Ловушка для ловли налима

Содержание

Поставушки на налима — изготовление и особенности ловли

Налим, единственный пресноводный представитель тресковых, относится к редкому виду всеядных хищников. Охотится на рыбную мелочь, гоняет шустрых ершей, собирает раков и насекомых. Предпочитает свежую добычу, но не побрезгует начинающей разлагаться рыбой или лягушкой. Печень помогает справляться рыбе с отравлениями, которые может вызвать падаль. Масса этого «фильтра» может достигать 9% от всей массы тела рыбы.

Люди ценят налима за этот «подарок природы», полезный высоким содержанием рыбьего жира и витаминов. Рыба предпочитает холодную проточную воду и охотится в ночное время. В зимнее время активность растет, хищнику требуется много пищи.

Рыбаки придумали поставушку в расчете на голод и жадность зимнего налима. Изготовление поставушки на налима своими руками потребует нескольких минут, если под рукой есть леска, поводок, крючок и грузило. Решившись применять это неспортивное рыбацкое снаряжение, вы должны учесть, что окрестные охотники не будут собираться к одной приманке.

Эффективность поставушки относительна, и рассчитывать на хороший улов можно, расставив по всему водоему несколько десятков снарядов. Поэтому заготовьте для основания снасти отрезок пластиковой водопроводной трубы. Длина отрезка в 20 см будет оптимальной.

Леска для удержания крупного налима потребуется прочная, особенно на разрыв. Монолеска 0,5-0,6 мм с гарантией удержит рыбину на 3-4 кг, а поводок на 0,3 мм не позволит налиму откусить крючок. Поводок нужен еще для быстрой замены отработавшего свое крючка.

Если налим заглатывает наживку, крючок вместе с ней окажется в желудке рыбы. Доставать его будет хлопотно, легче просто заменить. Имейте хороший запас поводков для подледного лова.

Аккуратно намотайте 6-7 метров лески на трубку и закрепите в прорези на втором конце. Леска должна легко освобождаться и быстро сходить в воду, но фиксация нужна, чтобы снасть не запуталась.

Данная статья покажет вам самодельные ловушки для рыбы и расскажет, как ими пользоваться.

В этой статье мы поговорим про особенности ловли окуня на безмотылку в зимний период.

Предложение использовать на поставушке длинное грузило избавило рыбаков от проблем с запутыванием лески. Грузило можно сделать из свинцового прутка. Есть модели груза в виде металлического стержня с петлями на концах. Между крючком и грузом должно быть не меньше 0,5 м., чтобы у наживки была некоторая свобода движения.

Можно сделать на леске стопорную петлю, которая не позволит грузу при установке на лунку дойти до поводка с крючком. Грузило 50-100 грамм хорошо удержит наживку у дна даже на сильном течении. Тяжелое грузило — «чебурашка» может быть другим вариантом нагрузки.

Сделанный из лески поводок крепится быстросъемной петлей за одно ушко, длинная леска — за второе, и между наживкой и грузилом будет стабильное расстояние.

Острие крючка должно быть очень острым, а цевье – длинным. Чем длиннее, тем лучше. Крючки №10 (не меньше), одинарные и двойные, потребуют особой подготовки. Подточите острия и немного отведите от вертикали с помощью плоскогубцев. Зацепистость повысится, на обратный ход крючок не будет способен. Поводок крепится к леске обычным приемом «петля в петлю».

Лучшая приманка для хищника – живая добыча. На роль живца подойдет любая рыбья мелочь, но ерш будет привлекать налима дольше других, а его «ершистая» спинка может помочь крючкам удержать крупную рыбу. Поймать ерша нетрудно, зимняя удочка с мормышкой-капелькой и кусочком мотыля обеспечат живцом не одну поставушку.

Ловушка для мелкой рыбы, сделанная из пластиковой бутылки и прикорма, будет стабильно привлекать тюльку, ерша и пескарей.

Интересует ловля на козу зимой? Подробнее об этом вам расскажет и покажет наша статья.

А тут вы увидите основные приемы ловли рыбы на покаток зимой и летом.

Длинное цевье крючков позволяет живцу дольше сохранять активность, ерш может двигаться несколько суток, пока налим не придет «на обед». Насаживать живца нужно с таким расчетом, чтобы повредить его как можно меньше. Лучший способ – за губы, чтобы острия выходили около глаз.

Налим охотится по ночам, его охотничьи владения – придонные воды. В проточной холодной воде северных рек можно увидеть и поймать удивительно крупные экземпляры. +10 – любимый температурный режим.

Холодная вода, обедненная кислородом, заставляет уходить потенциальную добычу на «зимние квартиры», в спячку, поэтому голодный налим зимой на поставушки пойдет как на активного живца, так и неживую наживку. Кусочки рыбы или мяса могут привлечь хищника, хотя он примет приманку с меньшим энтузиазмом.

Но в дневное время хищник прячется в укромных местах: под корягами, в сплетениях затонувших сучьев, ямах с проточной водой. Закидывать туда приманку можно с расчетом, что она будет первым, что налим увидит при выходе на ночную «тропу».

Успех поставушек в ловле рыбы неодинаков даже при живом живце или аппетитной мясной приманке. Хищник исключительно любопытен и жаден, но по непонятным причинам может игнорировать ерша, которого ему «кладут в пасть». Поэтому в изготовлении этой снасти руководствуйтесь правилом «чем больше – тем лучше», запасайтесь поводками и разнообразной наживкой.

Можно провести эксперименты с прикормками. Налима можно попробовать приучить к одному месту кормления, периодически подавая прикорм осенью.

В продаже поставушки можно встретить, но изготавливают их за границей, в Китае. Пластмассовая «жерлица» выглядит не очень надежной, но леска и три-четыре поводка в комплекте внушают надежды на успех. Стоит комплект 80-90 рублей.

Данная статья поможет вам в выборе удочки для рыбалки.

А здесь вы научитесь ловить берша в зимний период.

Источник: lovisam.net

Налим, все способы ловли

Еще одна замечательная книга, в которой описываются все способы ловли налима

В электронной книге: «Налим, все способы ловли», известный уже нам специалист рыбной ловли Антон Шаганов повествует обо всех способах ловли налима. Эта рыба давно прославлена в русской рыболовной литературе и до сих пор очень уважаема многими кулинарами.

Ознакомившись с книгой, вы узнаете или вспомните рыбалку всеми известными удочками, донками и подпусками, но это не все. В книге описаны нестандартные способы, применяемые для ловли налима, такие как: сетные и другие рыболовные орудия, не относящиеся к спортивным снастям. Познакомитесь с описанием снастей, разрешенных или разрешенных только с ограничениями современным Российским законодательством. В книге описаны и запрещенные способы ловли налима, но только кратко, как говорится в качестве исторического экскурса. Книга рассчитана на широкий круг читателей, как для начинающих, так и для «продвинутых» рыболовов.

Краткое содержание книги

Общий обзор способов ловли
Где искать налима?
Осенняя ловля подпусками
Весенняя ловля на донки
Ловля по первому льду
Зимняя ловля донками и «тычками»
Зимняя ловля переметами и подледниками
Налимьи самоловы (историческая справка)
Зимнее ужение и ловля на блесну
Зимняя ловля «на шум»
Зимняя ловля ловушками
Летняя ловля налима
Охота с острогой

Кулинарное приложение, рецепты приготовления налима

Налим на кухне и на столе
Уха простая, она же одинарная
Уха налимья двойная
Тройная уха
Шашлык из налима
Котлеты из налима
Налим, запеченный с яйцами и молоком
Пирог с налимами, он же рыбник

Автор: Антон Шаганов
Год издания: 2010
Формат: EXE
Качество: отличное
Размер: 1 Мб

Источник: blogotshelnika.ru

Рыбалка. Информационный портал «LANDFISH»

Ловля налима поздней осенью и применяемые снасти

Не раз приходилось слышать, что ловить налима скучно и неспортивно. Мол, слишком проста эта ловля. К тому же и холодно осенними ночами, когда то дождь сыпанет мелкий и ледяной, то небо совсем побелеет от холода и прохудится, а из него уже снег падать начнет хлопьями, как зимой. Словом, некомфортно и неинтересно…

Все это так, но почему-то все равно много любителей поморозить у холодной реки свои носы и прочее… К ним относится и автор данного повествования. То ли потому что налим вкусен и нежен несомненно, особенно только что пойманный, или, может быть, в его ловле есть и что-то такое, чего не объяснить так просто. Это способен понять лишь тот, кто хоть раз слышал ночные звуки леса и реки, звон колокольчика в морозной тишине, плеск тяжелой и сильной рыбины на мели у самых ног рыболова.

Прозрачные осенние ночи несут в себе непонятную первобытную опасность, где в неподвижном лунном свете мелькают летучие мыши, а может нетопыри-вампиры. За выворотками, черными от старости, прячутся седые кикиморы, а на поляне Лысой горы, серебристой от лунного света, пляшут голые ведьмы на шабаше. За ними, мрачно ворча и блестя зеленым глазом, наблюдает высохший от старости колдун, глядя в «Черную книгу»… Пить меньше надо, меньше и чудиться будет – скажет скучный прагматик – городской домосед. И будет в чем-то прав. Но отчасти. Осенние ночи сами по себе волшебны и без сорокаградусной. Наверное, потому что бывают на изломе времен года.

Именно в это время берет самый крупный налим на резку или живца, нагуливая жирок перед нерестом, который у него бывает в самую зимнюю стужу. Видимо, родственность с треской – обитательницей ледяных вод Скандинавии – вызвала у налима те же физиологические особенности и привычки. Кроме трески есть у налима и другие суровые братья, обитающие во фьордах Норвегии: сайда, хек, пикша, навага. Но эта родня покрупнее будет, поскольку в море обитает. Вся эта братия отменно вкусна и налим тоже не уступает им хоть в ухе, хоть на сковородке. Вот так…

Самая простая снасть — закидушка

Несомненно, легенды о простоте и примитивности налимьей рыбалки основаны на той снасти, которой чаще всего и ловят эту странную рыбу. А налимья снасть является обычной донкой, только довольно грубой. Но ничего лучше и не придумаешь для ночной ловли налима, когда руки стынут, а глаза в темноте никак не найдут на песке леску и крючок с кривляющимися на нем червяками.

Итак, снасть для ночной ловли налима. Эта простейшая донка называется – закидушка.

Наверное, название связано со способом ловли налима осенью — заброса, то есть – без помощи удилища, в закидку, руками. Снасть состоит из мотовильца с основной леской, тяжелого грузила и поводка с крючком выше него.

Обычно используются тяжелые свинцовые грузила, отлитые в столовой ложке или форме примерно таких же кондиций. Для весенней ловли я применяю еще более тяжелые грузила, весом не менее 400-500 граммов. Слишком стремительно весеннее течение.

Форму я выдолбил в силикатном кирпиче. Она довольно грубая, как и отлитые в ней затем изделия, но все эти заусенцы только помогают удерживать груз на речной струе. Но осенью достаточно и ложки, если, конечно, не было долгих дождей, и река не поднялась в осеннем «половодье».

Многие думают, что если поставить на закидушку несколько поводков, то и шансов на улов будет больше. Я так не думаю, поскольку налим берет чаще всего со дна, ленясь подниматься даже к подвязанному чуть выше второму поводку. Этим он похож на другого хищника – судака. И тот лентяй… Ни за что не поднимет свое клыкастое рыло к блесне, если она играет на полметра выше дна. А несколько поводков с крючками в темноте могут стать причиной поимки скорее себя любимого… Но в то же время если снасть будет заброшена хотя бы с двумя видами наживки, то и поклевок может быть больше.

На случай когда есть и черви и резаная рыбка или живцы можно использовать скользящий тяжелый груз, где первый поводок будет впереди грузила, а второй подвязан выше него. Нередко случается, что самый крупный налим берет именно на рыбку. Причем не обязательно живую. Это могут быть кусочки ерша, плотвички, ельца, подъязка. Но и хватки эти могут быть гораздо реже, чем со вторым крючком, на котором нанизаны черви. Словом, два поводка лучше использовать в самом безопасном варианте, где и поводки не длиннее 15 см, а один из них находится впереди скользящего грузила.

Крючки для налимьей рыбалки применяются довольно крупные, не менее 8-10 номеров отечественной нумерации, лучше с длинным цевьем. Если наживкой будет служить резка или живая рыбка, то потребуются двойники № 6-8. Впрочем, все зависит от того каких размеров обитает налим в данном месте данной реки. На Енисее мне приходилось видеть чуть ли не пудовых налимов, а на какой-нибудь малой речушке они не бывают крупнее полкило.

Проще всего иметь при себе набор запасных поводков с крючками, так как выемка крючка из попавшегося налима в осеннюю стужу – занятие не для слабонервных и чувствительных… Слишком крепка пасть налима, усеянная мелкими зубками. К тому же и крючок налим заглатывает до… Ну, вы знаете… Паталогоанатомические изыски не очень способствуют азарту на рыбалке… Поводки можно пристегивать к застежке или наскоро привязывать к петле на основной леске. Первый вариант предпочтительней, особенно морозной ночью.

Осенние наживки для ловли налима

Я уже не раз замечал, что почему-то ловля налима поздней осенью особенно отличается. Осенью налим более охотно хватает живца и резку. Весной поклевки чаще всего бывают на мочку червей. Мои предположения связаны с тем, что в октябре-начале ноября налиму надо срочно и в короткий срок «отпустить животик», то есть нагулять жирка перед зимним нерестом, который требует массу энергии. Понятно, что рыбка более калорийна, чем земляной червяк. И совершенно необязательно стричь бедных ершей под «канадку»… Налим уже давно приноровился каким-то образом складывать колючки ерша у себя в пасти, не накалываясь на них, а только щурясь и жмурясь от своего излюбленного деликатеса… Ну, по крайней мере так думается.

Особенности ночного запроса донки

Когда все готово, то остается только насадить на крючок червей, живца или резку, а потом совершить заброс в загадочную темноту. Но желательно еще в светлое время определить на противоположной стороне реки какие-то ориентиры, а леску закидушек сбросить с мотовилец и положить кольцами на песке, отмерив ее длину пробными забросами. Это нужно для того чтобы не перекинуть в темноте грузило на противоположный берег, если река малая, или не посадить крючки в коряжник, обычно «поджидающий» их в яме у противоположного берега.

После заброса выбирается слабина, леска вставляется в расщеп на конце ивового прута, а на нее вешается звонкий колокольчик. Лишняя леска наматывается на мотовильце, которое втыкается в песок позади прута. Колокольчик подвешивается на леску очень просто: сложенную петлей леску пропускают в ушко колокольчика, затем петлю распускают, делая ее больше, а в нее пропускают сам колокольчик и петлю затягивают.

После поклевки колокольчик снимают, снасть потом забрасывают и все повторяется. Но я часто вообще не снимаю колокольчик. А просто забрасываю снасть вместе с ним, чтобы не морозить пальцы. Вроде не по правилам… Но зато проще. А после заброса ополаскиваю колокольчик речной водой, освобождая от песка. Так более звонко голос подаст при поклевке.

Есть еще и аналог снасти с безынерционной катушкой. Это также простая снасть. Она нужна там, где берег зарос кустами или травой. То есть разложить кольцами леску закидушек здесь не выйдет. Будут зацепы при забросах. Для изготовления простейшей безынерционки потребуется лишь пустая банка вытянутой формы или пластиковая бутылка от набившей оскомину какой-нибудь рекламной «Actimel». Нужно лишь намотать на эту тару леску, затем взять в одну руку псевдо безынерционку, а в другую – леску с грузилом. Остается лишь раскачать грузило с поводками и крючками, а затем забросить хитрую снасть для ловли налима осенью. Леска будет сматываться как с безынерционной катушки, у которой открыта дужка. Нужно лишь учесть, что диаметр лески должен быть меньше, чем у закидушки, которая оснащается леской 0,5-0,6 мм. Иначе и грузило не полетит далеко, и леска может стать жесткой пружиной, мешающей забросу.

Источник: landfish.ru

Использование закидушек для ловли налима

Многие рыболовы согласятся с утверждением, что налим – это самая вкусная рыба из тех, что могут быть выловлены в водоемах средней полосы, что и не удивительно, ведь налим является представителем семейства тресковых. Ловят его самыми разными способами, подходит и спиннинг, можно ловить донками, фидером, а также разнообразными зимними снастями. Наиболее результативной же рыбалка бывает по холодной воде, когда активность налима возрастает. Ловля налима на закидушку – может по праву считаться самым популярным способом его добычи. Использование донок или фидера требует точного знания расположения излюбленных налимьих мест, а несколько десятков закидушек, расставленных в наиболее перспективных точках реки, вполне могут помочь найти любимые маршруты и места стоянки этой рыбы. Положительным моментом для многих рыбаков является и низкая стоимость такой снасти, ведь для закидушек даже простенькое удилище не используется.

Конструкция снасти

Закидушка является одной из самых простых снастей, предназначенных для ловли со дна. Она представляет собой достаточно толстую леску, к концу которой прикреплено грузило, а также один или несколько поводков с крючками (некоторые рыболовы вяжут и более десятка, однако далеко не всегда это оправдано, не говоря уж о не спортивности такой снасти). Вся эта конструкция в лучшем случае наматывается на мотовило, в худшем – просто на деревянную палочку. Простота конструкции выгодно отражается на стоимости – леска и крючки стоят сравнительно немного, а грузила многие рыболовы для донок и закидушек изготавливают самостоятельно. Многие рыболовы также используют разнообразные сигнализаторы поклевки, чаще всего это колокольчики различной конструкции. Закидушка на налима благодаря своей низкой стоимости, а значит и возможности использовать одновременно большое количество снастей позволяет быстро найти рыбу даже на незнакомом водоеме.

Самостоятельное изготовление закидушек

Для закидушки необходимо самостоятельно изготовить лишь три вещи – мотовило, груз и сигнализатор поклевки. Мотовило обычно делают либо из дощечки сравнительно небольшой толщины, фанеры, либо же куска пенопласта.

Фото 1. Заготовки для закидушки.

На заготовке вырезают углубления под намотку лески, один из концов при этом можно сделать острым и несколько более длинным, что позволит закреплять снасть, воткнув ее в грунт на берегу.

Есть два наиболее популярных способа изготовления грузил, и отличаются они формой, которая будет заливаться свинцом. Сначала в подходящей для этого емкости необходимо расплавить металл.

Далее металл выливают в форму. Двумя наиболее популярными вариантами являются обыкновенная ложка и кирпич с углублениями. При этом форма грузил получается разной – отлитые в ложках больше подходят для участков с течением, а вот конические грузы лучше держаться либо на участках с каменистым дном, либо же на слабом течении.

Фото 2. Можно оснастить закидушку покупным грузилом.

Вариантов самостоятельно изготовленных колокольчиков довольно много. В качестве корпуса могут использоваться цоколи лампочек, металлические гильзы и прочее. Язычок же делают из тонкой проволоки и небольшой гайки. Ну и разумеется, всегда можно купить готовый сигнализатор поклевки в рыболовном магазине.

Требования к крючкам и леске

Диаметр основной лески и поводков напрямую зависит от размеров предполагаемого улова. При скромных размерах рыбы в водоеме будет достаточно и основной лески диаметром в 0,3 миллиметра, и чуть более тонких поводков, но если предполагается, что налим на донку может клюнуть и трофейных размеров, то уместным будет и диаметр 0,4-0,6 миллиметров.

Фото 3. Закидушка в сборе.

С размерами крючков мелочиться не стоит. Как и сом, налим заглатывает наживку достаточно глубоко, и порой освободить рыбу бывает непросто, особенно при отсутствии соответствующих инструментов. Крючки стоит использовать крупные, с длинным цевьем – они позволят не только быстро освобождать снасть, но и использовать больше наживки.

Используемые наживки

Эта рыба – хищник, а значит ловля налима на закидушку ведется в основном на наживки животного происхождения. Неплохо себя зарекомендовали красные навозные черви, еще лучше ловится эта рыба на пучок так называемых выползков. Нередко используют также живого лягушонка и живца, в качестве которого больше всего подходят небольшие карасики, ерш или пескарь. В качестве наживки используют и кусочки рыбы. Это может быть любая рыба, как пресноводная, так и морская. Прикормку при ловле налима обычно не используют.

Подходящая погода и тактика ловли

Особенности поведения этой рыбы таковы, что ее активность максимально возрастает с наступлением осеннего похолодания. Многие рыболовы утверждают, что наиболее удачные рыбалки обычно происходят за несколько недель до ледостава. При этом замечено, что чем хуже погода с точки зрения человека, тем лучше она для налима. Холодная, дождливая ночь с сильным ветром многими считается наиболее удачным временем для ловли налима осенью на закидушку. Учитывая это, на такую рыбалку следует отправляться только в достаточно теплой и водостойкой одежде. Если есть возможность, на берегу можно развести костер – налима огонь все равно не отпугивает (некоторые рыболовы даже считают, что свет его привлекает), а возможность немного согреться важна на такой рыбалке.

Искать же эту рыбу опытные рыболовы советуют на участках реки со спокойным течением и каменистым, либо же песчаным дном. Ил, а также густую донную растительность налим не любит. Удачными местами для ловли этой рыбы считаются и крутые берега, особенно если на них растут деревья, а их корни уходят под воду – если этот представитель семейства тресковых встречается в конкретной реке, то вероятность его поймать в подобном месте очень высока.

Фото 4. Установленная закидушка с колокольчиком.

Определившись с перспективными точками, переходят к забросу закидушек. Сперва необходимо сложить леску с мотовила на чистом участке берега широкими кольцами, немного раскрутить грузило, и забросить оснастку.

После чего нужно зафиксировать закидушку на берегу и закрепить сигнализатор клева. Следующую стоит забрасывать не ближе 5-6 метров. Не стоит слишком растягивать длину участка берега с закидушками, так как в противном случае (особенно при клеве не только налима, но и других рыб) придется за ночь пробежать по берегу несколько десятков километров.

Источник: fishelovka.com

Зимняя ловля налима ловушками

Налим, рыба из детства

До сих пор помню своего первого, в детстве пойманного налима: жаркий июльский полдень, журчащие струи приятно холодят босые ноги, напряженные пальцы осторожно шарят под обросшими синевато-зеленой тиной камнями, внезапное ощущение живой затрепетавшей плоти под руками там, в крохотной подводной пещере… Выхваченный под жабры трофей невелик, чуть больше столовой ложки, но стоящий на берегу отец внимательно разглядывает усатого пленника, свернувшегося кольцом на дне бидончика, и уважительно говорит: «Ну-у, ты добытчик…»

Да и мне улов был в диковинку — отчего-то ни разу не попадались налимы среди плотвичек, окуньков, уклеек и других рыбешек, которых я немало наудил в нашей речке. Отец объяснил, почему: нрав у налима особый, скрытный и привычки странные, совсем не похожие на нравы других подводных обитателей. Спит, когда другие бодрствуют, а ночью выходит на охоту; в теплое время года сонный и апатичный, зато зимой без устали охотится, нагуливает жир на год вперед, и даже нерестится в самую лютую стужу… В общем, мало шансов у юного рыболова случайно поймать налима…

Вдохновившись отцовскими рассказами, к осени я смастерил несколько донок-закидушек и небольшой, на десяток крючков, переметик. И в первую же выбранную для налимьей рыбалки ночь без улова эти снасти не остались… А того, первого налима, я отпустил, рассмотрев хорошенько, — пусть подрастает. Жаль, никак не пометил — вполне может быть, потом еще встречались…

Много воды утекло с тех пор в налимьих реках, многих других рыб доводилось ловить в самых разных водоемах, а особое отношение к налиму осталось. Глубокой осенью, холодной, дождливой, когда все нормальные рыболовы сидят дома и перебирают зимние снасти в нетерпеливом ожидании ледостава — я еду за налимом. За рыбой из детства.

Итак, для начала слово классику — Альфреду Брему:

Из тресковых рыб только одна водится в пресных водах — это обыкновенный налим (Lota lota), характерными признаками которого служат: удлиненное, покрытое весьма мелкими чешуйками тело, маленькая голова, два плавника на спине, из которых второй весьма длинен, умеренной длины заднепроходный плавник, закругленный или заостренный хвостовой плавник, усы на подбородке и, наконец, зубы на обеих челюстях, расположенные простым рядом. Спина, бока и плавники налима окрашены в оливково-зеленый цвет, то светлее, то темнее; они при этом украшены волнистым мраморным рисунком; горло и брюшные плавники беловатые. Длина рыбы может достигать 60 см, вес — 8 кг; однако столь крупные экземпляры водятся только в глубоких озерах.

Рис. 1. Налим (из книги Л.П. Сабанеева «Рыбы России»)

Мало пресноводных рыб так широко распространены, как налимы. Рыбы эти нередко встречаются даже в море, например в Северном, однако Гюнтер решительно отрицает эти данные и говорит, что налим никогда не посещает мест с соленой водой. Рыба эта живет в текучих и стоячих водах всей средней Европы и Северной Америки, а равно и в несоленых водах Средней Азии, встречается, говорят, даже в Индии, хотя у Дэя на это указаний нет. Любимое местопребывание налима — глубокие воды, поэтому в более мелких речках он обыкновенно живет только тогда, когда русла их заключают в себе много глубоких мест; в озерах он охотно уходит на самую глубину, туда, где дно лежит на 40, 60 и более метров от поверхности. Вторым необходимым условием для пребывания налима является чистота воды, поэтому в гористых областях он водится в большем количестве, нежели в равнинных.

Днем налим прячется под камни и другие лежащие в воде предметы. Если камень быстро поднять вверх, рыба еще некоторое время остается покойной, но затем с быстротой молнии уплывает и прячется под другой камень или в ил. Старые рыбы держатся на глубине, молодые же близко от берега и поверхности воды. Ночью налим оставляет место своего отдыха и плавает повсюду. Это один из самых ревностных водяных хищников, наводящий ужас на более мелких рыб, не исключая и маленьких налимов. В садках пойманные налимы в случае недостатка корма поедают друг друга, и самые сильнейшие из них уничтожают всех других, которых только могут одолеть.

Налимы мечут икру от ноября до марта; таким образом, размножение этих рыб, вероятно, совершается в различное время года в зависимости от местности и климата. Как ни необщительны обычно налимы, но ко времени метания икры они собираются в стаи, штук по сто, причем, угревидно свившись друг с другом, образуют один общий клубок, как это делают спаривающиеся змеи.

Хотя в икряной самке насчитывают около 130 тысяч яиц, не менее размножение налимов не очень значительно, так большая часть вылупившейся молоди бывает съедена старыми налимами или другими хищными рыбами. Рост налимов происходит очень медленно, половозрелость же наступает только на четвертом году.

Наиболее удачный лов налимов происходит в пору метания ими икры; ловят налимов сетями, на лесу со дна и в вершники, для наживки употребляют мелких рыбешек и мясо раков.

А. Брем «Жизнь животных», т. 4 «Рыбы и амфибии»

Современные ихтиологи и рыболовы-практики считают, что классик Брем изрядно приуменьшил максимальные размеры налимов. Вернее, приводимые им цифры относятся к Европе с ее относительно теплым климатом, и к южным и центральным областям России, — там, действительно, усатый хищник, активно кормящийся лишь в холодной воде, редко вырастает длиннее полуметра и тяжелее килограмма.

В наших же северных и сибирских реках и озерах экземпляры в несколько килограммов уже вполне заурядное явление, а порой встречаются и гиганты, чей вес выражается в двухзначных цифрах.

Е. А. Веселов в «Определителе пресноводных рыб фауны СССР» указывает, что налим достигает длины тела свыше 1 м и массы до 24 кг. Знаток рыбной ловли В. Б. Сабунаев заявлял, что в Оби попадались экземпляры налимов в человеческий рост длиной и в два пуда весом, а знающий все на свете Интернет утверждает, что крупнейший официально зарегестрированный в СССР налим попался в 1967 году В. Копылову (г. Краснодар) на таймырской реке Норилке, и та рыбина не дотянула всего несколько граммов до полновесных тридцати килограммов. [1] Но рекордные трофеи попадаются редко, и в местах чаще всего безлюдных, — и рыбаки густонаселенных областей европейской части России считают налима весом в 2–3 килограмма вполне завидной добычей.

Тем более что поймать налима случайно — например, выудить среди плотвы, окуней и подлещиков — удается крайне редко, и виной тому его весьма оригинальный образ жизни.

Налим — ночной хищник, питающийся мелкой рыбой, червями, моллюсками, ракообразными и личинками насекомых, не брезгует он и падалью. Активно кормиться налим начинает с осенним похолоданием, наибольший жор наблюдается в декабре — начале января. Следующий за жором нерест происходит во второй половине января — феврале, тогда эту рыбу можно встретить на мелководье с каменисто-галечным или песчаным дном. В марте — апреле налим вновь начинает активно питаться.

Еще одна налимья особенность, отмеченная еще Сабанеевым, состоит в том, что наиболее активный клев наблюдается, как правило, в плохую погоду, ненастными ночами, а при ясной и полной луне он ослабевает либо совсем прекращается.

Надо сказать, что классик рыбной ловли привел этот факт как ничем не подтвержденное сообщение рыбаков, и я в первую осень своего знакомства с налимами оставил предупреждение без внимания. А зря — в первое же полнолуние на крючки двух десятков выставленных донок попались лишь два щуренка, которые тоже порой не прочь полакомиться червями, предназначенными для налимов. Ни один налим не клюнул, хотя до той ночи каждое утро доводилось снимать со снастей 5–7 рыбин. После этого несколько лет я попросту не отправлялся на ночную налимью рыбалку в ночи полнолуния, — до тех пор, пока не поймал подъемником налима, явно только что схватившего крупную плотву, хвост ее еще торчал из налимьей пасти. И произошло все как раз при полной луне… В общем, вопрос: клюет ли налим в полнолуние? — для меня до сих пор остается спорным.

Общий обзор способов ловли

В ставные сети налим попадается редко, гораздо реже, чем другие виды рыб. Хотя мне доводилось вылавливать (иными снастями) налимов, на теле которых были видны следы от врезавшихся ячей. Вполне возможно, что мягкое и способное как бы сжиматься тело налима позволяет ему, при наличии некоторого времени, покидать сеть, проскальзывая сквозь ячеи, — и в руки рыболова попадаются лишь недавно запутавшиеся рыбины. К тому же рыбаки избегают ставить сети в коряжнике — излюбленном месте обитания налима, а натянутый течением грузовой шнур сети позволяет буквально ползающей по дну рыбине проскальзывать под снастью, используя любые неровности подводного рельефа.

При ловле отцеживающими орудиями — неводами и бреднями — налим встречается в уловах уже гораздо чаще, особенно если ловля происходит ночью. Впрочем, при ловле бреднем в омутках узких речушек и днем велика вероятность встречи с усатым хищником, — если ловцы переворачивают все попавшиеся на пути подводные камни и шумно выгоняют рыбу из-под подмытых берегов, из свисающих в воду корней деревьев и из прочих убежищ.

Очень хорошо ловятся налимы в ловушковые снасти — в мережи, вентери и т. п., особенно зимой, во время своего массового хода в места нереста. Но и летом случается извлечь из верши или морды налима, привлеченного туда рыбьей мелочью, — чаще всего в августе, когда вода уже достаточно охладится.

Не менее успешна ловля налимов саками и подъемниками, особенно активная ходовая ловля, подробно описанная в соответствующих статьях книги «Подъемники, ловушки, кастинговые сети». Кстати, в накидную кастинговую сеть поймать налима мне не удалось ни разу, хотя отрицать вероятность такой поимки нельзя.

Однако, пожалуй, большая часть пойманных любителями налимов попадается на крючковые снасти: на переметы, донки, подпуски, зимние «тычки». Ловля на летнюю поплавочную удочку почти не практикуется; хотя А. Орехов в журнале «Спортивное рыболовство» № 12/2005 и описал случай удачной ловли налимов поплавовочной удочкой (весной, в мелководном и быстром водоотводящем канале плотины), но это, конечно, исключение из правила. Зато зимние удочки, оснащенные особым образом, вполне успешно применяются для подледной рыбалки. Случаи поимки налима при блеснении на спиннинг еще более уникальны.

В местах, где налим изобилует, его активно ловят на всевозможные искуственные приманки, использующие любопытство этой рыбы и ее манеру подплывать к источнику непонятных звуков. Некоторые из этих крючковых снастей («бряцалки», «стукалки» и т. д.) отдаленно напоминают блесны, другие же явно ведут свое происхождение от описанных Сабанеевым якорьков и дощечек с крючками.

В сабанеевские времена, кстати, была весьма распространена ловля налимов на самоловы, отчасти напоминавшие стерляжьи, и ночная охота на них с острогой (лучение). Ныне оба эти вида ловли на территории России повсеместно запрещены, и практикующие их рыболовы рискуют солидными штрафами.

Ну и напоследок стоит упомянуть о двух старинных способах добывания налима, редко употребляемых в наши дни. Это летняя ловля руками (щупание) и глушение колотушкой по первому льду. Вроде бы простейшая, даже примитивная рыбалка, — но до чего же увлекательная!

Однако прежде чем перейти к подробному описанию отдельных видов ловли, стоит сказать несколько слов о выборе места — далеко не везде имеется шанс повстречаться с усатым донным отшельником.

Где искать налима?

Если вы впервые решили половить налима и не знаете уловистых мест, то для начала стоит не просто опредилиться с наиболее пригодными для того участками водоема, но и правильно выбрать сам водоем.

Дело в том, что налим весьма чувствителен к температуре воды и кислородному режиму (в медленно текущих теплых речках водится не всегда, а если и встречается, то лишь в отдельных местах — в местах впадения холодных родниковых ручьев и в омутах, изобилующих бьющими со дна ключами). Не менее важно и отсутствие в воде всевозможных химических примесей, — налим не выдерживает даже те их концентрации, что не мешают жить и размножаться окуню, плотве и щуке.

Чтобы заставить налима частью погибнуть, частью уйти из ранее облюбованных мест, не нужны даже химические предприятия с их постоянными «очищенными» стоками и редкими, но меткими залповыми сбросами при авариях очистных сооружений. Достаточно обычного по нынешним временам воздействия человека на окружающую среду: в нижнем течении речки, протекающих через десяток-другой деревень, налима уже не встретишь. Стоки из деревенских уборных и банек (которые по традиции принято ставить у самого уреза воды: из парной, да в ледяную воду, — дух захватывает!); излишки удобрений и пестицидов, смываемые дождями в ручейки и канавы, а из них стекающие в реки, и прочее, и прочее…

Конечно, полноводные северные реки и глубокие обширные озера деревенскими баньками изгадить трудно, они даже стоки целлюлозно-бумажных и прочих комбинатов до поры выдерживают… Но если вы живете и рыбачите в густонаселенной средней полосе, то послушайте совета и ищите налима в самых верховьях, там, где зарождающиеся речки более напоминают ручьи — зачастую именно туда удаляются налимы, покинувшие исконные ареалы обитания.

Если верховья чересчур узки и мелки, то налимы там вырождаются, образуют карликовую форму: редко превышают вес в 400–500 граммов. Связано это лишь со скудной кормовой базой, и в проточных прудах, образованных плотинами на тех же самых ручьях, уже встречаются достаточно крупные экземпляры. Прудовый налим, коли уж о нем зашла речь, любит держаться у места впадения речки или ручья, образующего пруд, но еще большем числе водится ямах под водосбросами. [2]

Впрочем, в поисках поживы он способен зайти куда угодно: однажды мне довелось выловить усатого хищника в совершенно «неналимьем» месте — в мелководном, очень сильно заросшем водорослями и тиной пруду, хоть и образованном довольно быстрой и чистой речушкой. Водились там, как мне поначалу казалось, лишь караси и верховки, да еще щуки, активно поедавшие тех и других, — однако на жерлице, выставленной в одном из немногочисленных «окошек» чистой воды, по какой-то причине размоталась леска, живец оказался на дне, — а утром на тройнике сидел черный как смоль полукилограммовый налимчик. Позже в том же пруду мне приходилось видеть всплывших дохлых налимов — летом, в июльскую жару. Все-таки тинистое, заросшее мелководье не самое подходящее место для холоднолюбивой рыбы.

Косвенным признаком того, что речка интересна для налимьей рыбалки, служит наличие в ней раков, а также двух видов небольших рыбешек: гольяна и подкаменщика. Эти водные обитатели не менее налимов чувствительны к загрязнениям, а то и поболее.

В общем-то, налиму все равно, есть в водоеме течение или нет — водится он не только в прудах, озерах и водохранилищах, но и в опресненных заливах Балтийского моря. Однако для нереста непременно идет в проточную воду, необходимую для развития икры, — и рыболовы всегда нетерпеливо ожидают этого зимнего хода в реки, речки и ручьи.

Выбор места на водоеме обусловлен образом жизни налима. Держится налим исключительно у дна. В светлое время он обычно скрывается под корягами, среди подмытых корней деревьев, прячется между камней и затонувших бревен, держится в родниковых омутах и в ямах под водосбросами плотин и других гидротехнических сооружений. Ночью же налим странствует везде — везде, где держится рыбья мелочь, главная его пища. Мелководьем не смущается: иногда добывает гольцов и подкаменщиков на быстрине, где каменистой дно покрыто слоем воды менее 20 см глубиной; зимой, подо льдом, случалось интереса ради ставить донки и «тычки» в случайно пробитых на мели лунках, где поклевка казалась вовсе уж невероятной: нижний край льда почти касался грунта, — но налим попадался и там. Впрочем, последний факт не так уж удивителен: добыча в такой тесноте может спасаться от хищника лишь в двух измерениях, и шансы успешной охоты растут.

Поэтому заранее просчитать вероятные пути ночных блужданий налима — дело трудное, надо ставить снасти в разных местах, запоминая самые уловистые.

Вышесказанное относится к ловле на крючковые снасти, а при зимней ловле мережами и иными ловушками принимают во внимание другую привычку налимов: днем они отдыхают от ночных переходов на более глубоких и спокойных местах, а ночью идут против течения, придерживаясь быстрых и относительно мелких мест, — там и устанавливают на их пути мережи, морды и им подобные снаряды. При этом следует помнить, что рыболовные правила (даже в тех регионах, где допускается ловля налима подледными ловушками) разрешают перегораживать крыльями снасти (на больших реках — совокупности снастей) не более 2/3 ширины русла, и относится этот пункт даже к самым маленьким ручьям.

Осенняя ловля подпусками

Казалось бы, ловля крючковыми снастями налима — хищника более чем апатичного и флегматичного — ничего заманчивого из себя не представляет. Клюет он вяло, порой совсем незаметно, сопротивления при вытаскивании почти не оказывает, да еще и ловится лучше всего в самую мерзкую погоду, холодными и дождливыми осенними ночами.

Однако очень многие любители нетерпеливо поджидают холодов, перебирая налимьи донки, переметы и подпуски, и готовясь отправиться на новую встречу с усатым отшельником.

И не только в деликатесном мясе налима тут дело, хотя и в ух , и в пирогах мало какая из рыб сможет составить ему конкуренцию. В самой ловле налима есть нечто завораживающее: тихая ночь, костер, посылающий искры к звездному небу, неспешные разговоры с коллегами-рыбаками за стаканом… хм… крепкого чая… Люблю налимью рыбалку.

Наиболее оптимальной снастью для осенней ночной ловли налимов мне представляются подпуски, и вот почему: перемет, конечно, может оказаться более уловистым, хотя бы в силу своих больших размеров. Но, как сказано выше, налим — рыба очень чувствительная к качеству воды, и в достаточно населенных районах водится в основном в узких верховьях рек. На извилистых закоряженных лесных речушках длинный перемет толком не растянуть, да и лодку, с которой его обычно ставят, применять неудобно.

Донки с 2–3 крючками неудобны по другой причине. Налим, двигаясь к местам кормежки, передвигается по одним и тем же подводным «тропам», достаточно узким, — например, придерживаясь борозд на дне. И имеет гораздо больше шансов разминуться с донкой, чем с подпуском.

Конструкция налимьего подпуска несколько отличается от обычной. На конец лески диаметром 0,7–1 мм ставится грузило, вес которого зависит от силы течения, — необходимо, чтобы заброшенный перпендикулярно берегу подпуск вода не сносила. Некоторые рыболовы, пользующиеся большим количеством подпусков, концевые грузила с собой не возят, а используют подобранные на берегу камни-голыши, закрепляя их на леске 2–3 витками изоленты.

Рис. 2. Налимий подпуск

Поводки (10–12 шт., на очень узких речках — меньше) крепятся на основную леску достаточно часто, на расстоянии не более метра друг от друга, и делаются короткими — 30–40 см (давать слишком большую свободу налиму, заглотавшему насадку, чревато, — живо захлестнет поводок за какую-нибудь корягу). Крепятся поводки «петля в петлю», причем размер петли на поводке должен быть такой, чтобы в нее пролезала предполагаемая добыча. Длина рабочей части подпуска зависит от ширины водоема и обычно не превышает 8-10 м, но на мотовило зачастую наматывают втрое больший запас лески, на тот случай, если ловить придется на более широком разливе.

Толщина лески, из которой приготовляются поводки, произвольная, — налим и грубых снастей не пугается, и, ввиду своей апатичности, тонкую леску не обрывает. Какие обрезки лески есть под рукой, те и идут в дело. Естественно, там, где встречаются крупные, в несколько килограммов, налимы, снасть должна отличаться надежностью.

При ловле на узких речках с крутыми берегами используется дополнительное грузило весом около 30 гр. (так называемый «бегунок»), свободно скользящее по леске. После заброса подпуска «бегунок» спускают к рабочей части, до стопорного узла, завязанного в метре от ближнего к берегу крючка, — в результате все крючки снасти, а не только соседствующие с концевым грузилом, лежат на дне. Главная леска при клеве налима скользит через «бегунок», не мешающий заметить поклевку. Но иногда налим клюет так вяло, что сторожок-колокольчик никаких звуков не издает, лишь слегка подергивается. Впрочем, никакой беды в пропущенной поклевке нет — заглатывает насадку налим исключительно надежно, и редкие срывы случаются как раз из-за торопливой, преждевременной подсечки.

Две главных насадки при ловле налимов на подпуски — черви (выползки или кучки навозных) и резка. Целых живцов использовать имеет смысл только если существует большая вероятность поклевки щуки, в таком случае необходим металлический или кевларовый поводок.

Многие авторы рыболовных книг упоминают лягушат и лягушек в качестве отличной осенней насадки для ловли налима. Ни в малейшей мере не оспаривая их мнение, лишь скажу: три или четыре попытки поймать усатого хищника на лягушонка не принесли успеха. Дольше эксперементировать не стал, наловить в сезон открытой воды мелочи на насадку легче и быстрее, чем разыскивать лягушек.

Размер крючков должен быть не маленьким, не менее № 10 по отечественной нумерации для ловли на резку, № 8 для червей. На реках, где в достаточном количестве водятся налим больше килограмма, стоит употреблять более крупные крючки, чтобы не изводить понапрасну налимью мелочь. Снять без повреждений глубоко заглотавшего крючок налима практически невозможно, поэтому, для лучшей сохранности улова, на рыбалку запасают достаточное количество сменных поводков, а крючки из пойманной рыбы вынимают дома, при чистке.

Иногда на подпуски (на ту их часть, что находится ближе к берегу) привязываются т. н. «пасынки», тоненькие поводки с крючками № 3–4, насаженными маленьким червем, — попадающаяся на них мелкая рыба тут же используется для насадки.

Ловить налима на червя в тех речках, где водятся ерши, — занятие неблагодарное и нервирующее, спасти от мелких колючих мародеров может только применение резки. Не меньшие неприятности доставляют и небольшие щурята. Встречаются небольшие лесные речки, где подавляющую часть рыбьего населения составляют две породы хищников: налимы и щуки, а прочие рыбы попадаются крайне редко. Щучки там невелики, тощи и чрезвычайно голодны, в желудках у них можно найти лягушат, пиявок, жуков-плавунцов и собственных мелких собратьев, — на червя такие «костылики» бросаются тут же, и, в отличие от флегматичного налима, ведут себя на подпуске буйно, путая снасть и зацепляя за коряги; к тому же перекусывают тонкие поводки, стоит лишь зазеваться. Спасение тут то же — резка, но и на нее порой попадаются прожорливые щурята.

Об осенней ловле налимов переметами, применяемой на озерах, водохранилищах и широких реках, долго рассказывать не стоит, описана она подробно в главе «Переметы».

Весенняя ловля на донки

Весной все обстоит наоборот — употреблять донки гораздо удобнее, чем подпуски. Казалось бы: та же речка, та же рыба, — в чем, собственно, разница? Разница есть, и немалая.

Во-первых, весной налим начинает клевать очень рано, почти сразу после ледохода, когда на тех же местах совсем другие условия ловли, чем осенью: уровень речек поднимается за счет талых вод, течение усиливается, к тому же несется по нему всевозможный смытый с берегов мусор. Длинная снасть с большим количеством крючков в таких условиях куда больше «парусит» и сносится течением: даже если поначалу подпуск стоит как положено, поперек реки, со временем на главную леску и особенно на поводки налипают плывущие мимо стебли растений, прошлогодняя листва, прочий подводный мусор, — «парусность» снасти растет и грузило начинает ползти по дну.

Во-вторых, налим бороться с быстрым весенним течением не любит и чаще держится у берегов или на относительно спокойных местах между двух разнонаправленных струй, — там, где крутой изгиб берега образует встречное водоворотное течение. Спокойные «пятачки» на бурной весенней реке обычно невелики по размерам, и лишние крючки на снасти попросту не нужны.

В-третьих, при весенней ловле рыбаки гораздо реже остаются на водоеме на всю ночь, чем осенью: темнеет значительно позже, все вокруг сырое, потенциальные дрова пропитаны водой, да и предутренние морозцы кажутся отчего-то холоднее, чем осенние. Большинство рыболовов оставляют снасти на ночь, причем многие, кому предстоит рабочий день, проверяют их не утром, но лишь следующим вечером. А оставленный без присмотра подпуск обнаружить куда легче, чем донку, — например, зацепить крючком при ловле поплавочной удочкой, — и он может попасть в руки любителей снимать добычу с чужих снастей, встречаются и такие.

Донка (она же закидушка, поставушка) упрощена до предела, чтобы не слишком горевать о пропаже снасти: основная леска диаметром 0,7 мм обычно не превышает длиной 10–15 метров, к ней крепится свинцовое грузило произвольной формы и пара поводков длиной 30–35 см и толщиной 0,5 мм. (Вообще-то и основную леску, и поводки можно ставить вдвое тоньше, налим не оборвет. Но толстая леска меньше путается ночью, к тому же чем крепче снасть, тем меньшее число зацепов заканчивается ее обрывом.) Крючки привязываются одинарные № 7 — № 10, в зависимости от насадки. Мотовило произвольного размера и формы изготавливается из самых разных материалов: вырезается из дерева, выпиливается из фанеры или пластмассы. Некоторые рыболовы приклеивают вдоль мотовила полоску пенопропилена для втыкания в нее крючков, другие втыкают крючки (их на налимьей закидушке от одного до трех) в отдельный кусочек пенопласта.

Рис. 3. Донка-закидушка для весенней ловли налима. 1 — колышек; 2 — колокольчик-сторожок; 3 — основная леска; поводки с крючками; 5 — концевое грузило.

Иногда из дощечки (обычно липовой, наиболее легко поддающейся обработке) вырезают мотовило с заостренным концом-колышком, тогда на водоеме не приходитсь искать, к чему надежно прикрепить закидушку. Эту конструкцию порой упрощают, вбивая в колышек два гвоздя или вкручивая два шурупа, на которые и наматывают леску. Такое конструкторское решение удачным признать нельзя: леска в местах контакта с коррозирующим металлом гвоздей или шурупов быстро теряет прочность; если же изолировать металл (например кусочками кембрика), то смотанная леска, сокращаясь при высыхании, зачастую сгибает гвозди и вырывает шурупы из гнезд.

Поскольку закидушки выставляются обычно в немалом количестве, стоит задача минимизировать их суммарный вес и объем. Некоторые рыболовы, как и случае с подпусками, грузила для донок изготовляют на месте, из камней-голышей. Естественно, так ловить можно лишь на хорошо знакомых водоемах, а при выезде в новые места все-таки ставить традиционные свинцовые грузила.

Другой метод минимизировать объем и вес снастей — использование многоячеистых мотовил (см. рис 4): на одно наматывают от 10 до 15 донок, обычно одной и той же длины. Поскольку при установке снасти, хранящейся таким способом, мотовило остается не на водоеме, а в рюкзаке рыболова, то леска при забросе используется вся, и лишний запас ее не нужен (слишком длинные лески налимы чаще запутывают в корягах). На узких лесных речках глубиной не более 2 м вполне достаточна пятиметровая основная леска; однако не лишне иметь в запасе моток толстой лески, чтобы при нужде быстро удлиннить снасть.

Рис. 4. Мотовило для налимьих донок

Удобно иметь с собой несколько таких больших мотовил, с намотанными на каждое закидушками определенной длины, — тогда для любого приглянувшегося на речке местечка можно подобрать снасть соответствующего размера. При этом на мотовилах стоит обозначать цифрами длину намотанных донок, во избежании путаницы.

Однако даже короткая, минимально необходимая леска не страхует полностью от зацепов в коряжнике — ничего с этим не поделать, такие уж места предпочитают налимы. Поэтому, отправляясь на налимью ловлю, весьма полезно брать с собой багор (лишь металлическую его рабочую часть, а древко вырезать из подходящей жердинки на месте) и стараться отцепить каждую зацепившуюся донку — весьма велика вероятность, что на ее крючке сидит неплохой налим. Некоторые авторы даже советуют использовать для перепиливания слишком толстых коряг пилу на длинной ручке (наподобие тех, которыми садоводы срезают высоко распорложенные сучья с веток).

Насадки те же, что и при осенней ловле подпусками; однако замечено, что весной налимы несколько чаще попадаются на червя, чем на живца или резку. На некоторых реках Ленинградской области, впадающих в Неву и Ладогу, с большим успехом наживляют донки личинками миног (они же пискавы, пескавы и слепые вьюнчики). Причем попадаются не только налимы, окуни и щуки, но и карповые рыбы: язь, сырть, лещ. Иногда на слепого вьюнчика удается поймать крупного, на килограмм-полтора, хариуса, идущего на нерест из Ладоги. Насаживают вьюнчика, протыкая за губу одним крючком небольшого тройника (№ 6-№ 7), тогда личинке не удастся зарыться в илистый либо песчаный грунт; на случай щучьей поклевки желательно использовать кевларовый поводок.

Возможно применение резки из мороженой мойвы, купленной в магазине. Однако клюет на нее налим хуже, чем на резку из парной, только что пойманной рыбешки. Иногда — если за налимами удается выбраться только к вечеру и для ловли живцов времени не оставалось — я покупаю ершей на рыбных лотках (в Санкт-Петербурге они попадаются промысловикам в качестве прилова при ловле корюшки, затем отсортировываются и продаются по символической цене: 5 рублей за килограмм по ценам 2000-х годов).

