятью – длинная, предназначенная для ночного лучения, будет мешать на узкой лесной речке, цепляясь за нависшие на водой деревья, крутые берега и т. п. Зубья остроги лучше всего сделать из стали какой-нибудь мягкой марки – тогда, попав в камень вместо налима, они не ломаются, но лишь гнутся. Тупятся зубья при такой ловле очень быстро, поэтому с собой необходимо иметь напильник с очень мелкой насечкой для заточки и плоскогубцы для выпрямления погнувшихся зубьев.

Тем же способом добывают налимов и осенью, надев теплые вейдерсы. Кстати, на некоторых частных водоемах Финляндии осенняя охота с острогой на налима разрешается бесплатно всем желающим. Дело вот в чем: лососи и форели поднимаются осенью для нереста в мелководные и холодные верховья финских речек. Другие рыбы там почти не водятся, а налимы, которым холодная вода не страшна, поднимаются вслед за лососевыми рыбами и почти полностью переходят на питание их икрой – порой в проколотом острогой усатом хищнике оказывается столько красной икры, словно он сам собрался нереститься… Так что в данном конкретном случае острогу не только невозможно назвать истребительным орудием – наоборот, с ее помощью сохраняются рыбные запасы.

Второй способ добывания налимов при помощи остроги – классическое ночное лучение, столь поэтично описанное Сабанеевым.

Есть и отличия от России – финские водоемы более прозрачны, поэтому сезон лучения на них начинается не осенью, а в июне, после окончания нерестового запрета. Но все-таки самый пик лучения приходится на сентябрь-ноябрь, слишком коротки и светлы финские летние ночи.

Этот вид охоты, в отличие от описанного выше, направлен уже не только на налимов – добычей становятся и щуки, и крупные окуни, и лещи, и язи.

Лучение происходит с весельной лодки (иногда применяют и мотор, если до места ловли долго добираться), но и мотор, и вёсла используются лишь для того, чтобы приблизиться к избранному месту – мотор, чтобы не перебудоражить подводных жителей, глушат за четверть километра до места охоты и подплывают на веслах.

Движение лодки непосредственно во время лучения происходит при помощи шеста, которым помощник охотника по возможности бесшумно отталкивается от дна. Иногда охота производится в одиночку – тогда ловец стоит в лодке на коленях и использует в качестве шеста рукоять остроги.

Местом для ловли обычно выбирают мелководные, не глубже полутора метров, участки озер. Иногда доступная для охоты глубина ограничивается недостаточной прозрачностью воды, и тогда охотиться приходится на глубине в метр и даже менее.

Острога здесь применяется иная, чем чем при дневной охоте из-под камней, и дело не только в удлиненной рукояти. Рабочая часть тоже иная, так называемая «небулькающая» (см. рис. 18). Суть в том, что поперечина с зубьями крепится не к самой рукояти, а к тонкому и достаточно длинному стальному штырю. Тем самым снижается лобовое сопротивление ударной части остроги и уменьшается создаваемая ею гидродинамическая волна, способная вспугнуть рыбу.

Рис. 18. «Небулькающая» острога.

Зубья остроги делаются тонкими, из упругой стали, с далеко отогнутыми зазубринами. Причем зубья располагаются не совсем соосно, а чуть-чуть, почти незаметно, разведены в разные стороны. Многие, изготовляющие остроги своими руками, не придают значение этой тонкости, а зря. При ударе зубья «разведенной» остроги входят в тело рыбы не совсем параллельно, слегка отклоняются в разные стороны, изгибаются, – и когда рыбак подтягивает загарпуненную добычу к поверхности, зубья дополнительно стискивают рыбу, не давая ей сорваться. Большое количество подранков случается не только и не столько из-за неточных ударов, сколько из-за некачественных острог.

Касательно источников света для лучения единого мнения у любителей остроги нет. Сторонники «живого огня», якобы более естественного и менее пугающего рыбу, остались в явном меньшинстве, но и они могут приобрести в финских магазинах и хорошо просушенные смолистые чурочки, и приспособление, на котором те будут гореть над водой.

Но большинство все-таки предпочитает электрический свет. Однако и среди них единства нет: одни считают, что чем ярче, чем мощнее поток света – тем лучше, рыба и высвечивается лучше, и отчасти парализуется. Другие возражают: яркий и мощный свет не парализует, а лишь распугивает рыбу.

По моим наблюдениям, лучший источник тот, что дает поток света достаточно мощный, но мягкий, рассеянный. Весьма подходит для лучения, например, автомобильная противотуманная фара. Впрочем, повторюсь, у каждого любителя остроги имеется на сей счет свое мнение и свой проверенный осветительный прибор, покупной или самодельный.

Ну а сама техника удара острогой ничуть не изменилась со времен Сабанеева, и к советам классика мне добавить нечего.

Третий способ охоты с острогой на налима сочетает черты первых двух: охотятся на небольших мелких речках, где на лодке не проплыть. Но рыбалка происходит ночью и с источником света.

Лучить с берега, особенно заросшего кустами, трудно, почти невозможно, поэтому непременная принадлежность ловли – вейдерсы или резиновые штаны-забродники. Этим способом чаще ловят в одиночку, чем при лучении с лодки, но если вы вышли на ночную охоту вдвоем, жадничать и брать две остроги ни к чему – один охотник светит, другой колет рыбу, затем можно поменяться ролями. При ловле в одиночку источник света крепят на грудь или голову (одну руку стоит оставить свободной).

Раньше широко использовались шахтерские фонари со щелочными аккумуляторами, сейчас появились очень удобные налобные фонари, мощные и с малой энергоемкостью за счет применения светодиодов и галогеновых ламп. Выбирая модель для лучения взабродку, лучше не поскупиться и приобрести специальный, водонепроницаемый, для рыбалки предназначенный фонарь гибридного типа. Работает он как автомобильная фара: можно включить дальний яркий свет от галогеновой лампы, а можно ближний, слабый и рассеянный, – от пяти светодиодов. Второй режим более экономичен и используется для того, чтобы пройти в темноте по берегу к месту ловли, снять рыбу с остроги и т. д. Аккумулятора при комбинированной работе хватает на всю ночь, проверено. А в экономичном режиме фонарь светит и двое, и трое суток подряд.

Продвигаться вброд по речке надо медленно и крайне осторожно, свести до минимума разговоры с напарником, – идущие вброд люди создают гораздо больше шума, чем плавно скользящая лодка.

Главная добыча этой ловли – налим, выползающий из своих дневных убежищ на ночную охоту. Встречающиеся в небольших речках щучки, окуньки и другие рыбы обычно мелковаты и не заслуживают удара. Но иногда можно встретить затаившуюся среди корней подмытого берега форель-пеструшку, и немаленькую, – и тогда меткий удар острогой вносит приятное разнообразие в ночной улов.

Приложение
Налим на кухне и на столе

Налим – одна из самых вкусных наших пресноводных рыб. В тех местах, куда не заходят из моря на нерест представители лососевых и осетровых, либо не обитают их пресноводные родственники, именно налим – король ухи, этого истинного рыбацкого блюда. Хорош он и жареный, и запеченный, великолепны на вкус пироги с филе налима, но все-таки уха из свежего, только что пойманного налима – бесподобное блюдо.

О предварительной обработке рыбы в случае с налимом долго говорить не приходится. Чешую его – мельчайшую, практически незаметную и глубоко вросшую в кожу – никогда не счищают, мелких внутримышечных костей налим не имеет, да и ребра-то у него коротенькие, рудиментарные – делать филе из этой рыбы одно удовольствие. Главное, при потрошении не зацепить желчный пузырь, а если уж зацепили – немедленно промыть брюшную полость рыбы большим количеством воды. И, конечно же, сразу отложить в сторонку знаменитую налимью печень – выбросив ее вместе с остальными потрохами, лишитесь самого настоящего деликатеса.