Устанавливают донки скрытно, привязывая к колышкам, воткнутым в дно у самого берега так, чтобы верхние концы не выступали над водой; мотовило с излишками лески маскируют рядом. Рыболовы, не боящиеся холодных весенних ночей и остающиеся ночевать на водоеме, рядом с донками, вырезают для них шестики из толстых прутьев и привязывают к леске сторожки-колокольчики.

Если ловить приходится на слишком широких водоемах и требуется дальний заброс, то налимьими донками оснащают спиннинговые удилища. В таком случае леска используется более тонкая: основная 0,4 мм, поводки 0,25 мм, и, естественно, на ночь спиннинги без присмотра не оставляют.

Ловля по первому льду

Межсезонья для налима не существует, и ловля по открытой воде переходит в зимнюю практически без паузы: в речках с течением еще продолжают ловить по-осеннему, донками и подпусками, а озера и тихие заводи рек уже покрываются первым ледком, выдерживающим человека — и можно переходить к подледной ловле.

В юности я любил бродить по первому льду, потрескивающему и прозрачному, расставляя там и тут налимьи донки. Ни пешней, ни коловоротом не пользовался — тоненький лед очень быстро и удобно пробивается топором: четыре удара, и готова крадратная лунка. А утром, шагая затемно по льду осматривать снасти, светил фонарем под ноги и внимательно присматривался: нет ли где стоящей подо льдом щуки или налима? Иногда такие встречи случались, и сильный удар обухом топора по льду помогал добыть перевернувшегося кверху брюхом хищника. Ловля эта старинная, и ныне мало где употребляющаяся. Вот что писал о ней в конце девятнадцатого века великий знаток рыб и рыбалки Сабанеев:

Гораздо чаще лучения употребляется глушение налима по перволедью, тоже с огнем, но с колотушкой, а не острогой. Глушением и открывается зимний сезон рыболовной охоты, но оно имеет много неудобств и даже опасно, почему, несмотря на свою завлекательность для охотника, составляет достояние промышленника. Оно основано, как известно, на том еше не совсем объясненном факте, что рыба, как только вода покроется ледяной корой, поднимается на поверхность и некоторое время плавает на очень небольшом расстоянии от нижней поверхности льда, иногда даже прикасаясь к ней спинными плавниками. Замечательно, что рыба весьма охотно держится подо льдом — в заводях, замерзаюших ранее русла, хотя бы могла уйти в последнее, так что нельзя сказать безусловно, что вся рыба в это время чувствует себя не совсем хорошо, тем более что многие породы по первому льду очень хорошо берут на удочку, в особенности окунь. Не поднимаются по перволедью только подверженные зимней спячке лини, караси, сазаны, сомы, все осетровые, которые становятся на зимовку еще в середине осени, а также ерши (вероятно, и бирючки) и, кажется, пескари. Налим же приблизительно в течение двух недель, начиная с замерзания и до тех пор, пока лед не достигнет толщины 10 или даже 15 см, совершенно изменяет своему обычаю пресмыкаться на дне — и на озерах, в прудах и в медленно текуших реках стоит подо льдом; по-видимому, это необычайное для него положение влияет на его безмерный осенний аппетит, так как жор его прекращается.

Сущность глушения состоит в том, что высматривают рыбу, стоящую под прозрачным и тонким льдом, и, осторожно подкравшись к ней, оглушают ударом дубины над ее головой; затем проворно разрубают лед и выхватывают сачком или багром перевернувшуюся вверх брюхом рыбу. Глушат и днем, но больше ночью, с огнем; во-первых, потому что ночью рыба вообще смирнее, а затем потому, что огонь, ослепляя рыбу, по-видимому, приводит ее в состояние, близкое к каталепсии или столбняку. Самый сподручный снаряд для глушения — топор на длинной рукоятке в 1,5–2 м, но лучше и удобнее употреблять особую деревянную колотушку, в виде молотка, или же дубинку; иногда в эту дубинку или колотушку ввертываются толстые закаленные крючья в виде зубцов остроги 12–15 см длиною; если лед тонок и рыба стоит непосредственно под ним, то зубцы, пробив лед, могут вонзиться в рыбу и удержать ее на месте. Как видно, это приспособление редко достигает своей цели и не особенно практично, тем более что рыбе наносятся крючками большие раны. Делаются также и железные дубинки овальной формы, с такими же крючками, насаженные на деревянную рукоятку, но такие еше хуже. Чтобы не испугать рыбу, к ней подкрадываются в валенках или, что еще лучше, а главное по тонкому льду безопаснее, на широких лыжах, подбитых войлоком. Всего лучше глушить рыбу вдвоем, обвязывая себя у пояса длинною веревкой, конец которой или волочится по льду, или держится товарищем. Один обыкновенно светит и высматривает рыбу, другой заходит с противоположной стороны, глушит рыбу и достает ее из-подо льда. Высматривают рыбу при помощи фонаря, но лучше смоляной факел или железный ковш на рукоятке, в котором зажигают смолу. Понятное дело, если на льду лежит хотя бы небольшой слой снега, то под ним ничего не увидишь, а потому глушение производится только на чистых местах, вообще до выпадения большого или мокрого снега, не сдуваемого ветрами. Можно, конечно, заблаговременно днем расчистить облюбованное место. Как сказано, удар должен приходиться прямо над головой рыбы, иначе она уходит или может опомниться раньше, чем успеют разрубить лед и ее вытащить. Некоторые породы, напр. щука, очень слабы к удару и перевертываются вверх брюхом даже при довольно толстом льде и когда стоят в 25–30 см от его поверхности; налим же оказывается самым крепким в этом отношении и шалеет, только когда стоит непосредственно подо льдом толщиной не более 10 см.

Глушение рыбы, тем более налима, продолжается очень недолгое время — неделю, редко две; затем, когда лед достигнет толщины примерно 15 см, почти вся рыба уже держится на дне, свыкнувшись с изменениями своей среды.

Л. П. Сабанеев «Рыбы России. Жизнь и ловля наших пресноводных рыб»

Остается лишь добавить, что все-таки не каждый налим обязательно поднимается по ледоставу к поверхности, некоторые продолжают ползать по дну, разыскивая пищу, — налимьи поклевки на донках в ту пору тому свидетельство. В другом классик прав абсолютно: спорт это весьма опасный, и незапланированные купания случаются нередко. Но охота пуще неволи, особенно в пятнадцать лет, и до сих пор вспоминается азартное чувство, когда фонарь высвечивал темный силуэт застывшей подо льдом рыбины…

Зимняя ловля донками и «тычками»

Зимние донки устроены очень просто. На мотовило наматывается несколько метров лески — из расчета глубины на месте ловли, к которому стоит добавить свободный запас лески в 3–4 м. Диаметр основной лески не менее 0,3–0,4 мм, можно более. Грузило при ловле на течении ставится такое, чтобы поток воды не сносил его (вернее, не приподнимал над донным грунтом). В спокойных местах достаточно небольшой «оливки». Чуть выше грузила привязывается поводок не более 25 см длиной, из лески, уступающей прочностью основной в 1,5–2 раза. Некоторые авторы рыболовных книг и статей советуют ставить более длинные поводки, порядка 500 мм. Ни к чему: налим, схватив приманку, не плывет в сторону, подобно щуке, а спокойно стоит на месте и заглатывает ее. Зато потом, заглотив, вполне может захлестнуть поводок за близлежащую корягу, если имеется хоть какой-то избыток лески.

Размеры крючков те же, что при осенней ловле донками: № 7-10 по отечественной нумерации. (Да и донки часто применяют те же, что и осенью, оставив один поводок с крючком — первый от грузила).

В качестве наживки используют либо мелкую рыбку (например, верховку), в том числе и снулую, либо резку — куски более крупных рыбешек: ершей, окуньков, плотвичек. На Ладожском озере и Финском заливе налимы неплохо попадаются на куски корюшки. В рыболовной литературе есть упоминания о таких зимних насадках для ловли налима, как мясо, сало и даже птичьи потроха. Не знаю, не пробовал. Для мяса и сала в хозяйстве всегда найдется более полезное применение, а потроха — слишком уж неэстетичная насадка.

Есть сторонники ловли налимов исключительно на живца, причем зачастую такие любители насаживают на поддевы двойника или тройника сразу двух или трех пескариков, реже ершиков. Дескать, нацепленные на один крючок два-три живца не по зубам налимьей мелочи, и в то же время пугаются друг друга, трепыхаются и шумят, чем и привлекают более крупного налима, который и глотает всю компанию. Шум налима действительно привлекает, но если учесть, что на одинарный крючок достаточно насадить 1/3 того же пескаря, то получается, что расход живцов вырастает при ловле «на гроздь пескарей» в 6–9 раз. Кроме того, живая насадка легко может привлечь щуку — но ее поклевки на налимью донку крайне редко завершаются извлечением из лунки зубастой хищницы. Сделать же некую универсальную снасть, пригодную и для щуки, и для налима, затруднительно: металлический или кевларовый поводок налима не испугает, но щуке нужен приличный запас свободной лески, чтобы отплыть с живцом в зубах и спокойно его проглотить, — а ее усатый коллега немедленно использует этот запас, чтобы забиться в камни или коряги.

Некоторые любители ставят на свои зимние донки два крючка, объясняя это возможностью поймать сразу двух налимов, и тем, что можно использовать на одной снасти сразу две насадки: червя и кусочек рыбки, например.

Но здесь не тот случай, когда число крючков на снасти пропорционально количеству добычи. «Дубли» на зимних донках случаются очень редко. Можно предположить, что два налима попадаются лишь тогда, когда подходят к донке и глотают приманки практически одновременно, а в остальных случаях пойманная рыба распугивает других. И половина насадки мокнет в воде впустую, а добывать зимой и червей, и живца гораздо труднее, чем летом, весной или осенью. К тому же рыболовные правила регулируют количество не донок, а крючков на них, — и лучше не полениться и просверлить вдвое больше лунок, добыча окупит труды.

Наживленные донки опускают в водоем так, чтобы груз лежат на дне, а леска имела небольшой провис — уровень воды даже зимой изменяется, и туго натянутая снасть при подъеме ледяного поля может повиснуть, не касаясь дна. (В водохранилищах гидроэлектростанций эти перепады уровня бывают очень велики, до нескольких метров, что создает массу неудобств для рыболовов: мало радости прийти утром к донкам и обнаружить, что воды в месте ловли нет, а снасти прижаты к дну опустившимися льдинами.)

Затем лески привязывают к палочкам, помещенным поперек лунок. Донки устанавливаются во второй половине дня и проверяются на следующий день утром, а при ловле на червя желательно устанавливать снасти попозже, затемно, во избежание покушений на насадку со стороны мелких рыб.

Если в водоеме водятся раки (продолжающие и зимой достаточно активный образ жизни), то они приносят много неудобств при ловле: и черви, и резка часто страдают от их клешней. В таком случае имеет смысл пробить пешней несколько в стороне большую майну и установить в ней вершу или рачню-самоловку с приманкой — куском испорченного мяса. Более ароматная для раков приманка отвлечет их в сторону от налимьих снастей, да и в улов будет внесено приятное разнообразие.

В людных местах и снасти, и лунки маскируются слоем рыхлого снега, который к тому же служит неплохим теплоизолятором, не давая лункам промерзнуть. Желательно помечать каждую донку какими-то опознавательными знаками, чтобы не лишиться после снегопада и рыбы, и снастей.

В сильные морозы вода в лунках глубоко промерзает, даже под слоем снега, и проверять снасти лучше идти с пешней, а не с ледобуром. Прозрачную леску, кстати, очень легко незначай перерубить пешней, поэтому некоторые любители зимней налимьей ловли привязывают метровый отрезок толстой медной проволоки к палочке, лежащей поперек лунки. А уже к нижнему концу проволоки — основную леску донки. Вмерзшая в лед проволока лучше видна, и выдержит, если ее все же случайно зацепит лезвие пешни.

Есть и другой способ проверки донок, основательно вмерзших в лед. Почти вплотную с замершей лункой сверлится еще одна, и леска достается из новой лунки Г-образным проволочным крючком или, при его отсутствии, подручным приспособлением, сделанным их двух связанных под углом прутьев и самого большого из имеющихся рыболовных крючков. При достаточной глубине на месте ловли длина снасти позволяет вытащить налима или крючок с объеденной насадкой на лед. Но если место мелкое, а лед толстый, то приходится сбрасывать запас лески с мотовила и протягивать через первую, замерзшую лунку. Леску на соответствующем участке надо заранее смазать вазелином, тогда она не примерзнет ко льду и будет свободно скользить сквозь него. Если после нескольких проверок улова нет, то леску отвязывают от мотовила и протягивают во вторую лунку наскозь, затем снова сматывают донку и выставляют на новом месте.

Рис. 5. Проверка налимьих донок при помощи подручного Г-образного приспособления

В тех местах, где мне доводилось ловить зимой налимов, морозные зимы в последние два десятилетия большая редкость, и прибегать к подобным ухищрениям нужды нет, достаточно получше теплоизолировать лунку. Некоторые рыболовы советуют применять для этого дисковидные лючки из твердого пенопласта, по диаметру равные лунке. Способ надежный, но достаточно трудоемкий. Я в таких случаях пользуюсь мягким упаковочным пенопластом, растертым в гранулы. Лунка, засыпанная слоем пенопластовых гранул, выдерживает мороз в несколько градусов по двое суток и легко прочищается простым черпаком.

Так называемые «тЫчки» — еще более упрощенный вариант зимней донки: леску и грузило заменяет жердь, воткнутая в дно вертикально либо (при наличии течения) под небольшим наклоном. На нижнем конце жерди топориком делается глубокая зарубка, за нее захлестывается петля поводка, — такого же, как на зимней донке. И в остальном рыбалка при помощи «тычек» ничем не отличается от ловли донками.

Так ловить удобно на неглубоких лесных речках, где за материалом для «тычек» далеко ходить не надо. Преимущества у этой примитивной снасти следующие: практически нет риска зацепов; лунку можно спокойно расчищать пешней, не опасаясь обрубить леску; не надо как-то дополнительно обозначать снасть, верхний конец жерди виден даже после изрядного снегопада (последнее актуально для безлюдных мест, но в верховьях лесных речушек праздношатающаяся публика встречается не часто).

Рис. 6. Налимья «тычка»

Часто налимьи снасти, расставленные недалеко от дома, проверяют раз в сутки — вечером, после работы. И чтобы не тратить время на ужение живцов, неподалеку опускают под лед 2–3 «косынки» с мелкой ячеей — попавшиеся в них окуньки и плотвички тут же режутся на насадку.

Зимняя ловля переметами и подледниками

Перемет — это многокрючковая снасть, состоящая из длинного шнура, растянутого между двумя якорями или кольями, и оснащенного большим количеством поводков с крючками, насаженными той или иной приманкой. Применяются переметы как в реках (причем не обязательно натягиваются поперек течения), так и в озерах, водохранилищах и опресненных заливах морей.

Однако в наше время с термином «перемет» существует определенная путаница. В некоторых регионах РФ переметом именуют самоловные, не насаживаемые многокрючковые снасти, принцип ловли которыми основан на том, что рыба не хватает насаженную на крючок приманку, а зацепляется (багрится) за голые крючки. Очень часто переметами именуют подпуски — снасти, больше напоминающие донки с увеличенным числом крючков, которые не растягивают между якорями или кольями, но забрасывают с берега или опускают (вытравливают) с лодки. В республиках и областях европейского севера России для переметов общеупотребительное название — продольник. Подледниками называют как переметы, так и подпуски, протягиваемые зимой подо льдом, — в основном для ловли именно налима.

В общем, если с кем-то из рыбаков зайдет разговор о переметах, не мешает для начала уточнить: а что, собственно, имеется в виду под этим термином?

Переметы подразделяются на донные и находящиеся в толще воды. Естественно, что для ловли налимов, как зимой, так и в сезон открытой воды, применяют лишь донные переметы.

Конструкция перемета проста на редкость, и изготовление никакой сложности не представляет.

Шнур делают из… Проще сказать, из чего его не делают: из слишком слабой на разрыв бечевы, или размокающей и теряющей прочность в воде. А в остальном фантазия рыбаков мало чем ограничена: используют толстую леску, веревки всех видов (нейлоновые и из других полимерным материалов, хлопчатобумажные, льняные и т. д.), провода, как в изоляции, так и без нее.

Шнур в разных регионах называют по-разному: хребтина, встёжка, длинник.

Для поводков, называемых иногда поводцами, чаще всего применяется леска, но кое-где пользуются тонким капроновым шнурком (для ловли рыб, не боящихся грубых снастей, в том числе и налима).

Крепятся к шнуру (прививаются, встегиваются) поводки разными способами. На шнурах из толстой лески зачастую делают петли на необходимом расстоянии, и крепят поводки «петля в петлю» либо пристегивают карабинами с застежками. Такой способ позволяет хранить поводки отдельно и пристегивать их к натянутому на водоеме шнуру, одновременно наживляя крючки. Те разновидности переметов, на которых поводки наглухо присоединены к шнуру, для ловли налимов применять неудобно: снимать с крючка рыбу, практически всегда глубоко заглатывающую наживку, очень трудно, проще отрезать поводок и привязать новый, — но когда приходится проделывать эту операцию в десятый раз, на двадцатиградусном морозе, негнущимися пальцами… Такую ловлю можно назвать как угодно, но только не отдыхом и удовольствием.

Чтобы донный перемет не повисал над бровками, ямами, перепадами глубин и т. д., его ставят, не натягивая шнур, и подвязывают несколько дополнительных грузил, равномерно распределенных вдоль шнура. На участках с хорошо известным ровным дном можно обойтись без дополнительных грузил.

Более подробно о конструкции перемета рассказывать смысла нет — длина, количество крючков, длина поводков и расстояние между ними определяются и конкретными условиями ловли, и рыболовными традициями, существующими в том или ином регионе. Например, на реках Сибири для лова налима применяют переметы с шнурами по 15–20 м. Количество крючков на длиннике колеблется от 10 до 25, а расстояние между поводками от 60 до 150 см.

Примерно так же, с большими или меньшими отличиями, устроены переметы и у рыбаков, живущих в иных краях. Но следует учитывать, что количество крючков на переметах у любителей (и, соответственно, длина снасти) далеко не всегда определяется удобством ловли. Рыболовам, не желающим расстаться с переметом, конфискованным рыбоохраной, приходится учитывать ограничения, установленные правилами.

В разных регионах они весьма разнятся: в центральных густонаселенных областях, где реки и озера испытывают большую рыболовную нагрузку, зачастую нельзя ставить на перемет более 10 крючков. Такая усеченная снасть малоэффективна, и успешно ловить ей могут лишь рыбаки, хорошо изучившие водоем и «подводные тропинки» его обитателей.

Но в северных регионах, богатых налимом, правила более либеральные, и позволяют ставить на переметы по 50, по 100, порой по 200 крючков. Рекорд принадлежит, кажется, Архангельской области: любителям разрешается иметь на переметах до 100 крючков (причем без какого-либо разрешения или лицензии), а в отдельных водоемах — до 500! (Насколько ловля пятисоткрючковой снастью может считаться любительской, — вопрос отдельный.)

Установка перемета. Переметы протягиваются подо льдом точно так же, как и ставные сети. Во льду рубится пешней майна, от нее в линию бурятся лунки на расстоянии 2–3 м одна от другой. Затем в майну опускается шест с привязанной к его концу веревкой (длина шеста на 0,5–0,8 м превышает расстояние между лунками) и продергивается при помощи багра от одной лунки к другой. Затем протянутую подо льдом веревку привязывают к перемету, и постепенно затягивают его под лед, по одному наживляя крючки.

На водоемах, где ловля производится постоянно, можно заранее, по открытой воде, проложить по дну в удобных местах несколько шнуров с грузилами на концах, отметив их буйками. В таком случае первый выезд на водоем после ледостава не следует затягивать, чтобы не заниматься долгими розысками буйков под сугробами.

На нешироких налимьих реках подледники применяют чаще всего небольшие, от 10 до 20 крючков, и установить их описанными выше способами нетрудно. Но на больших озерах севера и северо-запада, где налимы рассеяны на большой площади (за исключением времени их нерестовой концентрации), применяют переметы длинные, с числом крючков, исчисляющимся уже сотнями. Гонять подо льдом жердь на расстояние до километра долго и хлопотно, да и отыскать на огромном водоеме буйки, отмечающие проложенный с осени шнур, практически невозможно.

Поэтому для протягивания подо льдом длинных переметов лучше применять те же современные способы, что используются для зимней установки сетей. Более подробно они описаны в моей книге «Рыболовные сети и экраны», а для тех, кто ее не читал, еще раз опишу наиболее удобное, на мой взгляд, из истройств, позволяющих быстро и без проблем протянуть сеть или перемет подо льдом.

По моему опыту, оптимально сочетаются простота, надежность и удобство в работе в подледной лебедке финского производства, которой российские рыболовы успели дать прозвище «каракатица».

Рис. 7. Подледная лебедка («каракатица»).

Как видно из рис. 7, главная деталь лебедки — большой барабан с запасом тонкого и прочного шнура. Внутри барабан полый и заполнен пенопластом, а большинство деталей лебедки выполнено из пластика. В результате она имеет большую положительную плавучесть, которая прижимает к нижней кромке льда опущенную в майну лебедку. Через систему шестеренок вращение барабана передается на крайние шестерни, оснащенные острыми шипами, цепляющиеся за лед. Металлический «рог» позволяет придавать опущенной под лед лебедке нужное положение, и к нему же крепится второй шнур, рабочий, за которым впоследствии протягивается сеть или перемет.

Рис. 8. Протягивание шнура при помощи лебедки

Установка перемета происходит следующим образом: во льду пробивается (выпиливается) майна такого размера, чтобы в нее проходила лебедка. Затем лебедку опускают под воду так, чтобы шипы были направлены вверх, в сторону нижней поверхности льда.

При помощи металлического «рога» лебедку направляют в ту сторону, где будет находиться вторая лунка, и туда же начинает движение рыболов, держа в руке конец шнура. Шнур сматывается, вращая барабан, он, в свою очередь, заставляет вращаться шестерни с шипами, — и лебедка ползет подо льдом следом за своим владельцем (рис. 8А).

На лебедке установлена громкая трещотка, позволяющая контролировать ее движение по звуку (щелчкам). К тому же и лебедка, и шнур окрашены в ярко-оранжевый цвет, позволяющий разглядеть их сквозь не слишком толстый лед, если он не покрыт снегом. Опыт показал, что лед толщиной 80 см, покрытый полуметровым слоем снега, услышать треск «каракатицы» не мешает, однако чем толще слой снега, тем труднее определить по звуку точное положение лебедки, — звуковые волны распространяются в четырех граничащих средах: вода-лед-снег-воздух, — по каким-то не совсем понятным законам, и иногда на слух кажется, что лебедка примерно в метре от ее истинного положения.

Отойдя на необходимое расстояние (до 70 метров) и обнаружив лебедку, пробивают вторую майну и достают «каракатицу» (рис. 8Б). Обычно она слегка отстает от рыболова за счет проскальзывания шипов по льду, и приходится еще подтягивать ее за шнур.

Затем тяговый шнур сматывают обратно на лебедку, а рабочим протягивают сеть или перемет подо льдом.

Шнур, которым комплектует лебедку производитель, имеет длину 150 м и, соответственно, позволяет протягивать подо льдом перемет длиной 75 метров. Если требуется выставить снасть большей длины, можно оснастить лебедку нештатным, более тонким и длинным шнуром. Либо, что проще, повторить процесс протягивания шнура несколько раз.

Обычно лебедка поставляется в комплекте с ручной ледовой пилой — с помощью этого приспособления майны нужного размера выпиливаются легко и просто, к тому же края у них получаются ровные и гладкие, не перетирающие шнур как лебедки, так и перемета, и не цепляющиеся за крючки.

Рис. 9. Ледовая пила (в сложенном виде).

Стоит пила финского производства достаточно дорого, но дешевых китайских следует остерегаться: внешне похожие, они имеют неправильные углы заточки зубьев и их разводку, — и лед фактически не пилят.

Очень может пригодиться ледовая пила и при других видах зимней ловли налима. Например, для ловли ловушками на небольших реках, особенно если места для такой ловли не были подготовлены с осени.

Если лед не толстый, то ледовая пила может пилить по кругу, и для изготовления майны необходимого размера требуется лишь одна лунка. Но достаточно мощный лед (70–80 см) зажимает рабочую часть пилы, и она пилит лишь по прямой. В таких случаях необходимо сверлить две лунки и делать от них три прямых пересекающихся пропила (для треугольной майны) или четыре (для прямоугольной либо квадратной).

Если лед толстый, то выпиленная ледяная призма слишком тяжела, чтобы вытаскивать ее наружу, — гораздо проще затопить ее, подпихнув подальше под лед (естественно, выбрав для этого край майны, противоположный тому, от которого начнет свое движение лебедка). Случается, что призма при попытке ее затопить может заклиниться, застрять, — поэтому лучше пилить лед под углом, слегка наклонив рукоять пилы к центру майны (так, чтобы нижняя грань призмы получилась по площади несколько больше верхней).

По самому последнему, разрушающемуся весеннему льду применять «каракатицу» невозможно — нижняя поверхность льда слишком рыхлая, шипы лебедки по ней проскальзывают и она трещит у самой майны, не сдвигаясь с места.

На небольших налимьих реках, особенно лесных, «каракатицу» лучше не применять. Иначе лебедка с большой вероятностью может запутаться в затопленном дереве или кусте, забуксовать на неожиданном повышении дна и т. п.

Устанавливая подледники на таких речках (особенно не на всю зиму, а на однодневную рыбалку), зачастую не сверлят цепочку лунок, а используют силу течения для протягивания подо льдом снасти, привязав вместо концевого грузила буек (большой кусок пенопласта, пустую пластиковую бутылку и т. д.). Особенно удобен этот способ по перволедью, в местах с тонким и достаточно прозрачным льдом, сквозь который хорошо виден буек. Затем лед над буйком разбивается, и вместо него привязывается концевое грузило, опускающее снасть на дно.

Говорить отдельно о крючках и насадках для налимьих подледников не стоит — к тому, что сказано в главе о зимних донках и «тычках», добавить нечего.

Протягивать переметы и подпуски подо льдом достаточно трудоемкое дело, к тому же проверять их приходится вдвоем: один рыболов вытягивает на лед снасть, а второй стравливает в лунку шнур, привязанный к противоположному концу снасти, затем, сняв добычу и насадив новую наживку, приступают к обратному процессу.

Резиновый амортизатор позволяет легко управляться зимой с подпусками и небольшими переметами в одиночку. В первый раз снасть заводится под лед так, же как описано в разделе «Подледники». Длина амортизатора должна быть в 3 раза короче длины привязанной к нему снасти.

Зимой, в холодной воде, резина менее повержена порче и заброшенный один раз подледник с амортизатором может прослужить весь зимний сезон. При сильных морозах вынутая из воды резина теряет эластичность, становится ломкой, — чтобы не рисковать обрывом снасти, первый поводок и точку крепления шнура к амортизатору должно разделять расстояние, вдвое превышающее максимальную толщину льда.

Однако в последние годы любителей зимней ловли налимов донимают не морозы, а наоборот, слишком теплые зимы. Только-только рыбаки обоснуются на заветной речке, рассчитывая половить долго, ежедневно проверяя снасти: насверлят лунок, выставят донки и «тычки», протянут подо льдом подпуски, — а тут как грянет затяжная оттепель, и вот уже по льду катит поток верховой воды, иногда даже снасти собрать не удается…

Для ловли в долгие оттепели, когда на разрушающийся речной лед не выйти, но забросам с берегов он мешает, придумана простая снасть, отчасти напоминающая перемет. Поперек прибрежных промоин и закраин (на узеньких речушках — от берега до берега) кладется жердь длиной в несколько метров, с которой свисают длинные поводки, оснащенные грузилами, удерживающими насадку на дне. Иногда и этой примитивной снастью удается неплохо половить, если промоина удачно расположена на пути зимнего хода налимов. Но все-таки глобальное потепление климата преизрядно испортило зимнюю налимью рыбалку в средней полосе.

Налимьи самоловы (историческая справка)

По своему устройству крючковая самоловная снасть весьма похожа на перемет. Она также состоит из длинного шнура с большим количеством поводков с крючками. Но на ее остро отточенные крючки не надевают наживки, и лов ею основан на том, что эти острые крючья зацепляют за бока случайно к ним прикоснувшуюся рыбу.

Применялись самоловные орудия для ловли рыб с мягкой, не защищенной чешуей кожей — в основном осетровых пород, реже налима. В 1951 году самоловы были запрещены как для любителей, так и для промысловиков, так что вдаваться в подробности ловли смысла нет, — те, кто продолжает незаконно использовать самоловы, и без того свое дело знают.

Но, теоретически, лишь самоловные орудия для налимьего лова могут еще вернуться в обойму снастей, разрешенных для рыболовов-любителей: налимов, особенно в северных регионах, еще вполне достаточно, — вопрос выживания вида, как для осетровых рыб, не стоит. Проколотые крючком, никакой резвости налимы не выказывают, а живучестью не уступают стерляди (пойманные самоловами стерлядки по несколько месяцев жили в рыбоводных садках без видимых принаков каких-либо болезней).

Налимы попадались на самоловы либо в качестве прилова при ловле стерляди, (причем в давние годы многими ловцами почитались за сорную рыбу и выбрасывались), либо ловились на специальные налимьи самоловы (на севере) во время зимнего нерестового хода, начинавшегося вскоре после ледостава. В реках налим стаями идет против течения, в озерах — к местам, изобилующим подводными ключами либо к устьям впадающих речек.

Снасть для налима отличалась более тесным, чем у стерляжьей, расположением поводков (расстояние между крючками не более 15 см) и выставлялась по возможности так, чтобы крючки находились как можно ближе к дну.

Понятно, что такая снасть наиболее уловиста будет на местах с чистым и ровным дном, в то время как налим для своего хода зачастую выбирает участки с дном каменистым, неровным. Если учесть, что во время движения к местам нереста налим не прекращает питаться и с успехом ловится на наживляемые многокрючковые снасти — на переметы, подпуски и подледники, — то становится очевидно, что добыча его самоловами была связана не с большой уловистостью этой снасти, а с трудностью добывания зимой наживки (червя, живца и т. д.) в количествах, необходимых для переметов.

Зимнее ужение и ловля на блесну

Зимнее ужение налимов — занятие для людей, отличающихся крепким здоровьем и склонностью к экстремальному отдыху. Просидеть всю длинную зимнюю ночь над лункой, в крепчающий час от часу мороз… б-р-р…

Однако добыча может окупить все неудобства, если, конечно, пресловутая лунка пробита над «подводной тропинкой» налимов. К тому же никто не мешает при этом расставить в других местах водоема донки или «тычки», либо же протянуть пару подледников.

Зимние поплавочные удочки для ужения налимов применяют редко, и по сути это та же донка, у которой притопленный в лунке поплавок сигнализирует о поклевке, — но донка, так сказать, многоразовая, с которой можно снять за ночь не одну и не две рыбы.

Чтобы увидеть движение поплавка, лунку приходится освещать, либо электрическим фонарем, либо (при ловле в палатке) свечкой. [3] Иногда вершину поплавка покрывают люминисцентной, светящейся в темноте краской, и по мере того, как свечение ослабевает, достают из воды поплавок и минуту-другую держат в луче фонарика.

После поклевки налима — обычно это плавная потяжка — выжидают несколько секунд, затем подсекают. Вытаскивание добычи затруднений не доставляет. Хотя, конечно, среди ловцов налимов бродят легенды о рыбах чудовищных размеров, не пролезших в лунку и оборвавших снасть, и не всегда эти легенды — вымысел. Но обычный, среднестатистический налим всегда сопротивляется гораздо слабее, чем другие рыбы одного с ним размера и веса.

Зимние удочки с мормышкой применяются для ловли налимов чаще, чем поплавочные, но конструкция их отличается от обычной: мормышка одна, большая и увесистая. Очень часто используется самодельная мормышка «конус», причем размеры «конуса» для налима увеличиваются: тело мормышки изготавливается длиной 40, иногда даже 50 мм. На Дону и других реках юга России такая тяжелая мормышка именуется «пулькой», существуют и другие ее местные названия.

На крючок насаживается все тот же червь, или кусочек рыбки, или целая верховка. Игра мормышкой состоит в периодическом постукивании ею по дну, с большими или меньшими паузами, во время этих пауз обычно и происходит хватка налима.

Рис. 10. «Пулька» для ловли налима

Поскольку налим практически не пользуется зрением, разыскивая добычу, очевидно, что в отличие от дневных рыб привлекают его не легкие облачка мути, возникающие при подобном способе игры, но именно звук от ударов мормышки о дно. Как будет показано далее, на этой особенности налимов основаны и другие способы его зимней ловли.

Прикормка при зимнем ужении налимов практически не применяется. Вообще при ловле хищников прикормка воздействует не на них, а на рыбью мелочь, скопление которой привлекает крупного окуня или щуку. Но налим тем и отличается, что охотится на местах ночевки, а не кормежки мелкой рыбы.

Некоторые рыболовы пытаются привлечь налима не только звуком, но и светом, и привязывают к своим удочкам вторую мормышку, — пластиковую светящуюся, как при ловле корюшки. Поклевки на такие мормышки случаются, если они привязаны не очень высоко, в 7-10 см от дна. Но привлек в таком случае налима свет или все-таки стук — вопрос спорный.

Кивки для ловли налима применяются большие и жесткие, с крупным шариком или цилиндром на кончике, и этот шарик либо цилиндр тоже покрывают светящейся краской. Иногда обходятся вообще без кивка, определяя поклевку осязанием.

По окончании нереста, в конце зимы и самом начале весны, налим активно отъедается после своего нерестового путешествия, и питается круглые сутки. И в местах скопления можно удить его со льда и днем, хотя лучший клев и тогда бывает все же по ночам. Иногда в эту пору налим попадается днем на снасти, вовсе не для него предназначенные: например при ужении на мотыля плотвы или при блеснении окуня.

Ловля налимов на зимние блесны распространена мало. Главное условие: блесна не должна подниматься выше чем на несколько сантиметров над дном, и регулярно о него ударяться. Как и в случае с мормышками, рыбу привлекает шум. Однако подобные способы хороши, если дно в водоеме галечное или плитняковое. На мягком грунте и блесна, и мормышка станут звучать в разы хуже. Поэтому для ловли усатого хищника придуманы приспособления, способные издавать достаточно громкие звуки сами, без удара о поверхность дна. К их описанию мы и переходим.

Зимняя ловля «на шум»

Вот что написал о шумящих приманках классик рыболовной литературы Л. П. Сабанеев:

Налима можно с большим успехом ловить на звенящие блесны, вроде употребляемых для ловли сигов; это две широкие блесны на одном поводке, которые при опускании расходятся, а при поднимании сближаются и, ударяя друг о друга, звенят. Во время хода налимов их также багрят или особыми багорчиками, или крупными крючками, привязанными к 1,5-метровой рукоятке, как судаков, причем также высматривают идущую рыбу, лежа над обрывом, закрывши голову, или ловят на двойчатку (или на две из двух смежных прорубей) с привязанными к ней якорьками, делая ею более или менее частые подсечки — уже наобум. Впрочем, последним способом налимы ловятся реже других рыб, не ползающих по дну, и большей частью во время нереста.

Местами с большим успехом применяются видоизмененные способы ловли налимов на голые крючки или, вернее, на якоря. Первый, основанный как на потребности большинства рыб тереться во время нереста о твердые предметы, так и на необъяснимой любви налима к звукам, употребляется в Псковской, губернии. На месте нереста в прорубь спускают вертикально пятилапый якорек, высотой 15 см, так, чтобы он стоял на дне торчком. Якорек оканчивается, как и все якоря, ушком с кольцом, за которое и привязывается бечевка. Время от времени ловец слегка подергивает последнюю, и кольцо, опускаясь, издает звон. Этот звон и привлекает ползающих по дну налимов, и чем кольцо звонче, тем ловля удачнее, т. е. налимы охотнее переползают через якорь, что слышно по руке, держашей бечевку.

Налимы, по мнению моложских рыбаков, трутся всегда на белой гальке и потому, принимая липовую дошечку за камень, охотно трутся и переползают через нее, что слышно по руке. Рыбак поэтому, при известном навыке и сноровке, подсекает всегда вовремя и нередко вытаскивает сразу пару налимов, иногда свившихся хвостами, как сказано выше. Вообще ловля налимов голыми якорьками во время нереста имеет довольно обширное распространение и употребляется как в Новгородской губернии, так и в Западной Сибири. В первой местности якорьки не более 4 см высотой.

Л. П. Сабанеев, «Рыбы России. Жизнь и ловля наших пресноводных рыб»

В наше время ловля налимов на шумящие приманки изменилась мало. Для сравнения вот еще пара цитат, уже из вполне современного издания — из журнала «Спортивное рыболовство» (статья А. Орехова о ловле налима в № 12/2004):

Широко известен способ ловли налима на так называемую «стукалку» или на «кольцо». Разновидностей этой снасти много. В одном из рыболовных журналов 2 или 3 года назад В. Перваковым была описана «стукалка», внешне похожая на балансир — пожалуй, одна из самых простых конструкций. Основываясь на той публикации, я изготавливаю приманку так. Из листа отожженной меди, латуни или никеля толщиной 0,5–1 мм вырезаю прямоугольную заготовку длиной 60–80 мм и шириной 30–40 мм. Затем сгибаю ее посередине — чтобы получилась фигура, похожая на двухскатную крышу. Если, скажем, заготовка имела ширину 40 мм, то в поперечном сечении должен получиться равнобедренный треугольник с боковыми сторонами по 20 мм, и основанием порядка 20–25 мм. Посередине заготовки делается отверстие для крепления проушины из тонкой проволоки, как у балансира, к ней будет привязываться леса. К проволочным усикам проушины крепятся два одинарных, достаточно больших крючка — так, что бы колечки и большая часть цевья оказались «под коньком» этой самой «двухскатной крыши». Затем конструкция переворачивается и заливается свинцом. После обработки напильником и полировки (проще всего «бархоткой» с полировальной пастой) получается изделие, которое можно описать так: балансир-трехгранка без хвостового оперения и нижнего тройника (рис. 11).

Рис. 11 «Стукалка».

Пользуются этой снастью, как правило, перед нерестом налима. Техника ловли на нее незатейлива: «стукалку» опускают на дно, резко поднимают на 10–20 см, а затем «бросают» вниз. Ударяясь о дно, «стукалка» издает звук, привлекающий налима, а для соблазнения его еще и запахом, на крючки подсаживают кусочки рыбы. Хотя есть и другое предположение: звук «стукалки» не просто привлекает, а раздражает налима, заставляя его атаковать «агрессора».

Иногда к проушине крепится стальное колечко (проще всего — при помощи заводного кольца). Смысл этого усовершенствования в том, что, ударяясь о боковую поверхность «стукалки», колечко дополнительно издает звуки, тоже притягивающие налима. Тогда эта снасть называется «кольцо».

Форма тела «стукалки» не должна быть непременно треугольной — может, допустим, и овальной, отлитой в форме. И крючков — не обязательно два, а три или даже четыре. Здесь полет фантазии не ограничен, а правильное конструктивное решение определяется экспериментальным образом. Главное — создать под водой побольше шума, и не просто шума, а такого, чтобы он провоцировал налима на поклевку.

Происхождение от «якорька с кольцом», описанного Сабанеевым, несомненно. Единственное принципиальное отличие — подсаживание на крючки «стукалки» кусочков рыбы, совершенно не обязательное для ловли, но необходимое по иным причинам, о которых будет упомянуто позже. Надо сказать, пятилапый якорек в его первозданном виде до сих пор употребляется питерскими рыболовами, ловящими на Ладожском озере (см. рис. 12).

Рис. 12. Современный «якорек» ладожских рыбаков.

Снасть изготавливается из остро заточенных самодельных крючков, соответствующих как минимум № 14—№ 15 по отечественной нумерации, иногда из более крупных. Вставляются они в охотничью гильзу небольшого калибра (32-го, 28-го или в крайнем случае 20-го) и там закрепляются расплавленным свинцом. Выше слоя свинца находится полость, отделенная водонепроницаемой пробкой. В эту полость помещают несколько небольших шариков от подшипника — и получившаяся погремушка позволяет обходиться без кольца.

Вот еще один отрывок из той же статьи А. Орехова:

Есть еще приманка, принцип действия которой аналогичен «стукалке». Изготавливается она из двух тяжелых колеблющихся блесен — например, типа «Норич». Обе блесны крепятся за общее заводное кольцо, к нему присоединяется карабин, к которому привязывается леса. Хитрость тут одна: блесны надо закрепить так, чтобы они соприкасались выпуклыми частями (рис 13).

Рис. 13 Сдвоенная блесна, она же «бряцалка».

Получившуюся «погремушку» опускают на дно, затем приподнимают на несколько сантиметров — и либо бросают вниз, как «стукалку», либо потряхивают у самого дна, опять же создавая звуки, привлекающие налима. Еще одна тонкость: если на обеих блеснах оставить тройники, то они очень часто будут цепляться друг за друга и нарушать «игру» этой снасти. Бороться с этим явлением можно несколькими способами, самый простой из которых, — снять один из тройников. Можно также ставить маленькие тройники, такие, чтобы они «не дотягивались» друг до друга, или ставить вместо тройников одинарные крючки.

Как говорится, найдите десять отличий от «звенящих блесен» Сабанеева… А липовая дощечка моложских рыболовов XIX века превратилась в наши дни в нечто более современное, в конструкцию, именуемую некоторыми рыболовами «лапой». Снасть и в самом деле отдаленно напоминает лапу не то медведя, не то еще какого-то зверя. Основание «лапы» выгибается из трапецевидной заготовки с закругленными краями (материал — листовая нержавеющая сталь толщиной 2 мм, иногда дюраль несколько большей толщины). К широкому концу припаиваются «когти» — большие крючки в количестве от 3 до 5 штук. «Лапа» не просто имитирует белую гальку, о которую якобы любит тереться брюхом налим, но и привлекает рыбу достаточно громким звуком. Достигается это в различных модификациях «лапы» по-разному. Иногда к нижней, вогнутой стороне основания лапы, возле крепежного отверстия, припаивается или приклепывается одним концом отрезок плоской пружины от заводной игрушки 10–12 см длиной, на другой конец пружины крепится звонкий бубенчик. При малейшем подергивании лески гибкая пружина колеблется, и бубенчик звенит, ударяясь об основание «лапы». Второй способ: леска привязывается к крепежному отверстию не напрямую, а через цепочку около 20 см длиной. Цепочка своеобразная: собрана из рыболовных карабинов и заводных колец, причем на каждое кольцо прицеплена еще и просверленная у края монета (обычно старая, вышедшая из употребления). При подергивании и отпускании лески цепочка шумно побрякивает, привлекая налима.

Иногда подошедшая рыба докладывает о себе несильным толчком, но вообще полезно подсекать «вслепую», — периодически, после чередования нескольких «бряков» и пауз.

Любопытно, что эта снасть, приносящая неплохие уловы на Ладоге и других больших озерах Ленинградской области, никак не проявила себя на маленьких лесных речках. Правда, там и опыты ее применения были не слишком многочисленными.

Ничем принципиально не отличаются от «лапы» и шумовые блесны, применяемые для ловли налимов соседями-финнами. Правда, если питерским рыбакам приходится пользоваться самоделками, то в Финляндии «шумелки» выпускают вполне респектабельные фирмы, производящие рыболовную продукцию. Вот, к примеру, «шумелка» известной фирмы «Куусамо», изображенная на рис. 14. Производитель в своем каталоге пишет о ней так:

«Сезон ловли налима начинается в конце января и длится до марта — это лучшее время для использования такой блесны. Ее следует опустить на дно и покачивать таким образом, чтобы задняя ее часть все время касалась дна. Налим прощупывает своими щупальцами (усами) блесну, и это, в виде легких движений, ощущается на наконечнике удилища. В этот момент сделайте резкий рывок и засеките рыбу. Прикрепленное к блесне грузила издают дополнительный звук, благодаря чему блесна привлекает рыбу с большого расстояния».

Рис. 14. Финская «шумящая» налимья блесна, т. н. Madepikki.

Если попытаться изготовить подобную блесну собственноручно из подходящей летней «колебалки» (что не так уж трудно, владея соответствующими инструментами и минимальными слесарными навыками), то необходимо добиться, чтобы оба крючка — и двойник, и большой одинарный, — двигались относительно блесны свободно, но лишь в одной плоскости. Можно увеличить громкость издаваемых такой «шумелкой» звуков, если отлить крепящиеся к крючкам грузила не из любого подвернувшегося под руку свинца, а из расплавленной охотничьей дроби (в состав свинцового сплава, используемого для дроби, входят добавки, обеспечивающие необходимую твердость, — чистый свинец звучит при соударении с другим металлом достаточно глухо).

И напоследок о подсаживании кусочков рыбы на крючки. Если этого не делать, все описанные в этом разделе снасти автоматически попадают в раздел багрящих, то есть безусловно запрещенных рыболовными правилами.

Зимняя ловля ловушками

Этот способ добывания налимов разрешен не везде, с основном в северных регионах России, в бассейнах Северной Двины, Онеги, Вычегды и некоторых других рек, да и то по разовым именным разрешениям.

Оно и правильно: в средней полосе, как уже говорилось, налим отнюдь не изобилует, ютится в самых верховьях рек, — и перекрыв такую речушку крыльями мережи или вентеря, не трудно подчистую истребить нерестовое стадо налима, что невозможно сделать ни ставной сетью, ни бреднем, не говоря уж о крючковых снастях.

Однако там, где налим водится в больших количествах, ловля эта весьма добычлива и не лишена своеобразного азарта. Вот какое поэтичное ее описание оставил другой патриарх рыболовной литературы, С. Т. Аксаков:

Уха из одних налимов (даже без бульона из ершей), живых непременно, особенно если положить побольше печенок и молок, до того хороша, что, по моему мнению, может соперничать с знаменитой стерляжьей ухой. Из уважения к такому высокому качеству я допускаю и даже люблю ловлю их мордами, по-заволжски, или неротами, по-московски. Она производится следующим образом:

На перекатах реки, в которой водятся налимы, загораживаются язы, то есть вся ширина реки или только та сторона, которая поглубже, перебивается нетолстыми сплошными кольями, четверти на две торчащими выше водяной поверхности, сквозь которые может свободно течь вода, но не может пройти порядочная рыба; в этой перегородке оставляются ворота или пустое место, в которое вставляется морда [4] (или нерот), крепко привязанная посредине к длинной палке: если отверстая ее сторона четыреугольная, то ее можно вставить между кольями очень плотно; если же круглая (что, по-моему, очень дурно), то дыры надобно заткнуть ветками сосны или ели, а за неименьем их — какими-нибудь прутьями. Всего необходимее, чтоб морда лежала плотно на дне.

Зимой, особенно в сильные морозы, преимущественно около святок, выходят налимы из глубоких омутов, в которых держатся целый год, и идут вверх по реке по самому дну, приискивая жесткое, хрящеватое или даже каменистое дно, о которое они трутся для выкидывания из себя икры и молок; таким образом, встретив перегородку, сквозь которую пролезть не могут, и отыскивая отверстие для свободного прохода, они неминуемо попадут в горло морды. Иногда вваливаются такие огромные налимы, что даже непонятно, как они могли пролезть в узкое отверстие, будучи почти вдвое его объемистее. Это объясняется тем, что вся толщина налима состоит в брюхе, которое, по мягкости своей, удобно сжимается, и тем, что налим покрыт необыкновенною слизью.

Всего выгоднее загораживать язы на устьях речек, впадающих в главную реку. Налимы идут всегда по ночам и днем никогда в морды не попадаются. В наши долгие, жестокие зимы очень приятно после снежной вьюги, свирепствовавшей иногда несколько дней, особенно иногда после оренбургского бурана, когда утихнет метель и взрытые ею снежные равнины представят вид моря, внезапно оцепеневшего посреди волнения, — очень весело при блеске яркого солнца пробраться по занесенной тропинке к занесенным также язам, которые иногда не вдруг найдешь под сугробами снега, разгресть их лопатами, разрубить лед пешнями и топорами, выкидать его плоским саком или лопатой и вытащить морду, иногда до половины набитую налимами.

Изредка, особенно к великому посту, попадаются окуни, плотва и раки.

С.Т. Аксаков, «Записки об ужении рыбы»

Со времени Аксакова принципиально ничего в этой ловле не изменилось, кроме материалов, из которых изготавливаются снасти: плетеные из ивовых прутьев ловушки уже мало где употребляются. Для изготовления жестких бескаркасных ловушек сейчас гораздо чаще используют металлическую сетку, причем наиболее удобна сетка, сплетенная из проволоки, изолированной пластмассой. Подобные жесткие неразборные снасти имеют ряд преимуществ перед сетными ловушками, но главный их недостаток — отсутствие компактности, ловить можно только рядом с домом. Поэтому для ловли налима «на выезде» подо льдом растягивают обычные вентери и мережи (более подробно описанные в моей книге «Подъемники, ловушки, кастинговые сети»). Чтобы не рубить лишние проруби, удобно в тех же целях использовать верши с пружинным каркасом (часто продающиеся в магазинах под торговым названием «садок-ловушка»). В воду такая верша опускается с сложенном виде и уже подо льдом расправляется в рабочее положение.

В местах удаленных, где исключен доступ чужаков к выставленным на реке снастям, весьма удачно используются катиски — стационарные ловушки, открытые сверху, — выставленные в местах налимьего хода.

Формой центральная камера катиски отчасти напоминает вершу, с горловиной, позволяющей рыбе легко войти внутрь снасти и с трудом выйти наружу. Однако изготавливаются катиски не из сети, а из колышков или дранок, — заранее, с осени, вбитых в дно с небольшими промежутками, не позволяющими протиснуться в них налиму. К центральной камере примыкают направляющие крылья (тоже из вбитых в дно колышков) раскрытые почти под прямым углом навстречу поднимающимся против течения налимам.

Рис. 15. Центральная камера катиски (вид сверху)

Выставляются катиски на узких и неглубоких местах небольших рек, и добычу извлекают из них при помощи сачка, предварительно сколов лед, намерзший за ночь в центральной камере.

О зимней ловле налима другими сетными снастями долго рассказывать не стоит. В ставные сети, растянутые подо льдом, налимы при удачном выборе места ловли попадаются гораздо чаще, чем в сезон открытой воды. Связано это с тем, что рыбины, рассеянные в другое время по водоему, собираются зимой в более или менее густые стаи, следующие к местам нереста.

На реках севера и Сибири, изобильных налимами, такая концентрация бывает баснословной, прямо-таки фантастической. Приведу для примера один случай, описанный в 1985 году в газете «Красноярский рабочий» (позже заметка перепечатывалась в центральной прессе). Дело было так: два рыболова из Туруханского района отправились на Енисей порыбачить. На льду заметили лису, чем-то занимавшуюся у полыньи. При виде людей рыжая кинулась наутек, выронив крупного налима. Полынья буквально кишела усатыми хищниками: хоть ведром черпай, хоть лисьей лапой. Бравые рыбачки не растерялись, расширили полынью и за четыре дня наловили сетью несколько тысяч налимов общим весом свыше двадцати тонн, — добычу вывозили на вертолете Ми-8, четырьмя рейсами. Причем рыбацкой байкой, лапшой, навешанной на уши доверчивому корреспонденту, историю признать нельзя, — улов принимали в рыбном хозяйстве, по спешно заключенному договору, и, конечно же, взвешивали при этом.