Приготовлению некоторых блюд мешает слизь, обильно порывающая тело налима (ухе она не помеха). Чтобы кожа налима стала чистой, перед разделкой следует намазать ее кашицей из соли и золы, смешанных в равных количествах, и минут через десять тщательно промыть в воде. Нет под рукой золы (откуда ей взяться в городе?) – можно обойтись одной лишь поваренной солью.

Уха простая, она же одинарная

Сваренная на берегу уха – не только и не просто средство утолить голод. Подкрепиться недолго и привезенной из дома тушенкой. Приготовление ухи – настоящий ритуал, необходимый компонент выезда на реку или озеро. Без ухи, побулькивающей в закопченном котелке, и рыбалка – не рыбалка.

Одинарную уху из налима варят редко, только если не удалось наловить какой-нибудь мелкой рыбы, окуньков-ершиков, для первого заклада.

Выпотрошенных, промытых и разрезанных на порционные куски налимов укладывают в котелок, заливают холодной водой, туда же кладут налимьи головы (без жабр), молоки и печень. И вешают над огнем. Когда закипит – снимают пену, поднимают котелок чуть выше над огнем и добавляют остальные ингредиенты: сырую луковицу, соль, специи. Некоторые специалисты добавляют в этот же момент картофель, – крупно, на половинки или четвертинки порезанный. Но большинство знатоков сходятся на том, что картофель – профанация, и уха превращается в рыбный супчик. Отчасти они правы, и если уж добавлять картошку, то в самых мизерных количествах – одну картофелину, или две мелких. Но сыпать в уху крупу – вы не поверите, но встречаются сторонники такого варварства, – это самое настоящее кулинарное извращение.

Затем, крайне осторожно помешивая (обычно не ложкой, а прутиком – чтобы не развалилась рыба), уху варят еще около 20 минут, временами снимая пену. Убедившись, что рыба хорошо проварилась (мясо стало белым, упругим, несколько увеличилось в объеме), котелок снимают с огня. Но, – внимание! – не спешите хвататься за ложки, блюдо еще не готово. Уха должна «доспеть» хотя бы с четверть часа, чтобы обрести свой настоящий вкус и аромат. Для этого котелок накрывают крышкой, а если дело происходит в холодное время года, заворачивают во что-нибудь теплоизолирующее, в старый ватник, например. Некоторые эстеты, поставив уху доспевать, добавляют в нее еще два компонента: половинку дольки лимона и маленький уголек из костра, дочерна прогоревший. И если от лимона я особого улучшения вкуса не замечал, то уголек и в самом деле делает бульон чище и добавляет ему аромат дымка.

О расходе продуктов говорить не стану, ибо количество главного компонента зависит от клева. Но чем больше рыбы положите в котелок – тем вкуснее и наваристее уха.

Уха налимья двойная

Но если вам вместе с налимами удалось наловить хоть с полкило рыбьей мелочи – не пожалейте времени и трудов, сварите уху в два заклада – результат окупит затраты.

На первый заклад годится не всякая мелочь. Идеальный вариант, конечно, ерши. Почти не уступают им мелкие окуни, пескари, гольцы (те, что родственны вьюнам, а не лососям). С мелкими карповыми надо соблюдать осторожность: плотвички, ельчики, уклейки, гольяны и т. д. летом для ухи не годятся, травяная диета добавляет их мясу горечь. В холодное время можно употребить и их, но обязательно вычистить и обезглавить (окунькам и ершикам чешую и голову оставляют, лишь удаляют внутренности и жабры). С карасиками, густерками и линьками лучше не связываться в любое время года.

Некоторые кулинары советуют рыбешек первого заклада варить в мешочке из марли. Ну, если кто-то любит вкус вареного хлопка, можно попробовать… но остальным не советую. Достаточно внимательно следить, как вариться мелочь, и не дать ей перевариться. Обычно для этого хватает десяти-пятнадцати минут после закипания. После этого первый заклад вылавливают шумовкой и кладут второй – собственно налимов, заранее подготовленных. Если рыба крупная, куски ее надо заранее натереть солью – при варке они могут недостаточно просолиться.

(Для второго заклада можно использовать крупного окуня, леща, судака, и получится вкусное блюдо, – но все-таки с налимьей ухой ему не сравниться).

Если есть время и аппетит позволяет, можно бульон остудить и лишь затем положить второй заклад – опущенная в холодную воду, рыба лучше отдает бульону свой вкус.

Если получилось так, что за первым закладом не уследили, мелочь переварилась, рассыпалась, и уха стала мутной, – котелок следует снять с огня, отцедить бульон (вот тогда марля вполне пригодится), и вновь довести до кипения. Нет марли – тоже не беда, достаточно дать бульону отстояться и аккуратно слить, оставив муть на самом дне.

Ну а далее все делается по рецепту одинарной ухи. Отваренную мелочь из первого заклада обычно в пищу не употребляют, отдают кошкам или выбрасывают. Но вареные ерши отменны на вкус, и если залить их с вечера остатками бульона – к утру получится великолепное заливное.

Тройная уха

Тройная уха с налимами бывает двух видов.

В первом случае налим – главное действующее лицо в этом кулинарном спектакле, и именно он идет в третий, финальный заклад. Во второй же кладут лещей (крупных, жирных, от подлещиков навару маловато), судаков, крупных окуней… Из карповых рыб очень хороша для второго заклада сырть, а вот со щукой надо соблюдать осторожность – пойманная в иных травянистых водоемах, она способна испортить уху своим резким запахом и привкусом. Про недопустимость карася, линя и густеры я уже говорил, лучше не использовать и сома, особенно его хвостовую часть, слишком богатую жиром со специфическим запахом.

Второй вариант – если вам удалось поймать благородную рыбу: стерлядку, лосося, форель… Тогда налим, при всем к нему уважении, идет во второй заклад, и подается вместе с ухой в качестве второго блюда.

Если некоторое количество картофеля в одинарной ухе допустить можно, особенно когда рыбы маловато, то в тройную – никаких круп и никаких овощей (единственное исключение – луковица)! Даже со специями надо соблюдать величайшую осторожность: перца – самый минимум одновременно с третьим закладом, лаврового листа – один-два листика незадолго до готовности. Но можно обойтись и вообще без специй, тройная настолько богата всевозможными оттенками вкуса, что и без того пальчики оближите.

В принципе, для тройной ухи достаточно рыбы (но много и разной), соли и воды. Воду, кстати, из речки лучше не черпать – поискать родник, а то и прихватить из дома бутыль чистой артезианской.

Варят уху так же, как и двойную – но лишний раз повторяется процедура смены закладов. У всех рыболовов есть свои маленькие секреты и хитрости, чтобы их тройная уха получалась «самая-самая»: кто-то, поставив уху доспевать, добавляет ломтик соленого огурца или зубчик чеснока, сибирские рыболовы зачастую опускают в котелок несколько стеблей черемши. Есть любители положить в котелок одну морковку, нарезанную кружочками (на мой взгляд, совершенно не нужную и портящую блюдо).

Но в одном все специалисты сходятся – если в улове нет ершей, тройную уху лучше не затевать, времени будет потрачено больше, а вкус почти не отличается от двойной. Вот как порой ценится мелкий колючий ершик! Единственная адекватная ему замена – близкий родственник бирючок, он же ерш-носарь, но ареал обитания этой рыбки значительно уже.

Теоретически, тройной ухой можно считать и так называемую «архиерейскую» – в ней вместо ершей первым закладом варится не рыба, а курица. Блюдо получается вкусное, но только уха ли это? Или куриный суп, заправленный рыбой? Вопрос спорный.

Шашлык из налима

С ухой мало что может сравниться, но когда проводишь отпуск на рыбалке и каждый день уха, уха, уха… иногда хочется разнообразия.

Рыбный шашлык нетрудно приготовить в походных условиях, на костре. И налим, почти не имеющий костей, наиболее годится для этой цели (наряду с судаком и крупным окунем).