Между прочим, один момент в истории этого рыбацкого рекорда стоит взять на заметку. А именно — полынья на Енисее. Морозы в Красноярском крае зимой не слабые, и полынья свидетельствуюет однозначно: в том месте били со дна сильные родники. Именно в таких местах надлежит устанавливать сети на налима в озерах и больших реках, либо неподалеку от устьев впадающих ручьев и речушек.

В рыболовные экраны — «косынки» и «телевизоры» — налим попадает редко и случайно, в качестве прилова. То же относится и к ловле «парашютами» на быстрых реках, не замерзающих зимой.

В озерах с ровным дном неплохо ловят налимов подо льдом неводами, но эта снасть в зимней любительской ловле практически не используется.

Летняя ловля налима

Авторитеты, пишущие на рыболовные темы, в большинстве своем утверждают: летней ловли налима не существует. А редкие отдельные случаи поимки, дескать, лишь подтверждают данное правило.

Это не совсем так. Даже совсем не так. Вялость налима, его апатия и отказ от пищи связаны отнюдь не со временем года, но всего лишь с температурой воды. Например, в верховьях родниковых речек, где и в июле температура воды не превышает 8-10 градусов, налим круглый год активно питается и движется, — и доступен для ловли и сетными, и крючковыми снастями. В больших и глубоких озерах (например в Байкале и Ладоге), где придонные слои не прогреваются, налимы летом вполне регулярно попадаются на переметы и заходят в верши. Да и на речках средней полосы очень часто можно отыскать богатый ключами омут с холодной водой, в котором налимы ведут летом вполне активный образ жизни. В общем, заядлые налимятники ловят любимую рыбу круглый год, без межсезоний.

К тому же у нас, на северо-западе Росси, лето не слишком длинное, — и постепенно ослабевающий клев налимов продолжается до середины июня, в холодное лето порой и до конца этого месяца. А уже к середине августа налим в тех местах, где впадал в летнюю «спячку», выходит из нее и начинает разыскивать по ночам пищу.

Летняя ловля крючковыми снастями мало отличается от весенней и летней, разве что сидеть у костерка на берегу в августовскую ночь куда приятнее, чем в ноябрьское ненастье.

Активно ловят налима летом и бреднями, хотя и не в таких количествах, как осенью, в холодной воде, когда ловцам приходится пользоваться резиновыми костюмами. Много налимов попадается в бредень в августе, при ловле ночью или на рассвете: ранним утром, идя с клячей бредня вдоль берега, нередко можно встретить налимов, не успевших спрятаться в свои дневные логова — они стоят, уткнувшись мордой в неглубокие ямки и вымоинки крутых берегов и вытянув хвосты к середине речки. Вспугнутые, эти усачи чаще всего оказываются в мотне бредня.

Чтобы поймать бреднем много налимов в июльскую жару, надлежит как можно активнее выгонять их из всевозможных убежищ: переворачивать подводные камни (иногда по несколько раз один и тот же, выгнанный из-под одного камня налим норовит тут же юркнуть под другой), нижними концами клячей плескать под подмытыми снизу берегами, среди свисающих в воду корней прибрежных деревьев.

Но если в речке водятся или когда-то водились раки, то налимов, очень любящих прятаться в их норы, выгнать оттуда затруднительно: от любого шума и плеска усатые забиваются еще глубже. Выход тут один: отложить бредень и воспользоваться старинным русским способом ловли, именуемым «щупанье».

Вот что писал про эту ловлю Л. П. Сабанеев:

Летом налима можно добыть даже руками, вытаскивая из нор, из-под корней прибрежных деревьев и кустов, а также из-под камней. Этот способ ловли, называемый щупаньем, или щуреньем, употребляется повсеместно, особенно на небольших крутоберегих реках, и имеет много любителей. Заключается он в том, что ловеи в жаркий день входит в воду, не глубже, чем по грудь, и осторожно, не производя шума, ощупывает руками все углубления берега, рачьи норы, корни, также камни; услышав осязанием стоящую над берегом или забившуюся в нору рыбу, он проворно выхватывает ее из норы и выбрасывает на берег. Щупанье производится всегда в затененных местах, под нависшими деревьями, в крутобережье, также близ родников и ключей. Ловят этим способом чуть не всякую рыбу — плотву, язей, шук, карпа, но чаще всего наиболее чувствительных к жаре налимов, хотя для этого требуется большая сноровка, из-за того, что налим очень скользкий. Налимы совершенно индифферентно относятся к дотрагиванию и при некотором навыке нетрудно даже заставить их принять более удобное положение.

Л. П. Сабанеев, «Рыбы России. Жизнь и ловля наших пресноводных рыб»

С карпами, о которых упоминает классик, при этом способе ловле мне сталкиваться не доводилось, но попытки поймать руками щуку обычно заканчивались неудачно. Чаще всего хищница обнаруживалась не под камнями или в рачьих норах, но неподвижно стоящей на мелководье, так что из водорослей торчал лишь щучий хвост. И крайне редко удавалось схватить ее вслепую так, чтобы пальцы угодили под жабры.

Язи и голавли удачно ловятся руками лишь там, где живут раки: в их норы рыбы активно протискиваются, надеясь поживиться линяющими хозяевами подводной квартиры, сбросившими свой жесткий панцирь. Однажды мне довелось увидеть под водой какое-то бултыхание, служившее источником разносимой течением мути. Оказалось, что алчный голавлик около полукилограмма весом втиснулся в узкую рачью нору, вырытую в глинистом грунте: застрял, как пробка в бутылке, и, не способный к заднему ходу, отчаянно пытался освободиться, — из норы он, в результате выбрался, но лишь затем, чтобы угодить в коптильню, никого жадность до добра не доводит…

Еще чаще, чем голавли и язи, при щупаньи налима попадаются окуни, причем не только там, где водятся раки, и не только в рачьих норах, — под камнями тоже нередко случается ухватить полосатого. Можно предположить, что более крупные экземпляры преследуют там гольцов и подкаменщиков, но иногда попадаются и крохотные окуньки, хищничать ввиду своих размеров не способные. Не исключено, что их привлекают рачки-бокоплавы и личинки ручейника, прилепляющиеся к нижней поверхности подводных камней. Удержать окуня в руках легче, чем любую другую рыбу, его шершавая чешуя практически не скользит в пальцах.

А вот гольца ухватить без большой сноровки невозможно — усатая рыбешка не менее скользкая, чем налим, но засунуть пальцы под маленькие жабры не удается. Если кому-то и зачем-то нужны гольцы (на корм кошке или на насадку), то необходимо слегка прижать голову гольца пальцем к поверхности камня и спокойно достать оглушенную рыбку. Если не переборщить с нажатием, то живучий голец, помещенный в садок или в ведро с водой, спустя некоторое время приходит в себя и вполне способен поработать живцом.

Ту же процедуру проделывают и с небольшими, граммов по двести-триста, налимами, если по каким-то причинам взять их за жабры невозможно. Иногда в подводной тесноте удается коснуться кончиками пальцев лишь морды налима, и создается патовая ситуация: рыбе не уйти, а ловцу не просунуть дальше руку. В таком случае можно рискнуть возможностью неглубоких ссадинок и засунуть один или два пальца в пасть налиму — жесткая щетка мельчайших зубов налима обеспечивает отличное сцепление и позволяет быстро вытянуть рыбу. Самые крупные экземпляры с мощными челюстями, вполне возможно, способны в такой ситуации серьезно повредить пальцы, но они при ловле щупаньем попадаются редко.

Удобно ловить вдвоем, особенно если у одного из ловцов имеется подсачек с укороченной рукоятью, висящий на шнурке за спиной. Иногда у подводных убежищ налимов (особенно под большими валунами) имеется не один, а два выхода, слишком широких, чтобы перекрыть их руками. Тогда один из рыбаков, взмутив воду, устанавливает сачок напротив одного выхода, маскируя снасть в мутной воде, а второй вспугивает рыбу.

Если на мелкой, до дна прозрачной речке обнаруженный налим сумел ускользнуть, можно попытаться поймать его снова: необходимо сделать в ловле перерыв и дождаться, пока течение снесет муть (ловля всегда производится против течения). Затем внимательно и последовательно осмотреть весь близлежащий участок дна. Если налим обнаружится на открытом месте, можно осторожно вспугнуть его и заставить уйти в укрытие, либо постараться поймать сачком, при его наличии. Если же рыбы не видно, то надлежит еще раз ощупать все окрестные убежища — скорее всего, налим затаился в одном из них.

Кроме сачка, весьма желательного, необходимой принадлежностью ловли является мини-аптечка: лейкопластырь, йод, бинт. При щупанье очень легко порезать руки об осколки стекла, забитые течением под камни.

В речках, протекающих через населенную местность, налимы охотно используют в качестве укрытий всевозможные предметы, выброшеные людьми в воду. Откуда только не доводилось извлекать усатых хищников: из металлических бидонов и ведер, из груд выброшенной парниковой пленки, из-под проржавевших автомобильных крыльев. Один налим-милитарист даже устроился в древней гильзе от трехдюймового снаряда.

Такая налимья неразборчивость в квартирном вопросе позволяет любителям этой ловли предлагать налимам искуственные убежища, поймать рыбу в которых гораздо легче, чем в естественных. Обычно это недлинные (70–80 см) обрезки труб большого диаметра (водосточных, дренажных и т. д.), затянутые с одного конца куском сетки. За недостатком подходящих труб можно сколотить рыбью «гостиницу» из четырех обрезков доски, прибив с боков заостренные колышки, втыкаемые в дно и не позволяющие деревянному коробу всплыть (в местах каменистых вместо колышков приходится привязывать грузы соответствующего веса). Однако эту ловлю щупаньем уже не назвать, скорее это некая разновидность ловушкового лова.

Простая, без лишних приспособлений, ловля налимов руками, при всей своей примитивности, чрезвычайно азартна. К тому же присуща ей некая исконная справедливость: все по-честному, один на один, человек против рыбы, с тем лишь, что дала обоим матушка-природа. И победа в такой схватке стоит, на мой взгляд, куда дороже, чем одержанная с помощью суперсовременных снастей, изготовленных с использованием космических технологий.

Охота с острогой

Этот способ добывания налимов я намеренно оставил напоследок, дабы избежать до срока обвинений в пропаганде злостного браконьерства. Ведь если сетями и бреднями, ловушками и переметами налимов добывать можно — по лицензиям, с теми или иными ограничениями — то острога на территории России запрещена безусловно, и считается орудием хищническим и истребительным.

А ведь когда-то все было с точностью до наоборот… Вот что писал про охоту с острогой Л. П. Сабанеев в девятнадцатом веке:

В числе других способов ловли рыбы для рыбака-охотника охота с лучом и острогой, бесспорно, занимает первое место! Не говоря о том, что эта ловля одна из самых трудных и требует много силы, ловкости, сметки и необыкновенно верного глаза, она имеет еще то значение, что таким образом добывается самая крупная, отборная рыба. Охота в лучом имеет даже в себе много поэзии, и всякий, кто хоть раз был участником, даже свидетелем этой ловли, непременно согласится, что вид этого чуждого подводного мира составляет самое любопытное, самое великолепное зрелище: в черте огненного круга ясно видны все неровности дна, все растения и спящие обитатели озера; далее во все стороны, — непроницаемая тьма и безграничное пространство воды; медленно, бесшумно плывет лодка, точно предводимая пламенем, быстро сменяются впечатления, и в больших прудах, имеющих столь богатую флору водяных растений и много разных пород рыб, — трудно представить себе большее разнообразие.

Главный снаряд для лучения — острога — весьма нехитрое орудие. Оно имеет 7-10, но иногда 12 зубцов, около 18 см длиной, четырехгранной, реже цилиндрической формы; зубцы имеют несколько зазубрин вроде рыболовного крючка, но с обеих сторон, и наверху соединяются в трубку, которая прикрепляется неподвижно к сухому и тонкому шесту около 2 м длиной, редко более, а впрочем смотря по глубине, на которой производится лучение.

Рис. 16. Острога (из книги Л. П. Сабанеева «Рыбы России»)

Второстепенное значение имеет устройство луча. Для этого существует особое, весьма целесообразное приспособление, т. н. коза. Она состоит из железной изогнутой 70-сантиметровой рукоятки, к ней с боков привариваются более тонкие железные прутья, которые на конце тоже согнуты, но под прямым углом, так что весь снаряд имеет вид продолговатой жаровни длиной около 45 см. Коней рукоятки прикрепляется к носу лодки таким образом, что коза находится несколько выше последнего, по крайней мере на 70 см от воды, что необходимо для освещения возможно большего пространства. Вообще при ловле острогой употребляются очень легкие лодки, управляемые одним веслом. Гребец сидит здесь уже не в носовой части ее лицом к корме, как на гребных лодках, а на корме лицом к носу, где помещается, обыкновенно стоя, главный рыбак с острогой. Самый лучший осветительный материал для луча — т. н. смолье. Это небольшие поленья или шепки, наколотые из смолистых сосновых пней и даюшие самое яркое и продолжительное пламя. Смолье всегда заготавляется заранее и высушивается как можно лучше, иначе оно горит гораздо темнее и притом с треском, пугаюшим чуткую рыбу.

Трудно описать ощущение, когда темной осенней ночью едешь в лодке: кругом мертвая тишина, изредка нарушаемая лаем собак и кряканьем уток; ярко горит смолье, освешая путь; на одну минуту мелькнут все мельчайшие подробности разнохарактерного дна озера, малейшие его углубления, каждая ничтожная травинка — и немедленно сменяются новыми: здесь, точно подводное чудовише, лежит огромная коряга, растопырив свои ослизлые и обросшие ветви; здесь желтеет песок, тут чернеет глубокая «няша», там опять зеленеет водяной мох, виднеются длинные стебли лопуха и его огромные ползучие корни; вот и целая чаша остролистной горошницы, пожелтевшей от осенних морозов. Всюду неподвижно стоят мелкие окуньки, пестрея полосатыми спинками, мелькают неугомонная плотва и бойкие ельиы; тоненькими сучочками лежат на дне мелкие щурята; медленно, словно нехотя, плывет широкий желтый линь. Тихо и бесшумно двигается лодка; ни единая капелька не скатывается с весла, не вынимаемого из воды: то осторожно подворачивается оно к корме, то снова выносится вперед вразрез воды, почти касаясь краев лодки. Неподвижно, черной тенью рисуясь на огненном кругу, стоит рыбак посередине лодки, ближе к лучу, и держит наготове острогу. Проворно, но без малейшего шума опускает он ее в воду, вдруг с силой нажимает и вытаскивает пойманную рыбу, ударом другой руки снимает ее с остроги, ловко подкидывает на жаровню свежего смолья и подправляет его зубцами. Трешит огонь, искры и обгоревшие головешки с треском и шипением падают в воду, и снова вспыхивает еше более яркое пламя. Вот и еще новая добыча, другая, третья — чем дальше, тем больше, но чаще становятся и промахи: нередко рыба убегает в то самое мгновение, когда острога готовится пронзить ее. Самое главное в этой ловле угадать расстояние, на котором медленное движение остроги должно мгновенно перейти в быстрый удар; притом всегда следует бить рыбу не вертикально, а несколько наискось и сначала опускать острогу как бы мимо рыбы, а расстоянии 35 см или менее осторожно переносить ее на цель, т. е. спину рыбы, впереди спинного плавника.

Главный недостаток ловли острогой состоит в том, что довольно много рыбы срывается и уходит с более или менее тяжелыми ранами, почему пропадает без всякой пользы. По этой причине в Западной Европе ловля с лучом и острогой в большинстве случаев запрещена и употребляется сравнительно редко. В последнее время, впрочем, в Англии изобретены особые пружинные остроги (стоктоновские), с которых рыбе почти невозможно сорваться. Рыба ударяется распоркою-насторожкою, которая распирает два стержня с зубьями на концах и сбивается даже от легкого удара, а обе зубчатые половины снаряда, т. е. оба настроженных стержня, с силою вонзаются в бока рыбы под действием пружины. Электрическая острога по своей сложности вряд ли может иметь практическое значение.

Ловля острогой имеет любителей и среди спортсменов и производится ими с большими удобствами и комфортом. Вместо смолья ими употребляются смоляные факелы, нефть или же особые лампы.

Л. П. Сабанеев, «Рыбы России. Жизнь и ловля наших пресноводных рыб»

Любопытно, правда? Леонид Павлович Сабанеев к хищническим методам ловли относился резко отрицательно, и на страницах своего монументального двухтомного труда никогда этого не скрывал, так прямо и писал: неплохо бы запретить ту или иную ловлю, слишком вредна для рыбьего поголовья… И уж никак бы не стал Сабанеев оставлять столь поэтическое описание браконьерства, и утверждать про варварский метод лова: «для рыбака-охотника охота с лучом и острогой, бесспорно, занимает первое место!»

Однако в наши дни все изменилось разительно: человек с острогой — браконьер. Всегда. Везде. Почти без исключений: если на сети и бредень, на перемет с большим количеством крючков или на мережу можно взять разрешение (лицензию) и ловить без конфликтов с законом, то бумажку с печатью, разрешаюшую охоту с острогой, нигде на территории Российской Федерации вы не получите.

Лишь представители малых вымирающих народов Сибири и Крайнего Севера могут заниматься традиционным, от дедов унаследованным промыслом. Здесь логика законодателей понятна: рыбы больше, чем сами съедят, аборигены все равно не добудут, сбывать некуда, и гораздо дешевле разрешить местным жителям острогу, чем завозить для них Северным морским путем скумбрию в банках, золотой та скумбрия получится…

Второе исключение — подводные охотники, коих береговые рыболовы, исконно их недолюбливающие, называют «водоплавающими» или «подохами». Им, «подохам», кроме подводных ружей и пистолетов, можно пользоваться и острогой. Правда, Правила подводной охоты стыдливо именуют острогу «ручным гарпуном», но разницы особой нет: длинная палка с пятью зазубренными остриями… Здесь логика закона просматривается смутно: сорвавшихся подранков (а большое их количество — один из главных аргументов против остроги) у «подоха» будет еще больше: дело происходит в жидкой среде и для сильного удара нет надлежащей точки опоры.

Когда же именно в истории остроги произошел крутой поворот: от увлекательной и спортивной ловли к злостному браконьерству?

Вот почерпнутое в Интернете мнение юридически подкованного человека, изучившего законодательную историю вопроса:

«…Впервые (из найденных мной документов) острога была запрещена постановлением Совета Министров СССР от 15 сентября 1958 года № 1045 «О воспроизводстве и об охране рыбных запасов во внутренних водоемах СССР».

При этом подпункт «и» пункта 11 запрещал одновременно применять при добыче рыбы и огнестрельное оружие, и острогу. Вот с тех пор и идет запрет на острогу а отечественной нормативной базе. (…) Кстати, сейчас с острогой, как я понял, стало полиберальнее. Да, острога, как и капкан, полностью запрещены для Дальневосточного и Западного рыбохозяйственных бассейнов, пунктами 73 и 23.3.1. Правил рыболовства для соответствующих рыбохозяйственных бассейнов.

В то же время, в Северном рыбохозяйственном бассейне острогу запрещено применять, если следовать буквальному толкованию пункта 80 Правил, только в водоемах, в которых обитают семга, озерная форель, кумжа, палия, судак. Соответственно, в прочих водоемах острогу применять можно. Капканы же и вовсе разрешены везде, кроме Вологодской области.

Есть тут правда еще один момент — в пункте 82 Правил, где указаны разрешенные орудия лова, острога также не поименована. Так что есть определенный пробел в нормативном акте… Однако с учетом того, что прямой запрет на острогу установлен только для ряда водоемов, есть основания говорить, что в иных водоемах применение ее будет правомерным».

С последним утверждением согласиться трудно — известно, как трактуют инспектора рыбохраны любые пробелы и умолчания в правилах, и вообще любые спорные моменты. Примерно как гаишники на дорогах — в пользу своего кармана.

Дата запрещения остроги — 1958 год — объясняет многое. Председателем правительства СССР, подписавшим запретительный указ, был Никита Сергеевич Хрущев, великий реформатор и великий волюнтарист. И за первые пять лет своего правления, к 1958-му, он в результате своих реформ и своего волюнтаризма довел страну до голода. Черт знает почему, но в нашей стране реформы и голод — неразлучные спутники, как молния и гром. Сверкнуло небесное электричество — все знают: вскоре громыхнет. При культе личности, едва миновало военное лихолетье, — в магазинах «сталинское изобилие», и цены на продукты каждый год снижаются, и севрюги с осетрами в рыбных витринах распластались, и баночки с черной да с красной икрой пирамидками, — в простых, для народа, магазинах, не в спецраспределителях… И знаменитый рекламный слоган: «Всем попробовать пора бы, как вкусны и нежны крабы!»

Попробовали. Кто успел. Долго потом вспоминали, облизовались. Потому что главный штурвал страны оказался у Никиты Сергеевича, обещавшего, как известно, показать кузькину мать проклятым империалистам. Но для начала показавшего ее собственному народу — бей своих, чужие бояться будут.

И исчезли куда-то баночки с икрой и крабами, и уплыли куда-то из рыбных витрин осетры с севрюгами… Впрочем, что значит: куда-то? К ним и уплыли, к проклятым империалистам. И слитки из золотого запаса — туда же. А обратно — пшеница, выращенная оклахомскими фермерами… Свое зерно у Хрущева отчего-то вырастить в нужных количествах никак не получалось.

Нет, он старался — в меру своего разумения. Целину, например, распахал, — гигантский урожай в первый год собрали, рекордный, хоть в книгу Гиннеса заноси. Жаль, сгнил тот урожай. Хранить негде, вывозить нечем, — он и сгнил. А повторить успех на следующий год не удалось — дунул ветер и полетел целинный чернозем большими черными тучами… Ветровая эрозия почвы, говоря по-научному. Была степь — стала пустыня.

Я ведь к чему про Никиту Сергеевича так долго? К тому лишь, что постановления под его руководством Совмин принимал… как бы помягче сказать… не самые мудрые постановления. И не самые дальновидные.

Вот и с острогой то же самое… Спору нет, острогой, как и любой почти рыболовной снастью, при определенных условиях можно хищничать и истреблять рыбу в огромных количествах. Например, во время нерестового хода лососевых в реки Дальнего Востока, Камчатки, Сахалина. Если уж там медведи лапой столько кеты да горбуши добывают, что только мозг у рыбин выгрызают, а тушу выбрасывают — то уж острогой… Или на юге, в низовьях великих русских рек, во время нереста сазана… Да и в средней полосе на щучьем нерестилище можно неплохо поживиться, — хотя уже эта охота и более трудна, и менее добычлива.

Ну так и запретите острогу в нерест, как запретили почти всё — лишь с удочкой с одним крючком весной можно к водоему приближаться… Осеннее лучение-то тут при чем? Рыба давно отнерестилась, и взять ее не просто, мастерски острогой надо владеть, и добыча не запредельная, центнерами и тоннами не исчисляется…

Подранки, говорите? Срывающиеся с зубьев остроги и бесцельно гибнущие?

Хорошо, сейчас разберемся с подранками.

В последние выходные августа огромная армия людей с зачехленным оружием устремляется из города к рекам, озерам и болотам. Начинается осенняя охота, и главная дичь для массового охотника — утки. Так вот, однажды пятеро охотников поставили смелый эксперимент — отправились на охоту… без ружей! Лишь с собаками, хорошо обученными находить подранков. Они и находили, причем вдалеке от тех мест, где стояли в своих засадах охотники, ружей взять не позабывшие, — в километре, в двух, а то и подалее. Вечером сошлись на базе, подсчитали добычу и изумились: у «собачников» в среднем на человека уток в полтора раза больше, чем у стрелков!

История эта — не байка, напечатана в свое время в альманахе «Наша охота», эксперимент проходил с ведома и под контролем охотничьего общества. Вывод из него прост: при ружейной охоте подранков в разы больше, чем чисто битой птицы. Утка с дробинкой, засевшей в брюшной полости, не километр и не два отмахать сможет — два десятка пролетит, а потом все равно погибнет — кто ж ее от перитонита лечить-то будет?

Однако никто по этим причинам ружейную охоту запретить не спешит.

А если вернуться от птиц к рыбам, то стоит присмотреться повнимательнее к Ихтиандрам нашим, к подводным охотникам. Как у них дело с подранками обстоит?

Под воду для расследования лезть не стоит — достаточно почитать статьи, которые «подохи», вынырнув, пишут и публикуют в охотничье-рыболовной периодике.

Чтобы избежать соблазна подбирать лишь статьи, подтверждающие мою мысль, коротко проанализирую все статьи о подводной охоте, числом пять штук, опубликованные в одном рыболовном журнале за один год.

Итак, журнал «Рыболов» № 5/99, статья «Моя протока». Автор, В. Гадалов из города Шуи, далеко не выезжал, охотился на протекающей мимо города речке, и результат скромный: три выстрела за погружение. Первый — по «огромной щучине», поначалу принятой автором за бревно. Результат: раненая рыба сорвалась с гарпуна и ушла. После чего автор «добыл щуку и подъязка, общим весом не потянувших и на килограмм». Если считать по хвостам, коэффициент подранков — 33 процента. А если по весу?

Еще одна статья в том же журнале, № 3. Автор, Ю. Шевченко, охотится тоже неподалеку от дома, в реке Оскол. И первым же выстрелом пробивает хвост десятикилограммовому сому, и даже удачно доставляет добычу на берег. Ограничения на количество добычи Правила устанавливают для «подохов» те же, что и для рыболовов. И на этом охота должна бы завершиться — норма вылова выполнена, пора домой. Но неугомоннный Ю. Шевченко снова отправляется под воду, посадив сома на прочный шнур, пропущенный сквозь пробитый хвост. Новая добыча — «четыре приличных голавля, несколько рыб поменьше». Однако сом, разорвав простреленный хвост, уплывает… Вновь самая крупная рыба уходит подранком.

В той же статье описан еще один эпизод, вновь с неплохим сомом. И вновь сом уходит подранком, сломав стрелу. Дословно: «Одинарный наконечник с концом стрелы был обломан на месте захвата стрелы спусковым механизмом». Справедливости ради отметим, что смертельно раненый сом не пропал безвозвратно — всплыл в конце концов на поверхность. Но мог и не всплыть, испустив дух где-нибудь в густом коряжнике.

А вот Ю. Гладков (статья «Щуки на деревьях» в № 6/99) таких оплошностей не допускает. Он прямо-таки ворошиловский подводный стрелок — одним выстрелом, одной стрелой пронзил сразу двух сомов! И рыбины, доставляемые к поверхности, даже не шелохнулись! Дело в том, что охотился Ю. Гладков зимой, на незамерзающей реке Ингул, — и стрелял неподвижных сомов, находящихся в состоянии зимней спячки. Тут подранков оставить мудрено, согласен. Но заслуживает ли такое занятие название спорта или охоты? Есть для него, по-моему, более точные определения.

Две последних статьи — «Лицо подводной охоты» (№ 1/99) и «Подводные охотники: права и обязанности» (№ 4/99) анализировать не будем. Автор у них один, В. Виноградов, и о подводных подвигах своих и коллег он не рассказывает, больше рассуждая об общих вещах — о правовой базе подводной охоты, о проблемах «подохов», да о том, какой это увлекательный спорт. В общем, тема подранков не затронута.

Общий вывод прост: подранки на любой охоте — с острогой ли, с подводным ли ружьем, или с ружьем обычным — неизбежны. У мастеров-охотников их значительно меньше, у неумех — больше, но охотится совсем без подранков невозможно.

Так что все доводы противников остроги, касающиеся подранков, малоубедительны…

И вот еще о подранках, напоследок.

Спустя неполных четыре года после того, как подпись Никиты Сергеевича Хрущова украсила документ, запретивший острогу, Хрущеву пришлось отдать другой приказ. Весьма жесткий приказ.

Забастовал Новочеркасск. С голода забастовал. Осетры и крабы в магазины так и не вернулись, — сей факт новочеркасцы пережили бы, не впервой, привычные. Спасенная от остроги щука тоже почему-то на прилавках не громоздилась, — однако и это не фатально…

Но стал исчезать хлеб. И без того подорожавший, на четверть состоящий из отрубей, — почти исчез из продажи. Километровые очереди у булочных выстраивались затемно, и лишь немногим счастливцам доставалась сырая, плохо пропеченная буханка, одна в руки…

Вот тогда терпение лопнуло. Рабочие забастовали. Рабочие вышли на демонстрацию, многие горожане к ним примкнули. Хрущев отдал приказ стрелять…

Подранков в тот день случилось множество.

Да и убитых наповал немало.

Но как бы ни был плох закон, он все-таки закон. Соблюдать надо… По счастью, у нас, рыболовов Питера и Северо-запада, рядом — два часа по трассе «Скандинавия» — расположена Финляндия, где охота с острогой — одна из самых популярных разновидностей рыболовного спорта. Именно спорта — даже национальные соревнования по охоте с острогой проводятся, и широко освещаются в прессе, и по телевидению транслируются.

Причем, что характерно, финские реки и озера гниющими подранками не завалены, да и общего оскудения рыбных запасов не наблюдается.

Охотиться с острогой могут не только местные жители — финны охотно предоставляют такое право и рыболовным туристам из других стран. Плата достаточно символическая: разрешение на разовую охоту стоит шесть евро, но те рыболовы, кто постоянно навещает Финляндию и пристрастился к остроге, предпочитают покупать за двадцать евро годовую лицензию (фискекурт), экономия существенная.

Купить острогу тоже не проблема — продаются почти во всех рыболовных магазинах, стоят дешевле спиннингов, 10–15 евро (лишь металлическая часть, древко к ней приходиться приделывать самостоятельно). А можно и не приделывать, заплатить подороже и купить современную острогу с алюминиевой телескопической рукоятью, легкую и удобную.

Тем, кто никогда не занимался этой охотой, лучше для начала потренироваться под руководством инструктора — есть на финнов и такая услуга — и поехать бить рыбу с опытным специалистом. Он и рыбные места покажет, и правильный удар поставит, и про правила безопасности все расскажет.

А теперь пора вернуться к главному герою этой книги — к налиму.

И рассказать, какими способами его добывают при помощи остроги. В Финляндии добывают, естественно… Хотя всегда хочется надеяться на лучшее: что здравый смысл возьмет верх, и старинная русская увлекательная охота вернется из вынужденной эмиграции.

Итак, способ первый — летний и дневной, применяемый исключительно для налима.

Летом налима на небольших реках с каменистым дном добывают острогой из-под камней, часто совмещая эту охоту с описанным выше «щупаньем».

Ловля осуществляется вдвоем, ловцы идут по реке, непременно вверх по течению, выбирая небольшие глубины, не более чем по пояс, а зачастую гораздо меньше. Если попадается слишком большой камень, лежащий в воде, и длины рук не хватает, чтобы исследовать пространство под ним, то один из рыбаков приподнимает валун при помощи лома или ваги, изготовленной из толстой прочной жерди.

Налим — если он таился под камнем — внезанно оказывается вместо уютной темной пещерки на открытом и ярко освещенном месте. И, ошарашенный, оцепеневает, — ненадолго, всего на несколько секунд.

В эти секунды и должен последовать меткий удар острогой. Легко сказать, но выполнить несколько труднее… Дело в том, что отрыв камня ото дна чаще всего сопровождается небольшим облачком мути, и рыбак видит сквозь него рыбу смутно, или частично — голову, хвост, причем пятнистая окраска налима сливается с донными камнями… Иногда следуют удары по пустому месту, по чему-то, принятому за налима, иногда рыбина успевает уплыть, прежде чем ее успеют рассмотреть. В общем, игра идет с равными шансами.

Зато подранков при правильных действиях рыбака практически не остается. Дело в том, что слишком сильные удары острогой не нужны при малой глубине и каменистом дне — иначе прошедшие насквозь зубья будут тупиться и ломаться о камни. Поэтому загарпуненного налима не надо стремиться поднять вверх на остроге, наоборот, необходимо одной рукой продолжать нажимать на острогу, а другой нащупать налима, схватить под жабры и поместить в садок.

Кажется, что при охоте с острогой на мелководье промахнуться трудно, но у неопытных рыбаков нередко случаются промахи, если они не учитывают эффект преломления лучей в воде. Более того, при лучении ночью, на глубине, в рыбу попасть легче — поскольку охотник подводит острогу к добыче в воде и может корректировать направление движения. При охоте на налима из-под камней наносить удар приходится из другой среды, из воздуха, причем очень быстро, не давая рыбе опомнится.

Рис. 17. Истинное и видимое (показано штриховкой) положение предметов в воде

Как видно из рисунка 17, цель всегда будет представляться находящейся несколько дальше своего истинного положения, поэтому удар надо наносить с определенной коррекцией — как бы перед рыбой, лежащей на дне, подобно налиму (по находящейся в толще воды — целиться под брюхо рыбы).

Чтобы избежать ошибок и довести коррекцию удара до автоматизма, лучше заранее потренироваться в ударах по неподвижным предметам, лежащим на дне. Естественно, мишенью для тренировок надо выбирать не камни, а что-нибудь более мягкое: жестянки, пластиковые лимонадные бутылки и т. д.

Острога для такой ловли годится в общем-то любая, но наиболее удобна с короткой, не более полутора метров, рукоятью — длинная, предназначенная для ночного лучения, будет мешать на узкой лесной речке, цепляясь за нависшие на водой деревья, крутые берега и т. п. Зубья остроги лучше всего сделать из стали какой-нибудь мягкой марки — тогда, попав в камень вместо налима, они не ломаются, но лишь гнутся. Тупятся зубья при такой ловле очень быстро, поэтому с собой необходимо иметь напильник с очень мелкой насечкой для заточки и плоскогубцы для выпрямления погнувшихся зубьев.

Тем же способом добывают налимов и осенью, надев теплые вейдерсы. Кстати, на некоторых частных водоемах Финляндии осенняя охота с острогой на налима разрешается бесплатно всем желающим. Дело вот в чем: лососи и форели поднимаются осенью для нереста в мелководные и холодные верховья финских речек. Другие рыбы там почти не водятся, а налимы, которым холодная вода не страшна, поднимаются вслед за лососевыми рыбами и почти полностью переходят на питание их икрой — порой в проколотом острогой усатом хищнике оказывается столько красной икры, словно он сам собрался нереститься… Так что в данном конкретном случае острогу не только невозможно назвать истребительным орудием — наоборот, с ее помощью сохраняются рыбные запасы.

Второй способ добывания налимов при помощи остроги — классическое ночное лучение, столь поэтично описанное Сабанеевым.

Есть и отличия от России — финские водоемы более прозрачны, поэтому сезон лучения на них начинается не осенью, а в июне, после окончания нерестового запрета. Но все-таки самый пик лучения приходится на сентябрь-ноябрь, слишком коротки и светлы финские летние ночи.

Этот вид охоты, в отличие от описанного выше, направлен уже не только на налимов — добычей становятся и щуки, и крупные окуни, и лещи, и язи.

Лучение происходит с весельной лодки (иногда применяют и мотор, если до места ловли долго добираться), но и мотор, и вёсла используются лишь для того, чтобы приблизиться к избранному месту — мотор, чтобы не перебудоражить подводных жителей, глушат за четверть километра до места охоты и подплывают на веслах.

Движение лодки непосредственно во время лучения происходит при помощи шеста, которым помощник охотника по возможности бесшумно отталкивается от дна. Иногда охота производится в одиночку — тогда ловец стоит в лодке на коленях и использует в качестве шеста рукоять остроги.

Местом для ловли обычно выбирают мелководные, не глубже полутора метров, участки озер. Иногда доступная для охоты глубина ограничивается недостаточной прозрачностью воды, и тогда охотиться приходится на глубине в метр и даже менее.

Острога здесь применяется иная, чем чем при дневной охоте из-под камней, и дело не только в удлиненной рукояти. Рабочая часть тоже иная, так называемая «небулькающая» (см. рис. 18). Суть в том, что поперечина с зубьями крепится не к самой рукояти, а к тонкому и достаточно длинному стальному штырю. Тем самым снижается лобовое сопротивление ударной части остроги и уменьшается создаваемая ею гидродинамическая волна, способная вспугнуть рыбу.

Рис. 18. «Небулькающая» острога.

Зубья остроги делаются тонкими, из упругой стали, с далеко отогнутыми зазубринами. Причем зубья располагаются не совсем соосно, а чуть-чуть, почти незаметно, разведены в разные стороны. Многие, изготовляющие остроги своими руками, не придают значение этой тонкости, а зря. При ударе зубья «разведенной» остроги входят в тело рыбы не совсем параллельно, слегка отклоняются в разные стороны, изгибаются, — и когда рыбак подтягивает загарпуненную добычу к поверхности, зубья дополнительно стискивают рыбу, не давая ей сорваться. Большое количество подранков случается не только и не столько из-за неточных ударов, сколько из-за некачественных острог.

Касательно источников света для лучения единого мнения у любителей остроги нет. Сторонники «живого огня», якобы более естественного и менее пугающего рыбу, остались в явном меньшинстве, но и они могут приобрести в финских магазинах и хорошо просушенные смолистые чурочки, и приспособление, на котором те будут гореть над водой.

Но большинство все-таки предпочитает электрический свет. Однако и среди них единства нет: одни считают, что чем ярче, чем мощнее поток света — тем лучше, рыба и высвечивается лучше, и отчасти парализуется. Другие возражают: яркий и мощный свет не парализует, а лишь распугивает рыбу.

По моим наблюдениям, лучший источник тот, что дает поток света достаточно мощный, но мягкий, рассеянный. Весьма подходит для лучения, например, автомобильная противотуманная фара. Впрочем, повторюсь, у каждого любителя остроги имеется на сей счет свое мнение и свой проверенный осветительный прибор, покупной или самодельный.

Ну а сама техника удара острогой ничуть не изменилась со времен Сабанеева, и к советам классика мне добавить нечего.

Третий способ охоты с острогой на налима сочетает черты первых двух: охотятся на небольших мелких речках, где на лодке не проплыть. Но рыбалка происходит ночью и с источником света.

Лучить с берега, особенно заросшего кустами, трудно, почти невозможно, поэтому непременная принадлежность ловли — вейдерсы или резиновые штаны-забродники. Этим способом чаще ловят в одиночку, чем при лучении с лодки, но если вы вышли на ночную охоту вдвоем, жадничать и брать две остроги ни к чему — один охотник светит, другой колет рыбу, затем можно поменяться ролями. При ловле в одиночку источник света крепят на грудь или голову (одну руку стоит оставить свободной).

Раньше широко использовались шахтерские фонари со щелочными аккумуляторами, сейчас появились очень удобные налобные фонари, мощные и с малой энергоемкостью за счет применения светодиодов и галогеновых ламп. Выбирая модель для лучения взабродку, лучше не поскупиться и приобрести специальный, водонепроницаемый, для рыбалки предназначенный фонарь гибридного типа. Работает он как автомобильная фара: можно включить дальний яркий свет от галогеновой лампы, а можно ближний, слабый и рассеянный, — от пяти светодиодов. Второй режим более экономичен и используется для того, чтобы пройти в темноте по берегу к месту ловли, снять рыбу с остроги и т. д. Аккумулятора при комбинированной работе хватает на всю ночь, проверено. А в экономичном режиме фонарь светит и двое, и трое суток подряд.

Продвигаться вброд по речке надо медленно и крайне осторожно, свести до минимума разговоры с напарником, — идущие вброд люди создают гораздо больше шума, чем плавно скользящая лодка.

Главная добыча этой ловли — налим, выползающий из своих дневных убежищ на ночную охоту. Встречающиеся в небольших речках щучки, окуньки и другие рыбы обычно мелковаты и не заслуживают удара. Но иногда можно встретить затаившуюся среди корней подмытого берега форель-пеструшку, и немаленькую, — и тогда меткий удар острогой вносит приятное разнообразие в ночной улов.

Налим на кухне и на столе

Налим — одна из самых вкусных наших пресноводных рыб. В тех местах, куда не заходят из моря на нерест представители лососевых и осетровых, либо не обитают их пресноводные родственники, именно налим — король ухи, этого истинного рыбацкого блюда. Хорош он и жареный, и запеченный, великолепны на вкус пироги с филе налима, но все-таки уха из свежего, только что пойманного налима — бесподобное блюдо.

О предварительной обработке рыбы в случае с налимом долго говорить не приходится. Чешую его — мельчайшую, практически незаметную и глубоко вросшую в кожу — никогда не счищают, мелких внутримышечных костей налим не имеет, да и ребра-то у него коротенькие, рудиментарные — делать филе из этой рыбы одно удовольствие. Главное, при потрошении не зацепить желчный пузырь, а если уж зацепили — немедленно промыть брюшную полость рыбы большим количеством воды. И, конечно же, сразу отложить в сторонку знаменитую налимью печень — выбросив ее вместе с остальными потрохами, лишитесь самого настоящего деликатеса.

Приготовлению некоторых блюд мешает слизь, обильно порывающая тело налима (ухе она не помеха). Чтобы кожа налима стала чистой, перед разделкой следует намазать ее кашицей из соли и золы, смешанных в равных количествах, и минут через десять тщательно промыть в воде. Нет под рукой золы (откуда ей взяться в городе?) — можно обойтись одной лишь поваренной солью.

Уха простая, она же одинарная

Сваренная на берегу уха — не только и не просто средство утолить голод. Подкрепиться недолго и привезенной из дома тушенкой. Приготовление ухи — настоящий ритуал, необходимый компонент выезда на реку или озеро. Без ухи, побулькивающей в закопченном котелке, и рыбалка — не рыбалка.

Одинарную уху из налима варят редко, только если не удалось наловить какой-нибудь мелкой рыбы, окуньков-ершиков, для первого заклада.

Выпотрошенных, промытых и разрезанных на порционные куски налимов укладывают в котелок, заливают холодной водой, туда же кладут налимьи головы (без жабр), молоки и печень. И вешают над огнем. Когда закипит — снимают пену, поднимают котелок чуть выше над огнем и добавляют остальные ингредиенты: сырую луковицу, соль, специи. Некоторые специалисты добавляют в этот же момент картофель, — крупно, на половинки или четвертинки порезанный. Но большинство знатоков сходятся на том, что картофель — профанация, и уха превращается в рыбный супчик. Отчасти они правы, и если уж добавлять картошку, то в самых мизерных количествах — одну картофелину, или две мелких. Но сыпать в уху крупу — вы не поверите, но встречаются сторонники такого варварства, — это самое настоящее кулинарное извращение.

Затем, крайне осторожно помешивая (обычно не ложкой, а прутиком — чтобы не развалилась рыба), уху варят еще около 20 минут, временами снимая пену. Убедившись, что рыба хорошо проварилась (мясо стало белым, упругим, несколько увеличилось в объеме), котелок снимают с огня. Но, — внимание! — не спешите хвататься за ложки, блюдо еще не готово. Уха должна «доспеть» хотя бы с четверть часа, чтобы обрести свой настоящий вкус и аромат. Для этого котелок накрывают крышкой, а если дело происходит в холодное время года, заворачивают во что-нибудь теплоизолирующее, в старый ватник, например. Некоторые эстеты, поставив уху доспевать, добавляют в нее еще два компонента: половинку дольки лимона и маленький уголек из костра, дочерна прогоревший. И если от лимона я особого улучшения вкуса не замечал, то уголек и в самом деле делает бульон чище и добавляет ему аромат дымка.

О расходе продуктов говорить не стану, ибо количество главного компонента зависит от клева. Но чем больше рыбы положите в котелок — тем вкуснее и наваристее уха.

Уха налимья двойная

Но если вам вместе с налимами удалось наловить хоть с полкило рыбьей мелочи — не пожалейте времени и трудов, сварите уху в два заклада — результат окупит затраты.

На первый заклад годится не всякая мелочь. Идеальный вариант, конечно, ерши. Почти не уступают им мелкие окуни, пескари, гольцы (те, что родственны вьюнам, а не лососям). С мелкими карповыми надо соблюдать осторожность: плотвички, ельчики, уклейки, гольяны и т. д. летом для ухи не годятся, травяная диета добавляет их мясу горечь. В холодное время можно употребить и их, но обязательно вычистить и обезглавить (окунькам и ершикам чешую и голову оставляют, лишь удаляют внутренности и жабры). С карасиками, густерками и линьками лучше не связываться в любое время года.

Некоторые кулинары советуют рыбешек первого заклада варить в мешочке из марли. Ну, если кто-то любит вкус вареного хлопка, можно попробовать… но остальным не советую. Достаточно внимательно следить, как вариться мелочь, и не дать ей перевариться. Обычно для этого хватает десяти-пятнадцати минут после закипания. После этого первый заклад вылавливают шумовкой и кладут второй — собственно налимов, заранее подготовленных. Если рыба крупная, куски ее надо заранее натереть солью — при варке они могут недостаточно просолиться.

(Для второго заклада можно использовать крупного окуня, леща, судака, и получится вкусное блюдо, — но все-таки с налимьей ухой ему не сравниться).

Если есть время и аппетит позволяет, можно бульон остудить и лишь затем положить второй заклад — опущенная в холодную воду, рыба лучше отдает бульону свой вкус.

Если получилось так, что за первым закладом не уследили, мелочь переварилась, рассыпалась, и уха стала мутной, — котелок следует снять с огня, отцедить бульон (вот тогда марля вполне пригодится), и вновь довести до кипения. Нет марли — тоже не беда, достаточно дать бульону отстояться и аккуратно слить, оставив муть на самом дне.

Ну а далее все делается по рецепту одинарной ухи. Отваренную мелочь из первого заклада обычно в пищу не употребляют, отдают кошкам или выбрасывают. Но вареные ерши отменны на вкус, и если залить их с вечера остатками бульона — к утру получится великолепное заливное.

Тройная уха с налимами бывает двух видов.

В первом случае налим — главное действующее лицо в этом кулинарном спектакле, и именно он идет в третий, финальный заклад. Во второй же кладут лещей (крупных, жирных, от подлещиков навару маловато), судаков, крупных окуней… Из карповых рыб очень хороша для второго заклада сырть, а вот со щукой надо соблюдать осторожность — пойманная в иных травянистых водоемах, она способна испортить уху своим резким запахом и привкусом. Про недопустимость карася, линя и густеры я уже говорил, лучше не использовать и сома, особенно его хвостовую часть, слишком богатую жиром со специфическим запахом.

Второй вариант — если вам удалось поймать благородную рыбу: стерлядку, лосося, форель… Тогда налим, при всем к нему уважении, идет во второй заклад, и подается вместе с ухой в качестве второго блюда.

Если некоторое количество картофеля в одинарной ухе допустить можно, особенно когда рыбы маловато, то в тройную — никаких круп и никаких овощей (единственное исключение — луковица)! Даже со специями надо соблюдать величайшую осторожность: перца — самый минимум одновременно с третьим закладом, лаврового листа — один-два листика незадолго до готовности. Но можно обойтись и вообще без специй, тройная настолько богата всевозможными оттенками вкуса, что и без того пальчики оближите.

В принципе, для тройной ухи достаточно рыбы (но много и разной), соли и воды. Воду, кстати, из речки лучше не черпать — поискать родник, а то и прихватить из дома бутыль чистой артезианской.

Варят уху так же, как и двойную — но лишний раз повторяется процедура смены закладов. У всех рыболовов есть свои маленькие секреты и хитрости, чтобы их тройная уха получалась «самая-самая»: кто-то, поставив уху доспевать, добавляет ломтик соленого огурца или зубчик чеснока, сибирские рыболовы зачастую опускают в котелок несколько стеблей черемши. Есть любители положить в котелок одну морковку, нарезанную кружочками (на мой взгляд, совершенно не нужную и портящую блюдо).

Но в одном все специалисты сходятся — если в улове нет ершей, тройную уху лучше не затевать, времени будет потрачено больше, а вкус почти не отличается от двойной. Вот как порой ценится мелкий колючий ершик! Единственная адекватная ему замена — близкий родственник бирючок, он же ерш-носарь, но ареал обитания этой рыбки значительно уже.

Теоретически, тройной ухой можно считать и так называемую «архиерейскую» — в ней вместо ершей первым закладом варится не рыба, а курица. Блюдо получается вкусное, но только уха ли это? Или куриный суп, заправленный рыбой? Вопрос спорный.

Шашлык из налима

С ухой мало что может сравниться, но когда проводишь отпуск на рыбалке и каждый день уха, уха, уха… иногда хочется разнообразия.

Рыбный шашлык нетрудно приготовить в походных условиях, на костре. И налим, почти не имеющий костей, наиболее годится для этой цели (наряду с судаком и крупным окунем).

Налима потрошат, промывают, протирают кожу досуха, снимая слизь, как описано выше. Режут на порционные куски, присаливают, перчат, нанизывают на шампуры и обжаривают над раскаленными угольями прогоревшего костра.

Вроде все просто, но есть и отличия от приготовления обычного мясного шашлыка — иногда рыба снаружи выглядит готовой, а внутри еще не пропеклась, сырая. Дело в том, что влага через шкуру налима испаряется медленнее, чем через поры куска мяса. Поэтому, поворачивая шампуры, следует смазывать куски рыбы сливочным маслом либо просто брызгать на них водой.

Но если все сделать правильно, блюдо получается замечательное. И еще одна тонкость — для костра не годятся еловые и сосновые дрова, а с березовых поленьев следует ободрать бересту: смолы и деготь не самая лучшая приправа для рыбы.

Котлеты из налима

В отличие от щуки и крупных карповых, филе которых приходится пропускать через мясорубку порой дважды, чтобы избавиться от мелких костей, котлеты из налима можно приготовить в полевых условиях, была бы сковородка, а мясорубку тащить с собой не надо. Иногда и сковородка не нужна, много лет мне ее отлично заменяла крышка от большого котелка — нержавеющая, с высокими бортиками.

Налима потрошат, промывают, затем надрезают вдоль спины и удаляют хребет с ребрами. Затем острым ножом начинают скоблить мясо, отделяя его от кожи маленькими фрагментами (основания плавников осторожно обходят, там еще остаются мелкие косточки, способные испортить блюдо).

Затем получившийся фарш (наверное, правильнее называть его строганиной?) смешивают с булкой, размоченной в молоке (200 гр булки на килограмм фарша). Нет булки и молока — влейте в фарш сырое яйцо и добавьте муки, так чтобы получившаяся смесь не прилипала к рукам.

Смесь солят, перчат, лепят из нее котлеты, обваливают в муке — и на сковородку (ну, или на крышку от большого котелка). Получившееся блюдо отличается отменным вкусом как в горячем виде, так и в холодном. Случается, на следующий день ловишь где-нибудь вдали от лагеря, проголодался, достал из рюкзака налимью котлету между двумя кусками хлеба… объедение, честное слово.