Налима потрошат, промывают, протирают кожу досуха, снимая слизь, как описано выше. Режут на порционные куски, присаливают, перчат, нанизывают на шампуры и обжаривают над раскаленными угольями прогоревшего костра.

Вроде все просто, но есть и отличия от приготовления обычного мясного шашлыка – иногда рыба снаружи выглядит готовой, а внутри еще не пропеклась, сырая. Дело в том, что влага через шкуру налима испаряется медленнее, чем через поры куска мяса. Поэтому, поворачивая шампуры, следует смазывать куски рыбы сливочным маслом либо просто брызгать на них водой.

Но если все сделать правильно, блюдо получается замечательное. И еще одна тонкость – для костра не годятся еловые и сосновые дрова, а с березовых поленьев следует ободрать бересту: смолы и деготь не самая лучшая приправа для рыбы.

Котлеты из налима

В отличие от щуки и крупных карповых, филе которых приходится пропускать через мясорубку порой дважды, чтобы избавиться от мелких костей, котлеты из налима можно приготовить в полевых условиях, была бы сковородка, а мясорубку тащить с собой не надо. Иногда и сковородка не нужна, много лет мне ее отлично заменяла крышка от большого котелка – нержавеющая, с высокими бортиками.

Налима потрошат, промывают, затем надрезают вдоль спины и удаляют хребет с ребрами. Затем острым ножом начинают скоблить мясо, отделяя его от кожи маленькими фрагментами (основания плавников осторожно обходят, там еще остаются мелкие косточки, способные испортить блюдо).

Затем получившийся фарш (наверное, правильнее называть его строганиной?) смешивают с булкой, размоченной в молоке (200 гр булки на килограмм фарша). Нет булки и молока – влейте в фарш сырое яйцо и добавьте муки, так чтобы получившаяся смесь не прилипала к рукам.

Смесь солят, перчат, лепят из нее котлеты, обваливают в муке – и на сковородку (ну, или на крышку от большого котелка). Получившееся блюдо отличается отменным вкусом как в горячем виде, так и в холодном. Случается, на следующий день ловишь где-нибудь вдали от лагеря, проголодался, достал из рюкзака налимью котлету между двумя кусками хлеба… объедение, честное слово.

Налим, запеченный с яйцами и молоком

А вот этот рецепт уже не из походной, самолично опробованной, кулинарии. Он скорее предназначен для жен рыболовов, вооруженных современной кухонной техникой. Поэтому цитирую рецепт, найденный в старом журнале, дословно, без какой-либо отсебятины:

Подготовленного налима нарезать порционными кусками, посолить, поперчить и, обваляв в муке, поджарить на хорошо разогретой сковороде до полуготовности.

Выложить рыбу в сотейник или на глубокую сковороду, смазанную маслом. Хорошо размешать сырые яйца с холодным молоком, заправить эту смесь по вкусу солью и залить ею рыбу. Посыпать сверху молотыми сухарями и тертым сыром. Поставить в негорячий духовой шкаф и довести до готовности.

Расход продуктов: 500 граммов рыбы, 0,5 литра молока, 3–4 яйца, 2,5 столовой ложки топленого масла, 50–60 граммов

Пирог с налимами, он же рыбник

(рецепт от Алены Герасимовой)

Этот рецепт тоже для искушенных в кулинарии хозяек – если мне и доводилось принимать участие в приготовлении рыбника, то она, роль, начиналась и заканчивалась чисткой и разделкой налимов. Поэтому цитирую опять же по первоисточнику, ничего не добавляя. Итак:

Приготовить дрожжевое тесто. Разделить на две части и раскатать.

На первый пласт выложить начинку. Края теста смазать взбитым яйцом,

накрыть вторым слоем теста. Края рыбника защипать.

Дать расстояться в течение 20 минут, смазать взбитым яйцом и запекать при температуре 180–200 градусов в течение 35–40 минут. Готовый пирог смазать растопленным сливочным маслом.

2 ст.л. раст. масла;

2 средние головки лука.

Филе очистить от кожи и костей, уложить в сотейник (ковшик с длинной ручкой или сковорода с высокими стенками), добавить немного воды и припустить 15–20 минут под крышкой (на небольшом огне периодически встряхивая).

Слить бульон (часть используется для «лукового соуса»), рыбу сечь не очень мелко ножом.

Лук репчатый (нарезка по желанию: я режу мелко – «кубиками») пассировать до золотистого цвета, добавить муку и немного бульона от припускания рыбы – должен получиться густой соус с луком.

Начинку смешиваем аккуратно: рис (лучше овальный твердый (для меня – «Золотистый»), отваренный почти до готовности + рыба + черный молотый перец (по вкусу) + лук, пассированный с мукой + соль + петрушка (зелень) + можно яйцо (вареное, количество по вкусу).

От себя добавлю: готовится рыбник из крупных налимов, и из того, что остается от приготовления рыбного филе: голов, хвостов, плавников с прирезями мяса и т. д. – можно сварить в относительно небольшом количестве воды замечательный рыбный бульон – юшку, как называют ее рыболовы. Если запивать Аленкин пирог-рыбник этой наваристой юшкой, то вкус… даже не буду придумывать эпитеты – приготовьте и попробуйте. Впрочем, налимий рыбник хорош всегда.

Ну вот, теперь и вы знаете о налимах все, что нужно знать рыболову, и даже чуть больше. Осталось лишь подыскать верховья чистой, не отравленной стоками речки, – и отправиться туда темной осенней ночью, не страшась дождя и холода…

УДАЧИ НА ВОДОЕМАХ.

Примечания

Ихтиологи выделяют подвид – тонкохвостого налима, обитающего в бассейнах Колымы, Анадыря, в реках Новосибирских островов. Эта рыба размерами поскромнее и достигает 10 кг веса.

В прудах непроточных, копаных налим может водиться, только если его туда пересадят; и только при наличии бьющих из дна родников. Рыбы живут иногда по нескольку лет, но рано или поздно погибают в заморную зиму, либо, наоборот, в летнюю жару.

Одна, а лучше две свечи могут очень неплохо обогревать палатку для зимней рыбалки. Также для отопления используются спиртовки, примуса и самодельные мини-печки всевозможных конструкций.

Мордою называется сплетенный из ивовых прутьев круглый мешок; задний конец его завязывается наглухо, а в переднем, имеющем вид раскрытого кошелька, устраивается горло наподобие воронки, так что рыбе войти можно свободно, а выйти нельзя (прим. С. Т. Аксакова).

Источник: universalinternetlibrary.ru

Ловля щуки на острогу


Щуку хотят запретить вылавливать любителям!

Готовится закон на запрет лова рыбы частными лицами.
Так что Ловля щуки с острогой осенью— в обозримом будущем окажется вне закона.

Ловля щуки с острогой осенью
Ловля щуки на кружки. Как привязать поводок к основной леске. Осенью с позднего вечера или глубокой ночью, вооружившись острогой и мощным фонарем пройдя по мелководью можно встретить налима, щуку, сазана и другую рыбу.
Рыбалка видео. Ловля щуки на острогу. ОХОТА НОЧЬЮ 2013г. осень,ночная острога,с фонарем из лодки,spear night fish. Рыбалка- С острогой на щуку. Ловить рыбу острогой. Рыбалка на крупного карпа.
Видеоролик посвящается ловле щуки с помощью остроги. Смотреть видеоролик «Ловля рыбы острогой ночью» в хорошем качестве 720 HD.
Осенняя ловля щуки. Рыбалка на Острогу, Поиск рыбы. Ловля щук — как поймать щуку спиннингом осенью. Рыбалка с острогой на щуку.
Рыбалка видео. Ловля щуки на острогу. Подписывайтесь на канал! осень,ночная острога,с фонарем из лодки
Первым двум условиям всегда удовлетворяет осень, то есть ночи делаются длинны и темны, а вода от морозов становится совершенно Леонид Павлович Сабанеев описывает в своих произведениях ловлю острогой линя, сазана, щуки и налима.
На щуку с острогой Главная Статьи Статьи о рыбалке На щуку с острогой. поделиться в соцсетях. Видео по теме Ловля плотвы зимой + видео ловли на безмотылку.
На практике за одну ночь острожник может добыть 2-3 хороших рыбины (как правило, налима или щуки) Для ловли острогой необходимы три обязательных условия – темнота, чистая вода и тишина. Чаще всего эти условия совпадают поздней осенью.