Налим, запеченный с яйцами и молоком

А вот этот рецепт уже не из походной, самолично опробованной, кулинарии. Он скорее предназначен для жен рыболовов, вооруженных современной кухонной техникой. Поэтому цитирую рецепт, найденный в старом журнале, дословно, без какой-либо отсебятины:

Подготовленного налима нарезать порционными кусками, посолить, поперчить и, обваляв в муке, поджарить на хорошо разогретой сковороде до полуготовности.

Выложить рыбу в сотейник или на глубокую сковороду, смазанную маслом. Хорошо размешать сырые яйца с холодным молоком, заправить эту смесь по вкусу солью и залить ею рыбу. Посыпать сверху молотыми сухарями и тертым сыром. Поставить в негорячий духовой шкаф и довести до готовности.

Расход продуктов: 500 граммов рыбы, 0,5 литра молока, 3–4 яйца, 2,5 столовой ложки топленого масла, 50–60 граммов

Пирог с налимами, он же рыбник

(рецепт от Алены Герасимовой)

Этот рецепт тоже для искушенных в кулинарии хозяек — если мне и доводилось принимать участие в приготовлении рыбника, то она, роль, начиналась и заканчивалась чисткой и разделкой налимов. Поэтому цитирую опять же по первоисточнику, ничего не добавляя. Итак:

Приготовить дрожжевое тесто. Разделить на две части и раскатать.

На первый пласт выложить начинку. Края теста смазать взбитым яйцом,

накрыть вторым слоем теста. Края рыбника защипать.

Дать расстояться в течение 20 минут, смазать взбитым яйцом и запекать при температуре 180–200 градусов в течение 35–40 минут. Готовый пирог смазать растопленным сливочным маслом.

2 ст.л. раст. масла;

2 средние головки лука.

Филе очистить от кожи и костей, уложить в сотейник (ковшик с длинной ручкой или сковорода с высокими стенками), добавить немного воды и припустить 15–20 минут под крышкой (на небольшом огне периодически встряхивая).

Слить бульон (часть используется для «лукового соуса»), рыбу сечь не очень мелко ножом.

Лук репчатый (нарезка по желанию: я режу мелко — «кубиками») пассировать до золотистого цвета, добавить муку и немного бульона от припускания рыбы — должен получиться густой соус с луком.

Начинку смешиваем аккуратно: рис (лучше овальный твердый (для меня — «Золотистый»), отваренный почти до готовности + рыба + черный молотый перец (по вкусу) + лук, пассированный с мукой + соль + петрушка (зелень) + можно яйцо (вареное, количество по вкусу).

От себя добавлю: готовится рыбник из крупных налимов, и из того, что остается от приготовления рыбного филе: голов, хвостов, плавников с прирезями мяса и т. д. — можно сварить в относительно небольшом количестве воды замечательный рыбный бульон — юшку, как называют ее рыболовы. Если запивать Аленкин пирог-рыбник этой наваристой юшкой, то вкус… даже не буду придумывать эпитеты — приготовьте и попробуйте. Впрочем, налимий рыбник хорош всегда.

Ну вот, теперь и вы знаете о налимах все, что нужно знать рыболову, и даже чуть больше. Осталось лишь подыскать верховья чистой, не отравленной стоками речки, — и отправиться туда темной осенней ночью, не страшась дождя и холода…

УДАЧИ НА ВОДОЕМАХ.

1 — Ихтиологи выделяют подвид — тонкохвостого налима, обитающего в бассейнах Колымы, Анадыря, в реках Новосибирских островов. Эта рыба размерами поскромнее и достигает 10 кг веса.

2 — В прудах непроточных, копаных налим может водиться, только если его туда пересадят; и только при наличии бьющих из дна родников. Рыбы живут иногда по нескольку лет, но рано или поздно погибают в заморную зиму, либо, наоборот, в летнюю жару.

3 — Одна, а лучше две свечи могут очень неплохо обогревать палатку для зимней рыбалки. Также для отопления используются спиртовки, примуса и самодельные мини-печки всевозможных конструкций.

4 — Мордою называется сплетенный из ивовых прутьев круглый мешок; задний конец его завязывается наглухо, а в переднем, имеющем вид раскрытого кошелька, устраивается горло наподобие воронки, так что рыбе войти можно свободно, а выйти нельзя (прим. С. Т. Аксакова).

Источник: www.bayanay.info

Bookitut.ru

Зимняя ловля ловушками и подъемниками

Ловушки – наиболее древние рыболовные снасти, известные с доисторических времен. Возможно, древнее их только ловля руками (как случайный и редкий вид охоты наших далеких предков) и бой рыбы острогой и гарпуном.

Ловушками называют самые разнообразные орудия лова, основанные на принципе «легко войти – трудно выйти». Конструкции, размеры, способы установки очень разнятся, нередко одна и та же ловушка в разных местностях даже одной страны называется по-разному, и наоборот – под одним названием известны совершенно разные снасти.

Лов ловушками производителен, отличается низкой себестоимостью улова. Другим их преимуществом является возможность лова в местах, где иными орудиями ловить нельзя (заросшие и закоряженные водоемы и т. д.). Важным достоинством ловушек является их способность после поимки длительное время сохранять улов в живом виде, – тогда как рыба, пойманная ставной сетью, погибает и разлагается, отравляя воздух и воду, – если ловец по какой-то причине не смог проверить или отыскать снасть.

В отличие от сетей, неводов и других орудий лова ловушки могут быть не только из сетных полотен (в основном капроновых), но и деревянными, плетеными из прутьев, пластиковыми, металлическими, комбинированными, а зимой – даже ледяными.

Ловушки промысловиков почти всегда состоят собственно из ловушек и крыльев, любительские зачастую бывают без крыльев. Крылья устанавливают на пути перемещения рыбы, которая, огибая крылья, попадает в ловушки, вход в которые удобен, а выход затруднён. Наиболее типичными ловушками являются ставные невода (в том числе и морские больших размеров), мережи, вентеря, морды, верши, самоловные раколовки и крабовые ловушки.

Главным недостатком ловушек, используемых не промысловиками, а рыболовами-любителями, можно считать пассивное участие рыболова в процессе поимки. В конце концов, ловим мы не только ради добычи, ради отдыха тоже – и день, проведенный за активной и азартной ловлей, заряжает положительными эмоциями на неделю. А тут: пришел, вытянул вершу – один коротенький миг азарта: есть что-то внутри? нет? – и всё… Достал карасей и пошел домой.

Сетные переносные ловушки

Ловушки из сетных материалов, как уже сказано, в любительском рыболовстве используются либо с крыльями, либо без них. Разделение достаточно условное – крылья недолго прикрепить к какой-нибудь «бескрылой» верше, или наоборот – снять крылья с мережи и использовать ее без них.

Мережа (рис. 60) – это сетная ловушка, используемая в речном, реже в морском, озерном и прудовом рыболовстве, и состоящая из направляющей системы (крыльев) и рабочей части, так называемой «бочки». Рыба в своем движении ударяется о крылья, движется вдоль них, заходит через горло в «бочку», и выйти откуда уже не может.

Другие схожие ловушки по устройству и принципу действия мало отличаются от мережи. У вентеря, например, бывает та же самая бочка, те же крылья, но есть и еще одно дополнительное, крыло – так называемый «открылок»; снасть, называемая пАрник, состоит из двух «бочек», соединенных одним крылом и т. д.

Рис. 60.Устройство мережи (для удобства изображено лишь одно крыло). 1 – плавающий шнур; 2 – грузовой шнур; 3 – крыло; 4 – дуга; 5 – катели; 6 – горло; 7 – бочка; 8 – кутец (куток).

Даже если учесть, насколько сурово рыболовные правила ограничивают любителей в количестве мереж (1–2 на рыболова) и в их размерах (чаще всего до 5 м общей ширины снасти с раскинутыми крыльями) – все равно, растягивать мережи или вентери под толстым льдом, или даже под тонким – занятие, на мой взгляд, к любительской ловле не относящееся.

Зимний день короток, и пока рыболов, выехавший в свой законный выходной на рыбалку, расставит мережи или им подобные снасти, солнце уже покатится к горизонту, пора собираться домой… В ловушки ничего не попадется, а если попадется, то улов не окупит затраченных усилий. Мережи надо ставить надолго, регулярно их проверять, порой сторожить, чтобы не украли… А это уже не любительская ловля, что бы на сей счет ни говорили либеральные правила Северного рыбохозяйственного бассейна. Это промысел.

Верши (рис. 61) – более легкие и компактные ловушки, не имеющие крыльев. По сравнению с мережей вершу гораздо проще установить подо льдом, особенно двухвходовую вершу с пружинным каркасом: опущенная в небольшую майну в сложенном виде (со снятыми защелками), она сама принимаем подо льдом рабочее положение. Зимой их употребляют в сочетании с заколом – разновидностью плетня, укрепленного на дне реки. Главный объект такой ловли – налим, но ловить его зимой вершами разрешено лишь в северных регионах.

Рис. 61. Верши различных типов: 1 – треугольная с деревянным каркасом; 2 – круглая с металлическим каркасом, 3 – полукруглая с деревянным каркасом; 4 – двухвходовая с пружинным каркасом.

В конце зимы, в условиях кислородного голодания, самая разная рыба неплохо попадается в верши, установленные вертикально под прорубями (привязанные к воткнутым в дно шестам). Особенно удачна эта ловля в небольших и непроточных водоемах – в прудах, в пойменных озерцах и т. п. Более подробно о ней рассказано в главе, посвященной ловле карася.

Переносные ловушки из несетных материалов

Морда (местные названия – мордушка, жох, нерот) – это та же верша, но изготовленная не из сетных материалов. В старые времена (до двадцатого века) главным и основным материалом для большинства рыболовных ловушек служили ивовые прутья, – из экономических соображений: сети вязались вручную и стоили достаточно дорого, а умельцев, способных сплести из прутьев хоть корзину, хоть морду, хватало в любой деревне.

К двадцать первому веку все кардинально изменилось: сетные материалы вяжутся машинами и имеют относительно низкую стоимость, – а труд умельцев, плетущих различные изделия из лозы и лыка, стоит гораздо дороже.

И плетеные ловушки превратились в наше время в анахронизм. Однако кое-где все же применяются, в основном для ловли налимов во время их зимнего хода, в сочетании в плетеными загородками, перегораживающими часть русла небольших рек.

В связи с трудоемкостью плетения для изготовления морд часто используют готовые корзины, – например, цилиндрической формы оплетку, снятую с сорокалитровых бутылей из-под химических реактивов, горло снасти в таких случаях обычно делают из мелкоячеистой сети.

Местами распространены безкаркасные морды из подручных материалов. Например, прямоугольный кусок металлической сетки (не рабицы) свертывают в виде цилиндра, шов в трех-четырех местах скрепляют алюминиевой или медной проволокой. В цилиндр вставляют два конических горла, выкроенные из той же сетки, – и получается снасть, уловистостью несколько уступающая сетной верше, но значительно превосходящая ее долговечностью и простотой изготовления.

Отдельно стоит сказать о миниатюрных мордах из пластиковых пивных или лимонадных бутылок (объемом 1,5–2 л), служащих для поимки живцов. Такая снасть изготавливается за считанные минуты: с бутылки ровно срезается верхняя, сужающаяся часть, переворачивается и вставляется внутрь на манер горла, в получившейся снасти кончиком ножа протыкается достаточное количество отверстий, сбоку привязывается груз, – и морда-малявочница готова. Приманкой служит хлеб, а в улове преобладают верховки и мелкие пескари. Зимой, когда ловля живцов другими способами затруднена, очень удобно опустить в лунки 2–3 бутылки, переделанные в ловушки.

Стационарные ловушки

Стационарные ловушки, как следует из названия, постоянно стоят на одном месте – так, что в неразобранном виде их перенести на другое место невозможно. Устанавливают их обычно на мелководье, там, где случается ход рыбы.

Одна разновидность ловушек, называемая котцами, представляют из себя открытый сверху лабиринт из вбитых в дно палок, кольев и тому подобных материалов – зайти в него рыбе легко, а выйти затруднительно. Подобные конструкции когда-то были в большом употреблении, сейчас в этот способ ловли практикуется в отдаленных регионах, а городскими рыболовами центральной России позабыт.

Например, в Ханты-Мансийском округе используют ловушки, изображенные на рис. 62. Устанавливаются котцы на неглубоких участках реки, материал – тонкие колышки, вколоченные в дно с зазором 1–1,5 см. Ловля производится в зимнее время (лед, намерзающий в центральной камере котца, регулярно удаляется). Основной улов составляют щуки, обычно некрупные.

Рис. 62. Принцип действия деревянных котцев.

Если в России ловля стационарными деревянными ловушками постепенно пришла в ХХ веке упадок, сохранившись лишь в глухих углах, то в соседней Финляндии она развивалась и успешно развивается до сих пор.

Очевидно, дело не только и не столько в ретивости наших рыбоохранительных органов, долгие годы стремившихся запретить всё, кроме удочек. Есть еще и такой нюанс, как разница в менталитете. Добропорядочный финн, обнаружив на речке ловушку с рыбинами, которых нетрудно достать сачком или попросту руками, – как вы думаете, что сделает? Я считаю, что спокойно пройдет или проплывет на лодке мимо. И даже не будет гордится проявленным бескорыстием. Русский же человек… Ладно, не будем о грустном. Вернемся к рыболовным ловушкам.

К финским рыболовным ловушкам, поскольку все больше российских рыболовов (по крайней мере с северо-запада) ездит ловить в соседнюю Финляндию, где рыбы на удивление много, а охраняющих ее людей в форме на удивление мало. Да и на соседствующие со страной Суоми российские регионы финский рыболовный либерализм оказывает разлагающие влияние: правила Северного рыбохозяйсвенного бассейна считаются самыми умеренными в России: разрешают и сети, и ловушки, и саки с подъемниками, и переметы с большим количеством крючков.

Рис. 63. Принцип действия деревянной катиски.

Итак, ловушка, издавна именуемая финно-угорскими народами катиской, в первоначальном своем виде мало чем отличалась от русских котцев: деревянные крылья, деревянная ловушка, открытая сверху. Лишь центральная камера сделана не в виде лабиринта, а в форме «сердца», или, если угодно «червонного туза», изголовленная из воткнутых в дно прутьев, колышков или дранок.

С течением времени появились более сложные и уловистые варианты, см. рис 64: попадая в центральную камеру, рыба вынуждена преодолеть не одну, а две горловины, – и выбраться обратно ей вдвое сложнее.

Рис. 64. Схема сложной многокамерной катиски.

Ловят ими рыбу на мелководье (не более полутора метров), зимой и весной – в местах хода рыбы, ориентируя вход против направления движения рыб. Летом катиски чаще всего сооружают в прогалинах прибрежной растительности.

Материал для катиски – еловые или сосновые доски, которые распускают на дранки в палец толщиной и 3–4 пальца шириной. Еще более прочны и менее подвержены гниению колышки, выстроганные из молодого ельника. Но такие колья имеют сильный сгон от комлевой части к вершинке, поэтому, чтобы не нарушать конфигурацию катиски, половину колышков заостряют с тонкого конца, половину – с толстого, и забивают в дно водоема по очереди: с толстым острием, с тонким, снова с толстым и т. д. Можно использовать обычные пиленые рейки, но конструкции из них быстрее гниют. Заготовки для катиски не красят и не обрабатывают никакими химикатами, препятствующими гниению. Наоборот, наиболее уловистой снасть становится, когда свежее дерево как следует потемнеет в воде, приняв цвет, наиболее привычный для обитателей водоема.

Для прочности в двух местах (для самых высоких ловушек – в трех) центральную камеру опоясывают стяжки из гибких прутьев краснотала, вплетенных между кольями или рейками. На каждую стяжку достаточно 3–4 рядов прутьев.

Катиска должна иметь максимально скругленную форму без углов. Размеры произвольные, но камера катиски должна быть достаточно объемистой и не затемненной, светлой, для чего между колышками или рейками оставляют максимально возможные промежутки, примерно в 2 пальца, но при этом такие, чтобы предполагаемые объекты ловли не смогли проскользнуть в щели.

Для зимней ловли катиску сооружают заранее, осенью. На небольшой глубине можно соорудить катиску и после ледостава в прорубленной по ее форме майне, точно так же, как ханты-мансийские котцы. На реках накануне ледохода имеет смысл извлечь снасть. Не всегда это удается, но низкая себестоимость катисок позволяет смириться с потерями.

Рис. 65. Современная финская катиска (сетная).

Относительно недавно стали появились сетные катиски, натянутые на каркас из металлических прутьев, к тому же закрытые сетью и сверху и снизу – то есть такие катиски перешли уже в категорию не стационарных, а мобильных ловушек, и область их применения стала гораздо шире – например, катиски спускают под лед большой глубине.

Фактически, мы имеем дело уже не с архаичной катиской – с современной вершей особой, сердцеобразной формы. До конца оценить все плюсы и минусы таких нововведений еще предстоит, но главный вывод можно сделать уже сейчас: старинные снасти – там, где запретами им не мешают развиваться и совершенствоваться, вполне способны шагать в ногу с веком.

Ловля ледяными ловушками

«Рукавами» или «ледяными рукавами» называются оригинальные ловушковые снасти. Другое их название – «ледяные котцы».

Оригинальность в том, что для создания ловушки не используется ни сетное полотно, ни ивовые прутья, – материалом служит лед. Ловля производится в зимнее время, когда некоторые мелководные и глухие водоемы настолько промерзают, что рыба начинает задыхаться и гибнуть.

Рис. 66. Лов рыбы „рукавами»: 1 – прорубь; 2 – горловина; 3 – рукава.

И ловля служит двум целям: во-первых, конечно же, приносит улов. А во-вторых, что не менее важно, сохраняет рыбу от замора.

Для этого нужно сделать несколько прорубей во льду (пешней либо же ледобуром самого большого диаметра). Если кислородный режим в озере или пруде вовсе уж плох и подводные обитатели на грани гибели, то рыба бросается к прорубям почти сразу. Но гораздо чаще случается так, что кислородное голодание еще не слишком сильное, и наверх поднимается только мелочь. Крупные же экземпляры, хоть и ощущают недостаток кислорода, но не настолько, чтобы позабыть об осторожности.

В таком случае, чтобы не дежурить долгие часы с сачком у прорубей, пешней вырубается во льду углубление в форме рукавов (рис. 21). Затем это углубление соединяют небольшой горловиной с прорубью.

После того прорубь от очищают от осколков льда и маскируют, даже если ловля происходит на совершенно безлюдных водоемах (крупная рыба зачастую поднимается подышать только в темноте), – ловушка сверху заваливается еловым лапником в несколько слоев. Обычно «рукава» проверяются на следующий день, и если ночью ожидается мороз, то имеет смысл засыпать снасть поверх лапника толстым слоем рыхлого снега.

Рыба, почувствовав приток свежего воздуха, поднимается в прорубь и через горловину заходит в «рукава», где ее без труда можно будет выбрать сачком.

Размеры «рукавов» произвольные, но всегда надо соизмерять их с толщиной льда и величиной ожидаемой рыбы. В тех местах, где с большой вероятностью может всплыть карп в несколько килограммов весом, размах снасти достигает 2,5–3 м, а глубина – 60–70 см (если, конечно, позволяет толщина льда). В остальных случаях можно обойтись вдвое меньшими размерами, долбить лед – дело достаточно трудоемкое.

Для того, чтобы добыть мелочь для насадки, «рукава» делают миниатюрными, и вместо проруби сверлят лунку диаметром 130 мм, рядом, почти вплотную, – вторую, не просверливая ее до конца. Перемычку между лунками частично разрушают – чтобы вода заполнила вторую лунку и туда могла заходить рыбья мелочь, поднявшаяся в поисках кислорода. На больших водоемах наловить живцов такими «мини-рукавами» трудно, лучше всего они работают на небольших заморных прудиках (если там водятся караси, а не ротаны), либо на прудах, где обитает в больших количествах верховка.

Есть еще два более упрощенных в сравнении с «рукавами» варианта ледяных ловушек.

1. В той части водоема, где концентрируется рыба, испытывающая недостаток кислорода, во льду вырубается прямоугольная яма размерами 1,5хЗ метра, а глубиной почти во всю толщину льда. Вычерпав из ямы ледяные обломки, в одном ее углу прорубают круглое сквозное отверстие диаметром 30 см, через которое поступает вода и заходит рыба. Прежде чем спустя какое-то время доставать сачком добычу, имеет смысл заткнуть чем-либо входное отверстие – связкой хвороста, другим сачком и т. д.

2. Второй способ более активный и требует присутствия рыболова. Во льду прорубаются две проруби на расстоянии 1,5–2 м одна от другой. Их соединяют желобом, выдолбленным во льду на глубину около четверти толщины льда. В одну из прорубей вставляется круглая корзина или рыболовный садок. Ловец гонит по желобу лопатой воду от свободной проруби к той, где имеется корзина. Образующееся течение захватывает находящуюся вблизи майны рыбу, вынуждая ее зайти в прорубь, а затем по желобу в ловушку.

К сожалению, глобальное потепление климата привело к тому, что все реже в Северо-Западном регионе случаются зимы, когда толщина льда позволяет применять эти простые и добычливые способы лова.

После публикации моей книги «Подъемники. Ловушки. Кастинговые сети», где были описаны изготовляемые изо льда ловушки, некоторые читатели задавали резонный вопрос: не является ли браконьерством лов ими? Ведь в правилах они не упоминаются – а все, что не упоминается, у нас считается запрещенным.

Ну что тут ответить… Можно лишь предложить рыбинспектору изъять снасть и представить в суд по административным делам в качестве вещественного доказательства. Снастью, как я понимаю, не может считаться отсутствие чего-либо – в данном случае отсутствие льда в полостях определенной формы.

И тут же вставал вопрос номер два: а как быть с ловлей во время замора? Уж она-то запрещена безусловно!

Вопрос не новый. Ловля рыбы, испытывающей кислородное голодание, всегда была камнем преткновения.

Например, стандартная ситуация: мирный и безобидный рыболов-мормышечник пробурит пару лунок, размотает удочки, выудит несколько окуньков, и тут появляются инспекторы рыбнадзора, радостно заявляющие: водоем заморный, ловить нельзя! Готовь деньги для штрафа, гражданин-товарищ!

Какой-такой замор? – недоумевает гражданин-товарищ. Из чего это видно? Где плакаты, запрещающие ловлю? Где всплывшая погибшая рыба? Где работы по спасению не успевшей погибнуть? Ответов нет. Есть составленный протокол, а в ближайшей перспективе – квитанция на уплату штрафа.

Вариант номер два: на озере и в самом деле замор, рыба гибнет массами. И совершенно посторонние люди, даже не рыболовы, гуляют мимо – и собирают в мешочек всплывших рыбешек – кошку накормить, например. И тут, как кавалерия из-за холма, налетает доблестная рыбоохрана: попались, браконьеры проклятые! «Улов», собранный «проклятыми браконьерами», изучается чуть ли не с лупой, а потом начинается занимательная арифметика: за каждого всплывшего лещика с пятачок размером – 25 рублей штрафа, за каждого окунька с мизинец – 17, ну а уж если подобрал щучку в половину карандаша длиной – будь любезен, возмести государству полновесный ущерб – четверть тысячи. Побледневшие «браконьеры» хватаются за голову и проклинают своего прожорливого кота.

Думаете, преувеличиваю? Перегибаю, так сказать, палку? Нет, примеры вполне реальные, взяты из писем, пришедших некогда в редакцию журнала «Рыболов». Времена тогда стояли перестроечные, на дворе бушевала гласность, – борьба с самоуправством чиновников была в большой моде. И редакция журнала попросила двух независимых экспертов – юриста и биолога – осветить вопрос. Объяснить народу: что есть замор и можно ли ловить на заморных водоемах?

И вот что ответили народу кандидат юридических наук А. Плешаков и кандидат биологических наук В. Козлов (ответ их актуален до сих пор: законодательные и подзаконные акты, касавшиеся проблемы, почти не изменились), основные тезисы их статьи можно свести к нескольким пунктам:

1. Недостаток кислорода рыбы ощущают практически во всех покрытых льдом непроточных или слабопроточных водоемах. В большей или меньшей степени, но ощущают. Во всех. Но если в одних случаях рыба просто собирается к источникам кислорода: к прорубям и майнам, подводным ключам, устьям впадающих ручьев, – то в других случаях массово гибнет. Поэтому биологи четко разделяют собственно замор (сопровождающийся массовой гибелью рыбы), и предзаморное состояние.

2. Но поскольку берегущим природу чиновникам наука не указ, то с юридической точки зрения замор на водоеме начинается с того момента, когда о том объявит бассейновое управление Главрыбвода. Причем не просто объявит «между своими», но и оповестит население: в СМИ и установленными на берегах плакатами.

3. В водоемах, объявленных заморными, ловить рыбу можно, но только получив разрешение все тех же чиновников. (В те годы разрешалось это лишь предприятиям, организациям и колхозам, а при возникновении замора в водоемах, не используемых рыбной промышленностью, – также спортивным обществам. В 2000-х годах и частные граждане получили право ловить на заморных и отшнуровавшихся водоемах, причем даже с применением сетных и ловушковых орудий лова.)

4. Даже если упомянутое разрешение отсутствует, собирать погибшую рыбу на заморных водоемах можно. Вот почему: вести речь о ловле рыбы в заморном (неживом или снулом) состоянии нельзя. Законодательные и нормативные акты подразумевают под ловом рыбы процесс добычи (поимки) живой рыбы, находящейся в водоеме. Следовательно, неживую рыбу, с точки зрения правовых установлений, можно лишь собирать. Таким образом, сбор заморной рыбы не содержит признаков браконьерства (незаконной ловли) и не должен подлежать ответственности ни в административном, ни в уголовном порядке. Другое дело, если замор произошел в рыбопитомнике, на пруду рыбоводного хозяйства и т. д. У разводимой там рыбы есть собственник, по заявлению которого может быть возбуждено дело по иной статье: кража. В водоемах же общего пользования можно собирать, сколько сумеешь вывезти: даже нормы вылова не действуют.

Общий вывод: большинство штрафов, наложенных за ловлю или сбор рыбы в период зимнего замора, можно оспорить в суде по административным делам и добиться отмены. Вопрос в другом: стоит ли овчинка выделки? Таскаться по судам, нанимать адвоката (либо самому вникать в тонкости законов и подзаконных актов), терять время, нервы, деньги… Наверное, проще пробить майны на удаленном небольшом пруду или озере – от заморов они страдают сильно, но поле зрения чиновников Главрыбвода при этом не попадают. Пробить, и помочь рыбе в трудный период. Ну и получить вознаграждение за труды, естественно.

Зимняя ловля подъемниками

Подъемниками, как и следует из названия, именуют все саки, которые при вынимании движутся вертикально вверх, захватывая проплывавшую над ними рыбу.

Подъемников изобретательными рыболовами придумано множество видов и типов, различающихся размерами, ячеей, величиной провиса сети и способами подъема.

Но, как бы ни различались между собой подъемники, один принцип в их работе остается неизменным: чем больше площадь снасти, тем она уловистей. При зимней ловле этот принцип делает фактически невозможной ловлю летними подъемниками, предназначенными для крупной рыбы. Например, в либеральной Карелии любителям разрешена ловля подъемниками размером 2х2 метра. Это ж сколько льда надо вырубить или выпилить! Ведь майна рубится не впритык, она должна превышать подъемник по размеру, чтобы рыба не успела уйти из зацепившейся за край льда снасти.

Поэтому рыболовы используют обычные подъемники небольших размеров, для ловли живцов, держащихся многочисленными густыми стаями, – вырубая во льду круглые майны и используя небольшие и мелкоячеистые снасти на круглом обруче (квадратным обручем зацепиться за лед гораздо проще.

Специальный зимний тип подъемников – т. н. «зонтики» – можно протянуть в обычную, ледобуром пробуренную лунку, каркас «зонтика» при подъеме складывается в полном соответствии с названием.

Рис. 67. Подъемник-«зонтик» конструкции В. Золотарева: 1 – медная шайба диаметром 40 мм; 2 – спицы длиной 480 мм из проволоки диаметром 5 мм, подвижно соединенные с шайбой; 3 – леска, соединяющая концы спиц; 4 – стропы; 5 – тяговый шнур.

Применяют «зонтик» опять же для ловли живцов. Снастью увеличенного размера можно зацепить и крупную рыбу, но ловля получается малоэффективная: подвижность рыб зимой куда меньше, чем в сезон открытой воды, и поднятый наугад «зонтик» имеет мало шансов оказаться с добычей – удачно ловить можно только весной, по последнему льду, когда рыба сбивается в густые косяки.

Любопытную гибридную снасть придумали амурские рыбаки – она сочетает черты подъемника-«зонтика» и рыболовного экрана и носит в народе название «хапуга» или «хапужка».

Принцип ловли «хапугой» следующий: сетное основание, горизонтально растянутое по принципу «зонтика», лежит на дне, а вертикально стоящие (на манер экранов-«косынок») крылья останавливают и задерживают плывущую над снастью рыбу.

«Хапуга» – снасть активная: рыболов наблюдает за поплавком, связанным леской с крыльями, и едва увидит, что в снасть зашла рыба и ударилась в крыло – резким движением поднимает хапугу. Рыба при этом либо запутывается в крыле, либо подхватывается сложившимся подъемником.

Рис. 68. Амурская «хапуга» конструкции Г. Белокурова, горизонтальная часть (А) и снасть в сборе (Б): 1 – пружины; 2 – центральный груз, 3 – горизонтальная сеть подъемника; 4 – прутья каркаса; 5 – тяговый шнур; 6 – поплавок; 7 – вертикальное крыло.

Устроена «хапуга» достаточно сложно и требует при изготовлении большой тщательности. Известно много конструкций «хапуг». Изображенная на рис. 68 конструкция, названная автором «хапуга-паук», максимально отвечает, на мой взгляд, критерию простота/уловистость.

Важнейшие элементы изображенной «хапуги» – четыре пружины (1), наглухо заделанные в центральный груз. Именно они раскрывают на дне снасть в горизонтальное положение и не должны помешать ей захлопнуться при резком подъеме. Если учесть, что четыре прутка каркаса (4) тоже заделаны в пружины наглухо и снасть в транспортном положении находится с напряженными (согнутыми под углом 90°) пружинами, то ясно, насколько важны надежность этого элемента и тщательный подбор пружин с нужными характеристиками.

Сеть горизонтальной основы (3) – нитяная, с ячеей 30 мм, четыре треугольных крыла лучше делать из лесковой сети. Необходимо, чтобы пружины, сгибаясь при подъеме, не «закусывали» горизонтальную сеть и не мешали ей провисать в виде мешка, куда скатывается рыба. Для этого витки пружин обматывают черной изолентой на матерчатой основе (такая лента лучше выдерживает мороз, чем пластиковая).

Центральный груз (2) отливается из свинца в форме плоского цилиндра, вес его зависит от габаритов снасти, глубины и течения в месте ловли. Концы пружин помещаются в форму перед отливкой, т. е. деталь одноразовая, служит до поломки одной из пружин. К грузу крепится центральная леска, соединяющая его с поплавком (6), растягивающим своей подъемной силой всю вертикальную часть конструкции. Кроме того, на центральную леску посажены своими вертикальными катетами крылья-треугольники.

Еще одна важная деталь – тяги из лески диаметром 0,5 мм в количестве 4 штук (на рисунке не отмечены). Каждая тяга привязана к внешнему концу одного прутка, затем свободно протянута сквозь боковые ячейки горизонтальной сети к концу следующего прутка, продернута сквозь укрепленное там небольшое проволочное кольцо, затем так же свободно протянута сквозь ячейки крыла (его «гипотенузы»), сквозь отверстие в поплавке. Над поплавком четыре тяги связываются в один узел и к ему крепится тяговый шнур (5). Центральная леска крепится к поплавку и с тяговым шнуром не соединена. Главное условие правильной работы снасти – тяги должны свободно, без сопротивления скользить сквозь ячейки сети, сквозь кольцо и поплавок.

Добывается «хапугой» любая речная и озерная рыба, не впадающая в спячку, движущаяся по водоему. Естественно, ловля на Амуре разрешена лишь при наличии лицензии, получаемой в органах рыбоохраны. Лишь для пойменных озер, населенных карасем и ротаном, делается исключение в период заморов; карасей ловят по ночам, освещая лунки фонарями – свет дополнительно привлекает в снасть рыбу.

Часть вторая Рыбы и особенности их зимней ловли

Образ жизни

Альфред Брем, судя по всему, судака и берша различал плохо – по крайней мере, в его «Жизни животных» бершу посвящены следующие строки:

«Бёрш, или волжский судак (Stizostedion volgensis) любит глубокую, чистую, проточную воду, держится большей частью в нижних слоях воды и только во время метания икры, между апрелем и июнем, он появляется на более мелких береговых местах, поросших водяными растениями. Здесь он откладывает свою икру. Будучи необычайно хищной рыбой, губящей всех мелких рыбок и не щадящей даже собственной детворы, он растет необыкновенно быстро. Плодовитость его значительна».

Современные ихтиологи поправляют классика: берш (Lucioperca volgensis) совершенно отдельный вид, хоть и относится к тому же роду семейства Окуневые, что и судак, а мифического «волжского судака» не существует. Необычайная хищность и необыкновенно быстрый рост берша, отмеченные Бремом, – тоже мифы.

Хотя внешнее сходство с судаком и в самом деле имеется, причем немалое: многие рыболовы, не встречавшиеся ранее с бершом, поймав, принимают его за небольшого судака. Нередки ошибочные утверждения, что берш – природный гибрид, продукт случайного скрещивания судака и окуня.

Однако у берша нет клыков в челюстях, заметных даже у молодых судачков, и вообще пасть несколько меньшего размера, а жаберные крышки сплошь покрыты чешуей. В озере Балхаш, где мне впервые довелось встретится с бершом, он к тому же отличается от молодых судаков массивным телосложением и более яркой, насыщенной окраской, с гораздо четче выраженными полосами (закономерность эта в других местах может не проявляться – в белесой, мутноватой воде Балхаша многие рыбы имеют окраску, несколько отличную от обычной).

Балхашский берш, коли уж о нем зашла речь, – вообще рыба достаточно загадочная. Озеро Балхаш в ареале обитания берша никогда не числилось, и акклиматизация его там не проводилась. Знакомый ихтиолог пытался даже убедить меня, что местные рыболовы ошибочно именуют бершом другую рыбу – балхашского окуня (Perca schrenki). Не убедил – балшахский окунь вообще полос не имеет, к тому же к 80-м годам ХХ века практически исчез, не выдержав конкуренции с вселенным в озеро и бурно размножившимся судаком, – занесен в международную Красную книгу и встречается, вопреки названию, лишь в Алакольских озерах.

Остается предположить, что берш в Балхаше случайный переселенец, «безбилетный попутчик» – его мальки либо сеголетки в небольшом количестве попали в озеро при вселении судака. Относительная немногочисленность балхашского берша в сравнении с судаком подтверждает эту догадку.

Коренное же местообитание берша – бассейн Волги (с реками Кама и Вятка), Урала, Дона, Днепра, Буга, Днестра и Дуная. Глобальное потепление привело к тому, что ареал этой теплолюбивой рыбы постепенно расширяется в сторону севера: например, спиннингисты и удильщики все чаще сообщают об удачной ловле берша в Москве-реке и на подмосковных водохранилищах, где лет двадцать-тридцать назад он был большой редкостью.

Берш гораздо меньше родственника-судака, его максимальная длина в единичных случаях достигает полуметра, а вес полутора килограммов. Впрочем, в последние годы появились сообщения, что берши в Каме и на Средней Волге несколько прибавили в размере и весе: причиной тому послужила каспийская тюлька, образовавшая в Куйбышевском водохранилище многочисленную пресноводную популяцию, не уходящую в море, – кормовая база для волжско-камских бершей сложилась исключительно благоприятная.

Питается берш преимущественно рыбой, несколько реже – ракообразными и другими водными беспозвоночными. На озере Балхаше например, при ловле раков (ночью, на мелководье с фонариком) достаточно часто можно встретить бершей, охотящихся за молодыми мелкими раками и за их старшими родственниками, сбросившими на время линьки свои доспехи.

Надо сказать, что мое знакомство с бершом исчерпывающим назвать трудно: на северо-западе России, где прошла большая часть моей рыболовной карьеры, эта рыба не водится, а в Балхаше, ввиду малочисленности берша, специальной, на него направленной ловли не существует: крупные экземпляры попадаются при ловле судака на резку, мелочь клюет изредка на червя при ужении подлещиков или балхашской воблы[1]; в качестве прилова попадается берш в неводы и ставные сети.

Поэтому обзор методов зимней ловли сделан в основном по сообщениям донских и волжских рыболовов, публикуемым, хоть и не слишком часто, в рыболовно-спортивной периодике.

Ловля на мормышку

Берш – рыба глубоководная, держится в речных ямах (непременно с течением) на глубинах 8-10 метров, и на достаточно глубоких участках водохранилищ, на мелководье почти не встречается. Порой рыболовам случается находить стаи активно клюющих бершей и на пятнадцатиметровой глубине. Для кормежки берш иногда выходит на подводные бровки, расположенные на меньшей глубине (4–5 м), в водохранилищах – на склоны затопленных русел рек, туда, где имеются подводные течения. Там, на склонах, берша ловят в отвес на мормышку, как зимой, так и летом.

Большая глубина и течения заставляют применять для поимки берша очень тяжелые самодельные мормышки, именуемые в одних местах «конусами», в других «пульками», иногда «стукалками».

Рис. 70. Мормышка «конус» с крючком, замаскированным красной шерстью.

«Конусы» и «пульки» бывают, как и настоящие пули для нарезного оружия, оболочечными и безоболочечными. Для изготовления первых заготовки из белой жести, латуни или меди толщиной 0,3–0,5 миллиметра сгибаются «фунтиком». Затем на расстоянии 5 миллиметров от основания пробивают иглой или шилом сквозное отверстие диаметром 1 миллиметр, в которое вставляют проволоку диаметром 0,8 миллиметра: она не только формирует будущее отверстие для лески, но и не дает конусу развернуться. В вершину конуса устанавливают крючок № 8,5– 10, желательно с облуженным цевьем, после чего полость заливают свинцом или оловом. Извлекают проволоку, устраняют мелкие дефекты литья, – и мормышка готова.

Второй, безоболочечный вариант изготавливается еще проще: оболочка конуса делается из любого подручного материала: фольги, плотной бумаги, тонкого пластика, – а после остывания мормышки оболочка удаляется. Можно отливать мормышки в многоразовых разборных формах. Такие же мормышки (иногда увеличенные до 50–70 мм) используют и при других видах рыбалки: при ловле хищников с лодки плавом, при зимнем ужении налима и судака, даже забрасывают спиннингом в местах, где часто случаются зацепы и обрывы блесен.

При ловле берша на крючок «пульки» насаживается 2–3 червя, малек или небольшая резка (кусочек рыбки). Леска на удочку ставится 0,2 мм, но если существует большая вероятность поклевки судака, стоит применять леску 0,3 мм. Волжские рыболовы (Куйбышевское водохранилище) советуют при ловле на течении привязывать в 25–30 см выше мормышки легкую блесенку на поводке с вертлюжком – ее блеск и игра на течении привлекают берша к насаженной мормышке.

Некоторые рыболовы мормышку не используют, а ловят на оснастку из двух крючков и съемного грузила (вес его подбирается в зависимости от течения на месте ловли). Сигнализатором поклевки служит кивок, насадка – половинка тюльки.

По сообщениям с низовьев Волги, в солнечные дни стаи бершей выходят на мелкие (для этой рыбы) места в 2–3 м глубиной, непременно с песчаным дном. Там их ловят на мормышки массой 3–5 г, иногда с маскировкой крючка пучком шерсти. Приманкой, кроме перечисленных выше, служит также мотыль.

Приемы игры мормышками известны весьма разнообразные, и рыболову стоит самому определять наиболее подходящие, исходя из местных условий.

Ловля на зимние блесны и балансиры

Волжско-камский берш предпочитает блесны с одинарным крючком № 8, сходные с окуневыми и длиной до 40–50 мм. Блесну опускают так, чтобы она оказалась в 10–15 см от дна, затем рывком поднимают на 1 метр и дают ей падать 10–20 секунд. В низовьях Волги рыболовы используют мелкие блесны – окуневые, двухсторонние, с преобладанием светлых тонов, и утверждают, что лучше всего берш реагирует на приманки лимонного или оранжевого цвета.

По сообщениям донских рыболовов, они успешно ловят берша примерно такими же блеснами, а также балансирами – теми же, что используют для охоты за окунем, длиной не более 30–35 мм.

При вялом клеве на крючки блесен подсаживают небольшую, не ухудшающую игру резку, непременно с сохраненной чешуей. Часто клев берша бывает весьма осторожным, поэтому на удочке для отвесного блеснения обязательно наличие кивка – с ним проще увидеть хватку рыбы.

При ловле на относительном мелководье берш осторожен, и лишний шум может отогнать стаю. На глубинах свыше 10 метров соблюдение тишины уже не обязательно для успешной рыбалки.

Плохая погода бершей не пугает, и они неплохо ловятся в морозы, в метель и в снегопад, при низком атмосферном давлении; однако резкие изменения температуры и давления могут прервать клев на 2–3 дня.

Образ жизни

Голавль – рыба семейства Карповые, весьма уважаемая рыболовами. Рыбаки, в совершенстве освоившие тот или иной вид охоты на голавля, свысока посматривают на своих коллег, промышляющих плотвичек, густерок и прочих подлещиков. Основания для высокой самооценки у «голавлятников» есть, и дело не только во внушительных размерах их добычи (хотя голавль в наших водах достигает длины 80 см, а массы 5 кг и более). Голавль водится не везде, популяции его относительно малочисленные; к тому же рыба весьма осторожная, грубых снастей чурается, – в общем, есть чем гордиться рыбаку, сумевшему вывести бурно сопротивляющегося голавля на тонкой леске или накрывшему пугливую рыбину снайперским броском кастинговой сети.

Обитает голавль в средних и малых реках (в речушки, более напоминающие ручьи, заходит редко и ненадолго, в полую воду, и быстро скатывается обратно). Предпочитает эта рыба реки с быстрым и средним течением, но такие, где быстрины соседствуют с тиховодными омутами и заводями. Воду голавль предпочитает умеренно холодную: медленно текущие по равнинам реки, мутноватые и теплые, он избегает. Однако же многочислен в верхнем течении тех же рек, за исключением самых верховьев, родниковых истоков, излюбленных форелью, – там для голавля все же холодновато.

Хищником голавля назвать нельзя, скорее он всеядная рыба: с одинаковым аппетитом употребляет и насекомых, и их личинки, и ракообразных, крупных и мелких, и рыбью мелочь, и червей, и моллюсков. Однако растительную пищу недолюбливает: лишь молодые голавлики попадаются на тесто или хлебный мякиш, – в основном случайно, при ловле, ориентированной на других рыб. Хотя в рыболовной литературе можно встретить сообщения об успешной ловле голавлей на макароны, на молодой недоваренный картофель, на всевозможные ягоды, в том числе на вишню. Но мне среди голавлей заядлые вегетарианцы не попадались.

Способов ловли голавля достаточно много, но подавляющее большинство их применяется в сезон открытой воды. Однако, поскольку в зимнюю спячку голавли не впадают, можно добывать их и подо льдом…

Зимняя ловля на мормышку

Много лет считалось, что специальной зимней ловли голавля не существует, лишь изредка, в основном по перволедью, попадаются на мормышку или маленькую окуневую блесну случайные экземпляры. Однако в наше время все чаще поступают сообщения от рыболовов, целенаправленно ловящих зимой именно голавлей, причем крупных.

Возможно, причиной изменения голавлиных привычек стало глобальное потепление, вообще внесшее немало изменений в уклад жизни подводных обитателей. Но не исключен и другой вариант: крупные голавли клевали зимой всегда, просто редко попадались. Дело в том, что подо льдом голавли прекращают летне-осеннюю охоту за мелкими рыбешками и вновь переходят на питание водными насекомыми и беспозвоночными. Соответственно, поклевки их чаще всего происходят на удочку с мормышкой. Раньше, при поклевке голавля в 1–2 кг, следовал обрыв тоненькой лески, рассчитанной на плотву и окуня, и огорченные рыболовы начинали гадать, кто ее оборвал: лещ, огромный окунь, щука… – не догадываясь, что имели дело с голавлем. Сейчас же в продаже появилось достаточно качественных тонких лесок, не настораживающих осторожную рыбину, и в то же время позволяющих успешно с ней побороться.

Известный рыболов Юсупов из г. Энгельса свидетельствует, что его коллеги со Средней Волги ловят голавлей на протяжении всей зимы, даже в достаточно сильные морозы (при –20° и ниже). Прекращается клев голавля лишь в феврале, что, очевидно, связано с кислородным режимом водоемов.

Ищут и ловят голавлей волжские рыболовы в не очень широких и не слишком глубоких протоках с умеренным течением. Для стоянки и зимовки голавль выбирает глубокие места в прибрежной зоне, кормиться выходит на расположенные поблизости отмели и косы, нередко с явно выраженными неровностями дна и обязательно с течением. На глубинах 2,5–4 метра стоят в основном небольшие и средней величины голавли (до 400–500 г), более крупные предпочитают уйти пониже, на глубину 5–6 метров.

Ловля происходит на мормышку без насадки, с леской диаметром 0,15-0,17 мм, позволяющей при определенных навыках вываживать и вытаскивать рыб до 2 кг весом. Причем замечено, что при увеличении толщины лески до 0,02 мм поклевки прекращаются – голавль и зимой не теряет свою знаменитую осторожность.

Мормышки волжские рыболовы используют шаровидные свинцовые, размером от 6 до 10 мм, в зависимости от силы течения (в волжских протоках оно меняется непредсказуемо, даже, вернее сказать, – по воле работников гидроэлектростанций). При самом сильном течении используются мормышки из вольфрама. Для мормышек разного веса используются разные кивки, с разной степенью гибкости – клюет голавль зимой аккуратно, и чуткость снасти необходима для успешной подсечки.

Мормышки оснащаются одинарным крючком № 5, на цевье которого надевают кембрик длиной 4,5–5 мм белого или желтого цвета.

Играть безнасадочной мормышкой, по словам Юсупова, следует так же, как и при ловле окуня, но есть и некоторые отличия: «У меня рыба берет только на подъеме приманки. В отличие от окуня, который нередко атакует мормышку и вполводы, и даже у кромки льда, голавль зимой берет только у дна, не выше 20–30 см от него. Нередко поклевку рыбы вызывают не обычные колебания приманки по вертикали, а горизонтальные. Для этого удочку держу в руках вертикально, кивком вниз, и поднимаю мормышку, заставляя ее колебаться по горизонтали».

Последнее условие, необходимое для поимки зимой крупного голавля – осторожность. Ловля эта не для больших и шумных компаний: частый шум ледобуров, шаги, удары различными предметами по льду и громкие разговоры надолго отпугивают голавлей от места ловли, и в улове в лучшем случае могут оказаться лишь небольшие, до 400 г, голавлики. Лунка затемняется на относительно неглубоких местах всегда, а на б льших глубинах (5 и более метров) уже после поклевки крупного голавля, при вываживании, в лунку отправляют ногой заранее подготовленный холмик мягкого снега – иначе у почти побежденной рыбины, напуганной ярким светом, может открыться у самой кромки льда «второе дыхание», и внезапным сильным рывком она оборвет леску либо вырвет небольшой крючок из мягких тканей рта.

Густерой отнюдь не везде называют ближайшую родственницу леща. В некоторых регионах, на Дону, например, густерой именуют жилую, речную плотву (в отличие от заходящей из моря тарани), а настоящую густеру зовут ласкиркой – совершенно ошибочно, живущий в море ласкирь не приходится ей даже дальним родственником.

В средней полосе многие малоопытные рыболовы упорно называют густеру подлещиком (отчасти из соображений престижа: леща, хоть и небольшого, ловить как-то почетнее), а на Верхней Волге – «лаврушкой».

Густера действительно внешне напоминает подлещика, но если приглядеться внимательнее, нетрудно заметить отличия: грудные и брюшные плавники густеры у основания имеют красноватый оттенок, а у леща все плавники серые; в спинном плавнике у нее восемь лучей (у леща девять), чешуя и глаза крупнее. К тому же у подлещика по мере роста чешуя начинает желтеть, а крупная густера так и остается серебристой с синеватым отливом.

Мнения о достоинствах густеры у рыболовов-любителей бытуют самые противоречивые. Одни считают, что ловля густеры по-своему весьма увлекательна, а по вкусовым качествам эта рыба не уступает подлещику. Другие густеру совершенно не уважают, нередко доводится слышать такие высказывания: «Тощая, костей в ней больше, чем мяса!», «Густеру в котел положить – уху испортить!», «Стая густеры подвалила – меняй место, леща не дождешься!»

Отчасти правы и те, и другие. Мясо густеры и в самом деле для ухи не пригодно, горчит, особенно летом, когда растительная пища составляет значительную часть в рационе густерок. Но ведь «грешат» этим и другие карповые – и плотва, и красноперка. А завяленная крупная густера свои кулинарные недостатки полностью теряет, и действительно может потягаться вкусом с подлещиком. Удильщика, нацеленного на крупную рыбу, крайне раздражает мелкая, десятисантиметровая густера, постоянно теребящая насадку; да и любитель ловли сетями не обрадуется, когда вытащит «путанку», набитую густерой: вроде рыбы и много, а взвесишь улов – кошкины слезы. Тело у густеры очень высокое, и сплющено с боков даже сильнее, чем у леща, – и в сеть с достаточно крупной ячеей путаются рыбы незначительного веса. А времени, чтобы выпутать каждую густерку (особенно из трехстенной сети), уходит изрядно, и рыбак лишь понуро матерится: «Опять, б…, бумаги наловил…»

Однако пренебрежительно к густере можно относиться там, где много другой, лучшей рыбы. На водоемах близи мегаполисов (на подмосковных водохранилищах, например) густера вполне желанный гость в рыболовных садках.

К тому же густера зимой менее чувствительна к ухудшению кислородного режима и иногда, в глухозимье, спасает любителей подледного ужения от безрыбного и бесславного возвращения домой: плотва и окунь не клюют, щуки и судаки лишь мнут живца на жерлицах, и кажется, что пора сматывать удочки, – однако вдруг кивок согнулся, медленно выпрямился, или же «задробил» в лунке поплавок, – и вот уже на льду вяло кувыркается увесистая густерка… И, надо заметить, что в такие моменты выглядит густера совсем не тощей и не костлявой.

Но, без сомнения, любителям побороться с крупной и сильной рыбой, поводить ее на тонкой снасти – в общем, получить порцию адреналина – с густерой связываться не стоит. Растет она медленно, и поймать в наше время густеру тяжелее полукилограмма – большая удача. Про адреналин и говорить нечего – если прицепить к крючку кусок фанеры, сопротивление при вытаскивании он окажет примерно той же силы, что и густера.