На щуку с острогой Главная Статьи Статьи о рыбалке На щуку с острогой. поделиться в соцсетях. Ловля налима зимой на жерлицы — видео. Ловля щуки на воблер осенью + видео.
Ловля щуки в марте на острогу. Щука — желанная добыча, о которой мечтает любой рыбак, прежде всего из-за своей силы, мощи и внушительных размеров. Ходить на щуку с острогой можно днем и ночью с фонарем.
Ловля Щуки На Острогу — Ловля Рыбалка Видео. Загружено 1 февраля 2015. осень,ночная острога,с фонарем из лодки,spear night fish. Загружено 8 сентября 2016.
Ловля острогойОхота на рыбу с острогой производится, в основном, поздней осенью. Так как она в эту пору перестает клевать. Острогою колется крупная рыба: сом, щука, судак, жерих, окунь, язь, раки и прочие.
Суть способа ловли на острогу заключается в следующем. Острогой обычно начинают пользоваться осенью, когда вода становится более прозрачной, а ночи темными Автору этих строк посчастливилось добыть на острогу щуку более 4 кг.
Осенняя ловля щуки. Каждый рыбак знает, что осень – самое чудесное время года для ловли всем известной рыбы Ловля рыбы осенью острогой. Осенью ночи длинные и темные, морозы слегка прихватывают воду, водоросли оседают на дно.
Первые два условия поможет осуществить осень, когда ночи сделаются Развенчаем мифы про ловлю рыбы с острогой. Первый миф: с помощью Улов рыболова с острогой обычно – это одна – две рыбины. А попасть в щуку удается
Лучение щуки острогой, на приманку. Осенняя ловля щуки — Продолжительность: 15:23 Hunter 126 078 просмотров. Рыбалка на налима осенью.ночь. — Продолжительность: 24:48 Chepetsk Fishing 40 032 просмотра.
Ловля щуки острогой осенью. с острогой на щуку Все о рыбалке, рыбаках, приманках, насадках и других рыболовных секретах. Ловля щуки на острогу Подписывайтесь на канал! Рыбалка с острогой.
Ловля щуки острогой — воспоминания из детства. Как я поймал свою большую щуку с помощью копья. Ловля щуки осенью на спиннинг.
Ловлю на острогу у нас с лодки не практикуют, так как деревянных лодок нет. Раньше, старики рассказывали, на Амге осенью использовали острогу, и ловили щук, ленков, налимов и даже тайменей.

Похожее:
http://na-chto-lovyat-karpa.logdown.com/posts/1713680-gde-na-onege-lovit-lososia
http://sazan-klyuet.logdown.com/posts/1726096-gde-lovit-rybu-v-borisoglebske

Как-то на Большой Волге мой товарищ по рыбалке поймал на пятиметровой глубине великолепного горбача. Я сел рядом и опустил мормышку с мотылем. Она прошла только половину пути и остановилась. Наверное, зацепилась за корягу. Придется менять место. Но при подъеме оказалось, что на леске уже ходила увесистая рыба. Пришлось сбросить с удочки почти весь запас лески. С большим трудом после долгой борьбы буян был извлечен из лунки.


Налима запретят вылавливать любителям рыбалки!

Подготавливается закон на запрет вылова рыбы частниками.
Соответственно Ловля налима зимой острогой— скоро будет не актуальной.

Ловля налима зимой острогой
Естественно, что для ловли налимов, как зимой, так и в сезон открытой воды, применяют лишь донные переметы. Вообще при ловле острогой употребляются очень легкие лодки, управляемые одним веслом. Гребец сидит здесь уже не в
Среди методов зимней добычи налима ловля на тычки заслуживает внимания за счет их простоты устройства, удобства установки и снятия. Такое орудие лова как острога удел любителей желающих пробудить в себе первобытные чувства охоты
Автор: Шаганов Антон, Охота с острогой — Налим. Все способы ловли, Жанр: домашнее развлечение. Дело в том, что охотился Ю. Гладков зимой, на незамерзающей реке Ингул, — и стрелял неподвижных сомов, находящихся в
Алексей Куликов налима много острогой выбивают((( а так спец ловлей налима не занимался, послушаю советы рыбаков))) Текст скрыт развернуть. denisbeletsky Ловля налима зимой очень своеобразна, поэтому о ней стоит рассказать отдельно.
Ловля «тычкой». Тычки можно ставить и зимой и летом. Налим охотится ночью, из-за этого тычки оставляешь на ночь, но не Как только края реки начинают подмерзать, идём вдвоём, один с фонариком, другой с острогой, налим сидит вдоль берега

острога своими руками. Смотреть Рыбалка Видео. Ловля Щуки На Острогу — Ловля Рыбы Острогой Ночью. Ловля рыбы ночью. Осенняя ловля налима. Охота с острогой на карпа.
Спит, когда другие бодрствуют, а ночью выходит на охоту; в теплое время года сонный и апатичный, зато зимой без устали ловля налимов на самоловы, отчасти напоминавшие стерляжьи, и ночная охота на них с острогой (лучение).
Вот на помощь и приходит острога. Осенью из небольших речушек, которые насквозь промерзают зимой, рыба скатывается в более глубокие. В средней полосе России есть интересный способ ловли налима острогой в зимнюю пору, применяемый на
Очень хорошо ловятся налимы в ловушковые снасти – в мережи, вентери и т. п., особенно зимой, во была весьма распространена ловля налимов на самоловы, отчасти напоминавшие стерляжьи, и ночная охота на них с острогой (лучение).
с острогой на щуку — Duration: 3:31. Рыбалка 85,381 views. Ловля налима зимой на малых речках на жерлицы,видео rybachil.ru — Duration: 6:00. Владимир Веселов 104,125 views.
Очень хорошо ловятся налимы в ловушковые снасти — в мережи, вентери и т. п., особенно зимой, во время своего массового хода в места нереста. Зимняя ловля ловушками. 9. Летняя ловля налима. 10. Охота с острогой.
Леонид Павлович Сабанеев описывает в своих произведениях ловлю острогой линя, сазана, щуки и налима. Ловля зимой на живца. Похожие записи: Рыбалка на хищную рыбу видео.
Ловля острогой сложна и не так добычлива, как кажется. Развенчаем мифы про ловлю рыбы с острогой. Как правило заприметить налима возле берега получается, обычно, пройдя 300 – 500 метров. Одновременно с этим улов
Ведь ловля рыбы острогой – это активное и очень азартное времяпрепровождение. 2010-10-09 Налим на зимнюю блесну Ловля налима на жерлицы, безусловно, весьма проста и эффективна, особенно если водоем вам не
Ловля налима зимой, зимняя ловля налима. Налим. Рыбалка на острогу. Gigging.avi. Ловля налима и щуки со льда на поставухи.
Ловля налима на поставухи. Зимняя рыбалка на Рыбинском водохранилище. Смотреть Рыбалка Видео. Ловля Щуки На Острогу — Ловля Рыбы Острогой Ночью.
Ловля карася зимой на мормышку. Осенью с позднего вечера или глубокой ночью, вооружившись острогой и мощным фонарем пройдя по мелководью можно встретить налима, щуку, сазана и другую рыбу.
берегов, зачистил верхний конец импровизированной остроги, неслышно подошел к воде и, наклонясь вперед всем корпусом, стал Наиболее отчаянные приверженцы ловли налима зимой, застолбив избранный участок своими жерлицами, на ночь
Ловля налима зимой на жерлицы. Зимняя рыбалка рыба налим. острога своими руками. Ловля Налима на Донные Снасти Донки на Налима. Ловля Налима на Малька и Червя — MaxFishing №29.