Густера держится в местах с тихим течением, в речных заливах и плесах; в относительно неглубоких озерах собирается в ямах с илистым или глинистым дном, в больших и глубоких озерах и в водохранилищах редко уходит на глубину, превышающую 8-10 метров.

Специальное подледное ужение густеры бывает лишь весной, по последнему льду, когда эта рыба собирается в достаточно густые преднерестовые стаи.

При ловле со льда применяют поплавочные удочки, позволяющие ловить из 2–3 рядом расположенных лунок. Оснастка мало чем отличается от аналогичной удочки для ловли плотвы: небольшой поплавок, огруженный так, чтобы находился ниже поверхности воды, концевое грузило, небольшой крючок и чуть выше на отдельном поводочке мормышка, тоже небольшая – рот у густеры маленький, да и распахивать его во всю ширь рыба не спешит, пробует насадку так, словно до конца испытывает сомнения: выплюнуть или все же проглотить? Поплавок при этом слегка подергивается, «дробит», а затем слегка притапливается или приподнимается (в зависимости от того, на крючок или на мормышку последовала поклевка) – тогда-то и надо подсекать.

Ловят густеру и на мормышку с кивком – мормышки в этом случае употребляют самые крохотные, шаровидные, с длинными крючками № 2 – № 2,5. Рыболовы разных регионов отмечают любопытный момент: густера клюет чаще, если нижняя часть мормышки темная, из окислившегося свинца без какого либо покрытия, а верхняя – блестящая (посеребренная или с покрытием из отполированной латунной фольги). Кивок применяется длинный и очень чувствительный, леска тонкая, диаметром 0,08 – 0,1 мм.

Если приходится ловить на течении или на большой глубине, лучше применять вольфрамовые мормышки, либо оснащать удочку двумя или даже тремя свинцовыми. Однако известны случаи, когда переход на вольфрамовые мормышки резко ухудшали клев густеры – рыба при поклевке пугалась подозрительно большого веса, оказывавшегося у нее во рту. Но одно ограничение при любых условиях необходимо соблюдать: нельзя увеличивать размер крючков и мормышек.

При слабом клеве случается, что густера лишь теребит, посасывает кончики свисающего с мормышки мотыля, создавая впечатление, что с насадкой шалят мальки или колюшка, иногда в таких случаях при резкой подсечке удается забагрить рыбу нижним крючком или нижней мормышкой (зацепленная за брюхо, густера идет боком, тяжело, и может показаться, что попалась куда более крупная рыба).

В таких случаях приходится насаживать одного мотыля «чулком» или применять личинки репейной моли – кое-что поймать удается, но рыбалка становится вовсе уж унылой.

Для более результативной ловли лунки следует прикармливать. Наиболее успешно можно приманить густеру мелким кормовым мотылем, но если в водоеме изобилует мелкий ерш, лучше применять растительные прикормки – иначе придется менять место.

Ловят густеру и на мормышку без насадки, привязывая к крючку шерстинки либо надевая разноцветные кусочки кембрика. Приемы игры следующие: сообщив мормышке самые мелкие колебания, ее медленно поднимают не выше чем на 15–20 см ото дна, затем так же медленно опускают, поклевки чаще всего происходят во время подъема. Ловля эта достаточно трудная – нелегко разглядеть среди колебаний кивка те, что свидетельствуют об осторожнейшей поклевке густеры.

Несмотря на очень осторожный клев, густера относится без подозрений к незнакомым предметам на дне, и прикормкой часто удается привлечь ее в складной подъемник-«зонтик», описанный на страницах этой книги, посвященных ловле живцов.

Успешно ловят густеру подо льдом и экранами-«косынками», но при этом необходимо соблюдать два правила: во-первых, применять косынки с крупной ячеей – 35, а еще лучше 40 мм, иначе в улове будет преобладать мелочь – густера с ее широким телом в мелкоячеистые сети не запутывается. Во-вторых, экраны надо осматривать часто, густера пугается своих собратьев, запутавшихся в сети и бьющихся. Еще лучше кроме тяговой лески (она крепится к концу прутка-грузила «косынки»), привязывать к верхней части сети вторую леску, сигнальную, и устанавливать на ней поплавок, находящийся в лунке чуть ниже поверхности воды – тогда ни одна попавшаяся рыба не останется незамеченной.

Сети специально для ловли густеры, по-моему, никто не ставит.

Ерш – самый мелкий из обитающих в наших водах представителей семейства Окуневые, далеко уступающий размером судаку, бершу и окуню: в длину эта небольшая донная рыбка желтовато-зеленоватого цвета, с темными крапинками по всему телу редко достигает более 12–15 сантиметров. Хотя классики рыболовной литературы не раз писали о «царских» ершах в фунт весом, в наше время встретить таких ершей-гигантов нереально, разве что в самых глухих углах, на водоемах, посещаемых раз в десять лет, – но кто же из рыбаков, добравшись с немалыми трудами на «рыбный клондайк», станет заниматься там ловлей ершей?

Ерша во многих местах именуют «хозяином» водоема – реки, озера, водохранилища, залива. И в самом деле, ведет он себя по-хозяйски: только-только рыболов настроится поудить лещей или крупную плотву, обустроит тщательно выбранное место, отправит в лунки обильную прикормку, – а ерши тут как тут, подходят густой стаей и деловито начинают потреблять прикормку, не обходят стороной и насадку удочек, но только мало радости, когда на крючке повиснет ерш-недомерок: глаза да хвост. Дождаться подхода приличной рыбы на месте, облюбованном «хозяевами», трудно, проще поискать новое, пожертвовав прикормку колючей братии. Очень редко ершиные поклевки прекращаются, и на прикормленном месте начинают ловиться подлещики или плотва. Скорее всего, мирные рыбы сами не в состоянии отогнать ершей-нахлебников, вооруженных острыми колючками, – и отступают те при виде какого-нибудь хищника (судака, щучки или налима), которому, в свою очередь, подлещики и крупная плотва не по зубам.

Доставляют ерши неприятности и любителям ловли переметами – наживлять эти снасти червями там, где больших количествах живут «хозяева», смысла нет: даже выползков те умудряются растрепать. И в сети, причем с крупной ячеей, умудряются порой запутываться ерши с палец длиной – непонятно, каким образом, но как-то запутываются, да еще и наматывают вокруг себя изрядный комок дели.

А с другой стороны, без ерша и уха не уха – так, рыбный супчик. В настоящую рыбацкую уху – двойную или тройную – всенепременно первым закладом идут ерши.

И в глухую зимнюю пору ерш выручает любителей поудить со льда: другие рыбы стоят на месте и практически не питаются, лишь ерши время от время соблазняются насаженной мотылем мормышкой.

Ерш отличается неприхотливостью: живет в больших реках и маленьких речках, в озерах и водохранилищах, в проточных прудах и в морских заливах, опресненных стоком больших рек, – но все же распространен не так широко, как его ближайший родственник окунь. Сильное течение ерши не переносят, и если на быстрых речках нет затонов, заливов, проток или стариц, искать там ершей бесполезно. Очень любят ерши донный ил, из которого добывают мотыля, главную свою пищу, – и в водоемах с каменистым и песчаным дном, без илистых участков, встречаются в значительно меньших количествах.

Ерш не любит теплой воды и солнечного света, поэтому излюбленные его стоянки – глубокие закоряженные ямы с родниками, бьющими со дна, в таких местах ерша можно встретить и зимой, и летом. Лишь весной, в период последнего мартовского и апрельского льда, многочисленные стаи ершей собираются на мелководье, – готовятся к нерестовому путешествию, которое предпринимают позже, в мутную полую воду. Нерестовый ход их, впрочем, совсем короткий, и ерши никогда не поднимаются в притоки и верховья.

Нерестится ерш довольно скрытно, наблюдать его нерест мне не доводилось. Зато отнерестившегося ерша обнаружить труда не составит: оголодавшие рыбы бродят по водоему большими стаями, набрасываясь на любую насадку. Самый лучший клев ершей, причем длящийся весь день, случается как раз после нереста, в апреле и начале мая. Позже, летом, ерши уже не так активны, и попадаются в больших количествах только в сумерках и ночью.

Рассказывать подробно об ужении ершей не стоит – там, где они водятся в достаточных количествах, их наловит кто угодно, даже человек, впервые взявший в руки удочку. Ерша, если уж он клюет, не смутят грубые снасти, несоразмерно большие крючки и тот факт, что червяк уже успел побывать во рту у полудюжины рыбешек и превратился в потрепанную шкурку, – поклевка все равно последует. Запоздалая подсечка тоже не повлияет на результат, лишь дольше придется вынимать крючок из глубоко заглотившей его рыбы.

Лишь самый мелкий, меньше мизинца ерш долго теребит насадку, дергает за кончик червя, не попадаясь на крючок, – угодив на стаю таких недомерков, стоит немедленно сменить место. Кроме поплавочных удочек, зимой ловят ершей на мормышку. Лучшая насадка – мотыль либо навозный червь. Но по последнему льду сгодятся и сероватые земляные черви (их весной уже можно откапывать в земле над теплотрассами), привередничать ерш не станет. Белых личинок – опарыша и репейника – ерш не жалует, и попадается на них изредка, когда сильно голоден.

Специальной ловлей ерша сетями и другими сетными орудиями не существует, лишь в качестве прилова он заходит в верши и мережи, выставленные на налима, если они с мелкой ячеей, и в плетеные ловушки. Но однажды мне довелось охотится с сетью именно за ершами на одном из озер Карельского перешейка. Ерши там попадались увесистые, по 150–200 граммов весом, но их многочисленные мелкие собратья немедленно атаковали любую опущенную на дно насадку – хороший улов принесла лишь сеть-одностенка с ячеей 27 мм, выставленная на восьмиметровую глубину. Странно с описанном случае то, что в соседних весьма похожих озерах (одно из них находилось буквально в нескольких сотнях метров) ерши попадались самые заурядные, 10–12 см длиной, и ни одного крупного выловить не удалось.

В качестве живца ершиков используют в основном зимой, когда раздобыть их легче, чем других мелких рыбешек. Хоть и считается, что щуки лучше попадаются на кружки и жерлицы, насаженные ершами (уколовшись о крючок, хищница якобы приписывает укол колючкам ерша), но все же летом рыбаки предпочитают насаживать более мягких и аппетитных рыбешек: пескариков, карасиков, плотвичек, – обращаясь к ершам лишь при недостатке других живцов.

Про подледную ловлю карасей лет тридцать назад никто и не вспоминал: считалось, что холодные месяцы карась проводит в спячке, зачастую закопавшись в ил, и начинает двигаться по водоему и попадаться на удочку, в сети и ловушки лишь после схода льда и прогревания воды.

Рис. 74. Караси: 1 – золотой; 2 – серебряный.

Но современные караси отчего-то изменили свои привычки, описанные классиками. Надо полагать, не только глобальное потепление климата тому причиной: температура воды зимой в водоеме остается неизменной, вне зависимости от того, какую температуру воздуха показывает термометр: минус пять или минус тридцать пять градусов. Хотя нельзя отрицать тот факт, что частые зимние оттепели должны способствовать активизации карася – в водоемы попадает талая вода, улучшая кислородный режим.

Возможно, что бытовавшая в девятнадцатом и двадцатом веке всеобщая уверенность в зимней спячке карася была ошибочной, – ведь и Брем, и Сабанеев писали о зимней ловле карасей в Якутии, а якутские зимы недаром считаются самыми суровыми в Евразии.

Как бы то ни было, сейчас карасей – в основном серебряных – активно ловят зимой в большинстве регионов, как удочками, так и сетями (по крайней мере в достаточно больших водоемах, в маленьких прудах карасей ловить зимой сетью нет смысла).

Зимнее ужение карася

Карась зимой ловится на удочку далеко не везде. Даже в одних и тех же климатических условиях одного и того же региона на одних водоемах караси клюют подо льдом, проявляя особенную активность в периоды перволедья и последнего льда, а на других озерах, карьерах и прудах – ни единой поклевки, хотя эхолот показывает стаи карасей, стоящих у дна и не зарывшихся в ил.

У нас, на водоемах Северо-запада, зимнее ужение карасей распространено мало, чаще всего караси попадаются на крючок или мормышку случайно, при ловле ротана – главной добычи зимних удильщиков на небольших непроточных водоемах.

Поэтому приведем обзор методов зимней ловли карася, сделанный по сообщениям рыболовов Украины и южных регионов России, – там занимаются подледной ловлей карасей значительно чаще, особенно после массового появления амурского серебряного карася.

На водоемах Краснодарского края подледное ужение серебряных карасей практикуется с середины 80-х годов, когда эти рыбы утратили привычку зарываться в ил и впадать в спячку, – зимой они продолжает активно кормиться, а значит – и клевать.

По наблюдениям краснодарских рыболовов, клев карася в течение зимы подвержен сильным колебаниям, но в иные дни продолжается с рассвета до захода солнца, достигая пика к полудню. В качестве приманки используется почти исключительно мотыль: крупный для насадки, мелкий – для прикормки. В те дни, когда на льду скапливается множество рыболовов, необходимость в прикормке отпадает: местные удильщики считают, что активизации клева способствует большое количество мотыля, попадающее в воду на крючках. Также рыболовами-краснодарцами замечено, что столпотворение и шум на льду не только не пугают карасей, но даже заметно улучшают результаты ловли.

Надо сказать, что выводы кубанских коллег мне представляются несколько спорными. Едва ли мотыль, используемый в качестве насадки, сможет сравниться численностью с мотылем, водящимся в водоеме и добываемом карасями из ила. Гораздо вероятнее, что рыбу привлекает «кислородная» прикормка, – т. е. улучшенная аэрация воды в тех местах, где лед густо усеян лунками.

Снасти применяются обычные: удочки с кивком или поплавком, оснащенные леской 0,10—0,12 миллиметра. Наиболее ходовые мормышки – небольшие «капельки» и «дробинки» из темного свинца без покрытия (свежеотлитые мормышки выдерживают до появления темного слоя окислов, либо искусственно чернят). Приемы игры мормышкой обычные.

Зимние поклевки краснодарских карасей осторожные, но уверенные: рыба разом всасывает мотыля вместе с мормышкой. Поэтому даже при малозаметном движении кивка нужна незамедлительная подсечка. Если она окажется пустой, необходимо быстро поправить или обновить насадку и снова опустить ее на дно. После пустой подсечки карась далеко не уходит от лунки и может снова клюнуть, как только насадка окажется на дне. На крючок обычно насаживают три-четыре мотыля.

На Украине (в Луганской области) карасей ловят зимой не только прудах (ставках), но и в достаточно крупных водоемах (например, на Краснооскольском водохранилище). Караси (очевидно амурские, либо их помесь с «аборигенами») попадаются крупные, до двух килограммов весом, поэтому лески местные рыболовы используют более толстые, чем краснодарцы – диаметром до 0,17 мм. А в тех местах, где может клюнуть карп, – до 0,20 мм.

В остальном снасти и насадки мало отличаются от краснодарских: удочки с кивком или поплавком, небольшие свинцовые мормышки, наживка – пучок мотылей. Берут луганские караси в основном со дна, но случается ловить их и вполводы. Если клев прекращается, полезно немного поиграть мормышкой, и иногда он возобновляется. Прикормка, по мнению местных рыболовов, зимой существенно на клев карася не влияет.

Любопытно, что когда выпадают редкие в наше время суровые зимы, караси в луганских водоемах клевать не перестают: ловятся и в двадцатипятиградусные морозы, когда лед достигает почти метровой толщины, и в теплые зимы с частыми оттепелями… Клев, как правило, прекращается только при сильных перепадах давления.

Обобщая опыт зимней ловли краснодарских и украинских рыболовов, а также летнего ужения в отвес на мормышку, можно сделать вывод: судя по всему, яркое покрытие мормышки карася не привлекает, а в некоторых случаях даже отпугивает – и назначение мормышки состоит лишь в том, чтобы быстрее доставить насадку на дно водоема. С тем же успехом можно ловить и на крючок с грузилом, но мормышка делает удочку более чувствительной к осторожной поклевке карася.

Иногда украинские рыболовы (по сообщениям из Днепропетровской области) применяют для подледной ловли карася снасти, не совсем обычные для зимней рыбалки: летние поплавочные удочки. Вернее, их верхние колена длиной около полутора-двух метров. Связано это с тем, что караси часто клюют на мели, где расстояние от дна до нижней кромки льда составляет 30–50 см и рыба пугается, если рыболов сидит непосредственно над лункой. Если же расположиться в 1, 5–2 метрах от лунки и следить за поклевками по движениям длинной антенны летнего поплавка, торчащей над краем лунки, ловля бывает успешной (чтобы уменьшить обмерзание поплавка, тело его находится ниже поверхности воды, а наверх выдается только антенна). Поводки для крючков делают значительно короче, чем при летнем ужении, либо ставят мормышки.

Надо заметить, что и в Краснодарском крае многие рыболовы используют для ужения карасей вершинки от летних удилищ. Но, поскольку рыбалка происходит на более значительных глубинах, причина у нетрадиционного использования летних снастей иная: в регионе с теплым климатом, где даже не каждую зиму водоемы покрываются льдом, культура подледной ловли развита гораздо слабее, чем на севере, и многие любители попросту не имеют настоящих зимних снастей.

Зимняя ловля сетями

Особенно удачна ловля в начале зимы, по перволедью, когда стаи карасей активно перемещаются, продолжая кормиться. Некрупные, до ладони размером, караси поднимаются в это время в верхние слои воды (возможно, в поисках рачков-бокоплавов и другого корма), и сквозь тонкий прозрачный лед часто можно увидеть карасиные стайки, уплывающие от рыболова; крупные экземпляры всегда держатся у дна.

Методы установки сетей подо льдом подробно описаны в первой части этой книги.

Места для ловли выбираются несколько иначе, чем летом: водная растительность опадает, и караси предпочитают добывать пищу из ила на более глубоких местах – там, на илистом дне, и надо устанавливать сети.

В середине зимы активность карасей снижается, а вместе с ней и уловы. На удобных местах (например, на нешироких илистых заводях рек) можно их увеличить, применяя нагон рыбы в сеть.

По последнему льду караси вновь активизируются, но попадаются в сети уже на других участках водоема: у самого берега, у полыней и прорубей, и в тех местах, где со дна бьют ключи либо в пруд или озеро впадает ручей, – то есть движение рыбы связано с поиском не пищи, а более комфортной, богатой кислородом воды.

Мне случалось в конце февраля и марте ловить очень крупных карасей, выставляя зимой сети фактически по открытой воде, вдоль краев большой, Зх1О метров, проруби, сделанной для «моржей». Неплохо попадались караси и в низкие «нерестовые» сети, протянутые на малой глубине вдоль берега, но там в уловах преобладали некрупные рыбы.

Зимняя ловля ловушками

Зимняя ловля карася вершами и прочими ловушками отчего-то почти не практикуется (за исключением катиски и ледяных ловушек, подробно описанных выше), хотя по перволедью карась должен в них заходить в тех местах, где он не впадает в зимнюю спячку. По крайней мере при зимней ловле озерной рыбы катиской – ничем по принципу действия не отличающейся от верши – караси не составляют редкость среди улова.

Лишь в конце сезона, когда кислородный режим в непроточных водоемах ухудшается, караси довольно активно попадаются в вертикально установленные верши, т. е. привязанные горловиной вверх к шесту, вбитому в дно водоема. Приманки в этом случае не используются, приманкой служит свежий воздух, попадающий в воду из проруби.

Рис. 75. Зимняя ловля вертикально установленной вершей.

Особенно эффективен этот способ во второй половине зимы в водоемах без течения, когда рыба начинает испытывать кислородное голодание. Если ловля производится постоянно в течение зимы, то есть снасть выставлена неподалеку от дома и проверятся ежедневно, то прорубь вырубается или выпиливается с запасом – диаметр ее на 15–20 % превышает диаметр верши, иначе спустя какое-то время вытаскивать вершу станет затруднительно. При однократной, в течение нескольких часов ловле, прорубь выпиливают лишь незначительно большую, чем снасть – тогда у «отдышавшейся» рыбы, опускающейся вниз, несколько меньше шансов разминуться с горловиной верши.

Самое главное при такой ловле – удачно выставить расстояние между нижним краем льда и верхним обручем верши: слишком узкий зазор будет мешать рыбам подниматься к источнику свежего воздуха, слишком широкий позволит ей уйти на дно, не угодив в ловушку. Расстояние в 25–30 см по моему опыту оптимальное, но необходимо учитывать, в течение всей зимы толщина льда прирастает, поэтому вершу к шесту лучше не крепить жестко (не привинчивать, не приколачивать), а туго привязать веревкой – так, чтобы снасть можно было с некоторым усилием продвигать вниз по шесту по мере увеличения толщины льда.

Немало карасей, всплывающих за порцией свежего воздуха, можно наловить и обычным сачком, если прорубить майну в подходящее время и подходящем месте. Но чтобы не терять время, подстерегая над прорубью вплывшего карася, используют ледяные ловушки.

Зимнее ужение карпа

С зимней ловлей карпа происходит примерно тот же процесс, что и с зимней ловлей карася. Долгие годы считалось, что карп в холодной воде не питается и находится у дна в неподвижном сонном состоянии, что начинает кормиться, когда вода прогреется до десяти градусов (по некоторым источникам – даже до четырнадцати).

Рис. 76. Карпы: 1 – чешуйчатый; 2 – рамочный; 3 – зеркальный (голый); 4 – сазан.

Однако в последние двадцать-двадцать пять лет все чаще появляются публикации о зимней ловле карпа (именно карпа, а не сазана, его дикой разновидности) – и об ужении летними снастями в незамерзающих водоемах юга (но вода-то в них не теплее 5–6 градусов), и о классическом подледном ужении. А в других местах карпы ведут себя, как и описано у классиков: обнаружить их в зимовальных ямах можно (при помощи эхолота), а вот заставить клюнуть со льда никак не получается.

Мне представляется, что наблюдаемый процесс связан с селекционной работой рыбоводов в последние десятилетия. Работа эта всегда была направлена на то, чтобы увеличить срок, в течении которого карпы питаются и активно набирают вес – в северных регионах с коротким летом цикл развития карпа от икринки до товарной рыбы составлял четыре года вместо двух лет на юге, соответственно увеличивалась и себестоимость продукции.

Надо полагать, селекция принесла свои плоды. Не секрет, что наши российские карпы, даже обитающие в «диких» водоемах – потомки оказавшихся на воле «прирученных» рыб. Но с момента «одичания» могла смениться и сотня поколений, и два-три. И давно перешедшие к вольной жизни карпы ведут себя «как полагается», а недавно отправившиеся в самостоятельное плавание питаются и в холодной воде.

Подтвердить или опровергнуть эту версию могут лишь ученые-ихтиологи на основе серьезных генетических исследований. Однако в ее пользу говорит тот факт, что чаще всего удят карпов зимой именно в рыбоводных прудах, где разрешена платная рыбалка (то есть рыбы там водятся самой свежей селекции).

Со льда ловят карпа усиленным вариантом кивковой удочки, с мощным хлыстиком (иногда для них используют упругие металлические прутки), несколько реже используется поплавочная оснастка.

Зимой карпы далеко не так подвижны, как летом, поэтому рыбакам много передвигаться по водоему не приходится – лунки готовят и прикармливают один раз на весь день, а в иных местах и на весь сезон ловли. Прикормка чаще всего та же, что и летом, – жмых, обычно хватает пары кусочков размером со спичечный коробок на одну лунку. (Некоторые рыболовы категорически настаивают на применении прикормочных смесей с добавлением касторового масла, вызывающих интенсивную очистку кишечника карпа и приводящих к необходимости для рыбы начать питаться.)

Ароматный жмых привлекает карпов, они подходят к лунке, а рядом оказывается мормышка с пучком соблазнительных мотылей. Мормышки применяются, как правило, самодельные, с прочными коваными крючками, достаточно толстыми. Насадить на такой крючок нежного мотыля непросто, поэтому применяется хитрость: пучок мотылей перехватывается посередине колечком ниппельной резины при помощи приспособления, изображенного на рис. 77, а уже за колечко зацепляют крючок.

Рис. 77. Приспособление для насаживания пучка мотыля.

Известны случаи успешной ловли карпов на кусочки говяжьего или свиного легкого, на кубики сала, на опарыша и личинку короеда. Весной, с попаданием под лед талой воды, одной из лучших насадок становится навозный червь.

В начале зимы специалисты-карпятники уверенно таскают рыб весом в килограмм и более на тонкие, диаметром 0,1–0,12 мм лески. Но по последнему льду приходится оснащать удочку более прочной леской 0,17-0,20 мм, – в это время к карпам возвращается некоторая часть их летней силы, да и крупные, в несколько килограммов, экземпляры попадаются ближе к сходу льда. Иногда и леска диаметром 0,3 мм окажется нелишней – когда начинают попадаться рыбины в пять, а то и в восемь килограммов весом.

Более удобна для весенней ловли леска-«плетенка», сочетающая прочность с малой толщиной, при морозах же ее применять не рекомендуется – обмерзает гораздо быстрее монолески (за исключение той «плетенки», что производится специально для зимней спиннинговой ловли в незамерзающих водоемах). Если высока вероятность, что клюнет по-настоящему крупная рыба, то при ловле на «плетенку» лучше не поскупиться и поставить на удочку зимнюю мультипликаторную катушку, предназначенную не только для хранения запаса лески, но и для вываживания, – даже ослабевший зимний карп может глубоко изрезать леской руки.

Естественно, что в лунки, пробуренные ледобуром даже с увеличенным диаметром шнека, многокилограммовые карпы не протиснутся, и лучше всего выпиливать подходящие проруби ледовой пилой, гораздо менее шумной в работе, чем пешня. Если зимовальные ямы не слишком глубоки (что часто случается при ловле на копаных рыбоводных прудах), лунку необходимо затемнять. Лучше делать это при помощи специальных шторок, а не снегом или ледяной крошкой – на морозе иногда приходится несколько часов ждать короткого, на 15–20 минут, клева карпа, и снеговое затемнение может незаметно для рыболова превратиться в прочный ледяной монолит.

Там, где карпам не хватает корма, они довольно часто хватают (весной, по последнему льду) небольшие зимние блесны, предназначенные для окуня.

Ловля на бойлы

Ловля на бойлы пришла к нам из Европы относительно недавно, и используется пока в основном в сезон открытой воды, но вполне применима и подо льдом.

Бойлы – специальная карповая насадка – изготавливаются из отваренного и затем высушенного тесто в форме твердых шариков. Они питательнее любых других ранее применявшихся насадок и прикормок, включая и природный корм карпа, но главное их преимущество – в том, что мелкая рыба не может отщипнуть кусочки от насадки и бойл может целый день держаться на снасти, пока его не заметит достаточно крупный карп.

К тому же в водоемах, где карпов регулярно подкармливают (а именно в них бойлы наиболее применимы) привыкшая к гранулам комбикорма рыба круглый год предпочитает шарообразную пищу любой другой.

Европейские рыболовы зимой остаются верны своей излюбленной карповой насадке, но бойлы применяют особые: маленького диаметра, не более 10 мм и с повышенным содержанием животного белка (на упаковках они помечены, как протеиновые).

Хотя, строго говоря, бойлы насадкой назвать нельзя. Это скорее универсальная приманка – бойлами и приваживают карпов к выбранному месту ужения, и прикармливают непосредственно перед ловлей, а вот на крючок их не насаживают, крючок привязан в непосредственной близости от бойла, и втягивается в рот рыбы уже после того, как карп, посмаковав вкусный шарик и не обнаружив подвоха, отправляет его в желудок.

Рис. 78. Заглатывание карпом крючка следом за бойлами.

Ведущие западные рыболовные фирмы выпускают готовые шарики, предназначенные для прикармливания и использования в качестве насадки. Лучше всего зарекомендовали себя бойлы с добавлением определенных ароматизаторов и эссенций: земляники, ванилина, апельсина, меда, «тутти-фрутти», банана, малины и т. д. В упаковку фасуются шарики определенного диаметра: летние – 14, 16, 18, 20, 24, 28 мм, зимние меньших размеров. Так что всегда можно подобрать размер, наиболее подходящий для водящийся в водоеме рыбы; многие карпятники изготовляют бойлы самостоятельно, выбирая размер и добавки исходя из опыта ловли на конкретном пруду или озере.

Используются бойлы зимой исключительно для ужения с поплавком. Главная тонкость ловли состоит в том, что шарики, предварительно проколов их специальной иглой, насаживают не на крючок, а на поводок (т. н. волос) на расстоянии 2–3 см от крючка. Волос (из тонкой плетеной лески) должен быть не очень коротким, чтобы не настораживать рыбу, и не слишком длинным – иначе при заглатывании насадки крючок может не попасть в рот карпу.

Продев сквозь бойл поводок, один конец его привязывают к изгибу крючка, а другой заканчивается петелькой для фиксации бойлов при помощи стопора. На поводок можно насаживать одновременно и два шарика.

Рис. 79. Волос (1), крепление его к крючку (2) и насаживание на него бойлов (3–5).

Надо сказать, что по своему отношению к ловле на бойлы – даже к летней, более распространенной – рыболовы-карпятники делятся на две непримиримых группы: одни ловят и нахваливают, другие, попробовав раз-другой и не добившись успеха, заявляют: «Ерунда все это, в Европе с жиру бесятся…» – и возвращаются к «макухе», никогда не подводившей.

Возможно, причины неудач – неправильное изготовления самодельных бойлов, но даже фирменные бойлы часто игнорируются рыбой, никогда не встречавшей подобного блюда. Однако, если не жалеть времени и прикормки, то карп – возможно, не сразу, через несколько дней – привыкнет к диковинной пище и начнет попадаться. Однако если выезд на рыбалку однодневный и времени на долгие эксперименты нет, то лучше присмотреться, на что ловят местные рыбаки, и, как говорится, не мудрствовать лукаво.

Едва лишь по зимнему Питеру разносится известие: на заливе пошла корюшка! – сесть в электрички, отходящие утром с Финляндского вокзала, становится весьма затруднительно. Дружные колонны любителей подледной рыбалки с коловоротами и рыболовными ящиками плотно набиваются в вагоны. По шоссе, ведущему вдоль побережья Финского залива, катят другие колонны – моторизованных любителей корюшки. А уж что творится на льду… Говорят, даже из космоса хорошо видны плотные скопления рыбаков, самозабвенно удящих корюшку.

Рис. 80. Корюшки: 1 – азиатская корюшка; 2 – малоротая корюшка; 3 – европейская корюшка; 4 – озерная корюшка (снеток).

Вроде и невелика корюшка, и клюет без особых капризов на самые незамысловатые снасти, и азарта при вываживании никакого – однако же стала подлинно народной рыбой.

Длина корюшки в заливе крайне редко превышает 30 см, обычно – не более 25 см, а самцы всегда меньше самок. Средний вес тоже невелик: 35–40 гр., но весенняя, набитая икрой корюшка значительно увесистее.

Однако эти данные, взятые из четырехтомного труда известного советского ихтиолога академика Л. С. Берга, изданного в 1947-49 годах, обобщают сведения о размерах корюшек из промысловых уловов, добытых в районе устьев рек или в самих реках, в том числе в Неве. С развитием любительского лова корюшки на Финском заливе (массовый характер он принял в конце 50х – начале 60х годов двадцатого века[2]) к ихтиологам начали поступать сведения о более крупных экземплярах. Корюшки длиной 30 и более сантиметров часто встречаются в уловах любителей в удаленных от города, западных частях Финского залива по обоим его побережьям – и весят такие рыбы иногда более 150 гр.

Ну а рекордный экземпляр, изловленный в 1964 году в Финляндии, весил 295 граммов. Российские (вернее, в те годы еще советские) любители отстали совсем немного: самый крупная зарегистрированная корюшка потянула на 232 гр. при длине 28,9 см, – выудили ее у города Приморска 7 апреля 1985 г. И наверняка многие рекорды остались безвестными, неотмеченными…

Я и сам когда-то любил поездить зимой и по весеннему последнему льду за корюшкой – на южный берег залива, к Краснофлотску, к самой погранзоне. Ехать не близко, и по льду шагать долго, зато рыба… Отборная, с сельдь величиной, и попадалось ее столько, что без санок на лед выходить не стоило: на себе улов до берега не дотащить, счет шел на сотни хвостов, а иногда и на десятки килограммов… А уж сколько приключений связано с той давней рыбалкой! Возвращаешься, бывало, с весенней ловли – как говорится, усталый, но довольный: а вдоль берега, где спокойно прошел утром, широкая полынья открытой воды – от горизонта до горизонта. И приходится маршировать до ближайшего мыса, семь километров туда и семь обратно, да со всем снаряжением, да с пудом отборной корюшки… А постоянные стычки с пограничниками, отчего-то вечно подозревавшими рыбаков в намерении двинуть по льду Финляндию?! Про те войны отдельную книгу написать можно…

Эпические были времена. Легендарные и былинные. Сейчас улов в двадцать-тридцать хвостов уже считается неплохим.

Ниже описано, как ловили и поныне ловят корюшку со льда питерские рыболовы. Главных способов два: ужение с поплавком и без поплавка.

Ужение со льда с поплавком

На зимний удильник ставится леска диаметром 0,3 миллиметра и более (корюшка грубой лески не пугается, а тонкая сильно путается на ветру), а к ней привязывается подлесок длиной 50–60 сантиметров и диаметром 0,2 миллиметра. К подлеску крепятся еще два коротких поводочка из более тонкой лески, которые оснащаются мормышками с крючками № 7.

Мормышки чаще всего используются специальные «корюшковые» – отлитые из эпоксидной смолы и самосветящиеся, однако некоторые рыболовы предпочитают свинцовые, но непременно со светлым покрытием. Иногда на удочку ставят комбинацию из двух мормышек и крючка с облуженным цевьем – случается, что корюшка капризничает, не берет мормышку, а хватает простой крючок.

На самом конце подлеска привязывается грузило, вес его колеблется от 5–6 гр. (на небольшой глубине в 4–5 м) до 10–15 гр. на вдвое большей. Поплавок ставится такой, чтобы система ПГ (поплавок-грузило) имела небольшую отрицательную плавучесть и обычно находится на 2–3 см ниже поверхности воды; но если ловля происходит в оттепель, при плюсовой температуре, то поплавки поднимают на поверхность – в таком случае легче наблюдать за несколькими удочками.

Единого стандарта корюшковых удочек у рыболовов Финского залива не существует. Некоторые (кто ловит небольшим числом удочек) используют так называемые «кобылки», другие – обычные зимние удочки, дополнительно оснастив их небольшими опорами-сошками из толстой проволоки: такую удочку рыбе гораздо труднее утащить в лунку, если рыболов отойдет в сторону или зазевается. Клюет корюшка резко и вполне способна оставить нерасторопного рыбака без снасти. Желательно чтобы удочка обладала достаточным запасом плавучести и не сразу уходила в воду, оказавшись в лунке.

Корюшатники-профессионалы (особенно при не очень активном клеве) опускают по полтора десятка удочек, а то и больше, и удочки у них упрощены до предела: выпиленные из листовой пластмассы или оргстекла мотовила с короткими хлыстиками, утянет такую снасть рыба под лед – не больно-то и жалко.

Насадка – кусочки той же самой корюшки, оставшейся с предыдущей рыбалки, но как только попадается первая рыбка, ее тут же разрезают и наживляют на крючки, на свежую клев лучше. Иногда попадается бельдюга – немного напоминающая налима донная рыба, ее тоже используют для насадки. Реже в качестве прилова попадаются ерши и налимы, может и судак схватить мормышку, наживленную кусочком корюшки.

Ужение со льда без поплавка

Этот способ ловли используется на больших глубинах, до 20–25 метров (на такой глубине значительно сильнее подводные течения, заставляющие тонуть поплавок) Поэтому поплавок не используется, сигнализатором поклевки служит длинный и достаточно жесткий кивок из спиральной либо плоской пружины, на конец кивка крепится яркий, хорошо заметный пластмассовый или пенопластовый шарик, позволяющий издалека увидеть поклевку.

Вес грузила увеличивается до 20–30 граммов, что приносит двоякую пользу: насадка в считанные секунды оказывается на дне, и снасть менее подвержена действию течения. К тому же рыба после подсечки лишена возможности ходить широкими кругами и запутывать соседние снасти.

Мормышки и крючки применяются те же, что и на поплавочных удочках. Поскольку удочку с кивком чаще приходится держать в руке, «играя» приманками, некоторые рыболовы включают в оснастку и небольшие зимние блесны – считается, что их игра привлекает корюшку и увеличивает вероятность поклевки судака и налима. К минусам подобной комбинированной снасти относится то, что она гораздо чаще цепляется за нижний край лунки.

Опытные рыбаки берут с собой много удочек, оснащенных разными комбинациями блесен, крючков и мормышек – и экспериментальным путем устанавливают, на какую их них корюшка в данный момент клюет охотнее.

Особых секретов и премудростей в ловле корюшки нет: если подходит косяк и начинается активный клев, то поймают все (улов опытных рыболовов, конечно, в таких случаях больше).

Если же клева нет, то мнения о том, что предпринять, обычно расходятся: одни рыболовы предпочитают искать корюшку, разбредаясь в разные стороны и проделывая новые лунки через каждые 20–30 метров, другие упорно сидят на месте и ожидают подхода нового косяка.

На Ладожском озере ловят зимой корюшку схожими способами. Обитает там отдельный подвид, озерный, никогда не уходящий в море и нерестящийся в реках, впадающих в Ладогу. Эта корюшка значительно меньше балтийской. Обычная ее длина 11–15 см, наиболее крупные экземпляры имеют длину 25 см, вес до 90 г. Другой озерный подвид – онежская корюшка – еще мельче.

Беломорская же корюшка – еще один подвид – не уступает по размерам балтийской, но и она образует жилые пресноводные формы, никогда не уходящие в море и обитающие в многочисленных озерах Карелии и республики Коми. Самых обмельчавших озерных корюшек называют снетком, и даже ихтиологи путаются: с какого размера, собственно, заканчиваются снетки и начинается корюшка. Дело в том, что на разных водоемах этих рыбок называют по-разному – и белоозерский снеток, например, крупнее, чем корюшка некоторых карельских озер.

В морях, омывающих Восточную Сибирь и Дальний Восток, обитают другие виды корюшек, несколько отличные от европейских: азиатская (она же зубастая) и малоротая, но рассказ об их ловле будет несколько позже, а пока вернемся к европейской корюшке.

Некоторые – не очень многочисленные – сторонники активной ловли предпочитают блеснить беломорскую корюшку со льда, обычно на относительно небольшой глубине. Используются для этого небольшие окуневые блесны, либо специальные корюшковые (рис. 81). Изготовить такую блесну несложно: на круглую пластинку из меди величиной с пятикопеечную монету (современной российской чеканки, не советской) припаивают, предварительно протравив кислотой, светлый крючок № 5 с длинным цевьем. Припой кладется с избытком – «горкой» – и имеет выпуклую сферическую форму. В центре пластинки шилом пробивается отверстие для лески. Готовую блесенку полируют с плоской стороны до зеркального блеска, а со стороны припоя шилом делают на ней небольшие углубления, которые заполняют светящимся составом и покрывают бесцветным водостойким лаком.

Рис. 81. Блесенка для корюшки: 1 – крючок; 2 – отверстие для лески; 3 – медная пластина; 4 – припой; 5 – светящиеся глазки.

Правильно изготовленная блесенка висит перпендикулярно леске. В процессе ловли блесенку, плавно покачивая, поднимают на метр, а затем резко опускают вниз; время от времени в ловле делают перерывы – светящиеся глазки должны «подзарядится» от солнечного света, в утренних сумерках для подсветки свет электрического фонарика.

Азиатская и малоротая корюшки

На востоке нашей страны водится родственный вид – азиатская корюшка, мало отличающаяся от своих европейских родственниц как образом жизни, так и размерами. Обитает она в опресненных прибрежных водах Северного Ледовитого океана (доходя на западе ареала до устья Енисея) и Тихого океана, поднимаясь в мае-июне для нереста в реки Сибири и Дальнего Востока, Камчатки, Чукотки, Сахалина, Командорских и Шантарских островов. Питается корюшка ракообразными и молодью других рыб, не брезгует и мелкими медузами. Азиатская корюшка, как и европейская, – рыба стайная и обычно собирается в густые косяки на местах своей жировки: на прибрежных участках моря с песчаным дном и глубиной 15–20 метров.

Приморские рыболовы ловят корюшку со льда несколько иначе, чем их коллеги на Балтике. К зимней удочке с жестким хлыстиком без кивка привязывают основную леску необходимой длины диаметром 0,2–0,25 миллиметра. Ее соединяют со ставкой меньшего диаметра, на конце которой фиксируют грузило «оливку» весом 10–20 граммов – в зависимости от глубины ловли. К ставке на удалении 15–20 сантиметров один от другого крепят несколько крючков № 2–3,5 на коротких поводках из скрученной лески.

Рис. 82. Оснастка для ужения азиатской корюшки, применяемая в Приморье.

Делается это следующим образом: в колечко крючка заводят отрезок лески и завязывают узлом так, чтобы образовалась петля диаметром до 6 миллиметров. Концы лески затем скручивают и соединяют узлом со ставкой, как показано на рисунке. На крючки насаживают небольшие шарики (диаметром 3–4 миллиметра) желтого, салатного или оранжевого поролона.

Снасть опускают в лунку, пока грузило не коснется дна, и извлекают из нее «махами», или плавно, или короткими рывками, поднимая снасть на 20–30 сантиметров, затем снова опускают. Если у дна клева нет, пробуют ловить вполводы или в верхних слоях.

Поклевка корюшки хорошо ощущается рукой. Подсечки не требуется, так как рыбка сама засекается на крючке. Если же делать сильную подсечку, можно порвать леску или поводок, так как иногда попадается крупная навага.

Поскольку крючков на снасти несколько, надо следить за тем, чтобы они не цеплялись за кромку льда при вываживании рыбы. Как только корюшка покажется из воды, берутся рукой за поводок и легким движением стряхивают рыбу на лед. Губы у корюшки нежные, и она легко слетает с крючка.

Похожей снастью ловят корюшку и на Камчатке. Корюшка там крупнее и приходится привязывать более крупные крючки.

Сахалинские любители зимней рыбалки ловят корюшку удочками разных типов, оснащая их небольшими катушками. Некоторые по старинке предпочитают удочки с мотовильцами.

На катушку или мотовило наматывают необходимый запас лески диаметром 0,4 мм и привязывают к ней ставку (на Сахалине ее называют «гирляндой») из 0,20—0,25-миллиметровой лески длиной 2–2,5 метра с несколькими крючками № 5-№ 6. Одни рыболовы предпочитают привязывать крючки непосредственно к ставке, другие – на коротких поводках, на удалении 20–30 сантиметров один от другого.

Грузила сахалинские рыболовы используется более тяжелые, чем в приморском варианте той же снасти: до 30–35 гр., объясняя это более сильными приливными и отливными течениями. Насадка, как и в Приморье, – кусочки поролона, зеленого, желтого или красного. Ловят сахалинцы одной-двумя удочками из лунок, просверленных на удалении полутора метров одна от другой. Если клев активный, то вторую удочку приходится откладывать в сторону.

В качестве прилова попадается камбала, навага и малоротая корюшка (она же «дворняжка», «огуречник» и «прибойка»).

Малоротая корюшка – относящаяся к отдельному роду Hupomesus семейства корюшковых – обитает в тех же водоемах, что и азиатская корюшка: в опресненных участках восточной части Северного Ледовитого океана и азиатской части Тихого, в реках Камчатки, в озерах Сахалина, на Амуре и Уссури. По размерам она значительно меньше своих описанных выше собратьев и крайне редко превышает длиной 18 см. Поэтому для специальной ловли малоротой корюшки применяют мелкие крючки – № 2,5-№ 3,5. Но чаще ее ловят не специально, а попутно.

Малоротая корюшка бывает двух разновидностей: проходная, нерестящаяся в реках, и океанская – она нерестится на мелководном галечно-песчаном взморье, буквально в полосе прибоя – и рыболовы Амурского залива ловят ее в апреле и мае с берега местной разновидностью наметки, именуемой «загребным сачком».

Поднявшийся ветер иногда выбрасывает волнами на берег огромные количества малоротой корюшки. Такой же беде подвержена и дальняя родственница корюшек – мойва, мечущая икру в полосе прибоя схожим образом и никогда не заходящая для нереста в реки.

Красноперка

Образ жизни

Красноперка широко распространена в водоемах России и СНГ, особенно многочисленна она в реках и озерах бассейнов Черного, Каспийского и Аральского морей. Реже красноперка встречается в водоемах бассейна Балтийского моря и в Сибири.

Быстрого течения красноперка не любит, и держится в речных заливах и старицах, в проточных прудах, в озерах и водохранилищах, весьма многочисленна на опресненном взморье Финского залива.

Рис. 83. Красноперка.

Все авторы рыболовных книг, пишущие о красноперке, отмечают, что она схожа с плотвой, но весьма отличается образом жизни. Не буду оригинальным и я: ну да, и внешне красноперка похожа на плотву, и по образу жизни близка к ней, но в отличие от плотвы почти никогда не встречается на течении и очень редко выходит из зарослей водных растений на открытую воду.

Хотя о сходстве с плотвой можно говорить лишь условно: у плотвы, в зависимости от условий обитания, внешний вид подвержен большим изменениям. Например, плотвицы, обитающие в мутноватых реках с глинистым дном, почти не имеют красного пигмента – и глаза, и нижние плавники чуть-чуть розоватые, ничего общего с яркой раскраской красноперки. Да и телосложением плотва похожа на красноперку лишь в кормных озерах, изобильных мотылем или мормышем – речная Уже, прогонистей.

Размерами красноперка тоже весьма напоминает плотву: при массовой ловле (в основном происходящей весной) попадаются рыбы весом 250–300 гр., летом иногда можно выудить в зарослях водной растительности экземпляр до килограмма весом, в исключительных случаях даже крупнее.

Зимняя ловля

Не везде красноперка ловится зимой – во многих водоемах она если и не впадает в зимнюю спячку, подобно линю, то по меньшей мере перестает питаться, и поимка ее со льда – большая редкость. Однако такой вариант обычен на водоемах, не имеющих мелководий, поросших тростником и схожими с ним растениями.

На других водоемах красноперка и зимой не изменяет своим обычаям – держится в мелких и тихих речных заводях, поросших камышом, тростником, рогозом или даже осокой. В озерах – на прибрежном мелководье, также с обилием растительности. Глубина обычно не превышает 1–1,5 метра. Особенно хорош клев красноперки весной, по последнему льду – когда расстояние от нижней кромки льда до дна не превышает порой 15–20 см.

Иногда на замерзшем озере можно обнаружить рыболовов, сидящих на самом, казалось бы, бесперспективном месте: вокруг сплошной тростник, лишь крохотные прогалинки видны между зарослями пожелтевших, поломанных стеблей. Сомневаться в таком случае не приходится: ловят красноперку. А вот в других местах летних стоянок – в зарослях рдеста, элодеи, роголиста или кувшинок – красноперку зимой искать не стоит, оттуда она ушла еще в начале осени, когда началось увядание и разложение этих растений.

Снасть используются обычные для зимнего ужения: поплавочные удочки или мормышки с кивком. Игру безнасадочной мормышкой с мелкими колебаниями большой частоты при ловле красноперки не применяют – она смелее берет неподвижную насадку, либо медленно, с небольшими покачиваниями, опускающуюся вниз. В характере поклевок наблюдается обратная зависимость: крупная красноперка клюет едва заметно, мелкая энергично.

Леска используется относительно толстая, 0,15—0,18 мм, причем не только в тех местах, где водится крупная, весом до килограмма, красноперка. Дело в том, что многие сломанные стебли тростника или камыша не видны над водой, и, соответственно, надо льдом, – зацепы очень часты, и лучше иметь запас прочности у снасти, чтобы рыбалка не состояла по большей части из пользования отцепом.

Но и при вываживании прочная леска не помешает – на малой глубине, когда между рыболовом и рыбой всего метр с небольшим лески, ее амортизирующие свойства практически не задействованы. А красноперка и зимой сохраняет значительную часть своей бойкости (отчасти это связано с благоприятным кислородным режимом в местах ее обитания, вмерзший в лед камыш или тростник – хороший естественный аэратор). После подсечки, почувствовав, что попалась крупная рыба, форсировать события и тащить напролом нельзя. Красноперка засекается чаще всего надежно, и какое-то время ей дают утомиться, пока гибкий хлыстик удочки гасит рывки беснующейся совсем рядом рыбы.

Самая распространенная зимняя насадка – мотыль, реже ловят на опарыша и личинку репейной моли. Но иногда красноперка начинает привередничать и клевать лишь на личинку ручейника, или на бокоплава, или на крохотную коричневую пиявку – тогда приходится добывать насадку здесь же, в тростниках, пробив майну в отдалении от места лова.

Из-за малой глубины красноперка весьма чувствительна к шуму, и после поимки одной рыбы стайка обычно отходит и возвращается лишь через несколько минут. Поэтому в предполагаемом месте ловли заранее сверлят 5–6 лунок (или 5–6 пар лунок, если ловля идет на две удочки одновременно) и маскируют их от света снегом либо мелкой ледяной крошкой, – чтобы затем, вытащив очередную красноперку, осторожно перейти к новой лунке.

Напуганная скрежетом ледобура, красноперка начинает клевать не раньше чем через полчаса. Клев бывает интенсивный, если рыболов соблюдает тишину: не грохочет ящиком по льду, без шума переходит от лунки к лунке.

Отдельно стоит сказать о соблюдении осторожности – лед в зарослях тростника и ему подобной растительности всегда менее прочный, чем на чистой воде. Нередко случается, что по первому льду рыболовы ходят по всему водоему, ловят, сверлят лунки, но стоит зайти в заросли – проваливаются. Весной же в таких местах лед разрушается быстрее – тает от нагревающихся на солнце стеблей. Поэтому в начале зимнего сезона стоит подождать, пока лед на открытой части водоема достигнет толщины хотя бы 10 сантиметров, а потом уже приступать к ловле красноперки, а весной заканчивать его пораньше. Если ловят не в одиночку, то рыбакам лучше находиться поодаль друг от друга, на расстоянии 10–15 м.

Ставными сетями красноперок зимой практически не ловят, отчасти оттого, в местах их скопления сети неудобно ставить; гораздо чаще на красноперку ставят экраны, «телевизоры» и косынки.

Рыболовы-«лещатники» – особая каста среди любителей рыбалки, пользующаяся большим уважением у коллег по увлечению.

Вроде бы распространен лещ широко, водится во многих водоемах бассейнов Каспийского, Черного, Белого и Балтийского морей, в реках Кавказа, Средней Азии (в бассейне Амура обитают два вида лещей, относящиеся к двум отдельным родам семейства Карповые).

Почти всюду водится лещ, и все его ловят, а вот поймать удается не каждому… Вернее, не так – ловят, много и часто, но… По мнению ихтиологов, дорастают лещи до 6–7 кг, а попадаются любителям в основном экземпляры, чей вес измеряется лишь сотнями граммов. Не те лещи. Мелочь. Подлещики, как называют их рыболовы.

А поймать матерого, многокилограммового, много чего на своем веку повидавшего леща ой как не просто. Случайно лещ может попасться любому рыболову, а вот ловить трофейных лещей регулярно, именно за ними охотиться и добиваться успеха – это удел «лещатников». Касты. Вступить в ее ряды может любой – но сколько же труда, терпения, наблюдательности потребуется на вступительный взнос… Мало не пожалеть денег на самые современные снасти, мало проштудировать публикации в рыболовных СМИ и в Интернете, посвященные лещовой ловле, надо провести немало зорек на водоеме (порой не увидев ни единой поклевки за несколько часов), не отвлекаясь от неподвижных поплавков, не размениваясь на ловлю бойко клюющей плотвы или окуней, активно гоняющих мальков у края зарослей… Ладно летние зори – тепло, птички поют, душа отдыхает… А зимой, в палатке, обогреваемой лишь парой свечей? А зимней ночью?

Многое можно купить в современной коммерческой рыбалке. Хоть поимку лосося – гид-инструктор приведет за ручку к реке, и «поставит в рыбу», и вручит спиннинг с неотразимой для семги блесной, и обучит забросу и проводке… Но звание «лещатник» за деньги не покупается и не продается.

Зимняя ловля сетями

Фанатичные сторонники удочки и других спортивных снастей мне не поверят, но среди любителей ловли сетями тоже есть свои «лещатники».

Многие наивно считают, что ставная сеть – снасть необычайно добычливая, и особых знаний и умений не требующая: бросил ее в водоем, рыба сама и набилась.

Глубокое заблуждение. Рыба может набиться в сеть, а может и пройти стороной. Один поймает сетью много, другой – мало. То есть от умения рыболова, от знания водоема и повадок рыбы зависит очень многое. (Естественно, речь идет о сетях любительских, разрешенной правилами длины. Если выставлять сети погонными километрами, опутав, к примеру, все подходы к нерестилищу, рыба в сети попадется, никуда не денется. Но это не любительская ловля, это промысел – легальный ли, браконьерский ли, неважно).

Недаром в Финляндии проводят спортивные соревнования по ловле сетями – ловля эта не только добычлива (у тех, кто умеет ловить) но и весьма азартна, что бы ни думали на сей счет фанаты нахлыстовой и спинниговой ловли.

Для ловли леща умение необходимо, и немалое, – неважно, удочка или сеть служит орудием ловли. У неумелых сетевиков в улове все те же подлещики, если и попадется приличный лещ – то один, случайный, при том что лещи – рыба стайная.

Зимняя ловля леща начинается с умения правильно посадить сеть. Дело в том, что по строению своего тела лещ – одна из самых широких рыб. Соответственно, нужна сеть с крупной ячеей – не менее 70 мм, а если рассчитать размер ячеи для полуметрового леща по формуле, применяемой в промышленном рыболовстве, получится еще большая цифра – 100 мм.

Но лещ отличается не только рекордным соотношением ширины к длине, но и феноменальной осторожностью. Чем больше размер ячеи сети, тем толще и грубее нить, из которой она связана. А в грубые сети осторожный лещ не идет (за исключением периода нереста, но в нерест ловля сетями запрещена).

Летом делу могут помочь сети усложненной конструкции – трехстенные и рамовые, где рыба запутывается не в ячеях, а в сетном мешке, и размер ячейки может быть меньше.

Но зимой любители сложными сетями ловят мало. Кому приходилось выпутывать рыбу из «трехстенки», из перекрученного в нескольких направлениях кокона из дели, тот не станет спрашивать: а почему? Достаточно представить все то же самое, но на двадцатиградусном морозе…

Ниже описан способ посадки одностенных сетей, позволяющей уверенно ловить крупных лещей весом до 4 кг лесковой сетью с ячеей 45–50 мм и толщиной нити 0,2–0,22 мм. Иногда попадаются и более крупные лещи, но уже без гарантии.

Выше уже указывалось, что сеть считается посаженной равномерно, если ячейки дели растягиваются в виде ромбов, длина горизонтальной диагонали которых равна стороне ромба (симметричная ячейка), и при этом длина верхней подборы равна длине нижней. То есть из «куклы» длиной 60 метров получается одностенная сеть с длиной каждой подборы 30 метров.

Такая сеть одинаково ловит рыбу что своей нижней частью, что средней, что верхней, – т. е. достаточно универсальна. Но для леща она подходит плохо.

Гораздо эффективнее неравномерная посадка (рис. 85) – так, что ромбовидные ячейки дели в нижних рядах растянуты по горизонтали (уширены на 10 %), а в верхних – по вертикали (заужены на те же 10 %), в средних же рядах остаются симметричными. Длина подбор при этом получается разная: при 10-процентном заужении и уширении ячей для 60-метровой куклы верхняя подбора нужна длиной 27 метров, нижняя – 33 метра.

Рис. 85. Неравномерная посадка сети: 1 – зауженная ячейка (в верхней части сети); 2 – уширенная ячейка (в нижней части сети); 3 – симметричная ячейка (в средней части сети); 4 – положение нижней (А) и верхней (Б) подбор относительно друг друга (вид сверху).

Если же делать заужение и уширение ячей не 10, а 20 %, то разница в длине подбор еще более существенна: 24 м – верхняя подбора, 36 м – нижняя. В полтора раза!

Именно такая сеть очень уловиста при ловле леща.

Большая разница в длине верхнего и нижнего шнуров приводит к тому, что нижняя часть сети обладает эффектом «плиссировки», то есть состоит из множества складок, или вертикальных карманов. По уловистости сеть сравнима с «путанкой», но освобождает от главной проблемы трехстенной сети: от сложностей с выпутыванием рыбы.

И в такую сеть ловятся лещи гораздо большего размера, чем в обычную одностенную. Известен случай поимки двухкилограммового леща в сетку с ячеей 32 мм – будь она посажена обычным образом, лещ уперся бы в дель, развернулся и уплыл. 32 мм для леща в 2 кг – очень мало, и поимку можно счесть случайностью. Но в сеть с ячеей 40 мм лещи путаются надежно – и килограммовые, и двухкилограммовые.

Производится посадка следующим образом. Например, мы сажаем 60-метровую куклу с ячеей 40 мм. Расстояние между посадочными узлами на верхней подборе берется равным 4 ячеям, т. е. 160 мм, но продевается посадочная нить этой длины сквозь 5 ячей куклы – заужение на 20 %.

Внизу все наоборот. Растояние между посадочными узлами 96 мм, но продевается нить в две ячеи – уширение на 20 %.

Указанные расстояния теоретически измеряются между центрами соседних узлов, но на практике вымерять все до миллиметров нет ни времени, ни нужды – небольшие погрешности, допущенные то в ту, то в другую сторону, в итоге взаимно компенсируются.

Сеть готова. Нить тонкая, в воде незаметная, посадка уловистая… Но где и как ставить сеть?

Чтобы дать ответ, надо немного поговорить об образе жизни лещей зимой.

Крупные лещи на зиму уходят на глубину, в зимовальные ямы, – факт общеизвестный. Но он не означает, что лещи в тех ямах стоят всю зиму, безвылазно и постоянно. Лещ в спячку не впадает, обмен веществ у него идет, хоть и замедленный. Значит, и кушать время от времени хочется.

На кормежку лещи выдвигаются на более мелкие места, глубиной 4, а то и 2–3 метра, – там больше корма. Идут стаей, во главе вожак – самая крупная самка. Не потому, что прочие лещи признают ее опыт и авторитет, все проще: механизм стайного поведения рыб основан на том, что вся стая ориентируется на рыбу-лидера – куда двинулся лидер, туда потянулись и остальные. Лидер, понятное дело, должен быть хорошо заметен, то есть должен чем-то отличаться. Иногда отличие в окраске – рыба-альбинос имеет хорошие шансы на лидерство – но гораздо чаще в размере: за крупным вожаком следить легче. А то, что самая крупная самка (они у лещей крупнее самцов) имеет самый большой возраст, и, соответственно, жизненный опыт, – дополнительный механизм, позволяющий выживать виду.

Самка-лидер не всегда движется первой: она лишь задает направление движению, а ее более мелкие собратья плывут вокруг. Некоторые даже впереди, – если лидер вдруг изменит курс, пристроятся к косяку с фланга или с тыла.

И что будет, если ведомый лидером косяк обнаружит на пути нашу старательно посаженную сеть?

Опрометчиво набиваться в сеть лещи не станут, не та рыба – это крупные караси и карпы пытаются взять преграду на таран. Лещи даже сеть из самой тонкой нити не то видят, не то чувствуют как-то еще – стая поворачивает и движется вдоль сети, ищет обход. Эхолот-флэшер очень хорошо фиксирует эти лещовые проделки: подход к сети, поворот, движение вдоль…

А если хоть один лещ нечаянно влетит в дель, запутается, забьется – остальные перестанут искать обход, тут же развернутся и очень быстро уплывут. Вернее, уплывет самка-лидер, а остальные поспешат следом. Именно потому случайным образом много лещей не попадается – один, в лучшем случае два. И сети для получения хорошего улова надо ставить особым образом.

Предлагаемый способ ловли «обкатан» на относительно небольших озерах Карелии и Финляндии с примерно одинаковым рельефом: обширная мелководная зона 2–4 метра глубиной, ближе к середине водоема – глубины 10–12 метров, служащие пристанищем для лещей. Непременное условие – пологое понижение дна под углом не более 30°, на крутых бровках сеть теряет конфигурацию и не работает.

Для ловли требуется порядок из четырех сетей по 30 метров длиной. Выставляется он в форме буквы V, – две сети в одной «палочке», две в другой. Угол между «палочками» около 50°, и раскрыт он в сторону зимовальной ямы. Причем две сети, расположенные ближе к яме, применятся любые: грубые, с мелкой ячеей, с неудачной посадкой – их задача всего лишь направить рыбу в вершину угла, составленную из сетей с ячеей 40–50 мм, посаженных, как описано выше. Назовем для простоты первые сети направляющими, а вторые – ловчими.

Располагается наша V не на самой мели, не на местах кормежки – на подходе к ним, на пологом склоне.

И вот что происходит на дне – лещи движутся к месту своего ужина, упираются в направляющую сеть – не перпендикулярно, под углом. Поворачивают и движутся вдоль преграды. Преграда кончается, но вот незадача: к ней плотно, не проскочить, присоединена другая – ловчая сеть. Верхние и нижние подборы связаны шкотовыми узлами, между ними пропущена сквозь крайние ячейки обоих сетей пожилина – нет никакой лазейки. Лещи движутся дальше.

И начинается самое интересное. Сеть теперь другая – вертикальные складки дели рано или поздно зацепят одного из лещей – он забьется, наматывая на себя дель, а напуганная стая устремится прочь, быстро, не разбирая, что впереди – и влетит во вторую ловчую сеть.

Картину происходившего на дне можно восстановить без всякого флэшера – в первой ловчей сети один лещ, во второй – два десятка.

Сети лучше всего выставлять за час до ожидаемого выхода лещей – чтобы запутавшиеся прочие рыбы не спугнули главную добычу. Но когда ждать этот выход? На озерах, где на мелководье активно ловят удочками плотву и подлещика (и активно прикармливают) лучшее время выставления снасти – в конце дня. Удильщики потянулись к берегу, смолкли скрежетавшие по льду ледобуры, а прикормка осталась под лунками – самое время осторожному лещу подкрепиться. На безлюдных озерах предсказать время выхода сложнее, может он случиться и на рассвете, и вечером, вообще в любое время суток.

Могут ли лещи не попасть в сеть? Могут. Стая пройдет мимо, или вообще не выйдет в тот день из ямы. Но я с того и начал: опущенная в воду сеть не гарантирует быстрого и баснословного улова. Осечки случаются, и не так уж редко. Чем лучше знаешь водоем и привычки его обитателей, тем больше шансов на удачу.

Зимнее ужение

Удят лещей зимой поплавочными и мормышечными удочками.

Обычно, потратив на поиски удачного места некоторое время, «лещатник» оседает на нем всерьез и надолго. Некоторые уловистые и прикормленные лунки служат всю зиму, а на самых лучших местах рыболовы одной компании подменяют друг друга – чтобы не пришли чужие и не заняли рыбное место.

Палатка – непременная принадлежность ловли. Защищает она и от холода (выход лещей к месту кормежки можно ожидать несколько часов), и от любопытных глаз – ведь стоит на открытом месте поднять на лед парочку килограммовых лещей, и вскоре рядом заскрежещут ледобуры, распугивая всю стаю.

Снасти – повышенной чувствительности. Поплавки опускают глубоко от поверхности воды, чтобы лещ, высоко поднимающий насадку при поклевке, не почувствовал раньше времени тяжесть мормышки или грузила. С той же целью употребляют сверхдлинные – до 20 см – кивки, вне палатки таким и не половить, будет мешать ветер.

Насадки – мотыль, опарыш, личинки репейной моли. Весной, как и многие другие рыбы, лещ неплохо берет на червя. Прикормка обязательна.

Клюет лещ и на мормышку без насадки. Последнее время меду рыболовами ходит много слухов о ловле лещей «шарманкой» – этим словом называют и особую самодельную мормышку, якобы не имеющую крючка (!?) и сам способ ловли, по описанию схожий с ловлей на безнасадочную мормышку. Надеюсь, в наступающем сезоне удастся познакомиться с «шарманкой» на практике…

Налим – ночной хищник, питающийся мелкой рыбой, червями, моллюсками, ракообразными и личинками насекомых, не брезгует он и падалью. Активно кормиться налим начинает с осенним похолоданием, наибольший жор наблюдается в декабре – начале января. Следующий за жором нерест происходит во второй половине января – феврале, тогда эту рыбу можно встретить на мелководье с каменисто-галечным или песчаным дном. В марте – апреле налим вновь начинает активно питаться.

Очень хорошо ловятся налимы в ловушковые снасти – в мережи, вентери и т. п., особенно зимой, во время своего массового хода в места нереста. Однако, пожалуй, большая часть пойманных любителями налимов попадается на крючковые снасти: на переметы, донки, подпуски, зимние «тычки». Зимние удочки, оснащенные особым образом, тоже вполне успешно применяются для подледной рыбалки.

В местах, где налим изобилует, его активно ловят на всевозможные искусственные приманки, использующие любопытство этой рыбы и ее манеру подплывать к источнику непонятных звуков. Некоторые из этих крючковых снастей («бряцалки», «стукалки» и т. д.) отдаленно напоминают блесны, другие же явно ведут свое происхождение от описанных Сабанеевым якорьков и дощечек с крючками.

Однако прежде чем перейти к подробному описанию отдельных видов ловли, стоит сказать несколько слов о выборе места – далеко не везде имеется шанс повстречаться с усатым донным отшельником.

В общем-то, налиму все равно, есть в водоеме течение или нет – водится он не только в озерах и водохранилищах, но и в опресненных заливах Балтийского моря. Однако для нереста непременно идет в проточную воду, необходимую для развития икры, – и рыболовы всегда нетерпеливо ожидают этого зимнего хода в реки, речки и ручьи.

Выбор места на водоеме обусловлен образом жизни налима. Держится налим исключительно у дна. В светлое время он обычно скрывается под корягами, среди подмытых корней деревьев, прячется между камней и затонувших бревен (за исключение времени посленерестового жора – тогда налим питается круглые сутки).

Ночью же налим странствует везде – везде, где держится рыбья мелочь, главная его пища. Мелководьем не смущается: иногда добывает гольцов и подкаменщиков на быстрине, где каменистой дно покрыто слоем воды менее 20 см глубиной.

Нередко зимой случалось интереса ради ставить донки и «тычки» в случайно пробитых на мели лунках, где поклевка казалась вовсе уж невероятной: нижний край льда почти касался грунта, – но налим попадался и там. Впрочем, последний факт не так уж удивителен: добыча в такой тесноте может спасаться от хищника лишь в двух измерениях, и шансы успешной охоты растут.

Поэтому заранее просчитать вероятные пути ночных блужданий налима – дело трудное, надо ставить снасти в разных местах, запоминая самые уловистые.

Вышесказанное относится к ловле на крючковые снасти, а при зимней ловле мережами и иными ловушками принимают во внимание другую привычку налимов: днем они отдыхают от ночных переходов на более глубоких и спокойных местах, а ночью идут против течения, придерживаясь быстрых и относительно мелких мест, – там и устанавливают на их пути мережи, морды и им подобные снаряды. При этом следует помнить, что рыболовные правила даже в тех регионах, где допускается ловля налима подледными ловушками, разрешают перегораживать крыльями снасти (на больших реках – совокупности снастей) не более 2/3 ширины русла, и относится этот пункт даже к самым маленьким ручьям.

Зимняя ловля донками и «тычками»

Зимние донки устроены очень просто. На мотовило наматывается несколько метров лески – из расчета глубины на месте ловли, к которому стоит добавить свободный запас лески в 3–4 м. Диаметр основной лески не менее 0,3–0,4 мм, можно более. Грузило при ловле на течении ставится такое, чтобы поток воды не сносил его (вернее, не приподнимал над донным грунтом). В спокойных местах достаточно небольшой «оливки». Чуть выше грузила привязывается поводок не более 25 см длиной, из лески, уступающей прочностью основной в 1,5–2 раза. Некоторые авторы рыболовных книг и статей советуют ставить более длинные поводки, порядка 500 мм. Ни к чему: налим, схватив приманку, не плывет в сторону, подобно щуке, а спокойно стоит на месте и заглатывает ее. Зато потом, заглотав, вполне может захлестнуть поводок за близлежащую корягу, если имеется хоть какой-то избыток лески.

Размеры крючков те же, что при осенней ловле донками: № 7-10 по отечественной нумерации. (Да и донки часто применяют те же, что и осенью, оставив на них один поводок с крючком – первый от грузила).

В качестве наживки используют либо мелкую рыбку (например, верховку), в том числе и снулую, либо резку – куски более крупных рыбешек: ершей, окуньков, плотвичек. На Ладожском озере и Финском заливе налимы неплохо попадаются на куски корюшки. В рыболовной литературе есть упоминания о таких зимних насадках для ловли налима, как мясо, сало и даже птичьи потроха. Не знаю, не пробовал. Для мяса и сала в хозяйстве всегда найдется более полезное применение, а потроха – слишком уж неэстетичная насадка.

Есть сторонники ловли налимов исключительно на живца, причем зачастую такие любители насаживают на поддевы двойника или тройника сразу двух или трех пескариков, реже ершиков. Дескать, нацепленные на один крючок два-три живца не по зубам налимьей мелочи, и в то же время пугаются друг друга, трепыхаются и шумят, чем и привлекают более крупного налима, который и глотает всю компанию. Шум налима действительно привлекает, но если учесть, что на одинарный крючок достаточно насадить 1/3 того же пескаря, то получается, что расход живцов вырастает при ловле «на гроздь пескарей» в 6–9 раз. Кроме того, живая насадка легко может привлечь щуку – но ее поклевки на налимью донку крайне редко завершаются извлечением из лунки зубастой хищницы. Сделать же некую универсальную снасть, пригодную и для щуки, и для налима, затруднительно: металлический или кевларовый поводок налима не испугает, но щуке нужен приличный запас свободной лески, чтобы отплыть с живцом в зубах и спокойно его проглотить, – а ее усатый коллега немедленно использует этот запас, чтобы забиться в камни или коряги.

Некоторые любители ставят на свои зимние донки два крючка, объясняя это возможностью поймать сразу двух налимов, и тем, что можно использовать на одной снасти сразу две насадки: червя и кусочек рыбки, например.

Но здесь не тот случай, когда число крючков на снасти пропорционально количеству добычи. «Дубли» на зимних донках случаются очень редко. Можно предположить, что два налима попадаются лишь тогда, когда подходят к донке и глотают приманки практически одновременно, а в остальных случаях пойманная рыба распугивает других. И половина насадки мокнет в воде впустую, а добывать зимой и червей, и живца гораздо труднее, чем летом, весной или осенью. К тому же рыболовные правила регулируют количество не донок, а крючков на них, – и лучше не полениться и просверлить вдвое больше лунок, добыча окупит труды.

Наживленные донки опускают в водоем так, чтобы груз лежат на дне, а леска имела небольшой провис – уровень воды даже зимой изменяется, и туго натянутая снасть при подъеме ледяного поля может повиснуть, не касаясь дна. (В водохранилищах гидроэлектростанций эти перепады уровня бывают очень велики, до нескольких метров, что создает массу неудобств для рыболовов: мало радости прийти утром к донкам и обнаружить, что воды в месте ловли нет, а снасти прижаты к дну опустившимися льдинами.)

Затем лески привязывают к палочкам, помещенным поперек лунок. Донки устанавливаются во второй половине дня и проверяются на следующий день утром, а при ловле на червя желательно устанавливать снасти попозже, затемно, во избежание покушений на насадку со стороны мелких рыб.

Если в водоеме водятся раки (продолжающие и зимой достаточно активный образ жизни), то они приносят много неудобств при ловле: и черви, и резка часто страдают от их клешней. В таком случае имеет смысл пробить пешней несколько в стороне большую майну и установить в ней вершу или рачню-самоловку с приманкой – куском испорченного мяса. Более ароматная для раков приманка отвлечет их в сторону от налимьих снастей, да и в улов будет внесено приятное разнообразие.

В людных местах и снасти, и лунки маскируются слоем рыхлого снега, который к тому же служит неплохим теплоизолятором, не давая лункам промерзнуть. Желательно помечать каждую донку какими-то опознавательными знаками, чтобы не лишиться после снегопада и рыбы, и снастей.

В сильные морозы вода в лунках глубоко промерзает, даже под слоем снега, и проверять снасти лучше идти с пешней, а не с ледобуром. Прозрачную леску, кстати, очень легко невзначай перерубить пешней, поэтому некоторые любители зимней налимьей ловли привязывают метровый отрезок толстой медной проволоки к палочке, лежащей поперек лунки. А уже к нижнему концу проволоки – основную леску донки. Вмерзшая в лед проволока лучше видна, и выдержит, если ее все же случайно зацепит лезвие пешни.

Есть и другой способ проверки донок, основательно вмерзших в лед. Почти вплотную с замершей лункой сверлится еще одна, и леска достается из новой лунки Г-образным проволочным крючком или, при его отсутствии, подручным приспособлением, сделанным их двух связанных под углом прутьев и самого большого из имеющихся рыболовных крючков. При достаточной глубине на месте ловли длина снасти позволяет вытащить налима или крючок с объеденной насадкой на лед. Но если место мелкое, а лед толстый, то приходится сбрасывать запас лески с мотовила и протягивать через первую, замерзшую лунку. Леску на соответствующем участке надо заранее смазать вазелином, тогда она не примерзнет ко льду и будет свободно скользить сквозь него. Если после нескольких проверок улова нет, то леску отвязывают от мотовила и протягивают во вторую лунку насквозь, затем снова сматывают донку и выставляют на новом месте.

Рис. 87. Проверка налимьих донок при помощи подручного Г-образного приспособления.

В тех местах, где мне доводилось ловить зимой налимов, морозные зимы в последние два десятилетия большая редкость, и прибегать к подобным ухищрениям нужды нет, достаточно получше теплоизолировать лунку. Некоторые рыболовы советуют применять для этого дисковидные лючки из твердого пенопласта, по диаметру равные лунке. Способ надежный, но достаточно трудоемкий. Я в таких случаях пользуюсь мягким упаковочным пенопластом, растертым в гранулы. Лунка, засыпанная слоем пенопластовых гранул, выдерживает мороз в несколько градусов по двое суток и легко прочищается простым черпаком.

Так называемые «ты́чки» – еще более упрощенный вариант зимней донки: леску и грузило заменяет жердь, воткнутая в дно вертикально либо (при наличии течения) под небольшим наклоном. На нижнем конце жерди топориком делается глубокая зарубка, за нее захлестывается петля поводка, – такого же, как на зимней донке. И в остальном рыбалка при помощи «тычек» ничем не отличается от ловли донками.

Так ловить удобно на неглубоких лесных речках, где за материалом для «тычек» далеко ходить не надо. Преимущества у этой примитивной снасти следующие: практически нет риска зацепов; лунку можно спокойно расчищать пешней, не опасаясь обрубить леску; не надо как-то дополнительно обозначать снасть, верхний конец жерди виден даже после изрядного снегопада (последнее актуально для безлюдных мест, но в верховьях лесных речушек праздношатающаяся публика встречается не часто).

Рис. 88. Налимья «тычка»

Часто налимьи снасти, расставленные недалеко от дома, проверяют раз в сутки – вечером, после работы. И чтобы не тратить время на ужение живцов, неподалеку опускают под лед 2–3 «косынки» с мелкой ячеей – попавшиеся в них окуньки и плотвички тут же режутся на насадку.

Подледники

Подледниками называют как переметы (чаще всего небольшие, от 10 до 20 крючков), так и подпуски, протягиваемые зимой подо льдом, – в основном для ловли именно налима.

Переметы протягиваются подо льдом точно так же, как и ставные сети. Во льду рубится пешней майна, от нее в линию бурятся лунки на расстоянии 2–3 м одна от другой. Затем в майну опускается шест с привязанной к его концу веревкой (длина шеста на 0,5–0,8 м превышает расстояние между лунками) и продергивается при помощи багра от одной лунки к другой. Затем протянутую подо льдом веревку привязывают к перемету, и постепенно затягивают его под лед, по одному наживляя крючки.

На водоемах, где ловля производится постоянно, можно заранее, по открытой воде, проложить по дну в удобных местах несколько шнуров с грузилами на концах, отметив их буйками. В таком случае первый выезд на водоем после ледостава не следует затягивать, чтобы не заниматься долгими розысками буйков под сугробами.

Устанавливая подледные подпуски на реках, не сверлят цепочку лунок, а используют силу течения для протягивания подо льдом снасти, привязав вместо концевого грузила буек (большой кусок пенопласта, пустую пластиковую бутылку и т. д.). Если подпуск невелик, а течение сильное, можно обойтись без буйка – опустить в лунку с леску поводками, затем грузило. С длинными подпусками буек необходим, иначе снасть путается. Особенно удобен этот способ по перволедью, в местах с тонким и достаточно прозрачным льдом, сквозь который хорошо виден буек. Затем лед над буйком разбивается, и привязывается небольшое концевое грузило, вместе с основным опускающее снасть на дно. Ближе к середине зимы такой способ неприменим – большинство рыб начинает избегать течения, скапливаясь в тиховодных ямах.

На нешироких налимьих реках подледники применяют чаще всего небольшие, от 10 до 20 крючков, и установить их описанными выше способами нетрудно. Но на больших озерах севера и северо-запада, где налимы рассеяны на большой площади (за исключением времени их нерестовой концентрации), применяют переметы длинные, с числом крючков, исчисляющимся уже сотнями. Гонять подо льдом жердь на расстояние до километра долго и хлопотно, да и отыскать на огромном водоеме буйки, отмечающие проложенный с осени шнур, практически невозможно.

Там для установки переметов всего удобнее подледная лебедка-«каракатица», подробно описанная в первой части настоящей книги.

На небольших налимьих реках, особенно лесных, «каракатицу» лучше не применять. Иначе лебедка с большой вероятностью может запутаться в затопленном дереве или кусте, забуксовать на неожиданном повышении дна и т. п.

Говорить отдельно о крючках и насадках для налимьих подледников не стоит – к тому, что сказано в главе о зимних донках и «тычках», добавить нечего.

Протягивать переметы и подпуски подо льдом достаточно трудоемкое дело, к тому же проверять их приходится вдвоем: один рыболов вытягивает на лед снасть, а второй стравливает в лунку шнур, привязанный к противоположному концу снасти, затем, сняв добычу и насадив новую наживку, приступают к обратному процессу.

Резиновый амортизатор позволяет легко управляться зимой с подпусками и небольшими переметами в одиночку. В первый раз снасть заводится под лед так же, как описано выше. Длина амортизатора должна быть в 3 раза короче длины привязанной к нему снасти.

Зимой, в холодной воде, резина менее повержена порче и заброшенный один раз подледник с амортизатором может прослужить весь зимний сезон. При сильных морозах вынутая из воды резина теряет эластичность, становится ломкой, – чтобы не рисковать обрывом снасти, первый поводок и точку крепления шнура к амортизатору должно разделять расстояние, вдвое превышающее максимальную толщину льда.

Однако в последние годы любителей зимней ловли налимов донимают не морозы, а наоборот, слишком теплые зимы. Только-только рыбаки обоснуются на заветной речке, рассчитывая половить долго, ежедневно проверяя снасти: насверлят лунок, выставят донки и «тычки», протянут подо льдом подпуски, – а тут как грянет затяжная оттепель, и вот уже по льду катит поток верховой воды, иногда даже снасти собрать не удается…

Для ловли в долгие оттепели, когда на разрушающийся речной лед не выйти, но забросам с берегов он мешает, придумана простая снасть, отчасти напоминающая перемет. Поперек прибрежных промоин и закраин (на узеньких речушках – от берега до берега) кладется жердь длиной в несколько метров, с которой свисают длинные поводки, оснащенные грузилами, удерживающими насадку на дне. Иногда и этой примитивной снастью удается неплохо половить, если промоина удачно расположена на пути зимнего хода налимов. Но все-таки глобальное потепление климата преизрядно испортило зимнюю налимью рыбалку в средней полосе.

Зимнее ужение и ловля на блесну

Зимнее ужение налимов – занятие для людей, отличающихся крепким здоровьем и склонностью к экстремальному отдыху. Просидеть всю длинную зимнюю ночь над лункой, в крепчающий час от часу мороз… б-р-р…

Однако добыча может окупить все неудобства, если, конечно, пресловутая лунка пробита над «подводной тропинкой» налимов. К тому же никто не мешает при этом расставить в других местах водоема донки или «тычки», либо же протянуть пару подледников.

Зимние поплавочные удочки для ужения налимов применяют редко, и по сути это та же донка, у которой притопленный в лунке поплавок сигнализирует о поклевке, – но донка, так сказать, многоразовая, с которой можно снять за ночь не одну и не две рыбы.

Чтобы увидеть движение поплавка, лунку приходится освещать, либо электрическим фонарем, либо (при ловле в палатке) свечкой. Иногда вершину поплавка покрывают люминесцентной, светящейся в темноте краской, и по мере того, как свечение ослабевает, достают из воды поплавок и минуту-другую держат в луче фонарика.

После поклевки налима – обычно это плавная потяжка – выжидают несколько секунд, затем подсекают. Вытаскивание добычи затруднений не доставляет. Хотя, конечно, среди ловцов налимов бродят легенды о рыбах чудовищных размеров, не пролезших в лунку и оборвавших снасть, и не всегда эти легенды – вымысел. Но обычный, среднестатистический налим всегда сопротивляется гораздо слабее, чем другие рыбы одного с ним размера и веса.

Зимние удочки с мормышкой применяются для ловли налимов чаще, чем поплавочные, но конструкция их отличается от обычной: мормышка одна, большая и увесистая. Очень часто используется самодельная мормышка «конус», причем размеры «конуса» для налима увеличиваются: тело мормышки изготавливается длиной 40, иногда даже 50 мм. На Дону и других реках юга России такая тяжелая мормышка именуется «пулькой», существуют и другие ее местные названия. Существуют и другие разновидности уловистых налимьих мормышек (на рис. 89 изображены мормышки весом 30–50 гр., используемые на Рыбинском водохранилище), но все они отличаются большим весом и размером.

На крючок насаживается все тот же червь, или кусочек рыбки, или целая верховка. Игра мормышкой состоит в периодическом постукивании ею по дну, с большими или меньшими паузами, во время этих пауз обычно и происходит хватка налима.

Рис. 89. Мормышки для ловли налима.

Поскольку налим практически не пользуется зрением, разыскивая добычу, очевидно, что в отличие от дневных рыб привлекают его не легкие облачка мути, возникающие при подобном способе игры, но именно звук от ударов мормышки о дно. Как будет показано далее, на этой особенности налимов основаны и другие способы его зимней ловли.

Прикормка при зимнем ужении налимов практически не применяется. Вообще при ловле хищников прикормка воздействует не на них, а на рыбью мелочь, скопление которой привлекает крупного окуня или щуку. Но налим тем и отличается, что охотится на местах ночевки, а не кормежки мелкой рыбы.

Некоторые рыболовы пытаются привлечь налима не только звуком, но и светом, и привязывают к своим удочкам вторую мормышку, – пластиковую светящуюся, как при ловле корюшки. Поклевки на такие мормышки случаются, если они привязаны не очень высоко, в 7-10 см от дна. Но привлек в таком случае налима свет или все-таки стук – вопрос спорный.

Кивки для ловли налима применяются большие и жесткие, с крупным шариком или цилиндром на кончике, и этот шарик либо цилиндр тоже покрывают светящейся краской. Иногда обходятся вообще без кивка, определяя поклевку осязанием. На некоторых финских зимних удочках для блеснения имеются светящиеся в темноте гибкие хлыстики – некоторые рыболовы пользуются такими снастями для ночного ужения налимов.

По окончании нереста, в конце зимы и самом начале весны, налим активно отъедается после своего нерестового путешествия, и питается круглые сутки. И в местах скопления можно удить его со льда и днем, хотя лучший клев и тогда бывает все же по ночам. Иногда в эту пору налим попадается днем на снасти, вовсе не для него предназначенные: например при ужении плотвы на мотыля или при блеснении окуня.

Ловля налимов на классические зимние блесны распространена мало. Главное условие: блесна не должна подниматься выше чем на несколько сантиметров над дном, и регулярно о него ударяться. Как и в случае с мормышками, рыбу привлекает шум. Однако подобные способы хороши, если дно в водоеме галечное или плитняковое. На мягком грунте и блесна, и мормышка станут звучать в разы хуже. Поэтому для ловли усатого хищника придуманы приспособления, иногда напоминающие блесны, иногда нет, – но все они способны издавать достаточно громкие звуки сами, без удара о поверхность дна. К их описанию мы и переходим.

Зимняя ловля «на шум»

Вот что написал о шумящих приманках классик рыболовной литературы Л. П. Сабанеев:

«Налима можно с большим успехом ловить на звенящие блесны, вроде употребляемых для ловли сигов; это две широкие блесны на одном поводке, которые при опускании расходятся, а при поднимании сближаются и, ударяя друг о друга, звенят. Во время хода налимов их также багрят или особыми багорчиками, или крупными крючками, привязанными к 1,5-метровой рукоятке, как судаков, причем также высматривают идущую рыбу, лежа над обрывом, закрывши голову, или ловят на двойчатку (или на две из двух смежных прорубей) с привязанными к ней якорьками, делая ею более или менее частые подсечки – уже наобум. Впрочем, последним способом налимы ловятся реже других рыб, не ползающих по дну, и большей частью во время нереста.

Местами с большим успехом применяются видоизмененные способы ловли налимов на голые крючки или, вернее, на якоря. Первый, основанный как на потребности большинства рыб тереться во время нереста о твердые предметы, так и на необъяснимой любви налима к звукам, употребляется в Псковской, губернии. На месте нереста в прорубь спускают вертикально пятилапый якорек, высотой 15 см, так, чтобы он стоял на дне торчком. Якорек оканчивается, как и все якоря, ушком с кольцом, за которое и привязывается бечевка. Время от времени ловец слегка подергивает последнюю, и кольцо, опускаясь, издает звон. Этот звон и привлекает ползающих по дну налимов, и чем кольцо звонче, тем ловля удачнее, т. е. налимы охотнее переползают через якорь, что слышно по руке, держащей бечевку.

Налимы, по мнению моложских рыбаков, трутся всегда на белой гальке и потому, принимая липовую дощечку за камень, охотно трутся и переползают через нее, что слышно по руке. Рыбак поэтому, при известном навыке и сноровке, подсекает всегда вовремя и нередко вытаскивает сразу пару налимов, иногда свившихся хвостами, как сказано выше. Вообще ловля налимов голыми якорьками во время нереста имеет довольно обширное распространение и употребляется как в Новгородской губернии, так и в Западной Сибири. В первой местности якорьки не более 4 см высотой».

В наше время ловля налимов на шумящие приманки изменилась мало. Для сравнения вот еще пара цитат, уже из вполне современного издания – из журнала «Спортивное рыболовство» (статья А. Орехова о ловле налима в № 12/2004):

«Широко известен способ ловли налима на так называемую «стукалку» или на «кольцо». Разновидностей этой снасти много. В одном из рыболовных журналов 2 или 3 года назад В. Перваковым была описана «стукалка», внешне похожая на балансир – пожалуй, одна из самых простых конструкций. Основываясь на той публикации, я изготавливаю приманку так. Из листа отожженной меди, латуни или никеля толщиной 0,5–1 мм вырезаю прямоугольную заготовку длиной 60–80 мм и шириной 30–40 мм. Затем сгибаю ее посередине – чтобы получилась фигура, похожая на двухскатную крышу. Если, скажем, заготовка имела ширину 40 мм, то в поперечном сечении должен получиться равнобедренный треугольник с боковыми сторонами по 20 мм, и основанием порядка 20–25 мм. Посередине заготовки делается отверстие для крепления проушины из тонкой проволоки, как у балансира, к ней будет привязываться леса. К проволочным усикам проушины крепятся два одинарных, достаточно больших крючка – так, что бы колечки и большая часть цевья оказались «под коньком» этой самой «двухскатной крыши». Затем конструкция переворачивается и заливается свинцом. После обработки напильником и полировки (проще всего «бархоткой» с полировальной пастой) получается изделие, которое можно описать так: балансир-трехгранка без хвостового оперения и нижнего тройника (рис. 90).

Рис. 90. «Стукалка».

Пользуются этой снастью, как правило, перед нерестом налима. Техника ловли на нее незатейлива: «стукалку» опускают на дно, резко поднимают на 10–20 см, а затем «бросают» вниз. Ударяясь о дно, «стукалка» издает звук, привлекающий налима, а для соблазнения его еще и запахом, на крючки подсаживают кусочки рыбы. Хотя есть и другое предположение: звук «стукалки» не просто привлекает, а раздражает налима, заставляя его атаковать «агрессора».

Иногда к проушине крепится стальное колечко (проще всего – при помощи заводного кольца). Смысл этого усовершенствования в том, что, ударяясь о боковую поверхность «стукалки», колечко дополнительно издает звуки, тоже притягивающие налима. Тогда эта снасть называется «кольцо».

Форма тела «стукалки» не должна быть непременно треугольной – может, допустим, и овальной, отлитой в форме. И крючков – не обязательно два, а три или даже четыре. Здесь полет фантазии не ограничен, а правильное конструктивное решение определяется экспериментальным образом. Главное – создать под водой побольше шума, и не просто шума, а такого, чтобы он провоцировал налима на поклевку».

Происхождение от «якорька с кольцом», описанного Сабанеевым, несомненно. Единственное принципиальное отличие – подсаживание на крючки «стукалки» кусочков рыбы, совершенно не обязательное для ловли, но необходимое по иным причинам, о которых будет упомянуто позже. Надо сказать, пятилапый якорек в его первозданном виде до сих пор употребляется питерскими рыболовами, ловящими на Ладожском озере (см. рис. 91).

Рис. 91. Современный «якорек» ладожских рыбаков.

Снасть изготавливается из остро заточенных самодельных крючков, соответствующих как минимум № 14—№ 15 по отечественной нумерации, иногда из более крупных. Вставляются они в охотничью гильзу небольшого калибра (32-го, 28-го или в крайнем случае 20-го) и там закрепляются расплавленным свинцом. Выше слоя свинца находится полость, отделенная водонепроницаемой пробкой. В эту полость помещают несколько небольших шариков от подшипника – и получившаяся погремушка позволяет обходиться без кольца.

Вот еще один отрывок из той же статьи А. Орехова:

«Есть еще приманка, принцип действия которой аналогичен «стукалке». Изготавливается она из двух тяжелых колеблющихся блесен – например, типа «Норич». Обе блесны крепятся за общее заводное кольцо, к нему присоединяется карабин, к которому привязывается леса. Хитрость тут одна: блесны надо закрепить так, чтобы они соприкасались выпуклыми частями (рис 92).

Рис. 92. Сдвоенная блесна, она же «бряцалка».

Получившуюся «погремушку» опускают на дно, затем приподнимают на несколько сантиметров – и либо бросают вниз, как «стукалку», либо потряхивают у самого дна, опять же создавая звуки, привлекающие налима. Еще одна тонкость: если на обеих блеснах оставить тройники, то они очень часто будут цепляться друг за друга и нарушать «игру» этой снасти. Бороться с этим явлением можно несколькими способами, самый простой из которых, – снять один из тройников. Можно также ставить маленькие тройники, такие, чтобы они «не дотягивались» друг до друга, или ставить вместо тройников одинарные крючки».

Как говорится, найдите десять отличий от «звенящих блесен» Сабанеева… А липовая дощечка моложских рыболовов XIX века превратилась в наши дни в нечто более современное, в конструкцию, именуемую некоторыми рыболовами «лапой». Снасть и в самом деле отдаленно напоминает лапу не то медведя, не то еще какого-то зверя. Основание «лапы» выгибается из трапециевидной заготовки с закругленными краями (материал – листовая нержавеющая сталь толщиной 2 мм, иногда дюраль несколько большей толщины). К широкому концу припаиваются «когти» – большие крючки в количестве от 3 до 5 штук. «Лапа» не просто имитирует белую гальку, о которую якобы любит тереться брюхом налим, но и привлекает рыбу достаточно громким звуком. Достигается это в различных модификациях «лапы» по-разному. Иногда к нижней, вогнутой стороне основания лапы, возле крепежного отверстия, припаивается или приклепывается одним концом отрезок плоской пружины от заводной игрушки 10–12 см длиной, на другой конец пружины крепится звонкий бубенчик. При малейшем подергивании лески гибкая пружина колеблется, и бубенчик звенит, ударяясь об основание «лапы». Второй способ: леска привязывается к крепежному отверстию не напрямую, а через цепочку около 20 см длиной. Цепочка своеобразная: собрана из рыболовных карабинов и заводных колец, причем на каждое кольцо прицеплена еще и просверленная у края монета (обычно старая, вышедшая из употребления). При подергивании и отпускании лески цепочка шумно побрякивает, привлекая налима.

Иногда подошедшая рыба докладывает о себе несильным толчком, но вообще полезно подсекать «вслепую», – периодически, после чередования нескольких «бряков» и пауз.

Любопытно, что эта снасть, приносящая неплохие уловы на Ладоге и других больших озерах Ленинградской области, никак не проявила себя на маленьких лесных речках. Правда, там и опыты ее применения были не слишком многочисленными.

Ничем принципиально не отличаются от «лапы» и шумовые блесны, применяемые для ловли налимов соседями-финнами. Правда, если питерским рыбакам приходится пользоваться самоделками, то в Финляндии «шумелки» выпускают вполне респектабельные фирмы, производящие рыболовную продукцию. Вот, к примеру, «шумелка» известной фирмы «Куусамо», изображенная на рис. 93. Производитель в своем каталоге пишет о ней так:

«Сезон ловли налима начинается в конце января и длится до марта – это лучшее время для использования такой блесны. Ее следует опустить на дно и покачивать таким образом, чтобы задняя ее часть все время касалась дна. Налим прощупывает своими щупальцами (усами) блесну, и это, в виде легких движений, ощущается на наконечнике удилища. В этот момент сделайте резкий рывок и засеките рыбу. Прикрепленное к блесне грузила издают дополнительный звук, благодаря чему блесна привлекает рыбу с большого расстояния».

Рис. 93. Финская «шумящая» налимья блесна, т. н. Madepikki.

Если попытаться изготовить подобную блесну собственноручно из подходящей летней «колебалки» (что не так уж трудно, владея соответствующими инструментами и минимальными слесарными навыками), то необходимо добиться, чтобы оба крючка – и двойник, и большой одинарный, – двигались относительно блесны свободно, но лишь в одной плоскости. Можно увеличить громкость издаваемых такой «шумелкой» звуков, если отлить крепящиеся к крючкам грузила не из любого подвернувшегося под руку свинца, а из расплавленной охотничьей дроби (в состав свинцового сплава, используемого для дроби, входят добавки, обеспечивающие необходимую твердость, – чистый свинец звучит при соударении с другим металлом достаточно глухо).

И напоследок о подсаживании кусочков рыбы на крючки. Если этого не делать, все описанные в этом разделе снасти автоматически попадают в раздел багрящих, то есть безусловно запрещенных рыболовными правилами.

Зимняя ловля сетями и ловушками

Ловля налимов ловушками налимов разрешена не везде, с основном в северных регионах России, в бассейнах Северной Двины, Онеги, Вычегды и некоторых других рек, да и то по разовым именным разрешениям.

Оно и правильно: в средней полосе, как уже говорилось, налим отнюдь не изобилует, ютится в самых верховьях рек, – и перекрыв такую речушку крыльями мережи или вентеря, не трудно подчистую истребить нерестовое стадо налима, что невозможно сделать ни ставной сетью, ни бреднем, не говоря уж о крючковых снастях.

Однако там, где налим водится в больших количествах, ловля эта весьма добычлива и не лишена своеобразного азарта. Вот какое поэтичное ее описание оставил другой патриарх рыболовной литературы, С. Т. Аксаков:

«Уха из одних налимов (даже без бульона из ершей), живых непременно, особенно если положить побольше печенок и молок, до того хороша, что, по моему мнению, может соперничать с знаменитой стерляжьей ухой. Из уважения к такому высокому качеству я допускаю и даже люблю ловлю их мордами, по-заволжски, или неротами, по-московски. Она производится следующим образом:

На перекатах реки, в которой водятся налимы, загораживаются язы, то есть вся ширина реки или только та сторона, которая поглубже, перебивается нетолстыми сплошными кольями, четверти на две торчащими выше водяной поверхности, сквозь которые может свободно течь вода, но не может пройти порядочная рыба; в этой перегородке оставляются ворота или пустое место, в которое вставляется морда (или нерот), крепко привязанная посредине к длинной палке: если отверстая ее сторона четыреугольная, то ее можно вставить между кольями очень плотно; если же круглая (что, по-моему, очень дурно), то дыры надобно заткнуть ветками сосны или ели, а за неименьем их – какими-нибудь прутьями. Всего необходимее, чтоб морда лежала плотно на дне.

Зимой, особенно в сильные морозы, преимущественно около святок, выходят налимы из глубоких омутов, в которых держатся целый год, и идут вверх по реке по самому дну, приискивая жесткое, хрящеватое или даже каменистое дно, о которое они трутся для выкидывания из себя икры и молок; таким образом, встретив перегородку, сквозь которую пролезть не могут, и отыскивая отверстие для свободного прохода, они неминуемо попадут в горло морды. Иногда вваливаются такие огромные налимы, что даже непонятно, как они могли пролезть в узкое отверстие, будучи почти вдвое его объемистее. Это объясняется тем, что вся толщина налима состоит в брюхе, которое, по мягкости своей, удобно сжимается, и тем, что налим покрыт необыкновенною слизью.

Всего выгоднее загораживать язы на устьях речек, впадающих в главную реку. Налимы идут всегда по ночам и днем никогда в морды не попадаются. В наши долгие, жестокие зимы очень приятно после снежной вьюги, свирепствовавшей иногда несколько дней, особенно иногда после оренбургского бурана, когда утихнет метель и взрытые ею снежные равнины представят вид моря, внезапно оцепеневшего посреди волнения, – очень весело при блеске яркого солнца пробраться по занесенной тропинке к занесенным также язам, которые иногда не вдруг найдешь под сугробами снега, разгресть их лопатами, разрубить лед пешнями и топорами, выкидать его плоским саком или лопатой и вытащить морду, иногда до половины набитую налимами.

Изредка, особенно к великому посту, попадаются окуни, плотва и раки».

Со времени Аксакова ничего принципиально в этой ловле не изменилось, кроме материалов, из которых изготавливаются снасти: плетеные из ивовых прутьев ловушки уже мало где употребляются. Для изготовления жестких бескаркасных ловушек сейчас гораздо чаще используют металлическую сетку, причем наиболее удобна сетка, сплетенная из проволоки, изолированной пластмассой. Подобные жесткие неразборные снасти имеют ряд преимуществ перед сетными ловушками, но главный их недостаток – отсутствие компактности, ловить можно только рядом с домом. Поэтому для ловли налима «на выезде» подо льдом растягивают обычные вентери и мережи (см. соответствующую главу первой части). Чтобы не рубить лишние проруби, удобно в тех же целях использовать верши с пружинным каркасом (часто продающиеся в магазинах под торговым названием «садок-ловушка»). В воду такая верша опускается с сложенном виде и уже подо льдом расправляется в рабочее положение. Весьма удачно используются стационарные ловушки, открытые сверху, – котцы и катиски, тоже описанные в первой части этой книги.

В ставные сети, растянутые подо льдом, налимы при удачном выборе места ловли попадаются гораздо чаще, чем в сезон открытой воды. Связано это с тем, что рыбины, рассеянные в другое время по водоему, собираются зимой в более или менее густые стаи, следующие к местам нереста.

В озерах с ровным дном неплохо ловят налимов подо льдом неводами, но эта снасть в зимней любительской ловле практически не используется.

Окунь (Регса fluviatilis) широко распространен в водоемах нашей страны. Он населяет пруды, озера и водохранилища, реки (кроме горных), опресненные заливы многих морей. В Балхаше обитал родственный вид – балхашский окунь, ныне практически вытесненный судаком.

Тело окуня зеленовато-желтое, на боках темные вертикальные полосы, иногда малозаметные – в зависимости от цвета дна и состава воды окунь может быть и очень светлым, и почти черным. В безлюдных местах, где окуней мало кто ловит, они могут дорасти до 50 сантиметров длины и 3 килограммов веса; с определенного возраста основной прирост окуней идет не длину, а в ширину и толщину, отчего крупных окуней уважительно зовут «горбачами», в отличие от мелких прогонистых «матросиков».

Писать про зимнюю ловлю окуней очень легко – излагая свой и чужой опыт, можно выдавать текст погонными километрами…

Писать про зимнюю ловлю окуней очень сложно, гораздо проще наловить по первому льду самих окуней… Такой вот парадокс.

Дело в том, что окуня ловили практически все, кто выходил со снастями на лед (там где окунь водится, разумеется) – ловля плотвы, столь же широко распространенной, все-таки требует больших навыков и умений от рыболова. И практически все, кто брался за сочинение рыболовных книжек, писали про ловлю окуней… Не хочется исполнять в сотый раз старые песни о главном, хорошо известные большинству рыболовов.

А с другой стороны, на перегруженных рыболовами водоемах центральных областей даже для ловли незамысловатого окуня придумано множество рыболовных хитростей и разновидностей базовых способов ловли – если вдаваться в тонкости, то невозможно станет объять необъятное в обзорной книге по зимней рыбалке, надо сочинять отдельный, лишь окуню посвященный опус, – и томик получится весьма увесистым.

Поэтому по ловле окуней я пройдусь достаточно бегло, – и заранее извиняюсь перед рыболовами, кому содержание дальнейших страниц покажется тривиальным и общеизвестным. Это скорее ликбез для начинающих – для тех, кто к летней рыбалке пристраститься успел, а теперь, не желая расставаться на полгода с любимым увлечением, размышляет о первых своих шагах на поприще зимней рыбалки – какую снасть приобрести и куда с ней отправиться… Отправляйтесь за окунем по первому льду – тогда гораздо меньше шансов на то, что первый опыт обернется первым разочарованием.