Похожее:
http://lovlya-podleshchika.logdown.com/posts/1691072-gde-lovit-shchuku-eletskom-raione
http://leshch-lovitsya.logdown.com/posts/1720128-gde-lovit-rybu-na-volge


Рыбу запретят вылавливать рыбакам!

Подготавливается закон о запрете лова рыбы частниками.
Соответственно Ловля рыбы острогой с лодки— в ближайшее время окажется не актуальна.

Источник: genclean.ru

Налим. Все способы ловли

Книга на тему Налим. Все способы ловли

  • Карась. Все способы ловли 2624 кб.
  • Голавль и Жерех. Все способы ловли 3423 кб.
  • Щука. Все способы ловли 848 кб.
  • Основные способы спортивной ловли рыбы 184 кб.
  • Рыбалка. Нестандартные виды ловли 590 кб.
  • Рыбалка. Нестандартные виды ловли 929 кб.
  • Рыбалка. Нестандартные виды ловли 713 кб.

Охота с острогой

Этот способ добывания налимов я намеренно оставил напоследок, дабы избежать до срока обвинений в пропаганде злостного браконьерства. Ведь если сетями и бреднями, ловушками и переметами налимов добывать можно — по лицензиям, с теми или иными ограничениями — то острога на территории России запрещена безусловно, и считается орудием хищническим и истребительным.

А ведь когда-то все было с точностью до наоборот… Вот что писал про охоту с острогой Л. П. Сабанеев в девятнадцатом веке:

В числе других способов ловли рыбы для рыбака-охотника охота с лучом и острогой, бесспорно, занимает первое место! Не говоря о том, что эта ловля одна из самых трудных и требует много силы, ловкости, сметки и необыкновенно верного глаза, она имеет еще то значение, что таким образом добывается самая крупная, отборная рыба. Охота в лучом имеет даже в себе много поэзии, и всякий, кто хоть раз был участником, даже свидетелем этой ловли, непременно согласится, что вид этого чуждого подводного мира составляет самое любопытное, самое великолепное зрелище: в черте огненного круга ясно видны все неровности дна, все растения и спящие обитатели озера; далее во все стороны, — непроницаемая тьма и безграничное пространство воды; медленно, бесшумно плывет лодка, точно предводимая пламенем, быстро сменяются впечатления, и в больших прудах, имеющих столь богатую флору водяных растений и много разных пород рыб, — трудно представить себе большее разнообразие.

Главный снаряд для лучения — острога — весьма нехитрое орудие. Оно имеет 7-10, но иногда 12 зубцов, около 18 см длиной, четырехгранной, реже цилиндрической формы; зубцы имеют несколько зазубрин вроде рыболовного крючка, но с обеих сторон, и наверху соединяются в трубку, которая прикрепляется неподвижно к сухому и тонкому шесту около 2 м длиной, редко более, а впрочем смотря по глубине, на которой производится лучение.

Рис. 16. Острога (из книги Л. П. Сабанеева «Рыбы России»)

Второстепенное значение имеет устройство луча. Для этого существует особое, весьма целесообразное приспособление, т. н. коза. Она состоит из железной изогнутой 70-сантиметровой рукоятки, к ней с боков привариваются более тонкие железные прутья, которые на конце тоже согнуты, но под прямым углом, так что весь снаряд имеет вид продолговатой жаровни длиной около 45 см. Коней рукоятки прикрепляется к носу лодки таким образом, что коза находится несколько выше последнего, по крайней мере на 70 см от воды, что необходимо для освещения возможно большего пространства. Вообще при ловле острогой употребляются очень легкие лодки, управляемые одним веслом. Гребец сидит здесь уже не в носовой части ее лицом к корме, как на гребных лодках, а на корме лицом к носу, где помещается, обыкновенно стоя, главный рыбак с острогой. Самый лучший осветительный материал для луча — т. н. смолье. Это небольшие поленья или шепки, наколотые из смолистых сосновых пней и даюшие самое яркое и продолжительное пламя. Смолье всегда заготавляется заранее и высушивается как можно лучше, иначе оно горит гораздо темнее и притом с треском, пугаюшим чуткую рыбу.

Трудно описать ощущение, когда темной осенней ночью едешь в лодке: кругом мертвая тишина, изредка нарушаемая лаем собак и кряканьем уток; ярко горит смолье, освешая путь; на одну минуту мелькнут все мельчайшие подробности разнохарактерного дна озера, малейшие его углубления, каждая ничтожная травинка — и немедленно сменяются новыми: здесь, точно подводное чудовише, лежит огромная коряга, растопырив свои ослизлые и обросшие ветви; здесь желтеет песок, тут чернеет глубокая «няша», там опять зеленеет водяной мох, виднеются длинные стебли лопуха и его огромные ползучие корни; вот и целая чаша остролистной горошницы, пожелтевшей от осенних морозов. Всюду неподвижно стоят мелкие окуньки, пестрея полосатыми спинками, мелькают неугомонная плотва и бойкие ельиы; тоненькими сучочками лежат на дне мелкие щурята; медленно, словно нехотя, плывет широкий желтый линь. Тихо и бесшумно двигается лодка; ни единая капелька не скатывается с весла, не вынимаемого из воды: то осторожно подворачивается оно к корме, то снова выносится вперед вразрез воды, почти касаясь краев лодки. Неподвижно, черной тенью рисуясь на огненном кругу, стоит рыбак посередине лодки, ближе к лучу, и держит наготове острогу. Проворно, но без малейшего шума опускает он ее в воду, вдруг с силой нажимает и вытаскивает пойманную рыбу, ударом другой руки снимает ее с остроги, ловко подкидывает на жаровню свежего смолья и подправляет его зубцами. Трешит огонь, искры и обгоревшие головешки с треском и шипением падают в воду, и снова вспыхивает еше более яркое пламя. Вот и еще новая добыча, другая, третья — чем дальше, тем больше, но чаще становятся и промахи: нередко рыба убегает в то самое мгновение, когда острога готовится пронзить ее. Самое главное в этой ловле угадать расстояние, на котором медленное движение остроги должно мгновенно перейти в быстрый удар; притом всегда следует бить рыбу не вертикально, а несколько наискось и сначала опускать острогу как бы мимо рыбы, а расстоянии 35 см или менее осторожно переносить ее на цель, т. е. спину рыбы, впереди спинного плавника.

Главный недостаток ловли острогой состоит в том, что довольно много рыбы срывается и уходит с более или менее тяжелыми ранами, почему пропадает без всякой пользы. По этой причине в Западной Европе ловля с лучом и острогой в большинстве случаев запрещена и употребляется сравнительно редко. В последнее время, впрочем, в Англии изобретены особые пружинные остроги (стоктоновские), с которых рыбе почти невозможно сорваться. Рыба ударяется распоркою-насторожкою, которая распирает два стержня с зубьями на концах и сбивается даже от легкого удара, а обе зубчатые половины снаряда, т. е. оба настроженных стержня, с силою вонзаются в бока рыбы под действием пружины. Электрическая острога по своей сложности вряд ли может иметь практическое значение.

Ловля острогой имеет любителей и среди спортсменов и производится ими с большими удобствами и комфортом. Вместо смолья ими употребляются смоляные факелы, нефть или же особые лампы.

Л. П. Сабанеев, «Рыбы России. Жизнь и ловля наших пресноводных рыб»

Любопытно, правда? Леонид Павлович Сабанеев к хищническим методам ловли относился резко отрицательно, и на страницах своего монументального двухтомного труда никогда этого не скрывал, так прямо и писал: неплохо бы запретить ту или иную ловлю, слишком вредна для рыбьего поголовья… И уж никак бы не стал Сабанеев оставлять столь поэтическое описание браконьерства, и утверждать про варварский метод лова: «для рыбака-охотника охота с лучом и острогой, бесспорно, занимает первое место!»