Ловля на мормышку

Поплавочными зимними удочками специально окуней не ловят, хотя полосатики небольших размеров клюют на них довольно бойко. Но если вместо ожидаемой плотвы или густеры к лунке подошла стая окуней, лучше перенастроить снасть на ловлю мормышкой (а еще лучше держать наготове в ящике заранее оснащенную мормышечную удочку). Окунь все-таки хищник, и на активно движущуюся насадку улов будет всегда больше, чем на неподвижную.

Удильники для ловле на мормышку более подробно описаны в первой части и ниже, в главе, посвященной ловле плотвы, – окуневые удочки ничем особенным не отличаются, разве что кивок чаще всего нужен более упругий и короткий (металлический, из витой или пластинчатой пружины, длиной 5–7 см), чем при ловле плотвы, подлещика и других осторожно клюющих рыб, – поклевка у окуней, особенно по первому и последнему льду, уверенная и заметная. Но в глухозимье и энергичного окуня в некоторых водоемах одолевает апатия, тогда нужны самые чуткие кивки, фиксирующие легчайшие прикосновения к мормышке.

Самые тонкие лески (диаметром менее 0,1 мм) используют при ловле окуней редко, опять же при ловле в глухую зимнюю пору на крохотную мормышку, обычно же ставят леску 0,12-0,14 – на небольших и относительно неглубоких водоемах окуни собираются в разновозрастные стаи, и после 50-граммового «матросика» вполне может клюнуть увесистый горбач. На обширных озерах и водохранилищах стаи окуней гораздо более «отсортированы» по размеру, и держатся в разных местах: рыболовы, целенаправленно охотящиеся за горбачами, предпочитают не бурить лунки на глубинах не менее 4, даже 5 метров. Но такой выбор места ловли позволяет отсечь поклевки мелочи, не более того, – крупные окуни, преследуя малька, могут оказаться на мели, на глубине 25–30 см.

Рис. 95. Популярные для ловли окуня мормышки.

Мормышек для ловли окуня придумано множество. На рис. 95 приведены лишь некоторые из наиболее часто используемых на водоемах Ленобласти для ловли с насадкой: «граненая», «дробинка», «уральская» и др.

Выбор конкретной мормышки зависит от многих факторов, но общий принцип прост: размер и вес мормышки прямо пропорциональны глубине, силе течения, размеру рыбы и ее активности.

Мало подобрать мормышку, соответствующую условиям ловли, надо ее правильно привязать. Активный окунь клюнет на любую мормышку, хоть бы и привязанную наоборот, сгибом крючка вниз – удачных подсечек станет меньше, но рыба будет ловиться. Но апатичный окунь очень часто клюет особым образом (особенности окуневого клева хорошо можно разглядеть при ловле «вприглядку» – когда рыболов ложиться на лед, приближает лицо к лунке и прикрывается чем-нибудь от солнечного света).

Так вот, окуни медленно приближаются к насадке, затем с минимальной дистанции втягивают ее пасть и мгновенно выплевывают обратно – не прикасаясь фактически к мотылю или крючку, работает струя воды из пасти рыбы. Неправильно висящая мормышка – цевье крючка близко к вертикальному положению – в пасть окуня не попадет, ударит о губу металлом и поклевка на этом завершится. Горизонтально висящая мормышка сработает в такой ситуации лучше, будет свободно входить и выходить в распахнутый рот и рыбу не испугает, но момент для удачной подсечки угадать крайне трудно, очень уж он недолог – леска и кивок обладают некоторой инерционностью, и показывают происходящее а дне с запаздыванием; для того, собственно, и ловят «вприглядку» – чтобы подсечь «балующегося» окуня в тот краткий миг, когда мормышка исчезает в его пасти.

Лучшим образом в подобной ситуации сработает мормышка, цевье которой наклонено к горизонту под углом, близким к 45° – велика вероятность, что жало крючка слегка зацепит губу рыбы, мормышка задержится в пасти и рыболов успеет среагировать на движение кивка.

Наиболее распространенные способы привязывания мормышек приведены на рис. 96, а угол, под которым они висят на леске, определяется наклоном отверстия в теле мормышки (иногда у покупных мормышек приходится его пересверливать тоненьким сверлом)

Рис. 96. Привязывание мормышек: 1 – с узлом на цевье крючка (для крупных и тяжелых мормышек); 2 – с концевым узлом (для самых маленьких мормышек); 3 – наиболее распространенный способ.

Сверхтяжелые вольфрамовые мормышки привязывают особым способом – вольфрам и его сплавы плохо обрабатываются и острые края отверстия зачастую перерезают леску. Поэтому отверстие делается увеличенного диаметра, в него вставляется кусочек самого тонкого кембрика, а затем уже в кембрик продергивается леска.

На крючки мормышек для безнасадочной ловли часто подсаживают две-три бисеринки разных цветов, или одну бусинку чуть покрупнее, или совсем крохотные отрезки кембрика.

Раньше считалось, что эти искусственные подсадки как-то имитируют естественный корм, теперь специалисты мормышечной ловли все чаще рассуждают о дополнительных звуках и вибрациях, производимых бисером или кембриком при ударах о металл мормышки или крючка, и привлекающих рыбу. Может, так и оно есть, но клев улучшают и подсадки кусочков пористой резины – а они звуков и вибрациям не способны… Надо полагать, на деле все сложнее, и имеет место сочетание разных воздействующих на рыбу факторов.

Для безнасадочной ловли используется группа приманок, которые назвать мормышками затруднительно (рис. 97). Если «чертик» еще может с некоторой натяжкой считаться мормышкой, то «микроб» скорее микробалансир – хвостик из щетины придает приманке маятникообразное движение. «Жук» вообще не отнести ни к блеснам, ни к мормышкам – состоит он из свинцового грузика (форма может быть различной) с привязанными сбоку 2–3 крючками.

Рис. 97. Приманки для окуня: 1 – «микроб»; «жук» (слева) и «чертик»; 3 – «вертолеты».

Ну а как классифицировать «вертолет», я не знаю. Зимний микродевон?

Некоторые из этих приманок («микроб», «чертик») обладают широким спектром действия и применимы на самых разных водоемах. Другие годятся на лишь для определенных условий. Например, на Ижорском пруду в Колпино (это довольно обширный, несколько километров в длину, и глубокий разлив р. Ижоры) окуни у меня отлично клевали на «жуков», полностью соответствующих названию: с грузиком в форме сплюснутого овала размером 15х1ОхЧ мм. А в других водоемах поклевок на таких «жуков» не было, зато неплохо работала приманка меньших размеров с грузилом в форме вытянутого цилиндра. Очевидно, что для ижорских окуней жуки – водолюбы и плавунцы – привычная пища, в отличие от полосатиков, обитающих в иных водах.

Ловля на блесны и балансиры

Удочку для блеснения используют и при ловле на мормышку – для поиска окуневых стаек в глухую зимнюю пору. Блесной обнаруживают стоянку окуня – но апатичные рыбы не в состоянии засечься крючком даже маленькой блесны, лишь впустую «стучат» по ней – тогда рыболов откладывает удочку с блесной и ловит на мормышку.

Но при активном клеве именно на балансиры и блесны попадаются наиболее крупные экземпляры. Оговорюсь: если не применять самые маленькие блесны и особенно т. н. «окуневые балансиры» – без нижнего тройника и длиной 3–4 см; по перволедью на глубине в 1,5–2 метра эти балансирчики прямо-таки косят глупых «матросиков» весом 30–40 гр.

Вообще-то балансир тоже зимняя блесна – и удильники для ловли им, и тактика поиска окуня, и приемы ловли практически не отличаются от традиционного блеснения ныряющими и планирующими блеснами. Но поклонники балансиров настаивают, что занимаются своим особенным способом рыбалки, и классические блесны в их рыболовных ящиках искать бесполезно. Настаивают – спорить не буду, но для экономии места опишу оба способа ловли вместе, дабы не повторяться.

Хотя надо признать, что с перегруженных рыболовами водоемов, центральных регионов балансиры почти вытеснили «классику» – и причиной тому предпочтения не рыбаков, а рыбы. Возможно, дело в относительной новизне горизонтальных блесен, – дожившие до изрядных размеров хищники подмосковных водохранилищ каких только приманок не видывали, и игра классических блесен их настораживает. Там, где рыбы много, те и другие приманки примерно равны по уловистости – например, финские рыболовы успешно ловят и «классикой», и балансирами, не собираясь отказываться от одного ради другого.

Рис. 98. «Классика» зимнего блеснения.

Для отвесного блеснения окуня применяют разные типы удильников, чаще всего с катушками – блеснение окуня весьма мобильно, и удочки с мотовилами «съедают» лишнее время при поиске рыбы. Катушки крепятся к корпусу двумя способами (рис. 99): либо монтируются внутри рукояти, так, что ось вращения катушки пересекается с продольной осью симметрии рукоятки и хлыстика, либо делаются съемными.

Катушки большинства современных удочек (импортных) закреплены первым способом. И рыболовы, пристрастившиеся к зимнему блеснению в последние лет десять-пятнадцать, ловят именно такими – они удобнее хотя бы тем, что имеют сзади большой рычаг-стопор, удобно управлять которым можно даже одетой в толстую перчатку рукой. Однако на водоемах можно встретить немало блеснильщиков старой школы, предпочитающих съемные катушки.

Рис. 99. Два типа катушки для зимнего блеснения – встроенная (сверху) и съемная.

Диаметр применяемых катушек средний, от 50 до 70 мм.

Хлыстики для блеснения окуня ставят длиной 20–25 мм и практически всегда снабжают кивком, в отличие от удильников, предназначенных для крупных хищников. Для блесен кивки ставят более эластичные, чем для балансиров, и несколько более длинные – 70–80 мм против 40–50. Выдвижной, регулируемый по длине кивок можно приспособить для ловли и блесной, и балансиром, а финские удочки «Kuusamo» имеют несколько сменных хлыстиков, различающихся по жесткости и по чувствительности кивка (чтобы не перепутать, на хлыстики нанесена цветная маркировка).

Наличие кивка определяет и тип лески – используют практически всегда мононить, «плетенка» перепиливает пропускное отверстие в кивке очень быстро. Изредка, в определенных условиях (очень большая глубина, крупный и активно клюющий окунь) ловят и на «плетенку» диаметром 0,1 мм – кивок при этом не нужен, а хлыстики применяются более длинные и жесткие.

Качественную мононить ставят для блеснения диаметром 0,14-0,18 мм, для самых крупных балансиров, рассчитанных на трофейных горбачей – 0,18 мм. Лески качеством похуже берут более толстые, до 0,2 мм.

Небольшой отрезок «плетенки» можно использовать в качестве поводка – там, где зубастые щучки имеют обыкновение откусывать дорогие приманки. «Плетенка», поврежденная щучьими зубами, выдерживает вес рыбы, мононить с повреждением той же глубины немедленно лопается.

Раз уж разговор зашел о щуке, зачастую попадающейся в качестве прилова, надо остановится на еще одном моменте – на «калибре» лунки. Известный московский «балансирщик» Ф. Устимов советует:

«Для ловли на блесну нужен активный поиск, и улов бывает пропорционален количеству просверленных лунок. Не пожалейте денег и купите ледобур финского или шведского производства с диаметром ножей 100–110 мм. Лунки такого диаметра вполне достаточно для охоты даже за крупным окунем».

Для окуня – достаточно. Но щука, даже не очень крупная, встает поперек узенькой лунки, и с места ее не стронуть. А рыболов начинает исполнять вокруг танцы с бубном, вернее с багориком, если он есть в наличии. Если лед толстый, зачастую все завершается плачевно. Ладно бы так возиться с «крокодилом», а то шнурок шнурком… В лунку диаметром 135 мм ту же самую щучку-травянку завести гораздо проще.

Техника блеснения окуня несложна, и в основном совпадает для блесен и балансиров: хлыстик удочки резко поднимают, затем быстро опускают (амплитуда движения кончика – 20–25 см, по первому и последнему льду, когда окунь наиболее активен – до 40 см, в глухозимье не более 10). Опустив удильник, выдерживают паузу в несколько секунд – пока затухают колебания блесны, это затухание хорошо передает кивок. Для балансиров и планирующих блесен пауза подлиннее, для ныряющих – покороче. При ловле на тяжелые балансиры рекомендуется сначала уложить их на дно секунд на 20–30, чтобы успокоились находящиеся поблизости подводные обитатели.

Начинают ловлю со дна – так, что приманка находится от него в 5-10 см. Сделав несколько циклов «подъем-опускание-пауза» и не дождавшись поклевки, приманку перемещают на следующий горизонт и повторяют все сначала, и так почти до самой нижней кромки льда – окунь может стоять на любой глубине.

При активном клеве по первому и последнему льду изменение горизонта ловли идет с большим шагом, до метра. В глухозимье горизонты исследуют медленнее, укорачивая леску по 10–15 см, – вялый окунь лишний раз плавником не шевельнет, чтобы атаковать добычу, разве только она вертится совсем уж перед пастью.

Существуют дополнительные приемы, способные раззадорить окуня – постукивание блесной по дну, протягивание ее по донному грунту. При этом на крючок нередко подсаживают естественную приманку: червя или бокоплава, размер их необходимо соотносить с размером блесны – слишком большая подсадка ухудшает игру.

Хватку окуня при хорошем клеве пропустить трудно – резкий толчок отдается в руку. В глухозимье иногда только малозаметное движение кивка свидетельствуют о поклевке.

Плотва (Rutilus rutilus) принадлежит к семейству карповых и в нашей стране одна из наиболее распространенных рыб. Плотву можно встретить в водоемах Калининградской области и в водохранилищах великих сибирских рык, в низовьях Дона и в студеных реках Приполярного Урала. Нет ее в бассейне Амура и в других реках, впадающих в Тихий океан. На северо-востоке плотву называют другим именем – сорога.

Внешний вид плотвы известен почти всем, а кому не известен – тот рыбалкой не интересуется и до этого места книгу не дочитает; поберегу бумагу и не стану давать словесный портрет самой популярной рыбы России.

Встречается плотва в самых разных водоемах: в реках, озерах, водохранилищах и даже прудах. Предпочитает зарастающие водоемы с теплой, слабо проточной водой. Сильного течения плотва избегает, но на грани быстрой и медленной стайки плотвы держаться любят, подхватывая принесенный течением корм.

Различают жилую и проходную формы плотвы, последнюю называют во многих регионах «морской». Хотя заходит «морская» плотва в реки для икромета чаще всего не из морей: из больших озер, из крупных водохранилищ, вроде Рыбинского, в Ленинградской области – из Финского залива (залив, конечно, географически считается частью Балтийского моря, но условия жизни рыб в этом опресненном водоеме далеко не морские). Настоящие морские подвиды плотвы – вобла и тарань – ловятся лишь в реках каспийского и азовско-черноморского бассейнов.

«Морская» плотва – завидная добыча, не только для начинающих, но и для опытных рыболовов. При ловле по последнему льду поимка экземпляров по 400–500 гр. вполне заурядное дело, попадаются и вдвое большие плотвины – или не попадаются, обрывают тонкие лески, разгибают крючки мормышек. Вытаскивая в первый раз такого монстра, я был убежден, что сквозь лунку протискивается язь, – и убедился в ошибке, лишь взяв рыбу в руки.

Жилую плотву ловить скучновато. В центральных регионах, где рыболовная нагрузка на водоемы велика, надо очень постараться, чтобы выудить плотвицу свыше 200 граммов весом, да и рыбки меньше ладошки размером капризны как принцессы и угодить им – снастью, насадкой, прикормкой – порой не так легко. Однако столичные рыболовы, за неимением альтернатив, – угождают, и выдумывают хитроумные приемы ловли, и пишут статьи в рыболовные журналы: «Как перехитрить клязьминскую плотву?»

Рекордных размеров достигает жилая плотва в озерах, богатых мотылем или мормышем, и расположенных в безлюдных местах. А в густо населенных – в прудах-охладителях ГРЭС и АЭС, теплые воды которых изобилуют кормом и зимой и летом, но далеко не все рыболовы решаются ловить там рыбу, хотя бы данные химического и радиометрического анализа были самыми успокаивающими – страшилки экологов делают свое дело. На примыкающих к электростанциям участках водохранилищ – т. е. в подогреваемой воде – средние плотвицы в уловах тоже заметно крупнее, чем в отдаленных частях тех же водоемов.

Питается плотва личинками насекомых, червями, моллюсками, мелкими ракообразными, икрой других рыб, водорослями и другой растительной пищей. Имеет, как и прочие карповые рыбы, развитые глоточные зубы, при помощи которых раздавливает раковины мелких моллюсков и размельчает грубую пищу. Отмечены случаи, когда при нехватке корма плотва поедала личинок и мальков рыб.

С осенним похолоданием плотва уходит на зимовку. В реках зимует в затонах, в других местах со слабым течением, в озерах держится в ямах умеренной глубины, нередко соседствуя в них с подлещиком (крупный лещ зимует на более глубоких местах), в оттепели выходит на мелкие места на кормежку.

По первому льду плотва кормится весьма активно, и отыскать ее можно в любом месте водоема, богатом кормом, да и позже случается порой найти плотву в местах, теоретически для нее не подходящих, но с благоприятным кислородным режимом. В марте стайки плотвы сбиваются в густые преднерестовые стаи и начинают постепенное движение к берегам – этого времени с нетерпением ждут зимние удильщики, особенно там, куда подходит «морская» плотва. Самые знатные уловы случаются на предъустьевых участках рек, впадающих в крупные озера и водохранилища по последнему, уже разрушающемуся льду, и многие любители игнорируют запрет выходить на лед, рискуют – но наградой за риск становится десяток, а то и полтора десятка килограммов отборной икряной рыбы…

Поиск плотвы зимой

Если открыть любую книжку, посвященную зимней рыбалке, можно прочитать примерно следующее:

«Зимой плотву чаще можно встретить на песчаных скатах глубоких ям, вдоль речных берегов и оврагов, ушедших под воду, в устьях речек и ручьев. Случается, выходит она и на мелководья. Но следует помнить: если по первому льду плотва скитается по всему водоему, то в глухозимье она концентрируется в местах своей зимовки, которые рыболову надо знать. Только тогда можно успешно заниматься специальным ужением плотвы».

Порой к теоретическим выкладкам приложены красиво нарисованные схемы неких абстрактных водоемов: вот тут и тут, дескать, вероятнее встретить плотву.

И вот вы на берегу незнакомого водоема, перед вами ровное пространство, покрытое льдом и снегом. Где тут бровки? Где мелководья? Где песчаные скаты глубоких ям? Как начать поиск рыбы, чтобы не бурить впустую лунку за лункой?

Рыболовные авторитеты, когда дело доходит до практики, советуют (с вариациями) примерно одно и то же: просверлить с десяток лунок – в линию или в шахматном порядке – так, чтобы они охватывали диапазон глубин от 2 до 7 метров, каждую лунку прикармливать кормовым мотылем и тратить на ловлю в ней 15–20 минут: если плотва не начала клевать, переходить к следующей лунки.

Авторитетам видней, но нетрудно подсчитать, что проверка трех лунок по этому методу займет не менее часа (с учетом времени на сверление, прочистку, переходы между лунками). Чтобы проверить все десять лунок, придется затратить три с половиной часа… Плюс изрядное количество прикормки. А еще очень «весело» наблюдать, когда на твою прикормленную и не оправдавшую надежд разведывательную лунку садится другой рыболов и начинает таскать одну за одной серебристых плотвиц – существует масса причин, по которым прикормка может сработать значительно позже запланированного…

Поэтому теорию лучше оставить про запас, на редкий случай полного безлюдья на водоеме, и первым делом, еще с берега, заняться визуальной разведкой: поинтересоваться, где и как ловят коллеги-рыболовы?

Бинокль в такой разведке незаменим. Конечно, если водоем достаточно велик, тонкости ловли не позволит разглядеть даже лучшая оптика, но и тогда она позволит избежать лишних концов по льду: можно, например, разглядеть, что едва различимая вдали группа рыболовов «машет» судака, – и поплавочнику, охотящемуся за плотвой, шагать к ним смысла нет.

А вот за теми скоплениями рыболовов, что склонились над лунками, сидя на ящиках, стоит понаблюдать некоторое время – просто так, общения ради, удильщики на небольшом участке не собираются, вполне возможно, что и вас там ждет успех.

Не факт, конечно, что рыба клюет там, где на льду скопилось много рыболовов. Вполне может быть, что там она активно клевала вчера, а сегодня ушла – от звуков, издаваемых рыбаками на льду, от шума многих ледобуров, от переизбытка прикормки, портящейся на дне… А рыболовы еще не осознали изменения обстановки и ждут повторения вчерашней удачи.

Поэтому не спешите шагать к любому замеченному на льду скоплению удильщиков. Понаблюдайте: рыбаки не совершают характерные движения руками, часто встают, подходят к соседям, бурят новые лунки… А вон трое в сторонке плотнее составили ящики и потребляют бутерброды вместе с тем, что ими полагается закусывать… Дело ясное – клева нет.

Тогда имеет смысл присмотреться к одиноким рыболовам, сидящим в отдалении от основной группы – это наверняка те, кто предпочитает рыбу искать, а не ждать. Плотва зимой многокилометровые переходы не совершает – вполне возможно, кто-то из разведчиков отыскал отошедшую стаю плотвы и ловит, стараясь не привлекать лишнего внимания: аккуратными скупыми движениями выбирает леску с пойманной рыбой, тут же прячет добычу в специальную дверцу ящика… Наличие мощной оптики делает все эти ухищрения бесполезными.

Если люди сидят на лунках плотно, пусть и в небольшом количестве, и при этом можно разглядеть на льду флэшер, – тоже имеет смысл присоединиться. Если даже клева сейчас нет – рыба стоит в этом месте. И вполне возможно, что клев вскоре возобновится, желудка у плотвы нет и долгих перерывов в питании она не делает.

А еще лучше обзавестись своим флэшером. Стопроцентной гарантии обнаружения плотвы он не дает и не поможет на малой глубине или на илистом дне, когда плотва стоит над ним очень низко. Но шансы на успешный быстрый поиск повышаются многократно.

Ловля поплавочной снастью

Удильники, используемые для зимней поплавочной ловли, более подробно рассмотрены в первой части книги. Плотву можно ловить любыми из них, избегая массивных «колодок» и «кобылок» – утянуть удочку под лед плотве не хватит сил (если не принимать в расчет весеннюю ловлю «морской» плотвы, там такое иногда случается). Но и миниатюрные, слишком легкие удильники неудобны – ветер их опрокидывает и сносит.

При осторожном клеве в середине зимы применяется легкая оснастка: маленький конический поплавок длиной 1,5–2 см, грузило-дробинка, два поводка с крючками № 2,5 для мелкой плотвы, № 3,5 – для плотвы покрупнее. Основная леска 0,1–0,12 мм, поводки – 0, 08 мм.

Иногда в глухозимье плотвички берут так осторожно, что снасть еще больше облегчают – поводок 0,06 мм, крючок № 19–20 мм по международной нумерации. Не мешает уменьшить и поплавок, если позволяют глубина и течение: февральская поклевка может начаться с того, что поплавок едва заметно вздрогнет, – и на этом же завершается.

В ужении по первому и особенно по последнему льду особых тонкостей нет (и в переносном смысле, и в прямом – леску для «морской» плотвы иногда приходится использовать диаметром 0,18 мм, и все равно случаются обрывы).

Поплавок должен иметь максимальную грузоподъемность при минимальных размерах, – до сих пор встречающиеся в продаже литые пластмассовые не годятся (они вообще ни для чего не годятся), гораздо надежнее самому выточить поплавок из бальсы или мелкозернистого пенопласта с небольшим удельным весом, по беде – вырезать из сердцевины репейника (такой поплавок, оставшись без снасти, можно вырезать прямо на водоеме).

Самая распространенные зимние насадки для ловли плотвы – мотыль и личинки репейной моли (в европейской части страны) и мормыш (на Урале и восточнее его).

Рис. 101. Насаживание мотыля при активном (1) и пассивном клеве.

Если плотва зимой привередничает – короткое движение поплавка, пустая подсечка, один из насаженных «кисточкой» мотылей высосан – приходится насаживать мотыля по одной личинке, «чулком» – операция тонкая, на морозе трудная, а если крючок толстоват – попросту невозможная.

На мой взгляд, личинка репейной моли в такой ситуации предпочтительнее. Плотва иногда придерживается иных взглядов – берет на мотыля, не балуя вниманием белые личинки. Бывает и по другому – на личинку репейной моли поклевки случаются в 5–6 раз чаще, чем на самого мелкого опарыша, вроде бы мало чем отличающегося… Капризность серебристой принцессы стала притчей во языцех у рыболовов, и отправляясь на ловлю, необходимо брать не одну – 2–3 насадки.

Необходимость прикормки при зимней ловле плотвы не отрицает никто из рыболовов, но чем именно надо прикармливать, мнения расходятся. Растительные смеси или живой корм? Живой корм или он же, но в мертвом состоянии (раздавленный, вмороженный в брикеты)? Сколько людей, столько и мнений.

Я, скажу по секрету, всегда был сторонником растительной прикормки – ароматной и подаваемой на дно в весьма умеренных количествах. Отчасти из экономических соображений: намывать кормового мотыля лень, покупать – накладно. Но пользу животных прикормок отрицать не могу, опыты других рыболовов по ее применению приносят вполне убедительные результаты.

Ловля на мормышку

Ловля на мормышку более мобильна, чем поплавочное ужение, наиболее успешна бывает по первому и последнему льду, – когда плотва достаточно активно передвигается по водоему и не нуждается в обильной прикормке: попав на стайку плотвы, достаточно изредка подбрасывать небольшие порции корма, чтобы удержать рыбу у лунки.

Удильник для ловли надо выбирать более тщательно, чем для поплавочного ужения – он находится в руке почти постоянно, и должен быть удобным, ухватистым, а при ловле без насадки небольшим по длине и максимально легким – тяжелая удочка не позволит придать мормышке высокую частоту колебаний. Многие любители безнасадочной ловли пользуются «балалайками» – спортивными удочками без рукоятки (вернее, роль рукояти выполняет корпус катушки). Другим рыболовам такое устройство удильника не нравится – по их мнению, он неухватистый и плохо лежит в руке, и они предпочитают либо самодельные удочки с вынесенной рукоятью, хотя бы совсем короткой, пятисантиметровой (держат ее хватом в три пальца), либо аналогичные фирменные (рис. 102. 3).

Для ловли с насадкой все спортивные варианты удочек вполне пригодны.

Рис. 102. Финские удочки «Karismax» для ловли на мормышку: 1 – с длинной пробковой рукоятью (для ловли с насадкой); 2 – спортивная («балалайка»); 3 – с короткой рукоятью из неопрена.

Катушки на фирменных мормышечных удильниках ставят маленькие, с диаметром барабана 45–55 мм. Для безнасадочной ловли чем меньше катушка, тем лучше – опять же исходя из весо-габаритных критериев. Мотовила используют лишь на самодельных удочках.

Хлыстики для ловли плотвы применяются мягкие – резкие подсечки не нужны, а с тоненькой леской грозят обрывом. Для ловли с насадкой хлыстик всегда длиннее (до 18 см в длину), для безнасадочных моделей оптимальная длина, на мой взгляд, 10–12 см. На некоторых самодельных или доработанных «балалайках» хлыстик полностью атрофировался до размеров шпенечка для крепления кивка; привычным к такой снасти людям мормышкой играть может быть и удобнее, – но что будет, если клюнет не плотва с ложку длиной, а кто-то посолиднее? Скорее всего, рыболову придется привязывать новую мормышку…

Если на поплавочных удочках можно немного сэкономить на оснастке, привязав тонкие поводки к более толстой основной леске, то при мормышечной ловле такая экономия неуместна. «Достать» плотву на глубине крохотной мормышкой – а в середине зимы она другую не возьмет – можно лишь при помощи качественной лески, чей диаметр измеряется сотыми долями миллиметра. Для «морской» весенней плотвы – 0,15 мм, в крайнем случае 0,18.

Кивок – важнейшая часть удочки. Для плотвы нужен некий промежуточный вариант пружинного кивка – средний между коротким окуневым и сверхдлинным и сверхчувствительным, применяемым для ловли леща. Оптимальны пластиковые (лавсановые, капролавсановые и т. д.), регулируемые по длине кивки, подстраиваемые под каждую мормышку, с длиной в максимально выдвинутом положении 12 см.

Не все кивки, хорошо фиксирующие поклевку на насаженную мормышку, пригодны для безнасадочной ловли – некоторые гасят колебания, передаваемые от удильника к мормышке. Причины явления лежат где-то в глубинах тех разделов физики, что касаются вибраций и резонансов, а следствия можно обнаружить экспериментальным путем, в глубинах собственной ванны, проверяя там новые кивки перед применением их на водоеме.

Рис. 103. Некоторые популярные при ловле плотвы мормышки, насадочные и безнасадочные.

Форма, вес и цвет мормышки определяются глубиной, течением, освещенностью, видом насадки, размером и активностью рыбы и т. д.

Главное различие в игре насадочной и безнасадочной мормышками состоит в следующем: в первом случае рыба должна хорошенько рассмотреть насадку, понять, что она съедобна – и попробовать «на зуб». А при безнасадочной игре рыболов, управляя мормышкой, добивается того, чтобы она производила впечатление живого существа, но разглядеть это существо рыба толком не могла – и опять-таки пробовала его «на зуб».

Профессионалы безнасадочной ловли утверждают, что способны придать своей мормышке частоту колебаний от 200 до 350 в минуту, – и рыба, даже сытая, такую мормышку не пропустит.

Мормышке с насадкой тоже колеблется, но с гораздо меньшей частотой и большей амплитудой – и не сливается для рыбьего зрения в что-то непонятно-съедобное. Ее можно положить на дно или подвесить в толще воды, выпустив удочку из рук – вероятность поклевки остается, снасть в таком случае работает наподобие поплавочной удочки, лишь сигнализатором поклевки вместо поплавка работает кивок. На мормышку без насадки, неподвижно повисшую на леске, не позарится даже голодная рыба. (Это в теории, на практике хоть и крайне редко, но поклевки случаются, однако всегда накладывается некий побочный фактор: течение или ветер, придающие колебания мормышке, либо неимоверная жадность рыбешки под названием ротан).

Научиться придавать мормышке невидимые глазу колебания не так-то легко, тренировки требуются изрядные. Многим рыболовом это умение так и не дается – одни из них, плюнув, возвращаются к ловле с насадкой, а самые настырные мастерят или покупают у умельцев электронные удочки с виброкивками…

Научившись придавать мормышке колебания необходимой частоты, осваивают следующий этап – ее проводку. В основном проводка идет по вертикали, а по горизонтали – насколько позволяет ширина лунки. При этом, естественно, колебательные движения мормышки не прекращаются гни на миг. Иногда удильник отводят вверх и в сторону от лунки, добиваясь движения мормышки в горизонтальной плоскости (рис. 104.1), иногда совершают хлыстиком движения от края до края лунки (рис. 104.2), совмещая их с подъемом или опусканием удильника. Первый способ не слишком полезен для тоненьких лесок, трущихся о неровности льда.

Рис. 104. Способы проводки безнасадочных мормышек: 1 – «лесенка»; 2 – «елочка».

На крючки безнасадочных надевают 1–2 бисеринки или одну чуть более крупную бусинку, крохотные, 1–1,5 мм длиной отрезки тоненького кембрика. Цвет подсадок самый разный: белый, желтый, красный, зеленый и их сочетания. У каждого рыболова есть свои, опытным путем найденные сочетания цветов.

Крючки на самодельные мормышки лучше ставить импортные, для безнасадочных мормышек – темного цвета, тонкие и с хорошей заточкой. При покупке недорогих мормышек, в огромном ассортименте производимых частными предпринимателями (бывшими нелегальными кустарями), надо проверять каждую на предмет остроты крючка, его мягкости и т. д. Фирменные финские мормышки можно покупать без проверки.

Сети специально на плотву зимой никто, по-моему, не ставит. Если растянуть в подходящем месте сеть-тридцатиметровку с некрупной ячеей (27–35 мм в зависимости от размера плотвы в водоеме), то большее или меньшее количество плотвы в нее попадается. Но овчинка не стоит выделки. В тех регионах, где сети разрешены, есть более завидные объекты для зимнего лова, а где запрещены – браконьерам нет резона рисковать ради нескольких килограммов дешевой плотвы. Гораздо чаще зимой плотву ловят несколькими экранами, обычно используя не более 5–6 штук и совмещая ловлю с ужением поплавочными удочками.

Иное дело весной, когда накануне схода льда густые стаи икряной «морской» плотвы собираются с больших водоемов на их небольшие участки у устьев рек. У нас в Ленинградской области жители приладожских деревушек покупают лицензии (весьма недешевые) и отбивают их стоимость за час-другой ловли – сети в буквальном смысле рвутся от набившейся в них отборной плотвы.

Название этой главы, в отличие от других, недаром дано во множественном числе – очень уж сиговых рыб много, самый многочисленный род в семействе Лососевые. Например, лишь один вид – европейский сиг, широко распространенный на севере и северо-западе России, – образует около сорока подвидов: тут и волховский сиг, и чудской сиг, и ладожский (он же сиг-лудога), и сиг-валаамка, и увесистый онежский сиг, и карликовый сямозерский, и многие другие, менее известные и многочисленные разновидности сигов. Еще надо учесть, что реки и озера бассейнов Балтийского и Белого морей, где водятся европейские сиги, связаны между собой, разные подвиды встречаются, скрещиваются, образуют метисные и переходные формы… Голова у ихтиологов идет кругом, и они, отчаявшись, перечисляют в справочниках лишь основные подвиды и добавляют: «и др.».

Восточнее Урала обитают свои виды сигов: енисейский сиг, амурский, сиг-хадары… А еще у сига очень много родственников, относящихся к тому же роду, но носящих иные названия: пелядь, чир, муксун, омуль… «И др.», – скажу я в подражание ихтиологам. Да и ряпушку нельзя забывать – хоть мелка и смахивает на селедку, но тоже сиговая рыба и образует множество подвидов.

Рис. 105. Сиги: 1 – волховский; 2 – ладожский; 3 – амурский; 4 – сиг-валаамка; 5 – чудской; 6 – енисейский.

Писать в отдельности про жизнь и ловлю каждого вида сигов возможности нет. Да и развита любительская ловля сиговых рыб слабо, несмотря на их многочисленность и широкое распространение – для заурядных плотвичек и окуньков придумано куда больше способов лова. Причина в том, что главные популяции сиговых обитают в местностях удаленных и труднодоступных, а сиги, что водятся в водоемах более населенных местностей, зачастую ведут скрытный образ жизни, держатся на больших глубинах озер, лишь ненадолго выходя туда, где их можно достать мормышкой или блесной… Многим питерским рыболовам, выезжающим на лед Чудского озера и Ладоги, доводилось вылавливать сигов – при ужении плотвы или окуня кивок вдруг резко согнется, уверенная тяжесть притиснет мормышку ко дну, и вскоре закувыркается на льду серебристый килограммовый красавец… Добыча приятная и почетная, но абсолютно случайная, о целенаправленной ловле речь не идет.

Но есть немногочисленные рыболовы, охотящиеся за сигами, – чаще всего это местные жители, хорошо изучившие маршруты сиговых стай, знающие, где и когда можно ждать их выход на кормежку на отмели или к каменистым островкам-лудам. Существуют и способы ловли, направленные именно на сига.

О них и пойдет речь ниже.

Европейские сиги

На Ладожском озере сиги держатся на глубинах 20, 30 а иногда и 40 метров, причем, как свидетельствуют эхолоты-флэшеры, часто стоят не у дна, а в полутора-двух метрах над ним, а порой и вполводы, – зависит горизонт, судя по всему, от атмосферного давления. Но на кормежку стаи движутся на более мелкие места, к так называемым «лудам».

Лудами на севере и северо-западе называют каменистые возвышенности на озерном дне – иногда надо льдом торчат гранитные валуны, а иногда не торчат, показываются лишь летом, в межень. На луды размером побольше ветер наносит землю, семена растений, – и получается небольшой такой необитаемый островок: вместо пальм – пара перекрученных ветром березок, мох, еще кое-какая скудная растительность. Встречаются и подводные луды, никогда, даже в самую низкую воду не появляющиеся над поверхностью.

На склонах луд всегда много корма, в сравнении с расположенными рядом озерными глубинами, – и там всегда держится мелочь и мирные рыбы, а следом подтягиваются и хищники.

Кормится у луд и сиг, периодически поднимаясь туда с глубин на дневную кормежку, а на ночь вновь отступая на глубину. В сильный ветер и при скачках атмосферного давления походов за пищей может не случаться несколько дней кряду, но при устойчивой ясной погоде, хотя бы и морозной, сиги поднимаются на склоны луд регулярно…

Ловят их там на самодельную объемную блесну особого устройства, так называемую «сиговку».

Сиговка – блесна старинная, в ходу уже много десятилетий, некоторые рыболовы называют ее «сигушей». Не исключено, что происходит второй термин от «секуши» – названия весьма похожей литой блесны, издавна используемой на Чудском озере местными рыбаками.

Отливается сиговка из олова или припоя, в длину имеет 5–8 см, формой и пропорциями напоминает плотвичку.

Отливают блесны в гипсовых формах, перед отливкой помещая в верхнюю часть блесны (в хвостик «плотвички») кусочек проволоки с колечком, за которое будет привязываться леска, а в головку рыбки – два больших одинарных крючка (даже для самых маленьких сиговок, предназначенных для двухметровой глубины – № 10–12, для больших не менее № 14), приложив их цевьями друг у другу и прихватив несколькими витками самой тоненькой медной проволоки (по беде сойдет и нитка). На готовой сиговке крючки находятся в одной плоскости и далеко выдаются за габариты приманки.

К сожалению, сделать рисунок сиговки для этой книги не удалось (у художников тоже есть личная жизнь, а в ней – проблемы). Чтобы как-то исправить дело, привожу точные параметры довольно крупной сиговки, лежащей сейчас на моем столе (потемневшей, еще отцом отлитой): длина без крючков и колечка 71 мм, максимальная ширина 18 мм, максимальная толщина 7 мм, вес 33 грамма, крючки № 18 (по отечественной нумерации).

Блесны не раскрашиваются и никакого покрытия не имеют, но некоторые любители тщательно процарапывают на готовой сиговке чешуйки, глаза, жаберные крышки, – на мой взгляд, ненужные излишества. Гораздо важнее блеск блесны – после отливки и предварительной обработки ее шлифуют и полируют, добиваясь как можно большей яркости. Блесны из некоторых сортов припоя быстро теряют блеск и становятся матовыми, и их приходится надраивать по нескольку раз в ходе многочасовой рыбалки. Хорошо сохраняют блеск сиговки из стоматологического припоя, но он дорог и имеет высокую температуру плавления (на газовой конфорке не расплавить).

Блеснят сигов на глубине 4–6 метров, иногда поглубже, иногда помельче – зависит это от конкретного рельефа каждой луды. На крутых обрывах сига искать смысла нет, его «столовые» расположены там, где под водой имеются горизонтальные уступы и относительно пологие склоны.

Техника блеснения применяется следующая: блесна несколько раз резко, рывком поднимается примерно на полметра, пауза между подъемами делается коротенькая, только для того, чтобы блесна успела опуститься вниз (тяжелая сиговка ныряет быстро, почти не отклоняясь от вертикали). Затем выдерживается длительная пауза, во время которой, слегка подергивая концом удильника, блесну заставляют «приплясывать» почти на месте. Затем снова следует серия из нескольких резких подъемов, и наконец на одном из них рука ощущает приятную тяжесть…

В нижней точке цикла блесна не должна касаться дна, а должна находиться над ним в полуметре или даже в метре – ладожский сиг не лещ, в донном иле в поисках мотыля не копается, его пища – бокоплавы, другие беспозвоночные, плавающие в придонных слоях, при случае и мальки. Но сиг всегда держится выше своей потенциальной добычи и атакует ее сверху, об этом свидетельствует характер его поклевок как на блесну, так и на мормышку или крючок с насадкой – никогда кивок не разгибается и не всплывает поплавок, рыба всегда тянет приманку сверху вниз.

У сига небольшой рот, но несоразмерно большие крючки сиговки не мешают ловле – рыбы засекаются снаружи, за нижнюю челюсть, за жабры, иногда за глаз. Однако багрением эту ловлю назвать нельзя – при багрении рыбу, плотно стоящую на зимовальных ямах, крючки цепляют за что придется, в том числе под брюхо и за хвост, отчего случается много сходов и подранков. Сиг же всегда попадается за голову, то есть в момент атаки блесны.

Атаку эту, как свидетельствует флэшер, порой приходится дожидаться долго. Рыба находится под лункой, но хватать блесну не спешит – две полоски на индикаторе сближаются, затем сливаются, а поклевки все нет… Старые ладожские рыбаки утверждают, что блесна интересует сига не в гастрономическом смысле – зачарованный блеском, он любуется сверкающей игрушкой, потихоньку придвигаясь все ближе и ближе, пока при одном из взмахов его не зацепляет крючок. Иногда характер клева свидетельствует в пользу такой версии, но иногда несколько сигов попадаются буквально один за другим – на любование и медленное приближение у них явно нет времени.

Некоторые рыболовы используют другие блесны – зимние, длиной около 50 мм, или узкие летние «колебалки», но суть ловли остается той же: серебристая или желтоватая приманка должна ярко блестеть и иметь крупные крючки (обычно снизу подвешивают на колечке летний тройник увеличенного размера), а играют ею агрессивно, с резкими взмахами.

Удильник должен соответствовать технике ловли, то есть иметь жесткий и достаточно длинный хлыстик; в кивке нужды нет – сиг всегда засекается исключительно на подъеме блесны, никогда не пробуя атаковать опускающуюся или подергивающуюся на месте.

Сиги клюют на ладожских лудах не очень крупные, килограммовый считается хорошей добычей, хотя изредка блесной могут заинтересоваться экземпляры и вдвое большего веса, так что качественной лески диаметром 0,2 мм вполне хватает, чтобы быть уверенным в исходе поединка с серебристым обитателем Ладоги. Хоть сиги в родстве с лососями, но всей силы и бойкости своих родственников не проявляют.

Зимняя ловля сига начинается по перволедью и продолжается (с перерывами, вызванными непогодой) всю зиму. А вот вместо усиления клева, происходящего весной, по последнему льду, сиги объявляют забастовку, – можно целый день впустую махать удочкой и получить ноль на выходе…

Гораздо вероятнее в эту пору поймать сига – если выдержит леска – на удочку с мормышкой, при ужении плотвы в местах ее весеннего скопления. Но это, как уже говорилось, ловля случайная.

Хищная рыба сиг или нет? Рыболовы дают разные ответы на этот вопрос.

Сторонники хищности ссылаются на то, что сигов регулярно ловят на блесны, и на то, что на многих озерах севера стаи сигов следуют, совместно с крупными окунями и с судаками, за косяками мелкой кормовой рыбы, снетка или корюшки… С чего бы, в самом деле, преследовать корюшку вегетарианцам?

Другие рыбаки уверенно возражают: нет, никакая эта рыба не хищная. Зубов нет, маленький рот плохо приспособлен хватать рыбешек… А что попадается на блесну – так то сиг просто багрится, приманенный блеском. Разве что изредка сиг полакомится каким-нибудь ослабевшим мальком, ну так ведь даже мирный лещ порой грешит этим. Доказательство тому – отсутствие в кишечнике сигов (желудка у них нет) проглоченных рыбок.

На мой взгляд, отчасти справедливы обе позиции. Сиги и в самом деле больше приспособлены эволюцией для питания беспозвоночными. Даже не в отсутствии зубов в пасти дело, у жереха их там тоже нет, а хищник, каких поискать. Но внешность жереха не дает оснований усомниться в хищной натуре: мощный хвост, торпедообразное тело, широченная пасть… Сиг по сравнению с жерехом – увалень, подводный ботаник.

Однако среди рыб идейных вегетарианцев нет – когда пищи не хватает, хищничать начинают рыбы любой породы, даже самые мелкие и мирные. У всех рыб после нереста аппетит усиливается, и сиг не исключение, но нереститься-то он осенью, перед ледоставом, а когда приходит пора отъедаться и восстанавливать силы, главной пищи – беспозвоночных – становится значительно меньше. В кормных озерах или там, где обитают слишком мелкие разновидности сигов, преследовать корюшку у них нет желания в первом случае и возможности во втором. Но сиги приличного размера и в самом деле «пасут корюху», преследуют ее густые косяки, – даже полный увалень сумеет прокормиться охотой, когда вокруг кишмя кишат мелкие рыбешки.

Довод о том, что в брюхе у сигов не находили проглоченных рыбок, я не принимаю. У крупных сигов находили, и не раз. По свидетельству амурских рыболовов, сиги настолько набивают утробу рыбьей молодью, что пойманных достаточно потрясти за хвост – и на лед выпадают только что проглоченные мальки, некоторые еще живые!

Конечный вывод такой: сиг рыба, приспособившаяся к питанию любой животной пищей, рыбешками в том числе. Но хищничает не во всех водоемах и в основном зимой.

Зимняя ловля сигов в Карелии в общем-то подтверждает сделанные выше выводы о хищности и миролюбивости сигов. Озер в Карелии не счесть, от громадного Онежского до крохотных затерянных в тайге водоемов, сиги водятся во многих из них, но весьма различаются питанием и образом жизни. Соответственно разнятся и способы ловли.

На некоторых небольших озерах водятся лишь мелкие формы сигов, по 20–25 см в длину, рыбка в триста граммов весом считается уже очень крупной. На блесну там не ловят, в основном сиги клюют на мормышки с насадкой мотыля, опарыша, ручейника. В мае, по последнему льду (весна на север республики приходит поздно) используются более крупные насадки: черви, личинки короеда. Клевать сиги могут начать на разной глубине – и в метре-полутора от дна, и вполводы, и чуть ли не под самой лункой. Поэтому при отсутствии поклевок последовательно облавливают все горизонты.

В некоторых водоемах насадкой номер один служит икра лососевых рыб – семги, кумжи, озерного лосося. Чтобы икринки лучше держались на крючке, их слегка отваривают. Икра при этом белеет и ее нередко подкрашивают красными пищевыми красителями.

В крупных озерах, в Онежском в первую очередь, сиги достигают более крупных размеров и ведут хищный образ жизни. Нередко попадаются сиги на окуневые блесны при ловле крупного окуня, активно преследующего косяки корюшки. (На лудах Ладоги, кстати, блесну-сиговку порой тоже атакуют изрядных размеров горбачи). Для специальной ловли служат светлые узкие блесны длиной 50–70 мм. Что характерно, крючками увеличенного размера свои блесны онежские рыболовы не оснащают, подвешивают снизу на колечке либо одинарный крючок, либо вполне соразмерный блесне тройник.

Иногда, если удается попасть на активно жирующего сига (охота происходит в густом косяке корюшки), размер блесны не имеет особого значения, сиги хватают даже крупные блесны, 120–130 мм длиной. Впрочем, онежская разновидность европейского сига относится к крупным, двухкилограмовой рыбиной никого не удивить, да и четырехкилограммовый экземпляр не допустят к участию в конкурсе «Рыба года».

В Карелии сигов активно ловят сетями, как промысловики, так и любители, рыбоохранное законодательство в северной республике одно из самых либеральных в России.

Промысловые сети велики по размеру – длинные и достигают 6–8 метров в высоту, чтобы перекрыть как можно больше горизонтов, на которых может двигаться стая сига. Любителям правила запрещают ловить сетями такой высоты, да и ставить и проверять их – тяжкий труд. Поэтому на сигов ставят сети стандартной высоты, до 2 м, но посаженные особым образом: верхняя подбора значительно длиннее нижней – т. е. наиболее уловистой, «рабочей» получается верхняя половина сети. При ловле сигов, у самого дна держаться не любящих, такая посадка приносит наибольшие уловы.

Выставляют сети (длиной чаще всего 30 или 50 м) на ровном песчаном или песчано-галечном дне на глубине 5–6 метров, размер ячеи сетей бывает самый разный, в зависимости от размера водящихся в озере сигов. Весной, перед распадением льда, наиболее успешной бывает ловля сетями у устьев рек, впадающих в крупные карельские озера, – там, где происходит преднерестовая концентрация рыбы. Сами сиги нерестятся осенью, но очень не прочь поживиться чужой икрой, и весной достаточно активно поднимаются для этого в реки, вслед за косяками идущей на нерест рыбы.

В Финляндии, в водоемах которой сиги водятся во множестве, ловят их либо небольшими, до 30–35 мм блесенками с небольшим подвешенным снизу тройничком, либо тандемом из блесны и мормышки (рис. 106. 1). Причем блесна при этом выполняет роль «подблестка» – крючков не имеет, ее блеск служит для привлечения внимания рыбы, а тяжесть – для скорейшего достижения оснасткой нужной глубины, поклевка же происходит на мормышку.

Мормышки финны в такой оснастке используют чаще безнасадочные, например «чертика», отличающегося своей игрой от российского за счет расположенного значительно ниже центра тяжести. Мормышка может располагаться на отдельном поводке ниже или выше блесны, либо свободно скользить по леске.

Рис. 106. Варианты оснастки с «подблестком» для ловли сига: 1 – финский с «чертиком», привязанным на нижнем поводке (А) и свободно скользящим по леске выше блесны (Б); 2 – кольский с двумя поводками; 3 – ладожский с насаженной мормышкой (к «подблестку» иногда крепят тройник, превращая его в блесну).

Оснастку, похожую на финскую, используют для подледной ловли рыболовы Кольского полуострова. Говоря про кольские водоемы, обычно вспоминают королеву наших вод – семгу, но и сиги водятся в большом количестве в реках и проточных озерах полуострова и служат важным объектом зимней ловли.

Устроена кольская оснастка с «подблестком» несколько иначе, чем финская: леске диаметром 0,25-0,3 мм с помощью карабинчика крепят колеблющуюся блесну средних размеров, обычно самодельную, из нержавеющей стали или латуни толщиной 1,0–1,5 миллиметра, и хорошо отполированную. К нижнему отверстию блесны привязывают короткий поводок с крючком № 6–7 или мормышкой. В 15–20 сантиметрах выше блесны привязывают еще один поводок с крючком. Длину поводков выбирают с таким расчетом, чтобы они не захлестывались за основную леску. Поклевки случаются как на нижний, так и на верхний крючок.

Для ловли кольской оснасткой используют технику, аналогичную зимнему блеснению, отслеживая поклевки при помощи жесткого кивка или осязанием, по отдающемуся в руку толчку. Возможен и более пассивный вариант ловли – с крупным поплавком, применяемый обычно на течении, когда «подблесток» колеблется и играет в обтекающей струе. С поплавком можно ловить двумя или тремя снастями одновременно.

Кроме сигов, на снасть с «подблестком» попадается представитель другого рода семейства Лососевые – арктический голец, заходящий из моря в водоемы полуострова, и его озерная форма, не выходящая в море – палья. Ловят такой оснасткой даже кумжу, относящуюся к роду настоящих, или благородных лососей, давшему имя всему семейству, – но снасть для нее мощнее, и на нижний крючок (обычно тройной) насаживается за спинку живец.

Иногда пользуются «подблестком» и питерские рыболовы, ловящие на Ладоге, в основном при вялом клеве сига. Выше летней «колебалки» около 50 мм длиной на коротком поводке диаметром 0,18 мм привязывается серебристая мормышка с крючком № 4–5, наживленная парой мотылей или кисточкой из шерстяных красных ниток (рис. 106.3). Однако многие ладожские рыболовы считают, что чем больше крючков, тем лучше, – и вместо «подблестка» ставят обычную блесну, с хорошо заточенным тройником больших размеров: если рыба промахнется по мормышке или не засечется, тройник может исправить дело, зацепив сига под жабры.

Сибирские сиги

Речной сиг, встречающийся в бассейне Енисея и в самой великой сибирской реке, значительно отличается от своих европейских родственников.

Во-первых, размерами – «крупняком» у местных рыбаков считаются шестикилограммовые экземпляры, а по мнению ихтиологов, енисейский сиг может дорасти и до 8 кг.

Во-вторых, сиг предпочитает проточную речную воду озерной – молодь держится возле берегов, крупные особи выбирают для своих стоянок ямы вблизи фарватера, хоть и подходят к берегу на утреннюю и вечернюю кормежку.

В-третьих, енисейские сиги отличаются от родственных видов нижним положением рта (как у сырти или подуста) – питаются эти сиги в основном донной пищей, а если их внимание привлекает рыболовная приманка, плывущая в толще воды, то поклевка происходит довольно затейливым способом: сиг быстро всплывает на один уровень с замеченной пищей, ложиться на бок и в таком положении хватает добычу, после чего возвращается на глубину. Или не возвращается, если рыболов не промедлил с подсечкой.

Зимняя ловля енисейских сигов мало развита, возможно оттого, что ловится в основном молодь, а крупные особи попадаются подо льдом редко.

Ловят сижков мормышечной снастью, иногда без насадки, на пустую мормышку, придавая ей очень частые колебания, но чаще рыболовы насаживают на крючок личинки репейной моли или ручейника.

Поклевки енисейского сига зимой не резкие, в отличие от летней ловли, и сопротивление, попав на крючок, он оказывает слабое. Сибирские рыболовы отмечают, что на мотыля сиги берут неохотно – довольно странно для рыбы, ведущей явно выраженный донный образ жизни. Про ловлю енисейского сига на зимние блесны у меня сведений нет.

Зато весьма развито зимнее ужение другой сибирской рыбы, родственной сигам – широко известного (хотя бы по знаменитой народной песне) байкальского омуля. Об этой рыбалке стоит сказать несколько слов, и не только ради уважения к народным песням: ловле весьма своеобразная, не укладывающаяся в общую классификацию зимних способов. Снасть, именуемая «байкальский настрой» удильника как такового не имеет – леска намотана на длинное мотовило, им же рыболов и манипулирует над лункой. Ни кивка, ни сторожка: поклевка определяется осязанием, либо «впригляд» – вода Байкала обладает уникальной прозрачностью не только в жидком состоянии, но и в виде льда, а снега на нем из-за сильных ветров почти не бывает. Ловят байкальские рыболовы не на блесны или мормышки – на несколько мушек, изображающих рачка-бокоплава (бормаша по-местному) и увлекаемых на глубину грузилом. Любопытно, что живыми бокоплавами местные рыбаки активно прикармливают лунки, но насаживать на крючок рачков не спешат. Похоже, снасть весьма древняя, появившаяся в те времена, когда небольшие крючки, годящиеся для насадки рачка, на свет еще не появились (мушки вяжутся на самодельных крючках, сделанных из швейных иголок). При этом примитивность и древность снасти сочетаются с большой изощренностью местных рыбаков в деле изготовления мушек и в умении играть ими, подражая движениям живого бормаша.

На Дальнем Востоке, в бассейне Амура водятся сиги еще двух видов – уссурийский и сиг-хадары. Первый из них достигает 3 кг веса и кроме Амура и его притоков встречается в солоноватых и даже в соленых водах – не только в Амурском заливе, но и в Охотском море. Сиг-хадары чисто речной житель и вырастает несколько крупнее своего родственника.

Ледостав обычно застает сигов Амура за ежегодным путешествием – они скатываются после нереста в места нагула, расположенные в низовьях и на взморье, иногда подолгу задерживаясь на участках, богатых пищей.

И конечно же, сигов встречает на этом пути многочисленная армия рыболовов.

Амурские рыболовы-зимники ловят сигов главным образом в местах скопления мальков: в устьях проток, соединяющих озера с рекой, у выходов из заливов, на многочисленных разливах. Начинается ловле в ноябре – сначала на первом тонком льду у выходов в заливы, в тихих заводях, на заберегах проток. По мере того, как крепнет лед, рыболовы выходят и на Амур, и на его многочисленные притоки.

Для ловли используются в основном две снасти: «махалка» и «хапуга».

У термина «махалка» несколько значений – это и зимняя удочка для блеснения довольно грубого устройства, и летняя снасть с резиновым амортизатором, и вообще любое большое мотовило, на которое намотана толстая леска или рыболовный шнур. Для зимней ловли сига на блесну используется, естественно, «махалка» в первом ее значении.

Самое интересное в оснастке «махалки» – весьма оригинальная блесна, разновидность балансира, именуемая местными жителями «сиговкой» (рис. 107) и ничего общего не имеющая с одноименной ладожской блесной (все-таки фантазия рыболовов гораздо лучше работает при изобретении новых снастей, чем при обозначении их новыми названиями).

Рис. 107. Амурская «сиговка».

Изготавливают «сиговку» по довольно сложной технологии – спаивая по плоскости две металлические пластины толщиной по 4 мм разного цвета (заодно впаивая между ними крючки), затем убирая напильником лишний металл, – так, что в результате получается весьма своеобразный зимний балансир: граненый и без нижнего тройника. Хвостик балансира изготовлен либо из щетины, либо из третьей пластинки, тоненькой, впаянной вежду двумя толстыми. И, естественно, после шлифовки блесну до блеска полируют.

Зимой Амур беден донными беспозвоночными, и голодные после нереста сиги кормятся преимущественно мелкой рыбешкой: карасиками, сазанятами, вьюнами и личинками миноги (пескоройками). «Сиговки» изготавливают разных цветов и размеров, добиваясь сходства с привычными для сигов мальками.

Леску на свои «махалки» амурские рыбаки ставят внушительные – диаметром 0,4 мм, а то и 0,5. Амур богат хищниками, куда более крупными, чем сиги (сиги сами служат им кормом), и надо быть готовым к случайной поклевке, например, тайменя.

Играют «сиговкой» так же, как и обычными балансирами, но иногда ненадолго кладут ее на дно – по мнению амурских рыбаков, сиги сначала оглушают свою жертву, прижимая ее к грунту, а уж потом хватают пастью.

При плохом клеве на крючки сиговки подсаживают небольшие естественные насадки (чаще всего мелкую резку), или привязывают к основной леске тонкий поводок длиной сантиметров сорок, с мелким крючком, наживленным кусочком рыбы.

Очень часто сигов ловят на две снасти одновременно: рыболов расставляет подо льдом несколько экранов, обычно «косынок», а сам греется, работая «махалкой», и время от времени проверяет, не попалось ли что в экраны.

Но ловить экранами достаточно скучно, участие рыболова не требуется, да и не столь уж они уловисты, как порой сетуют рыболовы-спортсмены: не каждая рыба. ткнувшись рылом в сеть экрана, продолжает движение и запутывается.

Гораздо азартнее (и производительнее) ловить сигов амурской «хапугой» – снастью гибридной, совмещающей свойства рыболовного экрана и подъемника.

Чем-то эта ловля сродни ужению, рыболов должен внимательно следить за поплавком, и немедленно «подсекать» при его движении – стоит промедлить, и значительная часть зашедших в «хапугу» рыб уходит.

«Хапуга» снасть универсальная и попадаются в нее самые разные рыбы, но сиги составляют значительную часть улова.

О конструкции и техники ловли «хапуг» подробно рассказано в первой части этой книги, а здесь остановимся на юридическом аспекте.

Не браконьерская ли, часом, снасть «хапуга»? Больно уж название какое-то… неприличное…

Не пропагандирует ли Антон Шаганов злостное браконьерство?

Рыболовы-«хапужники» сидят на льду Амура в больших количествах и совершенно открыто, а уловы их на злостное браконьерство, прямо скажем, не тянут…

Хотя это ничего не значит, браконьерской может стать любая снасть, хоть спиннинг, – если ловить им в запрещенный срок или в запрещенном месте.

Поэтому откроем Правила рыболовства, действующие в Дальневосточном рыбохозяйственном бассейне: среди запрещенных снастей «хапуга» не названа. Но и среди разрешенных не названа. Нет такого термина в правилах.

Может, забыли про «хапугу» законотворцы? Если уж от Комсомольска до Благовещенска любителям разрешено ловить лососей плавны́ми сетями длиной 120 метров, то стоит ли обращать внимание на скромный подъемник размером 1,5х1,5 метра? Ни лосося, ни осетра таким не поймаешь…

Не забыли. Пункт 74 правил не пользуется неприличным словом «хапуга», но упоминает «подъемные сетки», ловить которыми можно, лишь имея на то разрешение. Но можно. Лежит ли именное разрешение в кармане каждого «хапужника»? Не знаю. Сомневаюсь. Но любое сомнение, как известно, толкуется в пользу подозреваемого.

Судак – Lucioperca lucioperca (Linne) – относится к семейству Окуневые, и является самым крупным представителем семейства из обитающих в российских пресных водах: считается, что отдельные экземпляры достигают 130 сантиметров в длину и пудового веса (в некоторых источниках называется цифра в 20 кг). Но рекордные трофеи попадаются любителям редко (чаще всего при ловле троллингом на больших озерах и водохранилищах), – и судак весом в 2–3 килограмма считается вполне зачетным уловом, а в 5 килограммов – даже завидным.

Внешне судак напоминает окуня, своего широко распространенного и более известного родственника, но тело у судака более вытянутое, прогонистое, и покрывающих его поперечных полос больше – девять на каждом боку (вместо пяти у окуня). Полосы расположены на фоне не столь насыщенного цвета, как у окуня, – на серо-зеленом, несколько грязноватого оттенка; брюхо у судака белое, иногда серебристо-белое.

А вот раскрытая пасть судака напоминает щучью: такая же широкая и зубастая, вернее клыкастая – у судака нет сплошной щетки из мельчайших зубов, покрывающих все щучье небо и помогающих удерживать добычу (а заодно и замечательно перерезать рыболовные лески). Забегая вперед, отметим, что именно по этой причине при ловле судака никогда не используют металлические либо кевларовые поводки, необходимые для успешной борьбы со щукой.

Особенности внутреннего строения судаков интересны только ихтиологам, а рыболовам не мешает знать лишь одну из них: у судака очень узкая глотка, уже, чем у щук и окуней вдвое меньших размеров, – и хищнику поневоле приходится питаться мелкими рыбами с вытянутым телом. Эту особенность всегда надо учитывать, выбирая как живцов, так и искусственные приманки (блесны, воблеры).

Распространен судак в нашей стране менее широко, чем щука, и более придирчив в выборе водоемов для обитания.

Коренной ареал судака – в бассейны Балтийского, Черного, Азовского, Каспийского и Аральского морей. Но в советские годы проводились многочисленные работы по вселению и акклиматизации судака в водоемах Сибири, Средней Азии, Дальнего Востока и т. д. Почти все они увенчались полным успехом – например, в озере Балхаш (где мне довелось выловить немало судаков) клыкастый не просто прижился, но и практически полностью вытеснил родственный местный вид – балхашского окуня.

Осенью рассеянные по водоему станички судаков собираются в большие стаи, и всю зиму проводят в весьма многочисленном обществе себе подобных, перемещаясь по водоему в поисках пищи. В этих стаях уже можно встретить и молодых судачков, и крупных, однако в своем «походном строю» стая четко соблюдает возрастную иерархию: если при подледной ловле начали попадаться мелкие судаки, скорее всего под лунками «хвост» медленно перемещающегося по водоему косяка, – а самые крупные рыбы находятся в его «голове».

Ловля на мормышку

При ловле на зимнюю удочку с мормышкой судак зачастую попадается на снасть, вовсе не для него предназначенную. Например, не так уж редко судаки попадаются при ужении корюшки со льда Финского залива – корюшка не боится грубых снастей, и используемые для ее ловли толстые лески с крупными мормышками (чаще всего пластмассовыми самосветящимися) позволяют без особых хлопот вытаскивать клыкастого хищника. При ловле окуня или мирных рыб применяются куда более тонкие снасти и поединок с клюнувшим судаком далеко не всегда завершается в пользу рыболова.

Специальная же ловля судака на мормышку требует особых снастей и поклевка других рыб (за исключением берша) на них случается достаточно редко. Больше всего эта ловля напоминает летнюю рыбалку на мормышку плавом. Конечно же, бурить лунку за лункой в поисках судачьей стаи более утомительно, чем спокойно дрейфовать на лодке, без особых трудозатрат облавливая куда большие площади. Но зимой судаки собираются в гораздо более густые и многочисленные стаи, чем летом, и уловы зимних удильщиков окупают затраченные усилия.

Для ловли судака на мормышку используются удильники с катушкой и достаточно мощным хлыстиком длиной 25–30 см (общая длина удочки 50–60 см). На конце хлыстика крепится кивок с пропускным кольцом – это необходимая часть оснастки, которая не только помогает определять осторожные поклевки, но и находить дно.

Рыболовы на средней Волге делают кивок из двух металлических частей – жесткого основания и мягкой вершинки. Жесткая часть отвечает за игру приманки, а вершинка четко показывает, что мормышка коснулась дна.

Рис. 109. Волжский составной кивок из двух частей.

Судачятники, ловящие Ладоге и Финском заливе, достигают той же цели, используя куски плоской пружины длиной 10–12 сантиметров, ближе к концу стачивая их по краям, уменьшая ширину.

Украинские рыболовы предпочитают более короткие кивки (С. Логвиненко «Вертолет для судака», «Рыболов» № 2/87):

«На удочку с запасом лески диаметром 0,30—0,35 миллиметра ставят кивок с широким отверстием на конце. Я делаю его из плоской часовой пружины шириной 2–3 миллиметра, припаивая к кончику заводное кольцо. Рабочая длина кивка – 4–5 сантиметров. Кивки из витой пружины или ниппельной резины непригодны, так как быстро обледеневают, тогда как с описанного кивка наледь легко удалить пальцами по мере ее нарастания».

При ловле в озерах и вообще в водоемах без течения зачастую используется леска-«плетенка», позволяющая корчевать со дна водоема небольшие коряги. Но если после поклевки приличного судака откажет катушка (на морозе катушки российского производства не слишком надежны) – тогда беда, радость от поимки рыбы испортят в кровь изрезанные «плетенкой» руки. Поэтому рыболовы старой закалки предпочитают мононить. К тому же, если при ловле в оттепель плетеные лески сохраняют все свои достоинства, то на сильном морозе с некоторыми из них происходят неприятные вещи (хотя рыболовы, увлекающиеся зимним спиннингом, нахваливают леску «Spidek wire», якобы совершенно не боящуюся холода).

При рыбалке на сильном течении можно применять только монофильную леску, «плетенка» под напором струи практически мгновенно вгрызается в края лунки, отчего рыбачить уже невозможно. Оптимальная толщина мононити – от 0,25 до 0,3 мм. Более толстая излишне парусит на течении, а леска потоньше изнашивается при постоянном трении о нижний край лунки и может не выдержать первых рывков крупного судака.

Мормышка – главный элемент снасти. На крючок мормышки насаживается живец (мелкий, обычно верховка или тюлька) или хвостик более крупной рыбки. Иногда, если с живцами совсем туго, ловят на пучок червей. Несколько реже используются искусственные насадки.

Обычно применяют самодельные мормышки – крупные и тяжелые, с большими крючками № 10–12 по отечественной нумерации. Зачастую используют самодельные конические «пульки» (рис. 110), но встречаются и более сложные конструкции. Чем больше глубина и чем сильнее течение, тем большего веса требуется мормышка.

Рис. 110. «Пулька», она же «конус».

Изготавливаются «пульки» очень просто: из фольги делается коническая форма (проще всего обернуть фольгой конец и колпачок авторучки, не самой тоненькой), в форму вставляется крючок и заливается расплавленное олово или припой. Можно использовать свинец, но он быстро темнеет и нуждается в дополнительной обработке.

Например, для серебрения свинцовой мормышки используют следующий способ:

Отшлифованную мормышку предварительно обезжиривают и протирают ее полировочным порошком (можно использовать обычный зубной). Затем промывают водой от остатков порошка и на 25–30 минут опускают в фиксаж, остающийся после проявления фотопленки. Не знаю уж, насколько применим этот способ в наши дни, когда проявкой пленок практически никто не занимается…

Впрочем, многие любители этой ловли считают, что цвет или блеск мормышки особой роли не играет, и назначение у нее одно: быстро доставить насадку ко дну водоема. Некоторые рыболовы даже предпочитают использовать черные либо потемневшие свинцовые мормышки.

Кроме «конусов», наиболее часто применимы каплевидные мормышки (на Волге их делают двухцветными: верхняя половина с латунным покрытием, а нижняя – посеребренная) и шаровидные, диаметром около 10 мм. «Шариками» чаще ловят на относительно небольшой глубине и слабом течении, каплевидными мормышками и «конусами» – на более быстром.

Заранее предсказать, где будет обнаружен косяк судака, невозможно, поэтому обычно в арсенале судачятника-мормышечника как минимум десятка два мормышек разных форм и размеров, а в местах, где дно отличается особенной захламленностью, это число увеличивается в несколько раз, отцепы далеко не всегда помогают освободить зацепившуюся мормышку.

Если нет времени и желания возиться с изготовлением мормышек, можно использовать джиг-головки, найти их можно в любом рыболовном магазине, в отличие от крупных мормышек.

Волжские судачатники в 20–30 см выше мормышки иногда привязывают дополнительный крючок или блесенку, с той же насадкой, а при ловле на очень сильном течении, поднимающем от дна даже самые тяжелые мормышки, вводят в оснастку дополнительное грузило обтекаемой формы, расположенное в метре от приманки. Управлять оснасткой с разнесенной огрузкой намного сложнее – надо уметь чувствовать касания дна именно мормышкой, а не дополнительным грузилом.

В периоды неустойчивого атмосферного давления судак вяло берет наживку и возрастает количество пустых поклевок. Для более уверенной подсечки наживку (малька) в таких случаях насаживают на мормышку с разноплечим двойником (рис. 111.1). Такие двойники можно найти в продаже, либо изготовить самому: крючки спаивают между собой, предварительно связав тонкой зачищенной медной проволокой; плоскости крючков должны быть развернуты относительно друг друга под углом 75–90° (В. Воронин, «Судак не сойдет, «Рыболов» № 2/99). С той же целью можно привязать к мормышке коротенький (2–3 см) поводок с дополнительным крючком, – тогда малек, насаженный на два крючка, принимает более естественное положение (рис. 111.2).

Рис. 111. Мормышки с двумя крючками: 1 – с разноплечим тройником; 2 – с дополнительным поводком.

Рыболовы, ловящие судаков на Дону, изредка применяют более сложные конструкции, позволяющие насаживать несколько мальков сразу. Такие самоделки уже затруднительно назвать мормышками, но свое происхождение эти снасточки ведут именно от них.

Мормышки для искусственных насадок используют обычно те же, что и для естественных, лишь на крючок вместо малька или кусочка рыбки насаживают небольшой твистер или виброхвост (5–6 см длиной), либо вообще поролоновую полоску, достаточно отдаленно напоминающую не то мелкую рыбку, не то крупную белую личинку.

Любопытную мормышку (как для ловли плавом, так и для подледной ловли) применяют украинские рыболовы (С. Логвиненко «Вертолет для судака», «Рыболов» № 2/87):

«Многие украинские любители ловят судака на приманку, которую назвали «вертолетом». Она представляет собой крупную каплевидную мормышку из свинца или припоя, к которой крепится кисточка из елочного «дождика» или козьей шерсти, как показано на рисунке.

Размеры приманки, а следовательно, и ее вес зависят от условий ловли: чем больше глубина и сильнее течение, тем тяжелее она должна быть. Некоторые рыболовы оснащают удочку двумя приманками, однако я не советую следовать этому примеру: никаких преимуществ такая оснастка не дает, зато игра мормышек ухудшается.

Рис. 112. Мормышка-«вертолет»: а – вид сбоку; б – вид сверху; 1 – кисточка из козьей шерсти или елочного дождика; 2 – красная нитка; 3 – отверстие для лески; 4 – крупная мормышка.

На удочку с запасом лески диаметром 0,30—0,35 миллиметра ставят кивок с широким отверстием на конце. Я делаю его из плоской часовой пружины шириной 2–3 миллиметра, припаивая к кончику заводное кольцо. Рабочая длина кивка – 4–5 сантиметров. Кивки из витой пружины или ниппельной резины непригодны, так как быстро обледеневают, тогда как с описанного кивка наледь легко удалить пальцами по мере ее нарастания. Приемы ловли на «вертолет» разнообразны. Иногда приманку ритмично подергивают, как судаковую блесну, затем ее игру меняют и начинают «мормышить». Судак хватает «вертолет» намного чаще, чем блесну.

В заготовку впаиваю крючок № 8—10 с большой бородкой. Кисточку из козьей шерсти или четырех-шести полосок елочного «дождика» длиной 3–5 сантиметров приклеиваю водостойким клеем и обвязываю красной ниткой. Некоторые рыболовы делают двухцветные «вертолеты», однако существенных преимуществ, по-моему, это не дает».

В качестве насадки используется обычно малек, реже – кусочек более крупной рыбки, еще реже – червь. Возможна ловля и на искусственную насадку, но о ней чуть позже.

У нас на Северо-Западе чаще всего в качестве живца используется верховка. Ее добывают перед ледоставом подъемниками и содержат в прохладном месте.

Верховка очень живуча, и если посадить до полутора сотен рыбешек в бак объемом 30–40 литров, стоящий в прохладном месте (но так, чтобы вода не покрывалась ледяной корочкой), и вовремя менять воду, то верховки, постепенно уменьшаясь в числе, доживают до распада льда.

Но большинство рыболовов все же запасает верховку либо перед выездом на рыбалку, либо непосредственно на месте ловли. Хотя верховка отлично ловится на зимнюю удочку с самыми маленькими крючками и насадкой из хлебного катышка, но при хорошем клеве судака живцы нужны постоянно, и удить их – значит отвлекаться от основной ловли. Помочь делу могут простейшие ловушки, изготовленные из пластиковых пивных или лимонадных бутылок (см. главу о ловушках в первой части).

Самые значительные количества верховок добываются круглыми саками-подъемниками в прорубленных (или пропиленных специальными ледовыми пилами) майнах до 1 метра диаметром. Ловят на богатых верховкой прудах, с прикормкой, и обычно не для использования на том же водоеме, – для поездок большим коллективом за хищником на Ладожское и другие крупные озера, и для продажи рыболовам, не имеющим времени добывать насадку.

Чтобы не рубить большую майну, некоторые рыболовы используют для зимней ловли верховки так называемые подъемники-«зонтики», которые в сложенном состоянии проходят вместе с добычей в стандартную лунку. На рис. 113 представлен один из вариантов изготовления такой снасти.

Рис. 113. Подъемник-«зонтик» конструкции Д. Звягинцева: 1 – проволочки для привязывания приманки; 2 – сетное мелкоячеистое полотно; 3 – пружинные распорки; 4 – свинцовый груз весом 100 гр.; 5 – стропы; 6 – тяговый шнур, 7 – кольца, 8 – боковая нить.

Больше всего верховки боятся переохлаждения, поэтому их на рыбалке лучше держать в небольшой баночке за пазухой. Извлечь же очередную рыбку проще и удобнее обычным чайным ситечком. Микросачки из арсенала аквариумистов не подходят – на морозе смерзается сетка.

На Средней Волге (в Татарстане, Саратовской обл. и т. д.) лучшей насадкой для ловли судака считается тюлька.

Тюлька – небольшая рыбешка, достигающая 10–12 см длины. Первоначально тюлька обитала лишь в водах Каспийского моря, но лет сорок назад поднялась через шлюзы Куйбышевской ГЭС в воды одноименного водохранилища и постепенно размножилась там в огромных количествах, полностью перейдя на пресноводный образ жизни.

Зоопланктон Куйбышевского водохранилища оказался прекрасным кормом для тюльки, а особенности ее нереста позволили размножаться чуть ли не в геометрической прогрессии (тюлька нерестится в средних слоях воды и резкие колебания уровня воды, обычные для водохранилищ, не влияют на сохранность икры).

А сама тюлька, отличающаяся очень высокой калорийностью, пришлась по вкусу хищникам волжских водохранилищ, став, в частности, основной кормовой рыбой для судака. Средневолжские судаки и берши к концу зимы настолько откармливаются тюлькой, что в брюшных полостях у них образуются большие сгустки внутреннего жира. Кстати, рыболовы отмечают, что с появлением тюльки в Куйбышевском водохранилище увеличилось количество белой рыбы – давление хищников на молодь леща, плотвы и других карповых значительно снизилось.

Для наживления мормышек при подледной ловле используют мелкую тюльку длиной 4–7 см, добываемую зимой в прибрежной зоне со слабым течением и глубиной не более 2–3 метров. В таких местах тюлька с осени скапливается огромными стаями, и добыть ее подъемником не составляет труда (обычно используются стандартные подъемники-малявочники площадью один квадратный метр, опускаемые в майны несколько большего размера. Наиболее успешной бывает ночная ловля тюльки в подсвеченной фонарем майне. Улов обычно замораживают или засаливают и так хранят всю зиму, но считается, что соленая насадка менее привлекательна для хищников.

Тюльку гораздо чаще, чем верховку, разрезают, насаживая на мормышку. Дело в том, что тюлька очень жирная рыбка, и когда ее половинка оказывается в воде, на поверхности образуется жирное радужное пятно, подобное нефтяному.

На запах этого жира судак подходит издалека и даже поднимается со дна чуть ли не к поверхности льда (при ловле в местах, где отсутствует течение), нередки поклевки родственника-берша, и даже мирные рыбы (лещи, крупные плотвицы и густерки) не прочь отведать зимой скоромной пищи и попадаются порой на мелкие мормышки, насаженные кусочками тюльки. При отсутствии поклевок примерно через час ловли жир вымывается и эффективность насадки уменьшается и ее необходимо заменять.

Существуют разные способы насаживания малька. Иногда рыбешек цепляют снизу за челюсть, выводя жало крючка в ноздрю – этот способ наиболее применим при ловле на живую верховку, она долго не снет на крючке, но судаку легче сорвать ее с крючка, избежав подсечки. При ловле на мелкую тюльку часто продевают крючок через рот и выводят его ближе к спинному плавнику.

Если ловить приходится на течении, то малька протыкают крючком насквозь в районе анального плавника. В этом случае даже уснувшая рыбка будет находиться у дна почти поперек потока, и колебания ее тела привлекут хищника.

В местах, где тюльку и верховку достать трудно, на мормышки насаживают резку из любых мелких пород семейства карповые. Например, на озере Балхаш судаки очень активно клюют зимой на резку из подлещиков и рыбы, называемой местными рыболовами воблой.

Искусственные насадки используются значительно реже, когда добыча живцов почему-либо невозможна, либо судаки очень голодны, либо в самые сильные морозы, затрудняющие насаживание живцов. В таких случаях вместо малька используют твистеры или небольшие виброхвосты, нацепляя их на крючки как мормышек, так и обычных спиннинговых джиг-головок. Но привязывают джиг-головки не за колечко (его обычно срезают), а пропуская леску сквозь специально просверленное отверстие и закрепляя узлом на цевье, – так, чтобы джиг-головка располагалась в воде горизонтально.

Волжские рыболовы иногда привязывают к крючку мормышки несколько шерстинок или червеобразных обрезков поролона. Для лучшего привлечения судаков эти насадки пропитывают жиром тюльки. Делается это вот как: в небольшую кастрюльку помещают десятка полтора тюлек, заливают водой – так, чтобы она только-только покрыла рыбешек, – и ставят на огонь. Обычно хватает 15 минут, чтобы рыбки окончательно разварились и превратились в очень жирную кашицу. В нее опускают мормышки, оснащенные искусственной насадкой, и выдерживают там до остывания варева до комнатной температуры. Ароматизированных насадок хватает на час-полтора ловли, после чего жир вымывается и надо привязывать новую «пахучую» мормышку.

Если судак в водоеме очень многочисленен и при том очень голоден, такие ухищрения излишни. К мормышкам тогда привязываю те же шерстинки и поролон, но ничем не обработанные, или елочную мишуру, или пучки козьей или собачьей шерсти, или червеобразные полоски, вырезанные из резиновых перчаток или воздушных шариков… Судак клюет на всё. Например, во второй половине 80-х годов в Куршском заливе случился баснословный всплеск численности судака (удачный нерест, случившийся два или три года подряд, наложился на цикличный пик численности мелкой кормовой рыбы) – и залив буквально кишел судаками, ловили их очень много и чем угодно, на любые блесны и любые мормышки с любыми насадками, разве только шумовками не черпали… Но такие сверхблагоприятные условия для ловли случаются крайне редко, да и рыбалка во многом теряет свой интерес…

Тактика и техника ловли

Ловят судаков на мормышку обычно в местах с сильным течением, где блесны и балансиры не годятся из-за своей большей, чем у мормышки, парусности (в водохранилищах это обычно либо основное русло, либо затопленные русла притоков), поэтому основная ловля начинается спустя две-три недели после ледостава – самый первый лед в таких местах ненадежен и выходить на него очень рискованно.

Судак считается сумеречным хищником, однако рыболовы волжских водохранилищ в начале зимы отправляются за ним засветло – на большой глубине клев судака может продолжаться весь день даже при солнечной погоде, а ловля происходит на глубине от 10 до 20 метров.

Вот как описывает процесс ловли один из волжских специалистов (А. Похлебкин, «С мормышкой на судака», Рыболов, № 6/2004):

«Уровень воды в водохранилищах постоянно меняется из-за работы гидроэлектростанций. Над крутыми перепадами глубины лед ломается, образуя торосы – именно они указывают на наличие бровки, а значит, и на потенциально уловистое место. Поиск судака начинается с ровных полянок среди торосистых полей. Ловить между нагромождениями льдин намного труднее – леска будет постоянно путаться. Сюда можно сместиться позднее, если на более удобном месте поклевок не случится.

Насадив малька, рыболов опускает мормышку в лунку, отжимает тормоз катушки, и приманка скользит ко дну. Тут главное – не пропустить того момента, когда мормышка коснется грунта. Его можно заметить по еле заметному вздрагиванию кивка. В следующее мгновение течение натягивает леску, а потому слабина не образуется. Без чувствительного кивка нащупать дно практически невозможно.

Поскольку на крючке мормышки – естественная насадка, игра приманкой может быть почти произвольной, лишь бы мормышка все время находилась около дна, и чем сильнее течение, тем меньше исключений из этого правила. Если на слабой струе судак может подняться за приманкой на метр-другой, то на сильном течении он словно прилипает к грунту.

Найдя дно, рыболов поднимает приманку на 10–15 см и начинает ею поигрывать, покачивая или поднимая-опуская. В игре обязательны паузы. Как и при ловле спиннингом на джиг-приманки, это наиболее уловистая фаза игры. Продолжительность паузы должна быть не более 2–3 секунд, иначе поклевка судака может остаться незамеченной.

Поиграв несколько минут, рыболов вновь отпускает тормоз катушки. Приманка сносится течением и в очередной раз касается дна. Цикл проводки повторяется заново. Так можно обловить значительную акваторию ниже по течению.

В какой-то момент приманка больше не сносится струей. Значит, она находится у подножия поперечного подводного бугра, поворота русла или перед каким-нибудь непреодолимым препятствием. Лунка обловлена, и пора переходить на следующую».

Ловля на блесны и балансиры

Отвесное блеснение судака начинается по перволедью, когда лед становится достаточно прочным, чтобы выдержать рыболова.

Приманки и снасти для зимнего блеснения описаны в первой части этой книги и в главах о ловле щуки и окуня, здесь же остановимся на поиске судака в водоеме – как и при других способах охоты за клыкастым хищником, при зимнем блеснении соблюдается принцип: «судака сложнее найти, чем поймать». О тактике поиска клыкастого хищника неплохо рассказано в статье харьковского рыболова Е. Кукина «Отвесное блеснение судака» («Рыболов», № 1/85), выдержка из которой приводится ниже:

«Блеснение судака зимой имеет ту особенность, что оно часто требует больших передвижений по водоему в поисках косяка жирующей рыбы. Активный, энергичный и широкий поиск – одна из главных составляющих успешной ловли судака.

Однако выбирать места ужения нужно осмысленно, для чего необходимо знать, где держится хищник. Прежде всего это бровки – переходы дна в прибрежную полосу, границы ям и отмелей, затопленных оврагов и русел рек, каменистые гряды, коряжники, завалы камней, бывшие старицы. Иногда судак выходит на участки водоема с абсолютно ровным’ дном и небольшой глубиной – до 2,5 метра. Найти такое место в одиночку довольно сложно, так как судаки рассредоточиваются на большой площади и никакой закономерности поиска в данном случае нет. Здесь успех может принести коллективная ловля многих рыболовов: по поклевкам у крайних из них хотя бы приблизительно определяют границы косяка и направление его движения. В этом случае, как правило, из одной лунки ловится только один судак, соседние лунки поклевок На неизвестном водоеме могут помочь советы местных рыболовов.

Ориентировочно определив направление бровки, пробивают лунки перпендикулярно ему с интервалом 4–5 метров, пока точно не обнаружится край бровки. Лунки над ней полезно обозначить вешками, чтобы легко найти их после снегопада. Следует помнить, что на бровке имеет значение перепад глубин в двух соседних лунках даже на 0,5 метра.

В течение зимы места жировки судака меняются. Существенно и то, что этот хищник, предпочитает чистую проточную воду, и весной, когда водоем начинает мутнеть, нужно искать участки с достаточно чистой еще водой. Ловят обычно на глубине 2,5 метра, иногда – 6–7 метров.

Удачной бывает ловля судака в первые 15–20 дней после ледостава и в начале весны. Особенно интенсивным клев становится в оттепель, после длительных морозов, когда температура воздуха повышается, давление падает, на льду появляется вода, а снег переходит в мелкий моросящий дождь. В устойчивую ясную морозную погоду клев продолжается в течение почти всего дня, но все же активнее он на утренних и вечерних зорях. В середине зимы, когда день короткий, судак начинает кормиться поздно. после полного рассвета; а затем, после перерыва в середине дня, клев возобновляется. Иногда удается поймать судака еще до рассвета или вечером, уже в густых сумерках. Но это все – общие положения. Точно указать лучшее время ловли судака невозможно, его приходится устанавливать практическим путем».

Приманки для зимнего блеснения судака используются трех типов:

– горизонтальные блесны, в просторечии – балансиры;

– вертикальные зимние блесны, подразделяющиеся в свою очередь на планирующие и ныряющие;

– колеблющиеся блесны для летнего спиннинга (в переоснащенном варианте).

Кроме того, вполне успешной бывает ловля, когда вместо блесны ту же самую удочку для зимнего блеснения оснащают снасточкой с рыбкой или джиг-головкой с мягкой приманкой, или какой-либо самоделкой, более напоминающей мормышку, чем блесну. Но по формальному признаку – по отсутствию блесны – такие способы ловли отнести к блеснению нельзя, и они описаны в предыдущих разделах.

Ловля зимними жерлицами

Щука, когда реки и озера покрываются льдом, не впадает в зимнюю спячку, подобно сому или линю, – продолжает двигаться по водоему вслед за стаями мелкой рыбы, и питаться, пусть и не столь активно, как в сезон открытой воды.

По первому тонкому льду, пока вода еще достаточно богата кислородом, хищницы неплохо попадаются и на живца, и на зимние блесны. Но чем толще становится лед, тем щука апатичней. Аппетит падает, и все меньше времени щуки проводят в поиске добычи.

Однако даже в самый «мертвый» сезон, в так называемое «глухозимье», щука может схватить живца, удачно опущенного возле места ее зимней стоянки. Другое дело, что аппетит у нее явно не летний, – хватки вялые, иногда щука минут пять стоит неподвижно, зажав живца в зубах, – словно раздумывая: проглотить или выплюнуть?

Некоторые рыбы, ведущие летом одиночную жизнь, к зиме собираются в большие стаи на так называемых «зимовальных ямах». Щуки же и зимой остаются индивидуалистками, общество себе подобных они согласны терпеть лишь весной, во время нереста.

Но все же зимой, после опадения водной растительности, количество удобных для щучьих засад мест заметно сокращается, да и добыча – рыбья мелочь – концентрируется на отдельных участках водоема. Поэтому зимой щуки зимой волей-неволей скапливаются в определенных местах: на свалах в глубину, вдоль подводных бровок. Охотятся все равно каждая сама по себе, но не так далеко друг от друга.

В начале весны, когда под лед начинает попадать талая вода, несущая живительный кислород, активизируются все рыбы. И щуки тоже: выходят из глубины и направляются на прибрежные отмели, к закраинам льда, промоинам, устьям речек и ручьев, жадно набрасываясь на рыбью мелочь. Начинается первый весенний жор щуки, продолжающийся до распадения льда.

Ловить щук жерлицами большинство рыболовов начинает в январе, когда лед становится достаточно толстым, а клев хищниц достаточно вялым. Дело в том, что зимняя ловля жерлицами достаточно трудоемка: требуется пробить большое количество лунок, расставить снасти, снабдить их необходимым количеством живцов, добывать которых зимой гораздо труднее.

Поэтому любители в основном охотятся по перволедью за щуками с блесной – лунки пробиваются очень быстро, и столь же быстро проверяется наличие под ними хищницы: щука, не успевшая утратить активность, атакует искусственную приманку быстро и решительно.

Однако в январе картина меняется: лунку сверлить все дольше и труднее, а затем можно очень долго и безуспешно играть в ней блесной – а вялая щука будет при этом стоять в полутора метрах, не делая попыток приблизиться.

И большинство щукарей переходит на жерлицы. Хотя справедливости ради надо сказать, что самые заядлые жерличники своему увлечению не изменяют, и приступают к любимой ловле, едва лишь лед начинает выдерживать вес человека.

Оснастка зимних жерлиц – как надледных, так и подледных – несколько отличается от летней. Поначалу, по перволедью, когда щука смела и активна, можно ловить и с летней оснасткой. Но в середине зимы хищница уже требует более деликатного подхода.

В эту пору жерлицы оснащают не шнуром или грубой толстой леской, а более тонкой, диаметром не более 0,3–0,4 миллиметра. Грузило тоже необходимо сменить на более легкое – тяжесть летней «оливки» зачастую приводит к тому, что вялая щука, схватив живца, бросает его. Зимой достаточно небольшой картечины – лишь бы ее тяжесть топила живца, не давала ему зависнуть вполводы.

От жестких стальных и нихромовых поводков необходимо отказаться, зимой лучше ловить с кевларовыми или медными, небольшой длины – достаточно 7 сантиметров для надледных жерлиц, 12 сантиметров для подледных. При активной ловле надледными жерлицами можно ставить поводки из толстой лески 0,5–0,7 миллиметра. Поводки эти одноразовые – после поимки щуки (или схода) их обязательно заменяют. Для подледниц лесковые поводки не годятся, если дать щуке достаточно времени, она перекусит самую толстую леску.

Не мешает уменьшить и размер крючков, – двойники и тройники № 10 и 12 лучше отложить до сезона открытой воды. Зимой используются крючки № 7,5–8,5 по отечественной нумерации, а по последнему льду иногда и № 6,5.

Живцы зимой предпочтительны некрупные – обычно длиной до 10 сантиметров. А по последнему льду, когда активный жор возобновляется, – щукам нужно предлагать живца еще меньших размеров: 6, 7 иногда даже 5 сантиметров длиной. Величина живца – важный фактор успеха, однако когда ловишь их удочкой, никогда не известно, какого размера рыбка попадется. Из этих соображений я предпочитаю малявочницы-«косынки», выбирая из них одну, с наиболее подходящей ячеей.

Живцы зимой требуют более бережного обращения, чем летом. Вообще-то любая рыба в холода более живуча, чем в теплой воде, но живцы подвергаются довольно резкому перепаду температур: из холодной (но все-таки с плюсовой температурой) каны – на двадцатиградусный мороз – затем в теплые руки рыболова (для рыбы просто обжигающие), затем снова в холодную воду… Многие рыбки такого обращения не выдерживают и быстро засыпают.

Поэтому выловленного из каны живца лучше брать не голой рукой – через сухую тряпку, и вообще производить операцию насаживания как можно быстрее.

В небольшой кане держат не весь запас живцов – лишь 2–3 штуки для текущих надобностей (порой жерлицы стоят далеко друг от друга, и таскать между ними тяжеленную многолитровую емкость ни к чему). Основной же стратегический запас рыбешек держат в садке, опущенном под лед (в длинном и узком, проходящем сквозь лунку). Если лед достаточно толстый, можно вырубить в нем нечто ванночки для живцов, заполнив ее водой по желобку из ближайшей лунки, а затем заткнув желоб утрамбованным снегом.

Главная проблема при ловле на надледные жерлицы в глухозимье – выбрать своевременный момент для подсечки. Пауза после хватки и сматывания первых метров лески может растянуться очень надолго… Щука останавливается с живцом в зубах и начинает недоумевать: а зачем я его схватила? А рыболов в это время над лункой исходит от нетерпения. Бросила хищница помятую рыбку? Или еще сжимает ее в пасти?

Минута тянется за минутой – ясности нет. Некоторые специалисты советуют в такой ситуации подразнить щуку: выбрать излишек лески, и, почувствовав сопротивление, тихо-тихо подергать – дескать, это живец пытается освободиться. Иногда может сработать: щука выходит из своей летаргии, крепче стискивает челюсти и начинает заглатывать живца. А иногда результат обратный: сопротивление исчезает – щука разжала челюсти и отошла. Если такие проделки следуют слишком часто, надо не тихонько подергивать леску, а резко подсекать. Тогда есть шанс, что двойник или тройник зацепит щучью челюсть снаружи. Выводить подсеченную таким образом рыбину надо очень аккуратно, помня, что она может быть зацеплена одним поддевом крючка за самый край губы.

А третий вариант – набраться терпения и ждать, ждать, ждать… сколько понадобится. Подсекать лишь после того, как леска вновь придет в движение. Но это ж сколько нервных клеток сгорит – поклевки щуки в глухозимье редкие…

Именно оттого я всегда предпочитал подледницы – там хоть сразу ясно, поймал ты рыбу или нет.

Зимнее блеснение

Как уже говорилось, лучшее время для отвесного блеснения щуки – перволедье. Щука голодна, активно атакует блесну, а проделать в тонком льду за день даже несколько десятков лунок – не проблема для рыболова.

Не обязательно даже таскать за собой по водоему громоздкий ледобур – тоненький ледок хорошо пробивается ударами пешни или плотницкого топорика. Я встречал даже мастеров подледного блеснения, вообще ловивших по первому тоненькому ледку без лунок – одним ударом пешни пробивали небольшое отверстие, в которое могла пройти лишь блесна. А если подсекали хищницу, то, удерживая ее на пружинящей леске, другой рукой хватали пешню и расширяли лунку до нужного размера. Довольно рискованная игра для неопытного рыбака – перерубить собственную леску легче легкого.

Обычно лунки пробивают сериями по нескольку штук в пяти-шести метрах одна от другой, закончив последнюю – начинают ловить в первой.

По перволедью щуки продолжают кормиться там же, где клевали до ледостава: вдоль тростниковых зарослей, в окнах среди растительности. Нередко выходят следом за стаями мелочи на сравнительно мелкие места, до метра глубиной. Замечено, что на мели ловля успешнее, когда первый тонкий ледок покрыт снегом – он и звуки гасит, и не позволяет рыбе видеть тень приближающегося рыболова.

Позже, в январе, щуку ищут в ямах, у груд камней и вообще у любых неровностей дна, в устьях притоков. На водохранилищах – на затопленных устьях рек, на склонах затопленных оврагов. Затопленный старый лес – тоже весьма популярное у щук место для зимней стоянки (деревья там, наверное, как новогодние елки – обвешаны блеснами незадачливых рыболовов, не пользующихся отцепами). В глухозимье имеет смысл поискать щук в тех местах, где со дна бьют родники.

Лунки в этом случае сверлят уже не на удалении в несколько метров друг от друга – в метре, много в полутора. Апатичная февральская щука порой не соизволит шевельнуть хвостом, чтобы проплыть пару метров до предполагаемой добычи. Но если блесна играет перед самым щучьим носом, хищнический инстинкт может пересилить апатию.

Ледяную крошку из лунок полностью не вычерпывают, лишь настолько, чтобы блесна свободно уходила вниз, – пойманная щука в затененную лунку идет охотнее.

Хватка щуки возможна в любое время суток, иногда хищница активнее днем, иногда – утром, а иногда – к вечеру. Последнее часто случается на чересчур посещаемых рыболовами водоемах. Шум, который создает многотысячная армия рыболовов, скопившаяся на относительно небольшой акватории, отбивает днем у щук аппетит. И лишь вечером, когда водоем опустеет, зубастая решает подкрепиться.

Техника блеснения не отличается большой сложностью. Опустив блесну на дно, рыболов слегка приподнимает ее – так, чтобы в нижнем положении цикла блесна находится в 10–15 сантиметрах от дна. Затем делается короткий взмах кистью руки, затем кончик удильника резко опускают, и блесна свободно падает. Выждав две-три секунды, повторяют цикл.

Если хваток нет, можно поэкспериментировать с составляющими цикла: с длиной паузы, со скоростью и высотой подъема блесны и т. д. Цикл, ставший удачным, берут на вооружение.

Иногда полезным бывает постучать блесной по дну, создавая небольшой фонтанчик мути, и затем поднять, временами коротко встряхивая. Выполняя этот прием, можно подсадить на крючок блесны червя или рачка-бокоплава. Тогда подводные обитатели смутно различат сквозь облачка мути, как маленькая, но шустрая рыбешка раскопала в иле рачка и пытается нагло его сожрать у них прямо под носом. Такого не стерпит ни одна уважающая себя щука, пусть и не страдающая от избытка аппетита…

С балансирами «щукари» выходят на ловлю редко – поводок, необходимый для ловли щук небольшими балансирами, весьма ухудшает игру этой приманки. Поэтому с балансирами чаще охотятся на судака, на берша, на окуня. Но у зубастой хищницы свое мнение о том, какие приманки ей больше нравятся, – и щуки зачастую атакуют балансиры: иногда попадаются, но чаще перекусывают леску и уходят.

Поклевка ощущается, как зацеп или сильная потяжка. Но иногда хватка щуки бывает настолько резкой, что хищница буквально выдирает удильник из руки рыболова – задумавшегося, расслабившегося от монотонных движений… Однажды я был свидетелем анекдотического случая: по озеру бегал страшно матерящийся рыболов и остервенело долбил лед пешней, пытаясь добраться до своего удильника, хорошо заметного сквозь самый первый прозрачный лед. На другом конце лески, естественно, была немалых размеров щука и игра ее явно забавляла: как только неподалеку раздавался стук пешни, хищница отплывала на несколько метров и все начиналось сначала… Потом рыбине все надоело, она ушла на глубину и удильник пропал из вида. В общем, крепче держитесь за снасть, коллеги.

Источник: bookitut.ru

Рыболовный Блог

Ловля ловушками

Ловушки делятся на запретные и категорически запретные. Поэтому, ознакомившись с этой статьей, забудьте изложенный в ней материал, а уж тем более не пытайтесь опробовать его на деле.

Итак, рассмотрим несколько основных конструкций ловушек для рыбы

Изготовить такую ловушку очень просто. Берем длинную конструкцию и обтягиваем ее мелкой сеткой, далее сворачиваем полосу в виде улитки (концами во внутрь), а затем зашиваем дно и крышку той же сеткой.

Устанавливать такую ловушку лучше всего в заросших каналах с малым течением. Вход направляют по течению, так как рыба обычно идет против течения. Предварительно необходимо намазать вход в ловушку чем-то пахучим, к примеру, коровьим навозом, смешанным с глиной, либо какой-нибудь кашей.

Конструктивная особенность морды заключается в том, что она состоит из 2х частей: корзины (больший конус) и входа в корзину (меньший усеченный конус).

Плетется она по технологии плетения корзин. На самом деле в этом нет ничего сложного. Просто набираем побольше, желательно ивовых, прутьев (если кажется, что их гибкости недостаточно, то можно замочить их на пару часов в теплой воде, тогда они станут послушными и податливыми). Для начала, изготовим большой конус. Для этого берем 30-40 толстеньких прутьев длиной около метра, связываем их с одной стороны и с определенным шагом вплетаем более тонкие прутья для придания формы. Таким же способом делаем и малый конус. После чего их соединяем. К связанному пучку прутьев на носу самоловки привязываем прочную веревку, за нее мы будем вытягивать самоловку из воды. Перед забросом, в ловушку необходимо положить сеточку с приманкой и несколько тяжелых камней, чтобы морда тонула. Ловушку надо располагать входом навстречу течения реки. Если в качестве приманки в самоловку положить что-нибудь тухлое, то за ночь в нее запросто заползет 20 -30 раков (если место хорошее).

3. Магазинный вариант “Морды” это “Верша”.

Главная отличительная черта верши от морды в том, что ее корпус изготавливается из сетки и она обычно складная. Это, конечно же, плюс (удобно транспортировать), но у нее есть и большой минус. Так как данная ловушка сделана с использованием синтетических материалов, рыбу это может отпугнуть, поэтому лучше всего применять ловушки, изготовленные из деревянных прутьев.

4. Следующая конструкция ловушки это “Вентер”.

Ловушка для рыбы “Вентер” пришла к нам из далекого прошлого. Ее конструкция довольно проста.

а) Распорные кольца

б) Конец кармана

в) Место стыка конусообразного кармана и рукавов

г) плавучая веревка (с буйками)

г1) тонущая веревка (с грузами)

д) колы для фиксации конструкции на течении

Располагать такую конструкцию нужно входом по течению, так как рыба плывет против течения.

Такая конструкция очень уловиста, и при определенной сноровке за пару часов на нее можно поймать несколько ведер рыбы.

В данной статье мы представили наиболее популярные ловушки для рыб . Ловите и всегда помните, что вы не одни и, что рыба не неиссякаемый ресурс. Бережно относитесь к природе. Если вы не умираете с голоду, то зачем истощать и без того мало рыбные водоемы. Мы рассчитываем на ваше благоразумие!

Источник: fishinggold.ru