Однако в наши дни все изменилось разительно: человек с острогой — браконьер. Всегда. Везде. Почти без исключений: если на сети и бредень, на перемет с большим количеством крючков или на мережу можно взять разрешение (лицензию) и ловить без конфликтов с законом, то бумажку с печатью, разрешаюшую охоту с острогой, нигде на территории Российской Федерации вы не получите.

Лишь представители малых вымирающих народов Сибири и Крайнего Севера могут заниматься традиционным, от дедов унаследованным промыслом. Здесь логика законодателей понятна: рыбы больше, чем сами съедят, аборигены все равно не добудут, сбывать некуда, и гораздо дешевле разрешить местным жителям острогу, чем завозить для них Северным морским путем скумбрию в банках, золотой та скумбрия получится…

Второе исключение — подводные охотники, коих береговые рыболовы, исконно их недолюбливающие, называют «водоплавающими» или «подохами». Им, «подохам», кроме подводных ружей и пистолетов, можно пользоваться и острогой. Правда, Правила подводной охоты стыдливо именуют острогу «ручным гарпуном», но разницы особой нет: длинная палка с пятью зазубренными остриями… Здесь логика закона просматривается смутно: сорвавшихся подранков (а большое их количество — один из главных аргументов против остроги) у «подоха» будет еще больше: дело происходит в жидкой среде и для сильного удара нет надлежащей точки опоры.

Когда же именно в истории остроги произошел крутой поворот: от увлекательной и спортивной ловли к злостному браконьерству?

Вот почерпнутое в Интернете мнение юридически подкованного человека, изучившего законодательную историю вопроса:

«…Впервые (из найденных мной документов) острога была запрещена постановлением Совета Министров СССР от 15 сентября 1958 года № 1045 «О воспроизводстве и об охране рыбных запасов во внутренних водоемах СССР».

При этом подпункт «и» пункта 11 запрещал одновременно применять при добыче рыбы и огнестрельное оружие, и острогу. Вот с тех пор и идет запрет на острогу а отечественной нормативной базе. (…) Кстати, сейчас с острогой, как я понял, стало полиберальнее. Да, острога, как и капкан, полностью запрещены для Дальневосточного и Западного рыбохозяйственных бассейнов, пунктами 73 и 23.3.1. Правил рыболовства для соответствующих рыбохозяйственных бассейнов.

В то же время, в Северном рыбохозяйственном бассейне острогу запрещено применять, если следовать буквальному толкованию пункта 80 Правил, только в водоемах, в которых обитают семга, озерная форель, кумжа, палия, судак. Соответственно, в прочих водоемах острогу применять можно. Капканы же и вовсе разрешены везде, кроме Вологодской области.

Есть тут правда еще один момент — в пункте 82 Правил, где указаны разрешенные орудия лова, острога также не поименована. Так что есть определенный пробел в нормативном акте… Однако с учетом того, что прямой запрет на острогу установлен только для ряда водоемов, есть основания говорить, что в иных водоемах применение ее будет правомерным».

С последним утверждением согласиться трудно — известно, как трактуют инспектора рыбохраны любые пробелы и умолчания в правилах, и вообще любые спорные моменты. Примерно как гаишники на дорогах — в пользу своего кармана.

Дата запрещения остроги — 1958 год — объясняет многое. Председателем правительства СССР, подписавшим запретительный указ, был Никита Сергеевич Хрущев, великий реформатор и великий волюнтарист. И за первые пять лет своего правления, к 1958-му, он в результате своих реформ и своего волюнтаризма довел страну до голода. Черт знает почему, но в нашей стране реформы и голод — неразлучные спутники, как молния и гром. Сверкнуло небесное электричество — все знают: вскоре громыхнет. При культе личности, едва миновало военное лихолетье, — в магазинах «сталинское изобилие», и цены на продукты каждый год снижаются, и севрюги с осетрами в рыбных витринах распластались, и баночки с черной да с красной икрой пирамидками, — в простых, для народа, магазинах, не в спецраспределителях… И знаменитый рекламный слоган: «Всем попробовать пора бы, как вкусны и нежны крабы!»

Попробовали. Кто успел. Долго потом вспоминали, облизовались. Потому что главный штурвал страны оказался у Никиты Сергеевича, обещавшего, как известно, показать кузькину мать проклятым империалистам. Но для начала показавшего ее собственному народу — бей своих, чужие бояться будут.

И исчезли куда-то баночки с икрой и крабами, и уплыли куда-то из рыбных витрин осетры с севрюгами… Впрочем, что значит: куда-то? К ним и уплыли, к проклятым империалистам. И слитки из золотого запаса — туда же. А обратно — пшеница, выращенная оклахомскими фермерами… Свое зерно у Хрущева отчего-то вырастить в нужных количествах никак не получалось.

Нет, он старался — в меру своего разумения. Целину, например, распахал, — гигантский урожай в первый год собрали, рекордный, хоть в книгу Гиннеса заноси. Жаль, сгнил тот урожай. Хранить негде, вывозить нечем, — он и сгнил. А повторить успех на следующий год не удалось — дунул ветер и полетел целинный чернозем большими черными тучами… Ветровая эрозия почвы, говоря по-научному. Была степь — стала пустыня.

Я ведь к чему про Никиту Сергеевича так долго? К тому лишь, что постановления под его руководством Совмин принимал… как бы помягче сказать… не самые мудрые постановления. И не самые дальновидные.

Вот и с острогой то же самое… Спору нет, острогой, как и любой почти рыболовной снастью, при определенных условиях можно хищничать и истреблять рыбу в огромных количествах. Например, во время нерестового хода лососевых в реки Дальнего Востока, Камчатки, Сахалина. Если уж там медведи лапой столько кеты да горбуши добывают, что только мозг у рыбин выгрызают, а тушу выбрасывают — то уж острогой… Или на юге, в низовьях великих русских рек, во время нереста сазана… Да и в средней полосе на щучьем нерестилище можно неплохо поживиться, — хотя уже эта охота и более трудна, и менее добычлива.

Ну так и запретите острогу в нерест, как запретили почти всё — лишь с удочкой с одним крючком весной можно к водоему приближаться… Осеннее лучение-то тут при чем? Рыба давно отнерестилась, и взять ее не просто, мастерски острогой надо владеть, и добыча не запредельная, центнерами и тоннами не исчисляется…

Подранки, говорите? Срывающиеся с зубьев остроги и бесцельно гибнущие?

Хорошо, сейчас разберемся с подранками.

В последние выходные августа огромная армия людей с зачехленным оружием устремляется из города к рекам, озерам и болотам. Начинается осенняя охота, и главная дичь для массового охотника — утки. Так вот, однажды пятеро охотников поставили смелый эксперимент — отправились на охоту… без ружей! Лишь с собаками, хорошо обученными находить подранков. Они и находили, причем вдалеке от тех мест, где стояли в своих засадах охотники, ружей взять не позабывшие, — в километре, в двух, а то и подалее. Вечером сошлись на базе, подсчитали добычу и изумились: у «собачников» в среднем на человека уток в полтора раза больше, чем у стрелков!

История эта — не байка, напечатана в свое время в альманахе «Наша охота», эксперимент проходил с ведома и под контролем охотничьего общества. Вывод из него прост: при ружейной охоте подранков в разы больше, чем чисто битой птицы. Утка с дробинкой, засевшей в брюшной полости, не километр и не два отмахать сможет — два десятка пролетит, а потом все равно погибнет — кто ж ее от перитонита лечить-то будет?

Однако никто по этим причинам ружейную охоту запретить не спешит.

А если вернуться от птиц к рыбам, то стоит присмотреться повнимательнее к Ихтиандрам нашим, к подводным охотникам. Как у них дело с подранками обстоит?

Под воду для расследования лезть не стоит — достаточно почитать статьи, которые «подохи», вынырнув, пишут и публикуют в охотничье-рыболовной периодике.

Чтобы избежать соблазна подбирать лишь статьи, подтверждающие мою мысль, коротко проанализирую все статьи о подводной охоте, числом пять штук, опубликованные в одном рыболовном журнале за один год.

Итак, журнал «Рыболов» № 5/99, статья «Моя протока». Автор, В. Гадалов из города Шуи, далеко не выезжал, охотился на протекающей мимо города речке, и результат скромный: три выстрела за погружение. Первый — по «огромной щучине», поначалу принятой автором за бревно. Результат: раненая рыба сорвалась с гарпуна и ушла. После чего автор «добыл щуку и подъязка, общим весом не потянувших и на килограмм». Если считать по хвостам, коэффициент подранков — 33 процента. А если по весу?

Еще одна статья в том же журнале, № 3. Автор, Ю. Шевченко, охотится тоже неподалеку от дома, в реке Оскол. И первым же выстрелом пробивает хвост десятикилограммовому сому, и даже удачно доставляет добычу на берег. Ограничения на количество добычи Правила устанавливают для «подохов» те же, что и для рыболовов. И на этом охота должна бы завершиться — норма вылова выполнена, пора домой. Но неугомоннный Ю. Шевченко снова отправляется под воду, посадив сома на прочный шнур, пропущенный сквозь пробитый хвост. Новая добыча — «четыре приличных голавля, несколько рыб поменьше». Однако сом, разорвав простреленный хвост, уплывает… Вновь самая крупная рыба уходит подранком.

В той же статье описан еще один эпизод, вновь с неплохим сомом. И вновь сом уходит подранком, сломав стрелу. Дословно: «Одинарный наконечник с концом стрелы был обломан на месте захвата стрелы спусковым механизмом». Справедливости ради отметим, что смертельно раненый сом не пропал безвозвратно — всплыл в конце концов на поверхность. Но мог и не всплыть, испустив дух где-нибудь в густом коряжнике.

А вот Ю. Гладков (статья «Щуки на деревьях» в № 6/99) таких оплошностей не допускает. Он прямо-таки ворошиловский подводный стрелок — одним выстрелом, одной стрелой пронзил сразу двух сомов! И рыбины, доставляемые к поверхности, даже не шелохнулись! Дело в том, что охотился Ю. Гладков зимой, на незамерзающей реке Ингул, — и стрелял неподвижных сомов, находящихся в состоянии зимней спячки. Тут подранков оставить мудрено, согласен. Но заслуживает ли такое занятие название спорта или охоты? Есть для него, по-моему, более точные определения.

Две последних статьи — «Лицо подводной охоты» (№ 1/99) и «Подводные охотники: права и обязанности» (№ 4/99) анализировать не будем. Автор у них один, В. Виноградов, и о подводных подвигах своих и коллег он не рассказывает, больше рассуждая об общих вещах — о правовой базе подводной охоты, о проблемах «подохов», да о том, какой это увлекательный спорт. В общем, тема подранков не затронута.

Общий вывод прост: подранки на любой охоте — с острогой ли, с подводным ли ружьем, или с ружьем обычным — неизбежны. У мастеров-охотников их значительно меньше, у неумех — больше, но охотится совсем без подранков невозможно.

Так что все доводы противников остроги, касающиеся подранков, малоубедительны…

И вот еще о подранках, напоследок.

Спустя неполных четыре года после того, как подпись Никиты Сергеевича Хрущова украсила документ, запретивший острогу, Хрущеву пришлось отдать другой приказ. Весьма жесткий приказ.

Забастовал Новочеркасск. С голода забастовал. Осетры и крабы в магазины так и не вернулись, — сей факт новочеркасцы пережили бы, не впервой, привычные. Спасенная от остроги щука тоже почему-то на прилавках не громоздилась, — однако и это не фатально…

Но стал исчезать хлеб. И без того подорожавший, на четверть состоящий из отрубей, — почти исчез из продажи. Километровые очереди у булочных выстраивались затемно, и лишь немногим счастливцам доставалась сырая, плохо пропеченная буханка, одна в руки…

Вот тогда терпение лопнуло. Рабочие забастовали. Рабочие вышли на демонстрацию, многие горожане к ним примкнули. Хрущев отдал приказ стрелять…

Подранков в тот день случилось множество.

Да и убитых наповал немало.

Но как бы ни был плох закон, он все-таки закон. Соблюдать надо… По счастью, у нас, рыболовов Питера и Северо-запада, рядом — два часа по трассе «Скандинавия» — расположена Финляндия, где охота с острогой — одна из самых популярных разновидностей рыболовного спорта. Именно спорта — даже национальные соревнования по охоте с острогой проводятся, и широко освещаются в прессе, и по телевидению транслируются.

Причем, что характерно, финские реки и озера гниющими подранками не завалены, да и общего оскудения рыбных запасов не наблюдается.

Охотиться с острогой могут не только местные жители — финны охотно предоставляют такое право и рыболовным туристам из других стран. Плата достаточно символическая: разрешение на разовую охоту стоит шесть евро, но те рыболовы, кто постоянно навещает Финляндию и пристрастился к остроге, предпочитают покупать за двадцать евро годовую лицензию (фискекурт), экономия существенная.

Купить острогу тоже не проблема — продаются почти во всех рыболовных магазинах, стоят дешевле спиннингов, 10–15 евро (лишь металлическая часть, древко к ней приходиться приделывать самостоятельно). А можно и не приделывать, заплатить подороже и купить современную острогу с алюминиевой телескопической рукоятью, легкую и удобную.

Тем, кто никогда не занимался этой охотой, лучше для начала потренироваться под руководством инструктора — есть на финнов и такая услуга — и поехать бить рыбу с опытным специалистом. Он и рыбные места покажет, и правильный удар поставит, и про правила безопасности все расскажет.

А теперь пора вернуться к главному герою этой книги — к налиму.

И рассказать, какими способами его добывают при помощи остроги. В Финляндии добывают, естественно… Хотя всегда хочется надеяться на лучшее: что здравый смысл возьмет верх, и старинная русская увлекательная охота вернется из вынужденной эмиграции.

Итак, способ первый — летний и дневной, применяемый исключительно для налима.

Летом налима на небольших реках с каменистым дном добывают острогой из-под камней, часто совмещая эту охоту с описанным выше «щупаньем».

Ловля осуществляется вдвоем, ловцы идут по реке, непременно вверх по течению, выбирая небольшие глубины, не более чем по пояс, а зачастую гораздо меньше. Если попадается слишком большой камень, лежащий в воде, и длины рук не хватает, чтобы исследовать пространство под ним, то один из рыбаков приподнимает валун при помощи лома или ваги, изготовленной из толстой прочной жерди.

Налим — если он таился под камнем — внезанно оказывается вместо уютной темной пещерки на открытом и ярко освещенном месте. И, ошарашенный, оцепеневает, — ненадолго, всего на несколько секунд.

В эти секунды и должен последовать меткий удар острогой. Легко сказать, но выполнить несколько труднее… Дело в том, что отрыв камня ото дна чаще всего сопровождается небольшим облачком мути, и рыбак видит сквозь него рыбу смутно, или частично — голову, хвост, причем пятнистая окраска налима сливается с донными камнями… Иногда следуют удары по пустому месту, по чему-то, принятому за налима, иногда рыбина успевает уплыть, прежде чем ее успеют рассмотреть. В общем, игра идет с равными шансами.

Зато подранков при правильных действиях рыбака практически не остается. Дело в том, что слишком сильные удары острогой не нужны при малой глубине и каменистом дне — иначе прошедшие насквозь зубья будут тупиться и ломаться о камни. Поэтому загарпуненного налима не надо стремиться поднять вверх на остроге, наоборот, необходимо одной рукой продолжать нажимать на острогу, а другой нащупать налима, схватить под жабры и поместить в садок.

Кажется, что при охоте с острогой на мелководье промахнуться трудно, но у неопытных рыбаков нередко случаются промахи, если они не учитывают эффект преломления лучей в воде. Более того, при лучении ночью, на глубине, в рыбу попасть легче — поскольку охотник подводит острогу к добыче в воде и может корректировать направление движения. При охоте на налима из-под камней наносить удар приходится из другой среды, из воздуха, причем очень быстро, не давая рыбе опомнится.

Рис. 17. Истинное и видимое (показано штриховкой) положение предметов в воде

Как видно из рисунка 17, цель всегда будет представляться находящейся несколько дальше своего истинного положения, поэтому удар надо наносить с определенной коррекцией — как бы перед рыбой, лежащей на дне, подобно налиму (по находящейся в толще воды — целиться под брюхо рыбы).

Чтобы избежать ошибок и довести коррекцию удара до автоматизма, лучше заранее потренироваться в ударах по неподвижным предметам, лежащим на дне. Естественно, мишенью для тренировок надо выбирать не камни, а что-нибудь более мягкое: жестянки, пластиковые лимонадные бутылки и т. д.

Острога для такой ловли годится в общем-то любая, но наиболее удобна с короткой, не более полутора метров, рукоятью — длинная, предназначенная для ночного лучения, будет мешать на узкой лесной речке, цепляясь за нависшие на водой деревья, крутые берега и т. п. Зубья остроги лучше всего сделать из стали какой-нибудь мягкой марки — тогда, попав в камень вместо налима, они не ломаются, но лишь гнутся. Тупятся зубья при такой ловле очень быстро, поэтому с собой необходимо иметь напильник с очень мелкой насечкой для заточки и плоскогубцы для выпрямления погнувшихся зубьев.

Тем же способом добывают налимов и осенью, надев теплые вейдерсы. Кстати, на некоторых частных водоемах Финляндии осенняя охота с острогой на налима разрешается бесплатно всем желающим. Дело вот в чем: лососи и форели поднимаются осенью для нереста в мелководные и холодные верховья финских речек. Другие рыбы там почти не водятся, а налимы, которым холодная вода не страшна, поднимаются вслед за лососевыми рыбами и почти полностью переходят на питание их икрой — порой в проколотом острогой усатом хищнике оказывается столько красной икры, словно он сам собрался нереститься… Так что в данном конкретном случае острогу не только невозможно назвать истребительным орудием — наоборот, с ее помощью сохраняются рыбные запасы.

Второй способ добывания налимов при помощи остроги — классическое ночное лучение, столь поэтично описанное Сабанеевым.

Есть и отличия от России — финские водоемы более прозрачны, поэтому сезон лучения на них начинается не осенью, а в июне, после окончания нерестового запрета. Но все-таки самый пик лучения приходится на сентябрь-ноябрь, слишком коротки и светлы финские летние ночи.

Этот вид охоты, в отличие от описанного выше, направлен уже не только на налимов — добычей становятся и щуки, и крупные окуни, и лещи, и язи.

Лучение происходит с весельной лодки (иногда применяют и мотор, если до места ловли долго добираться), но и мотор, и вёсла используются лишь для того, чтобы приблизиться к избранному месту — мотор, чтобы не перебудоражить подводных жителей, глушат за четверть километра до места охоты и подплывают на веслах.

Движение лодки непосредственно во время лучения происходит при помощи шеста, которым помощник охотника по возможности бесшумно отталкивается от дна. Иногда охота производится в одиночку — тогда ловец стоит в лодке на коленях и использует в качестве шеста рукоять остроги.

Местом для ловли обычно выбирают мелководные, не глубже полутора метров, участки озер. Иногда доступная для охоты глубина ограничивается недостаточной прозрачностью воды, и тогда охотиться приходится на глубине в метр и даже менее.

Острога здесь применяется иная, чем чем при дневной охоте из-под камней, и дело не только в удлиненной рукояти. Рабочая часть тоже иная, так называемая «небулькающая» (см. рис. 18). Суть в том, что поперечина с зубьями крепится не к самой рукояти, а к тонкому и достаточно длинному стальному штырю. Тем самым снижается лобовое сопротивление ударной части остроги и уменьшается создаваемая ею гидродинамическая волна, способная вспугнуть рыбу.

Рис. 18. «Небулькающая» острога.

Зубья остроги делаются тонкими, из упругой стали, с далеко отогнутыми зазубринами. Причем зубья располагаются не совсем соосно, а чуть-чуть, почти незаметно, разведены в разные стороны. Многие, изготовляющие остроги своими руками, не придают значение этой тонкости, а зря. При ударе зубья «разведенной» остроги входят в тело рыбы не совсем параллельно, слегка отклоняются в разные стороны, изгибаются, — и когда рыбак подтягивает загарпуненную добычу к поверхности, зубья дополнительно стискивают рыбу, не давая ей сорваться. Большое количество подранков случается не только и не столько из-за неточных ударов, сколько из-за некачественных острог.

Касательно источников света для лучения единого мнения у любителей остроги нет. Сторонники «живого огня», якобы более естественного и менее пугающего рыбу, остались в явном меньшинстве, но и они могут приобрести в финских магазинах и хорошо просушенные смолистые чурочки, и приспособление, на котором те будут гореть над водой.

Но большинство все-таки предпочитает электрический свет. Однако и среди них единства нет: одни считают, что чем ярче, чем мощнее поток света — тем лучше, рыба и высвечивается лучше, и отчасти парализуется. Другие возражают: яркий и мощный свет не парализует, а лишь распугивает рыбу.

По моим наблюдениям, лучший источник тот, что дает поток света достаточно мощный, но мягкий, рассеянный. Весьма подходит для лучения, например, автомобильная противотуманная фара. Впрочем, повторюсь, у каждого любителя остроги имеется на сей счет свое мнение и свой проверенный осветительный прибор, покупной или самодельный.

Ну а сама техника удара острогой ничуть не изменилась со времен Сабанеева, и к советам классика мне добавить нечего.

Третий способ охоты с острогой на налима сочетает черты первых двух: охотятся на небольших мелких речках, где на лодке не проплыть. Но рыбалка происходит ночью и с источником света.

Лучить с берега, особенно заросшего кустами, трудно, почти невозможно, поэтому непременная принадлежность ловли — вейдерсы или резиновые штаны-забродники. Этим способом чаще ловят в одиночку, чем при лучении с лодки, но если вы вышли на ночную охоту вдвоем, жадничать и брать две остроги ни к чему — один охотник светит, другой колет рыбу, затем можно поменяться ролями. При ловле в одиночку источник света крепят на грудь или голову (одну руку стоит оставить свободной).

Раньше широко использовались шахтерские фонари со щелочными аккумуляторами, сейчас появились очень удобные налобные фонари, мощные и с малой энергоемкостью за счет применения светодиодов и галогеновых ламп. Выбирая модель для лучения взабродку, лучше не поскупиться и приобрести специальный, водонепроницаемый, для рыбалки предназначенный фонарь гибридного типа. Работает он как автомобильная фара: можно включить дальний яркий свет от галогеновой лампы, а можно ближний, слабый и рассеянный, — от пяти светодиодов. Второй режим более экономичен и используется для того, чтобы пройти в темноте по берегу к месту ловли, снять рыбу с остроги и т. д. Аккумулятора при комбинированной работе хватает на всю ночь, проверено. А в экономичном режиме фонарь светит и двое, и трое суток подряд.

Продвигаться вброд по речке надо медленно и крайне осторожно, свести до минимума разговоры с напарником, — идущие вброд люди создают гораздо больше шума, чем плавно скользящая лодка.

Главная добыча этой ловли — налим, выползающий из своих дневных убежищ на ночную охоту. Встречающиеся в небольших речках щучки, окуньки и другие рыбы обычно мелковаты и не заслуживают удара. Но иногда можно встретить затаившуюся среди корней подмытого берега форель-пеструшку, и немаленькую, — и тогда меткий удар острогой вносит приятное разнообразие в ночной улов.

Источник: coolreferat.com